Страница 2 из 3
В ходе лечебной процедуры я услышала легкое шипение пневматики – кто-то пришел к Бельдилажу.
– Как она? – я опознала голос господина Маду.
Порыв напрячься старательно подавила. Иначе пульс участится и выдаст меня. Глубоко вдохнув, расслабилась и что называется обратилась в слух.
– Значительная непрогнозируемая потеря энергии, вследствие чего она начала мерзнуть. Анемия из-за частых кровопотерь. Отсюда усталость и общее недомогание, – ровно пояснил Бельдилаж.
– Причина? – напряженно и разочарованно спросил Маду.
– Вероятно, отложенный эффект от больших нагрузок. Так бывает. Хотя изначально ее показатели демонстрировали достаточно высокий физический и энергетический ресурс, но он израсходовался быстрее прогнозируемого.
– То есть, ты не настолько гениален, раз ошибся в прогнозах? – желчно спросил хозяин у ларса. – Вероятно, я зря тебе столько плачу?
– Я заслуживаю каждого потраченного на меня дзана, – голос ларса не изменился, но он наверняка был оскорблен. – Что касается объекта, то ожидания оказались завышенными. При ее низком энергоресурсе я бы исключил из аукциона жамту. Она не сможет выносить их потомство, подрастающий плод ее иссушит…
Я закрыла глаза, отстраняясь эмоционально и глубоко, размеренно дыша. От моего стабильного, ровного пульса зависела жизнь.
– Если я начну исключать из списка покупателей, аукцион упадет. Я анонсировал нечто уникальное, а сейчас, выходит, мой товар с изъяном? – зло прошипел господин Маду, но, похоже, не на Бельдилажа, а на обстоятельства.
Зато каждое его слово било меня словно наотмашь, по лицу, по сердцу.
– Тот астероид куплен за десять тысяч. Эксперимент с оживлением и обучением землянки – еще десять тысяч. Первые образцы никогда идеальными не бывают. Всегда какой-нибудь изъян найдется, – произнес Бельдилаж.
– Я хочу получить за нее не менее двух миллионов! – жестко заявил Маду.
– Даже если в процессе аукциона придется снизить стоимость на образец с ограничением при эксплуатации, вы получите сумму, которая покроет все возможные расходы и принесет огромную чистую прибыль, – в голосе Бельдилажа неожиданно проявились опасливые нотки.
Надо думать, и он побаивался хозяина. Оставаться эмоционально холодной и контролировать пульс было все сложнее. Вместе с астероидом я стоила этому гаду двадцать тысяч. А он хочет два миллиона дзанов? Это же пожизненный долговой контракт для меня.
Однако следующие слова Маду словно в прорубь меня окунули:
– Если желающих выкупить ее контракт за установленную мной сумму не найдется, я изменю условия аукциона. Будет рожать чистокровных и сильных наследников всем, способным заплатить по срочным контрактам.
– Оптимальное решение, господин, – бесстрастно согласился Бельдилаж.
– У тебя три дня, чтобы улучшить ее показатели. Ждать дальше – терять дзаны!
– Сделаю, – отозвался ларс.
Я замерзала все сильнее, пока шипела пневматика – открылись и закрылись двери. Мой хозяин ушел, оставив меня в тяжелых раздумьях о своей судьбе: стать лишь утробой, бесчувственной, бессловесной, бесправной? Я не знала, как принять непривычный внешний вид и анатомию будущего партнера, как выстроить с ним отношения, а теперь? А если завтра Маду решит, что продавать меня любому желающему во временное пользование для деторождения принесет больше выгоды, то?..
Над капсулой навис Бельдилаж, его лысые надбровные дуги едва заметно дрогнули, выдав недоумение. Похоже, бесчувственный кусок льда не мог понять: с чего вдруг у подопечной в капсуле с восстановительной и релаксирующей программой вдруг пульс рванул как сумасшедший.
Я встретила его изучающий взгляд своим, тщательно опустошенным, без капли чувств и эмоций. Пусть и этот бездушный тип помучается вопросами, ведь ларсы ненавидят неопределенности и неизвестности. Не обнаружив очевидных причин для моего нервного состояния, он исчез из поля зрения. Не успела я судорожно выдохнуть, как капсулу заполнил сладковатый воздух, вгонявший меня в дрему. Ясно: Бельдилаж решил меня восстановить по максимуму.
