Военная академия Империи. Здесь было множество зданий, каждое принадлежало своему отряду: башни с бойницами, полигоны, тренировочные площадки, амфитеатр, где проводились испытания и игры. Узкие аллеи, тянущиеся словно паучьи сети, и широкие беговые дорожки, рассекающие их. Беседки, турники, общежития и казармы — все это было до боли знакомо.
Мужчина с бронзовым значком капрала на груди зачитывал имена. Формировал группы — по семь человек. Именно такими отрядами мы и должны были проходить подготовку.
— Первый отряд: Сель, Тора, Лиандра, Рикс, Фейн, Мейлин... Лир.
Я про себя внутренне поежилась. Имя Мейлинрезануло слух, внутри противно скрутились горькие жгуты. Взгляд сам собой метнулся к названной девушке. Статная, высокая, с изумрудными глазами и черными, как смоль, волосами. Первая игрушка Нейта, его личная гадюка.
Я помнила все — каждый ее шаг, каждую фальшивую улыбку. Когда-то я считала ее подругой. Пока не поняла, что за показной добротой, дружелюбием и заботой скрывалась змеиная сущность.
Вот и теперь она сверкает глазами, смотря то на наставников, то на новобранцев, явно выискивая с кем ей удобнее дружить. Но ощутила мой взгляд — и повернулась. Красивая. Вызывающе красивая ведьма Пустоши. Красивая — и лживая до корней волос.
Она улыбнулась. Наивно и совсем по-доброму.
«Ей не в военную академию, а в лицедеи поступать нужно было», — зло подумала я и отвернулась, не удостоив девушку ответной улыбкой. Знаю я ее лесть. Но теперь я не позволю Мейлин слишком приблизиться ко мне.
— Ваша группа будет находиться под наблюдением инструктора Илисара, — говорил капрал.
Я слушала, а мой взгляд в это время блуждал по площади военной академии.
Мне предстояло провести здесь много времени. Как и тем, кто останется.
Сколько часов мы еще пролежим на этой серой брусчатке, лицом в камень? Сколько отжиманий сделаем, сколько кругов пробежим — и сколько синяков получим, а иногда и серьезных травм?..
А на нас будут смотреть статуи знаменитых военачальников Империи, стоящие у беседок по периметру площади.
Сердце сбилось с ритма.Я медленно переводила взгляд с одной на другую — и вдруг...
Дэй.
Дэй кивнул — и оба направились к главному зданию.У одной из беседок стоял он. Принц. Облокотившись плечом о косяк и скрестив руки на груди, он молчаливо наблюдал за новобранцами. Переводил взгляд с одного на другого — то хмурился, то вдруг на лице появлялся интерес. И снова, как в прошлый раз, его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем нужно. Но тут со спины к нему подошел Нейт, что-то сказал.
— Сегодня вас поселят в общей казарме, — громко продолжал капрал. — Там вы пробудете до самого испытания. За это время у вас пройдут тренировки, спарринги, проверки на магию, выносливость, устойчивость к боли и страху. Кто-то, возможно, сам решит уйти еще до испытания.
Он обвел нас взглядом.
— Запомните: в Академии нет деления на девушек и парней. Вы забываете о любой половой принадлежности. С сегодняшнего дня вы подчиняетесь приказам вашего руководства. Любое своеволие карается исключением. Те, кто пройдут испытание, будут распределены по факультетам Академии и расселены по общежитиям — в зависимости от отряда в который попадут. А теперь — стройся! Налево! За мной, шагом марш!
И мы направились за капралом. Правда, строй снова был не особенно ровным.
Но, казалось, никто не обратил на это внимания.Пока шли, небо затянуло тучами, и начал накрапывать мелкий дождь.
***
Всего казарм на территории было две. Одна — большая, на случай внезапных сборов. Другая — поменьше, для поступающих. Именно туда нас и привели.
Огромный утепленный сарай. Деревянный пол, на котором лежали циновки, прикрытые слоем сена. Это сено мы потом сами будем менять — убирать старое, засыпать свежее.
