Страница 6 из 10
Да вот, именно так! Терпеть было нереально, а воспитатели ничего не могли сделать, да и хлопот у них было столько, что не до меня.
А я же не для обогащения, а ради справедливости.
Раз меня стали величать Химерой, то решила не разочаровывать всех и поступила плохо, в чем без особых проблем призналась. Я взломала телефон каждого в нашей квартире и опустошила галерею. Естественно, я сохранила данные в нужную папку в моем облаке, отправив сообщение, в котором говорилось о том, что если в мой адрес будет еще слово, то данных они никогда не увидят.
Успокоились, а именно стали обходить стороной.
Только с Ольгой проблема осталась. Она заявила, что у нее все сохранено в облачном сервисе, и ей плевать. Тем не менее она больше всех плакала, какая я негодница, подначивая других к активным действиям. Когда поняла, что ничего не удается и больше никто не ведется, немного успокоилась, но еще сильнее стала меня ненавидеть.
Что касается Громова. То даже боялась вспоминать.
Зверь.
За это время он только и делал, что постоянно придирался ко мне. Притом не так, как все, пытаясь обидеть или унизить, совсем нет. Он просто взрывал мой мозг бесконечными придирками на ровном месте, а что хуже всего: это его манера вечно разбираться нос к носу.
Когда я провела урок справедливости, Громова не было. Дядя иногда брал его к себе в гости. Редко, но все же. Андрей приехал в понедельник, и все стали жаловаться ему, а я тогда ничего не возвращала никому, заявляя, что посмотрю на поведение. Воспитатели ничего с этим не могли поделать, как, впрочем, и с наездами на меня, о чем им сообщила, поэтому никто не вмешивался.
Но Громов без особых разговоров додумался закинуть меня при всем честном народе на плечо и утащить в комнату. Без ругани и криков он закрыл дверь и громко сообщил, что никто не выйдет из спальни, пока я не верну все обиженным. После этих слов он развалился на моей кровати, чуть ли не засыпая, а я ошарашенно смотрела на него, в очередной раз удивляясь наглости некоторых. Через час мне надоело, и вернула каждому удаленные файлы с предупреждением о том, что второго раза не будет. Андрей же, в свою очередь, обещал, что больше нападок не будет.
Тоже мне защитник!
Но нужно отметить, что никто больше не нападал. Не знаю, Громов договорился или мой метод подействовал, но ребята игнорировали меня, обходя стороной. И вот так все мои дни проходили в заботах. Днем школа, а вечером подготовка к поступлению.
– Дети, теперь послушайте меня, – начал говорить второй воспитатель, Лариса Ивановна, довольно улыбаясь: – Сейчас мы дружно все убираем, а через час все должны быть на дискотеке.
Счастью не было предела. Ребята кричали и визжали, а я схватила тарелку с кружкой и направилась мыть. Чем быстрее справлюсь, тем быстрее пойду в свою комнату.
– И еще… сегодня мы выберем короля и королеву танца. Да, мы ведь обещали. Наши победители получат приз – наушники. Две пары! Черные и белые.
Даже развернулась.
Мои наушники сдохли, а купить не имела средств. Уже восемь месяцев и шесть дней я страдала без них. Для меня это было ужасно невыносимо.
Но как выиграть конкурс, когда танцевать не умеешь? Да и с кем?
Не судьба…
Может, кого-нибудь немножко пошантажировать?
Скривилась и решила, что не стоит. Ладно уж. Обойдусь без них.
– Э, Химера, – услышала я свое прозвище.
Челюсть моя поехала вниз, а голова стала поворачиваться так быстро, что начала переживать за шею. Глянула на Арсения, нашего добрячка-толстячка, давно превышающего сто килограммов, и ледяным тоном уточнила:
– Мне к тебе тоже обращаться по прозвищу, Пухляш?