* * *
Три дня, чтобы кардинально изменить жизнь! Кто-то скажет, невозможно. Я бы согласилась, если бы не грядущий ужас пойти по рукам.
Привычно проверив данные, Бельдилаж отправился заниматься более интересными проектами, чем землянка, которая больше ничего любопытного или нового выдать не способна. Кто бы знал, что древняя русская поговорка: «Не было бы счастья, да несчастье помогло» сыграет в моем случае, на чуждой чужбине, на все сто. Мне самым невероятным образом повезло стать предметом изучения бесчувственного, хладнокровного до мозга костей ученого-гуманоида. Который относился ко мне исключительно как к бездушному и безропотному объекту исследований, не разумному себе подобному, а умному животному.
Стоило ларсу уйти из лаборатории, я привычно выпорхнула из регенерационной капсулы и по-военному быстро натянула костюм, куртку и ботинки. Возможно, это ангел-хранитель подтолкнул меня к неожиданным действиям по внедрению запрещенных для «идеальной жены» знаний две недели назад. В противном случае, на спасение не было бы и шанса.
Меня вырастили порядочной и законопослушной гражданкой Земли. Врать и предавать – плохо, воровать – ужасно, убивать – самый страшный грех. Поэтому, прежде всего, мне пришлось ломать систему вложенных в меня с рождения морально-этических норм. С одной стороны, Маду спас меня и вернул к жизни. И я готова была согласиться на замужество с чужаком, попытаться наладить с ним отношения. Ведь мы летели в далекую земную колонию именно для этого.
Но оказаться бесправным товаром, которому придется быть исключительно инкубатором?.. Нет, на такое я не пойду никогда! Я только теперь осознала, что, по сути, с учетом долгового контракта, меня и следующий хозяин мог бы использовать с этими же целями. Если бы я не пришлась ему по душе.
Так что выход из кошмара лишь один – раствориться на просторах Тесеи, забраться как можно дальше от «спасителя».
Внедриться в общую систему центра и не привлечь внимания ее сетевых защитников удалось благодаря высокому уровню доступа Бельдилажа и знанию паролей. В ином случае, даже с учетом полученной информации, меня бы к «внутрянке» этого объекта и на пушечный выстрел звездного линкора не подпустили. Маду основательно вложился в охрану своих секретов.
Я создала киберклон ларса и первым делом зачистила все предыдущие записи своих «похождений» в лаборатории. Повезло, что он не тратил свое драгоценное время на всякие «мелочи». Затем я изучила весь комплекс и окружающий его мир.
Первое: Миритим – небольшая планета, одна из колоний эмаргов. Не окраина, но и не центр, однако с активным межпланетным сообщением. Мой хозяин, будучи контрабандистом и работорговцем, не мозолит законникам глаза, но при этом и от высших мира сего, с учетом специфики своей деятельности, удаляться не хочет.
Второе: логово господина Маду – это огромный наземно-подземный комплекс на острове в океане неподалеку от материка, с которым соединяется подземным гравитуннелем. Здесь есть все, даже впечатляющий ангар для космических кораблей, не говоря о всякой «мелочевке».
Третье: комплекс поделен на зоны безопасности не только по физическому проникновению, но и сетевой защите. Лаборатории, включая ту, в которой я нахожусь, расположены в самой защищенной зоне. Видимо, здесь ведутся слишком важные исследования. Парой этажей ниже, в другой стороне от комнаты, где меня содержат, находится рабочий кабинет самого Маду. Чтобы попасть в эту часть комплекса, необходимо преодолеть не один защитный контур той или иной степени защиты. Помимо пропуска, требовались отпечатки пальцев, скан глаза и многое другое, причем, самое неприятное, все это регулярно меняется. Непосредственно в кабинет Маду после всех проверок можно попасть по отпечаткам пальцев. Для проформы, наверное.
Поэтому сегодня я решила не тратить время на изучение, а начала внедрять свой отчаянный и несомненно сумасшедший план, в котором шанс на спасение один на миллион. Пробежавшись по лаборатории, я вытащила присмотренные ранее и спрятанные здесь вещи: персональный кибер в виде тонкого браслета для выхода в сеть. Медицинский клей для заживления ран и восстановления поврежденных кожных покровов, благодаря которому накануне я добыла отпечатки пальцев Маду и Бельдилажа. От их наличия будет зависеть все остальное.