На входе в казарму каждому выдали форму, тонкое полотенце, которое явно повидало многое, и обмылок. В комплект так же шли деревянные палочки для чистки зубов, тонкая жесткая мочалка и худенькое тканое одеяло.
Сумки и рюкзаки у нас забрали еще при входе в Академию. Теперь мы довольствовались тем, что дали.
Хотя, конечно, довольны были не все...
— А нам что, наши вещи не вернут? — нахмурилась высокая блондинка.
Я только сейчас обратила на нее внимание. Если правильно помню, в моей истории ее не было. То ли выбыла в самом начале, то ли просто не оставила следа в памяти.
Распорядительница, вошедшая следом за нами, — невысокая женщина с жесткими чертами лица и хмурым темным взглядом — насмешливо глянула на нее:
— А ты сюда красоваться приехала?
— Но у меня там нормальная одежда, а не эти тряпки! — брезгливо поморщилась новенькая, тряхнув выданными ей вещами. — В конце концов, у каждой девушки есть свои личные гигиенические средства, и вы...
— Личные гигиенические средства вам выданы, — перебила ее распорядительница.
О-о-о, я ее помнила. Слишком хорошо.
Сколько еще палок вдоль хребта предстоит получить нерадивым или взбалмошным кадетам от ее тяжелой руки.
Айнора Вейс.
У нее все и всегда — строго по уставу: военная форма, брюки, заправленные в высокие сапоги, китель, перехваченный ремнем. Волосы — стянуты в тугой пучок. Взгляд — хищный, цепкий. Но самое главное в ней — поистине военный, суровый, если не сказать — жестокий характер.
Даже при ее небольшом росте мало кто в Академии решался встать у Вейс на пути.
Блондинка зря решила проявить норов.
Распорядительница направилась к ней, медленно прожигая девчонку ментальным взглядом.
И взгляд был — ой-ой-ой какой...
— Если вам не нравится то, что мы предоставили...
Тонкие губы Вейс растянулись в ехидной насмешке.
Лично мне всегда казалось, что она испытывает удовольствие, издеваясь над кадетами.
Блондинка явно потеряла пыл под ее взглядом и начала пугливо оглядываться, пытаясь найти хоть чью-то поддержку. Все молчали. Никто и шагу на помощь не сделал. Как и я. Я уж точно знала, чем все это может закончиться.
Айтора подошла почти вплотную к девчонке и уверенно выдернула вещи из ее рук:
— Обойдешься без них.
Развернулась и пошла прочь.
— Эй, стой! — дрожащим голосом выдала блондинка. — Совсем ополоумели? Как это — без вещей?!
Вот это наглость.
Я прошла к самой дальней циновке, сложила на нее свое скромное академическое приданое и села, созерцая происходящее. Теперь я понимала, почему не запомнила блондинку. Ее не было. И меня в казарме тоже не было. Я не видела эту сцену. Меня тогда сразу определили в отдельную комнату — по приказу Нейта и Дэя. Те, кто проходил в отряд «Коготь Империи», получали совсем другие условия.
Если остальные кадеты Академии жили в трех- или четырехместных комнатах, то у имперцев были личные апартаменты. Ну как апартаменты — комнаты с отдельными душевыми и единственным койко-местом. А еще у них был усиленный рацион в столовой и столь же усиленные нагрузки. А еще прав у нас было значительно больше, чем у других.
Но это все было тогда...
Сейчас же я поступала на общих правах, как самый обычный новобранец. И блондинка — тоже. Только она, похоже, еще не поняла этого.
Интересно, она пришла из какого храма или школы, где позволено так себя так вести со старшими?
Руки — такие не держали зелья, не толкли травы в ступках, не копались в земле в поисках корешков. Слишком белая и нежная кожа. Магичка. Точно магичка. А ближайшая магическая школа у нас в самом Веллатире. Значит девчонка городская. Вот откуда этот норов.Яркие синие глаза, вздернутый подбородок, надменный взгляд.
Маги всегда считают себя выше ведьм и ведьмачек. Они отчего-то уверены, что их магия правильнее и мощнее.
Но ведь это как посмотреть...
Вот сейчас, например, никакая магия блондинке точно не поможет.