Парень скривился. Не понравилось обращение. Он губы сжал бантиком и начал исправляться:
– Эм… – мыслительный процесс пошел. – Яна, я знаю, что ты не ходишь на дискотеку, но может, ради наушников потанцуешь? Мне они позарез нужны.
Да-а-а, пара мы, конечно, отвратительная будем. Я тощая и костлявая и Арсений, упитанный не по-детски. Таких королей и королев еще свет не видывал.
– Я договорился с воспитателем, – вдруг прибавил он мне уверенности в этой авантюре.
«Какой смышленый!» – подумала и, поставив чистую посуду на стол, предвкушающе улыбнулась ему.
– Это будет супер. Мне очень нужны наушники, так что я в деле.
– Тогда договорились?
– Ага… – поспешно согласилась я.
– Все, тогда через час жду тебя. Надеюсь, танцевать хоть умеешь? – с неким презрением уточнил парень.
Если уж он танцует и уверен в себе, значит, и я смогу.
– Да без проблем, – сказала, надеясь, что в интернете есть видео.
Он ушел, а я довольная решила пойти учиться. Убрав посуду в шкаф, поспешила в комнату. Я жила теперь одна. Не по своему желанию или требованию воспитателей, а по инициативе детей. Со мной никто не хотел жить. Боялись.
Принялась усердно рассматривать видео. И вот вроде красиво и просто, но не догоняла. Поднялась и стала представлять, что я танцую, но выходило убого.
– Да как же? – возмущенно воскликнула, вдруг понимая по запаху парфюма, что не одна. Такой только у Громова. Видимо, дядя дарил.
Обернулась, чтобы увидеть Андрея. Нюх меня не подвел. Он стоял у стены, сложа руки, и лениво наблюдал.
– Ты чего здесь забыл? – поинтересовалась, удивляясь, как пропустила его приход.
– Решил проверить, кто топает как слон, а это ты… решила пол сломать, – ответил он с умным лицом.
– Я… не ломала.
– Ты неправильно двигаешься, – деловито заявил Громов и направился ко мне.
Сглотнула и отступила на шаг.
– Ты чего?
– Как я понимаю, ты хочешь наушники, верно?
Нахмурилась и с прищуром спросила:
– Ты как узнал?
– А что еще может тебя подвигнуть на танцы с Пухляшом?
– Подслушивать нехорошо.
– Я предположил.
Задумалась, а за это время парень оказался рядом. Не успела хлопнуть ресницами, когда его руки оказались на моей талии.
– Ты бессмертный, Громов? – возмущенно уточнила у него, желая треснуть по голове.
– Помогу тебе, чтобы уж ты не топала, как слониха.
– Такой добрый? – спросила, совершенно не веря ему.
– Хотел поспать, а ты мне мешаешь, а еще ночью будешь ныть, когда наушники не получишь.
– Я никогда не ною.
– Ты и никогда не танцевала, так что принимай помощь, пока тебе дают.
Громко вздохнула, понимая, что единственный шанс, и кивнула.
– Ладно, учи.
Андрей на мои слова криво усмехнулся и сжал руки на талии, отчего я неосознанно выровнялась. Парень притянул ближе и, вглядываясь в мое лицо, шикарно улыбнулся. Будто перекусить удумал, но чего-то ждал.
На мгновение стало неудобно. Впрочем, как обычно. Он же иначе не может. Будто специально меня бесит.
Тряхнула головой и с незатейливой улыбкой треснула рукой по его пальцам.
– Ты такая дикая, Дронова, – рявкнул он, продолжая сжимать талию. Будто в родное вцепился мертвой хваткой. А это чужое! Тем более МОЕ.
– А ты варвар, Громов, – чудесно вернула ему комплимент.
– Правая рука девушки должна лежать в руке парня, – сообщил Громов, захватывая мою ладонь, сжимая второй талию. Когда же сверкнула глазами, реагируя на его захват, он продолжил: – Левая – на плече. Еще допустимо класть обе руки на шею партнера.