Следующим стал модуль управления. Ночами я мысленно продумывала код вируса, который начала создавать, трясясь от волнения и страха. Завершив, рвано вдохнув-выдохнув, перепроверила, теряя драгоценные мгновения, и актировала короткую программу. Дальше, напряженно вперившись в монитор, я наблюдала, как вирус разлетается по сотням директорий, выявляет и уничтожает все данные обо мне. Любые, какие найдет: результаты генетических и всевозможных исследований, данные из санблока, камер слежения, как меня размораживали…
Я даже зажмурилась, глядя, как доставали «снегурочку» из анабиозной камеры. Жуткое зрелище возвращения к жизни ледяного человека. И ладно бы из альтруизма или в исследовательских целях, ведь представителя неизвестной расы нашли. Какое там, меня превратили в бесправный товар. Поэтому не испытывала мук совести, уничтожая ценные сведения, которые стоили немалых средств и усилий. Нет, собираясь удрать от «благодетелей», я о себе даже памяти не оставлю, чтобы не нашли и не вернули, да чтобы вообще не было доказательств, что я здесь находилась…
Это была самая простая часть плана, ведь все выполнялось с правом доступа Бельдилажа. Мой вирус прописался в этой системе надолго, и стоит всплыть еще хотя бы байту информации обо мне, уже в закрытых директориях, он безжалостно уничтожит и ее.
Вторым этапом я запустила еще один вирус, который превратил меня в невидимку для камер слежения. Сердце чуть не выпрыгнуло, пока он внедрялся в систему, но вроде прошло без сучка и с задоринкой.
Тесея – огромная наблюдаемая вселенная с тысячами обитаемых и нет планет и десятками отличных друг от друга ментально и физиологически, разумных видов и рас. У каждой цивилизации, мира или союза миров свои законы и правила. Так что нужно добраться туда, где меня не смогут достать длинные загребущие руки Маду. Куда не распространяется его власть. Где он песчинка.
Для этого необходимо легитимное удостоверение личности, которое примут на пограничном контроле, чтобы я покинула планету. Его, я уверена, можно раздобыть в кабинете господина Маду. Ведь вскоре объявят аукцион, на котором я должна быть легализованным товаром, причем с подписанным мной лично контрактом должника. В противном случае любая сделка будет считаться работорговлей и незаконной.
Только удостоверение личности – это не физический предмет, для его активации нужна базовая биоматрица, которую с рождения внедряют в верхний слой кожи на той части тела, которую везде и всегда можно использовать для предъявления. Ее не стереть, она отражает все базовые данные своего владельца, даже внешность продемонстрирует при необходимости, например при прохождении пограничного контроля.
И совершенно не удивительно, что в лаборатории Бельдилажа подобную матрицу можно было создать без труда. Стальная лапа медицинского модуля нанесла мне биоматрицу на запястье, и я даже залюбовалась ее мягким сиянием, пока наночастицы проникали под кожу, создавая уникальный геометрический рисунок. Все, первая часть плана выполнена, приступаю ко второй.
В коридоре, как обычно, было безлюдно. За время пребывания на этом уровне я редко кого встречала. Наверное, ученые как кроты предпочитали сидеть в своих норах, зарывшись в исследования. А вот мой четырехлапый механический страж исправно нес службу. Или нет? Увидев его, я замерла в ожидании, сделала шаг, но он не двигался, отчего я мысленно всхлипнула от облегчения: «Вирус невидимости поразил железяку, он меня не видит!» И побежала. Лифтом пользоваться не стала – пустая движущаяся кабина может привлечь внимание. Спустилась по лестнице.
А вот и кабинет господина Маду, где сегодня его быть не должно, но ведь он мог изменить планы? На кончиках моих пальцев его отпечатки и пока система несколько мгновений определяла, кто пришел, меня затошнило от напряжения, так все внутри сжалось от страха. Наконец-то зашипела пневматика и вожделенная дверь отъехала, пропуская меня в святая святых.