Вейс вернулась к девчонке и сделала всего один выпад.
Короткий. Мгновенный.
У блондинки расширились глаза. Она согнулась пополам и, как выброшенная на берег рыба, начала хватать воздух ртом.
Распорядительница, не давая ей прийти в себя, ухватила за волосы и потащила к выходу, под хрипящие вопли и крики юной магички.
— Кому-то еще не нравится то, что им выдали? — на ходу прогремел ее голос. — Или кто-то хочет вернуть свои вещички?
Никто не проронил ни слова. И я тоже молчала.
Потом — когда я стану частью отряда «Коготь Империи» — я смогу отвечать. Тогда, как у имперца, у меня будут хоть какие-то права. А пока... молчание — золото.
— Вот дура, — раздалось с соседней циновки.
Я глянула на свою соседку.
Мейлин. Богини, она что, другое место занять не могла?..
А красавица проводила взглядом упирающуюся блондинку, а потом посмотрела на меня.
— Глупо пытаться с первого дня на чем-то настаивать.
Я кивнула, не сказав ни слова. Но казалось, девушка твердо решила со мной познакомиться.
— Меня зовут Мейлин.
— Шайра, — нехотя ответила я.
— Ты местная? — спросила Мейлин, оглядывая остальных ребят.
Те неторопливо расходились по местам. Выбирать особенно было не из чего — одинаковые циновки на деревянном полу. Парни устроились ближе к выходу, девочки — в конце казармы.
Напротив меня, у стены, села еще одна девушка. Ее я тоже не помнила. Неброская, худенькая, с русой косой, но с удивительно яркими синими глазами.
— Привет. А кто-нибудь знает, какие будут испытания? — спросила она, облокотившись спиной о стену.
— Ты сначала попробуй здесь продержаться, — хмыкнула Мейлин.
— А у меня брат сюда поступал, — вздохнула другая худенькая девочка, подойдя к нам и устроившись прямо на полу между циновками. — Он прошел испытание. Но им запрещают о нем говорить.
— И все же слухи доходят. Мы все готовимся, — добавила еще одна девушка, темноволосая. — К тому же нам специально дано время для подготовки. Нас будут учить тому, чего не знаем.
— Но до испытания слишком мало времени, всему не научат, — сказала синеглазка.
Вскоре рядом с нами уселись и другие девчонки, и мы возбужденно обсуждали предстоящие дни.
В другой стороне помещения точно так же собрались парни.
Уже стемнело, когда в казарму вошли двое поварят, неся корзины. В одной — свежие булки, в другой — бутылки с компотом.
Все тут же вскочили. Мы с утра ничего не ели, поэтому с жадностью хватали булки, бутылки и усаживались обратно, продолжая прерванный разговор.
Никто даже не обмолвился и не возмутился, что, кроме этой еды, нам больше ничего не дали.
Все просто ждали завтрашнего дня и начала наших первых тренировок.
Глава 7
Подъем был ранним.
Комната гудела ворчанием: кто-то зарывался обратно в одеяло, кто-то тихо стонал, всерьез надеясь, что есть еще пара минут для сна.
Я же, едва услышав резкий звон металлического гонга, мгновенно проснулась.
В прошлом — моем будущем — мне доводилось вставать и раньше. Иногда даже без предупреждения.
И пока остальные еще боролись с одеялами и протирали глаза, я уже вскочила.
— Вставай, ты чего лежишь? — прошептала синеглазка с соседней циновки, расталкивая свою соседку. — Хочешь, чтобы выгнали, как ту белобрысую?
— Ой, из-за опоздания не выгонят, — зевая, протянула соседка.
— Выгонят, — уверенно сказала я, подходя к синеглазке. — Пошли. Сейчас каждый сам за себя. Задержишься — вылетишь вместе с ней.
Обе девчонки тут же подскочили.
Спустя несколько минут мы вывалились в коридор — все в одинаковых серых рубашках и штанах. Распорядительница быстро глянула на нас и направила в умывальную комнату, и уже там кто-то из девочек удивленно буркнул:
— А разве душевая с парнями не раздельная?