– А твои где? – уточнила, пытаясь сосредоточиться, в то же время желая убрать его руки куда-нибудь подальше. Плохая была идея, взять его в учителя танцев.
– Правая рука – на талии девушки, – произнес он и сильнее прижал к своей груди, вроде как наглядно демонстрируя для недалекой меня, раз уж не вижу. А я не только вижу, но и конкретно ощущаю! И чего он такой горячий? И еще этот запах… Нужно посоветовать ему сменить парфюм. Он мне дышать нормально не дает. Нет, не противный и резкий, очень даже приятный, только вот он странно воздействовал на меня. Тем временем Андрей продолжал – Или две руки на талии.
Я уже забыла, о чем говорили.
Неудобно.
– Дальше… – промямлила, кусая губы.
– Теперь осталось поставить ноги в удобную позицию. Они должны быть на небольшом расстоянии друг от друга.
– А расстояние между парой? – с надеждой спросила, намекая, что у нас его нет.
– Расстояние между парой должно быть не менее 15–30 сантиметров, – деловито сообщил он.
– Ты его не соблюдаешь! – не сказала, а воскликнула.
– Ты иначе сбежишь, – парировал парень, как-то хищно уставившись на меня. – Не отвлекайся.
Хотела возмутиться, но не стала. Времени совсем нет, а наушники хочется.
Когда ноги были в удобной позиции, Громов слегка потянул меня в сторону, показывая, куда двигаться.
– Партнерше нужно чувствовать партнера и следовать за ним, – заявил Андрей, начиная двигаться быстрее, при этом его движения были плавными и мягкими.
Только подняла ногу, но вмиг почувствовала щипок. Этот наглец посмел меня ущипнуть! Только открыла рот для возмущения, как услышала:
– Не поднимай ноги, а скользи ими по полу.
И вновь новый щипок.
Ахнула и с огромными глазами уставилась на этого садиста, тотчас слыша:
– Необходимо периодически устанавливать зрительный контакт, – проинформировал Громов и, отмечая, как я пристально глянула на него, мысленно обещая стукнуть, продолжил: – И не стоит смотреть на партнера в упор постоянно, как ты сейчас. Лучше вести непринужденную беседу во время танца, чтобы разговор был легким и нейтральным.
– Легким и нейтральным? – повторила, не представляя, чтобы у нас так было.
– Да, – получила спокойный ответ на свой вопрос.
– У нас с тобой? – уточнила у него, намекая интонацией, что не просто так спрашиваю. У меня ведь память отличная, в отличие от некоторых.
– Именно.
Значит, легко и нейтрально.
Что же… будет ему такой разговор.
– Тогда спешу сообщить, что ты ужасный учитель, – как можно милее сказала и еще подмигнула. Я сама милота!
– Замечу, что я – идеальный вариант. Больше тебя никто не выдержит.
– А ты невыносим! – честно буркнула, вдруг понимая, что даже не заметила, что спокойно танцую, не наступая на ноги Громову, что зря. Притом танцевали мы без музыки.
– Про наушники забыла? – поинтересовался он. – Я могу уйти…
Сглотнула и выдавила улыбку:
– Какой сегодня… чудесный вечер.
– То-то же, – нахально выдал Андрей, продолжая вести меня в танце.
* * *
Поправив платье темно-зеленого цвета под цвет глаз, я пыталась понять, как выгляжу. Мое небольшое зеркало оставляло желать лучшего. Только лицо можно было увидеть, а вот дальше никак. Стильное платье подарила Елена еще тогда, когда хотела меня удочерить. Тогда она сказала, что в нем я буду бесподобна. К ним она купила белые кроссовки на платформе, зная мою страсть к спортивной обуви. Кроссовки я носила с удовольствием, а до платья все никак черед не доходил.
И вот сейчас пришло его время.