Стены знакомых кофейных оттенков, прихотливая мягкая мебель, столик на низких ножках, толстый пушистый ковер, множество интерактивных экранов, по которым бегут цифры, строчки данных, меняются цвета в неведомых мне таблицах и графиках. Секунда-другая – и все мое внимание привлек экран с планкой «Аукцион открыт», с изображением лота. На картинке я стояла спиной к зрителю у панорамного окна с видом на изумрудный океан. Мой нечеткий, скорее утонченный образ, словно в загадочной серой дымке. Золотая ткань мягко облегает стройную фигуру, золотистые волосы блестящими волнами спускаются до талии. Ну да, выглядит заманчиво для желающих женщину подобной расы.
А для остальных любителей большую часть экрана заняли дифирамбы моей уникальности. Похвально, если бы следом не бежали столбцы с предложениями участников двух видов сделок. Первой – о покупке всего контракта от двух миллионов. Второй – для желающих заплатить за срочный контракт с условием рождения ребенка. И к моему вящему ужасу, желающих и там, и там оказалось сотни. Многие участвовали в обоих лотах, хотя ценник был конским, хоть смейся, хоть плачь.
В горле пересохло, ладони вспотели. Окончательно прикончив мучившую меня совесть, я встряхнулась, чтобы избавиться от оцепенения, и ринулась обыскивать кабинет моего проклятого хозяина, а не спасителя. Взламывать личный модуль Маду я не рискнула, будучи уверенной, что он защищен еще надежнее, чем весь этот комплекс. Прошлась по ящикам стола и шкафам, любезно открывавшимся благодаря отпечаткам хозяина.
Вскоре я нашла вожделенный контейнер – не менее пары сотен идентификационных киберкарт с брелоками, где указаны данные владельца: имя, возраст, гражданство и тому подобное. Оставалось только их активировать, чтобы в Тесее появились новые жители. Причем, преимущественно женского пола, зато из разных миров. Однако размышлять на отвлеченные темы, зачем Маду такое количество новых киберкарт, было недосуг. Мой взгляд зацепился за карточку с именем Мараи Мочан, двадцатипятилетней гражданки мира Дварг. О, даже так! Наверное, хозяин все предусмотрел, прикинув, что внешне дварги похожи на землян, только псионики.
Синхронизировав киберкарту со своей базовой матрицей и активировав новую личность, я стала госпожой Мочан с планеты Дварг. Века блужданий по просторам космоса в замороженном виде не в счет, мне все те же двадцать пять лет. И теперь я с официальными, чистыми документами и в законе!
Дальше я застопорилась перед шкафом, где, как и надеялась, хранились безымянные дзанганы. Как и на Земле, в Тесее давно исчезла материальная валюта, повсеместно в ходу цифровые дзаны. Для их хранения и использования создали разные устройства как персональные, так и вот такие безымянные на определенное количество дзанов. Такими легко рассчитываться, если не хочешь светить свое имя в сделке. И совершенно не удивительно, что у контрабандиста и торговца живым товаром целый шкаф этих кошельков разной формы и содержания.
Я протянула руку взять один из них, в виде тонкого серого колечка, но пальцы словно судорогой свело. Это вбитые с рождения запреты встрепенулись: чужое брать – стыд и позор, преступно. С горечью хмыкнула и все же вытащила из мягкого ложа дзанган. Надела на палец, и умный девайс плотнее охватил фалангу, теперь точно не потеряю. Рвано вдохнув-выдохнув, глядя на неприметное колечко, со стыдом признала, что многими принципами поступилась, ради свободы и сохранения своей личности, и неизвестно, сколько еще придется. Но со своей совестью я потом разберусь.
Из кабинета выскользнула с колотящимся сердцем. От страха мутило. Я потратила уже двадцать семь минут. Обычно Бельдилаж оставлял меня в лаборатории на час-два, не больше. Время утекало так быстро, что отчаиваться было некогда, ведь теперь есть билет на свободу. Осталось найти транспорт. И у меня лишь одна идея, как сбежать из этого комплекса.
Воспользовавшись лифтом и отпечатками пальцев хозяина, я спустилась на подземный уровень. Ориентировалась по карте, которую показывал мне укра… заимствованный у Бельдилажа в лаборатории наручный кибер. И неистово молилась, чтобы вирус не засекли и я осталась невидимкой для камер. Чтобы ни у кого не возникло мысли: с чего это вдруг лифт с закрытых уровней несется на технические пустым?
