Глава 5
– И что мы здесь делаем?
– Отдыхаем. Кофе пьем. Садитесь.
Галантно отодвинул стул, приглашая меня сесть. Обалдеть. Я с каким-то пацаном в непонятном кафе, неизвестно где торчу и что-то пережидаю, пока ему это нужно. Наверное, только меня могло угораздить до такой степени. Сесть вместо такси к пацану и…
– О чем думаете? Испугались меня?
Еще чего. Это он должен меня бояться. Я старше.
– А вас нужно бояться?
– Нет. Не нужно. Особенно вам.
Я села на стул, и он расположился напротив меня. Тут же появился официант с меню.
– Мне черный двойной эспрессо без сахара, а девушке…
И вопросительно посмотрел на меня.
– Латте, с одной ложкой сахара.
– Принесите еще круассаны с шоколадом, нагрейте.
– Отужинать не желаете?
– Желал бы – сказал бы об этом. Давай, валяй. Неси заказ.
Заявил нагло и посмотрел на меня своими дерзкими зелеными глазами. Необычный цвет, очень светлый с оттенком ближе к коричневому. Взгляд насмешливый, в уголках глаз прячутся морщинки. Он улыбнулся, и эта улыбка заставила меня напрячься, потому что с ней он казался неотразимым, сексуальным и ужасно молодым. Боже, о чем я думаю? Я подумала, что он сексуальный? Да, он наглый и совершенно грубый тип. То, как говорил с официантом, мне не понравилось, но с другой стороны, мне самой иногда ужасно хотелось осадить особо навязчивых.
– Вы нервничаете.
– Нет. Я просто не понимаю, что мы здесь делаем.
– Вас никогда не приглашали в кафе?
– Приглашали, конечно, много раз.
– За последнее время? И кто приглашал?
– Думаю, что вас это не касается. Давайте выпьем кофе, вы отвезете меня в гостиницу, и на этом разойдемся.
– И вы не скажете мне, как вас зовут?
– Нет. Это лишнее.
Пожал плечами.
– Хорошо, незнакомка, будем общаться без имен. Расслабьтесь, я вас здесь точно не изнасилую, смотрите сколько людей.
Сказал так, что как будто будь мы наедине, он бы это сделал. Но прозвучало самоуверенно и сексуально.
– Да и я не насильник. Меня сами просят…
Кто бы сомневался, с такой смазливой физиономией и этим сумасводящим накачанным спортивным телом. Меня бросало то в жар, то в холод. Никогда раньше не испытывала ничего подобного. Собственная реакция пугала. Я его совершенно не знаю, и сейчас он гнал по городу как ненормальный. Как дикий какой-то.
– Вам не жарко? Может, снимите пальто?
И сам скинул куртку, отдал немедленно нарисовавшемуся парню, и тот повесил ее на вешалку. Я судорожно глотнула воздух. На нем светлый свитер с низким вырезом, так что видны ключицы и кожаный шнурок, а также его татуировка. Боже, он же совсем еще мальчишка. Но такой…сексуальный, наглый, опытный и самоуверенный, что я рядом с ним теряюсь и забываю, что умею разговаривать.
– Сниму. Здесь, и правда, жарко.
Встала, и он вместе со мной, тут же помог снять и передал официанту. Я растерянно поправила платье, когда увидела, как он посмотрел на мою грудь, потом вниз и на ноги. Выдохнула и села за стол. Парень продолжал пялиться на мою грудь, и я невольно поправила ворот повыше, чтоб не было видно ложбинку. Кошмар. Зачем он это делает? Зачем вот ТАК на меня смотрит. Это притворство?
– Вам говорили, что вы красивая?
– Нет…то есть да. Говорили.
Щеки начали гореть еще больше, и не знала куда себя деть от его взгляда и чем занять свои руки. Я мяла салфетку, и он вдруг перехватил мое запястье. От прикосновения его пальцев тут же задымилась кожа.
– Замужем…, – не спросил, констатировал. Я попыталась отнять руку, но он не выпустил.
– И как он вас отпустил в гостиницу? Или вы там с ним?
Выручил официант, изливать душу совершенно незнакомому бесстыжему юнцу мне не хотелось. Парень принес кофе и круассаны, поставил на стол.
– Что-то еще?
– Принесите шампанского.
– Я не пью. – быстро сказала я.
– Пусть стоит. Мне нравится, когда за столом сидит красивая женщина, стоит бутылка шампанского и в бокалах пенится напиток.
Ладно. Пусть заказывает что хочет, пусть это время быстрее пролетит, и он отвезёт меня, куда требуется, и я навсегда о нем забуду.
Он откинулся на спинку стула, раздвинул ноги и вальяжно развалился. Невольно окинула парня взглядом. Да, он очень спортивный, подтянутый, жилистый. И в отличие от меня совершенно расслабленный.
– За вами кто-то гнался?
– Вы говорили, что плохо спите по ночам?
– А при чем здесь это?
– Когда люди много знают, они спят еще хуже.
Снова этот прилив краски к лицу, меня поставили на место. Этот мальчишка, так похожий на молодого и опасного зверя. И отчего-то мне казалось, что он охотится на меня.
– Не хотите ему позвонить? Он же, наверное, волнуется.
– А вы хорошо спите по ночам?
Усмехнулся, и от его усмешки снова по телу пробежала дрожь.
– Один-один. По ночам не спать надо, а заниматься развратным, грязным сексом, незнакомка.
Стало нечем дышать, и я пожалела, что не заказала холодной воды. Мне не мешало бы освежиться. Что я здесь делаю? Почему не ушла, когда он остановил машину?
– Вы очаровательно краснеете. Особенно после слова секс.
– Когда мы уедем отсюда?
Посмотрел на часы.
– Через сорок минут.
Официант принес шампанское и открыл его при нас. Потом наполнил бокал и ушел.
– Говорят, шампанское прекрасно расслабляет. Сделайте исключение, попробуйте.
– Я пробовала в своей жизни шампанское.
– Попробуйте еще раз.
Протянул мне бокал, и я почему-то его взяла. Ужасно хотелось пить, и я сделала несколько больших глотков. Приятно обожгло горло, перестало так сушить.
– Ну вот, а говорите, не пьете. Шампанское пьют все. Так вы позвоните ЕМУ?
– Нет! – дерзко ответила я и отпила еще шампанского. Пару глотков придали мне смелости.
– Почему?
– Потому что не хочу никому звонить.
– Ну и правильно. Зачем ему знать, что вас пригласил в кафе незнакомый мужчина, и вы согласились.
– Я не соглашалась!
– Согласились. Вы ведь могли уйти, я, кажется, вас насильно не держал.
Теперь мои щеки просто пылали, и мне казалось, что они сгорят вместе со мной.
– Вы не таксист, вы меня насильно не сажали в машину, не катали, как ненормальный, по городу, так словно мы бежим от самого дьявола, и, конечно же, вы не притащили меня сюда насильно.
– Вы САМИ сели в мою машину, когда мне пришлось катать вас по городу, потому что у меня были МОИ дела, потом я привез вас сюда, пригласил выпить кофе и подождать вместе со мной, а вы не отказались. Так в чем моя вина? Скорее, здесь именно ваша…вы слишком красивы, чтобы я мог вам отказать.
Он сказал, что я красивая уже несколько раз и…наверное, я невольно начала в это верить. Ужасно захотелось посмотреть на себя в зеркало.
– Мне нужно отойти.
– В туалет? Называйте вещи своими именами.
Я ничего не ответила и прошла в уборную. Ощущая, как он смотрит мне вслед. Боже мой. На мне нелепое темно-бордовое платье до колен, полусапожки на каблуке, и мне всегда казалось, что в этом платье у меня толстая задница.
Заскочила в туалет, закрыла дверь и бросилась к раковине, чтобы умыться холодной водой. Немного остудить пылающие щеки. Посмотрела в зеркало. Ужас. Волосы растрепаны, глаза горят, щеки пунцовые. Интересно, я выгляжу на свои сорок? Он понимает, насколько я старше?