Благодаря подключению к камерам я сумела избежать нескольких фатальных встреч с сотрудниками центра. Наконец добралась до цели – огромного подземного мусороперерабатывающего накопителя. В служебном помещении взяла защитный костюм и маску. Быстро надела и пошла к транспортерам по мрачному коридору, где даже в маске остро воняло химией.
Активная и разносторонняя деятельность огромного комплекса господина Маду способствовала накоплению большого количество мусора. Тоже различного, от топлива для летательных аппаратов и высокотехнологичных элементов очередной технической новинки до обычных отходов жизнедеятельности. Все это здесь сортировалось, утилизировалось по возможности, а остальное сжималось в брикеты, которые вагонетками вывозились по подземному гравитуннелю на мусороперерабатывающий завод на материке. Этот ежедневный состав вряд ли тщательно досматривался – надо еще поискать того «зайца», чтобы захотел на нем «прокатиться» под тоннами этих самых брикетов, а на пустой плоской платформе, когда состав возвращался, просто некуда прятаться.
Грохот автоматических подъемников, сигналки и шум пневматики гравипоезда я услышала издалека и ускорилась. Опоздать на него означало бы обречь себя на провал. И я, потея в тяжелом костюме-панцире и задыхаясь в непривычной маске с явно не под землянку настроенной кислородной смесью, бежала на шум. Выскочив из коридора в огромный ангар, где загружали последнюю платформу, я застопорилась. Дальше пришлось передвигаться перебежками, приседать, перекатываться, чуть не лишиться головы. Здесь работали исключительно роботы, выполнявшие однообразные действия. Мелькали захваты, грузовые «лапы», стальные сочленения и целые блоки проносились мимо со всех сторон.
Чудом сумев забраться на ближайшую платформу, я попыталась отодвинуть один из мусорных брикетов и запаниковала: он неподъемный. Пришлось, рискуя жизнью, перебираться на вторую, а затем на третью платформу, где меня догнала удача – брикеты оказались меньшего размера и мне по силам. В результате я с огромным трудом растолкала их и ввинтилась в узкое пространство между ними в надежде, что ехать придется недолго. Мало того, если во время движения что-нибудь сдвинется, а то и обвалится, то я могу запросто погибнуть, не говоря уже о травмах. Но мысль о возвращении к хозяину страшила еще больше. Через минуту я ощутила легкую вибрацию – мусоровоз отправился в путь.
Вскоре исчезли даже проблески света, казалось, мы нырнули в бездну. Стало дико холодно; если бы не плотный защитный костюм и маска, я бы снова превратилась в Снегурочку. Только захороненную не в космическом теле, а среди токсичных отходов жизнедеятельности. Но я не замерзла и не задохнулась, меня догнала другая напасть – по прибытии на площадку разгрузки я все еще пыталась справиться с панической атакой.
Помог знакомый грохот, проблески света и легкие толчки. Платформы двигались вперед, переднюю уже разгружали. Мои конечности окоченели и двигались с трудом, но, наверное, на адреналине, растолкать брикеты ногами мне удалось. Выбравшись наружу, я чуть не завопила от радости, увидев открытую наземную площадку. Похоже, я оказалась довольно далеко от побережья.
Спустившись, я поковыляла прочь с территории мусоропереработки. Никогда не думала и даже представить себе не могла, что когда-нибудь буду передвигаться по местности словно диверсант, прячась при виде любого разумного в подобном моему костюмчике. Мне опять удалось выбраться. За территорией я стащила с себя защиту и оправила костюмчик от Маду, похожий на спортивный, стеганая куртка с легкими ботиночками тоже оказались кстати. Впрочем, на Миритиме сейчас тепло.
Натянув капюшон, я быстрым шагом направилась в сторону космопорта. Вернее, взяла туда курс и решила использовать для этого кошелек Маду. Там просто обязана быть приличная сумма, иначе зачем его было хранить в столь защищенном месте как личный кабинет. Но вот как пойдет процесс? Сплошное волнение, тревога, сомнения. Тем не менее, вызванное в малолюдную промзону роботакси прибыло тут же, стоило запросить его через кибер. Добравшись до космопорта, я всхлипнула от облегчения, когда оплата прошла как по маслу.
Живем? Живем! Эх, если бы время не подгоняло, сжимая тисками страха мое сердце и кишки.