Пятый бокал шампанского явно был лишним, но со мной что-то случилось, как будто переключилось внутри что-то. Наверное, захотелось вот этого ощущения легкости, сбросить груз нескольких десятков лет, сбросить боль от унизительного и такого болезненного предательства Артема. Хотелось отомстить, хотелось быть какой-то совершенно другой. Роковой, развратной, такой же, как проклятая Светочка.
И от того, как этот мальчик смотрел на меня, внутри что-то переворачивалось, по венам бежала горячая лава алкоголя, пузырьки взрывались в нервных окончаниях, и я больше не казалась себе настолько жалкой. Мне вдруг захотелось ощутить себя кем-то другим. Не Еленой Анатольевной Одинцовой, которой исполнилось сорок два года семь месяцев назад, а Аленкой, которой сегодня едва восемнадцать. Дома мама ждет и смотрит на часы, а время летит как бешеное, музыка разгоняет адреналин, и мальчишка, сидящий напротив, такой наглый и сексуальный, что хочется забыть обо всем. И я забыла. Хотя и чувствовала всем своим разумом, который уже повело от спиртного. Выпью больше трех бокалов – стану очень мало похожа на саму себя. И после пятого бокала мои тормоза начали барахлить.
– Не хотите потанцевать?
Спросил наглый мальчишка и облизал свои чувственные губы.
– Хочу.
– В том туалете что-то произошло? В вас там кто-то вселился?
Нет, выселился. Зачуханная, старая тетка Ленка с немодной прической, полным телом, далеким от идеала, со слишком тяжелой и большой грудью куда-то исчезла. Вместо нее появилась девчонка, и эта девчонка очень хотела хотя бы сегодня забыть о том, что ее бросили, предали. О том, что ей изменяли и в ее постель уложили другую женщину.
– Нет, я просто хочу танцевать.
Не знаю, на кого я была похожа, когда выплясывала свои идиотские па, вертела задом и трясла волосами. Мне казалось, что я выгляжу прекрасно. Впервые за много лет. И плевать, что это благодаря алкоголю.
После очередного «па» моя левая нога застряла каблуком между панелями, и я неуклюже полетела вниз. Как интересно, ведь падают очень быстро, а я летела медленно, успевая запомнить, как выглядят маленькие неоновые лампочки на потолке. Падение оказалось мягким. Точнее, я упала в чьи-то сильные руки. Когда взмахнула ресницами, то оказалось, что меня крепко держит мой незнакомец с зелеными глазами хищника. И он кажется мне еще моложе и еще красивее.
– Вы сказали, что хотите танцевать…а не летать.
– Ты меня поймал…
– Я тебя поймал…, – повторил мои слова и посмотрел мне в глаза своими горящими глазами. И мне до дикости нравилось быть вот такой маленькой и беспомощной в его руках. Когда меня последний раз держали на руках? В школьные годы?
Его ладони жгли мне кожу сквозь одежду, а взгляд заставлял сердце биться все чаще, смотрит так, словно я его добыча, и мне нравился этот взгляд. Или алкоголю во мне нравился. Тигриные у него глаза, светло-зеленые, опасные. Тревогу чувствовала даже кожей, но чтобы отпускал, не хотелось. Незнакомец переместился со мной к дальнему столику, сел на мягкое сиденье, устраивая меня на своих коленях. Где-то вдалеке взбунтовался девичий стыд, а еще дальше – обрывки скромности. Я обвила его шею руками. Парень провел указательным пальцем по моей щеке, заставляя вздрогнуть от прикосновения.
– Что-то покрепче шампанского? Я угощаю.
– Можно текилу.
Я почему-то никогда ее не пила, и мне казалось, что текила – это нечто развратное. Нечто совершенно раскрепощающее. Нечто, что может пить роковая женщина, которая заигрывает с незнакомцем в каком-то баре и рискует до такой степени, что дальше уже просто некуда.
Парень усмехнулся уголком рта, и мне почему-то показалось, что я попалась. Не просто попалась, а ПОПАЛА. Тигриные глаза заискрились весельем.
– После шампанского текилу. Смело.
– Я очень смелая…
– Да. Ты смелая, если села ко мне в машину. А теперь и ко мне на колени. Куда пропала скромница, которая сказала, что не пьет вообще?