Космопорт потряс меня до основания. Миритим – густонаселенная планета, с активным транспортным сообщением. Я впервые здесь не в виртуальной, а самой что ни на есть реальной реальности увидела толпу разношерстного народа – гуманоидов разных видов и рас. Поначалу даже забылась, шла и крутила головой, разглядывая особенно ярких и непривычных путешественников. Но меня быстро вернули на грешную землю – толкнули тележкой с багажом, чуть не затоптали огромными лапами и явно от зашкалившего раздражения едва не ужалили ядовитым шипом, предварительно облив презрением, хлестнувшим из выпученных кислотно-желтых глаз.
С Миритима я улетела на первом подвернувшемся пассажирском судне, которое отбывало через пять минут. Успела пройти досмотр и подняться на борт за минуту до того, как прозвучал сигнал к закрытию входного шлюза.
Заняла капсулу согласно купленному билету и, сжавшись в комок, разрыдалась от дикого перенапряжения. И пусть это лишь первый шаг к свободе, но то, что мне удалось его сделать, не отступить, помогло обрести хоть чуть-чуть уверенности. Поверить в лучшее.
Глава 3
Путешествие
Спустя две недели с момента побега я летела уже на третьем межзвездном пассажирском лайнере, мало того, в третьем направлении. Свободой наслаждалась ровно трое суток, пока не почувствовала к себе плохо скрываемый интерес одного из членов экипажа, причем из службы безопасности. Пришлось срочно сойти с корабля на ближайшей станции и пересесть на второй, направлявшийся в другую сторону. Однако страх приближающейся погони неумолимо сдавливал сердце, в результате на следующем планетарном транспортном хабе я вновь сменила лайнер и маршрут следования.
Предаваться опасному самоуспокоению, что страх беспочвенный и похож на паранойю, даже в голову не пришло. Своей интуиции я стала доверять не меньше, чем прокаченному отмороженным ларсом Бельдилажем разуму, вовремя обогащенному мною знанием информационных систем, благодаря чему удалось сбежать.
С украденным у Маду дзанганом я разобралась в первые же сутки и узнала о своих финансовых возможностях. Увы, они оказались весьма скромными и уже практически исчерпались, ведь космические путешествия – слишком дорогостоящее удовольствие. Во всяком случае для конкретного кошелька. А мне пришлось оплатить три длительных перелета, и до конечного пункта еще не добралась. К тому же пришлось купить сменную одежду и сумку, чтобы на одинокую путешественницу без багажа и в спортивной, слегка облегающей одежде не обращали лишнего внимания. Любой, даже мимолетный интерес к себе пугал. Помимо самого необходимого и нескольких специфических нарядов на разные случаи жизни, я потратилась на темно-синее пальто, длинное, с глубоким капюшоном, из мягкой ткани, похожей на шерсть.
Такое, на мой земной взгляд, старомодное теплое пальто я приобрела не только чтобы скрываться от вездесущих визоров камер, но еще и потому что по-прежнему сильно мерзла. Кажется, мое тело за годы заморозки привыкло к состоянию Снегурочки и было не прочь вернуться к нему.
Моя корабельная капсула ничем не отличалась от предыдущих. Два с половиной метра в ширину, высоту и длину позволяли сидеть, стоять и лежать под верхней переборкой на выдвижной полке-лежанке, справлять нужду в узком санбоксе и там же принимать ионный душ. Эконом-класс.
При моих скромных габаритах и скудных финансах вполне комфортная капсула. А вот в соседней буквально ютился лотур – представитель негуманоидного вида, обладатель десятка длинных скользких отростков и не меньшего количества ротовых хоботков и глаз. Большая часть тела этого плотного шарообразного монстра была скрыта черным латексом, а голова отливала нежно-зеленым цветом.
Трое суток назад мы вместе поднялись на борт лайнера, и я с содроганием наблюдала, как бедняга-лотур мучительно впихивал в крохотную для него дверь-люк свои внушительные телеса. С мощным свистящим выдохом втягивая внутрь хоботки и выпирающие части, скрипя латексом и выпучивая глаза, втискивался в ограниченное жизненное пространство. Страшно представить: каково ему было в этом пластиковом коробе во время взлетов, торможений и переходов в гиперпространство?
Дальше я видела лотура лишь трижды, когда он с противным чмокающим звуком буквально выталкивал себя из тесной каморки ради приема пищи, которая входила в стоимость билета. Последний раз голова бедняги была не нежно-зеленой, а серо-бурой. Даже посочувствовала, подумав, что его все время мутит. И зачем его понесло по космическим просторам? Может, как и… Майю Юрьевну Молчанову, например, энное количество лет назад? Он просто не имел права отказаться?
Впрочем, новоявленную, Мараю Мочан тоже штормило до тошноты от безрадостных и отчаянных мыслей. Сидя в своей капсуле, обняв колени, я никак не могла определиться, куда бы податься. Официально я гражданка Дварга – сильного, развитого мира, который к двум родовым планетам из одной системы в ходе освоения ближайшего космического сектора присоединил еще три колонии.
Однако обосноваться в мире, гражданкой которого теперь являюсь, будет опасно сразу по нескольким причинам. Во-первых, дварги – раса псиоников. С большой вероятностью кто-нибудь из тамошних телепатов выудит из меня информацию о моей необычной, неизвестной на просторах этой мультивселенной расе. Что последует дальше – догадаться не сложно, ведь дварг мне внедрили одним из первых языков для общения с будущим мужем-хозяином-владельцем. Так что, если поймают на Дварге, в лучшем случае по-тихому используют по этому назначению.
Во-вторых, если удастся не отсвечивать своим уникальным геномом, отсутствующие способности к управлению псиэнергией низведут меня до уровня существа второго сорта. Что следует из внедренного мне массива знаний о расах Тесеи. Даже самый слабый псионик относится к «пустышкам» с позиции «вы все грязь под моими ногами». С подобным отношением дваргов к менее одаренным согражданам такую как я, симпатичную пустышку без защиты сильного мужчины или семьи, быстро засосет в болото, возможно, еще больших проблем, чем уже нажитых.
В-третьих, я уверена, что безгранично жадный и жестокий эмарг, мой бывший господин Маду, в силу сохранения репутации не позволит безнаказанно сбежать живому товару, особенно в разгар аукциона. С его-то длинными руками… Поэтому мучилась размышлениями на несколько пугающих тем. Положим, я удалила всю информацию о себе из системы Маду, а вирус, если повезет, зачистит все хвосты и следы, если где-то всплывут. Договор наложничества не подписывала, поэтому предъявить мне что-либо на законных основаниях, как и официально объявить в межгалактический розыск, бывший хозяин не сможет. Однако кого в этой вселенной волнуют законные основания? Значит, он будет искать меня своими силами, причем, гораздо лучше подготовленными, мотивированными и с большими, чем у обычных законников, возможностями.
Я лишь надеялась, что моего визуала у преследователей нет. Однако понимала, что рассчитывать на удачу в этом вопросе нельзя. Даже в такси я села с наглухо натянутым на голову капюшоном, проходила пограничный контроль, старательно «прилипнув» к какой-нибудь огромной туше иномирца, прячась от сканирования и визоров камер. Но смешно полагать, что какая-нибудь незамеченная мной высокотехнологичная камера при прохождении контроля не срисовала беглянку просто по очертаниям фигуры, костей и прочих нюансов. Дальше – дело техники, сеть легко и просто отследит мои перемещения. И все же надежда умирает последней.
Еще одна проблема – идентификатор личности, который я присвоила и активировала. Не знаю, зачем Маду сотни других, но все они находились вместе, отдельного, только для найденной землянки, в шкафу не было. Поэтому сделала вывод, что все документы максимально чисты и легальны. В моем случае Маду продавал не просто живой товар, а будущую жену или мать наследников самым богатым и влиятельным жителям Тесеи за сумму, сравнимую со стоимостью космического корабля. В таких случаях подделки или даже малейшие косяки с личным идентификатором живого товара не просто недопустимы – смертельно опасны для самого торговца.
Поэтому вопрос не к законности моей новой личности, а есть ли у Маду данные со всех этих идентификаторов, и как быстро выяснится, какой именно достался мне? Или, к примеру, сохранены ли эти данные у продавца идентификаторов, ведь информация должна быть максимально секретной? Есть ли шанс, что продавец и покупатель контрабандных идентификаторов не составили списки имен? Ведь тогда, петляй не петляй, при наличии у них моих данных вычислят быстро. А как приобрести новый, чистый идентификатор я не знаю.
Осталось надеяться, что, раз за две недели не перехватили, мне сопутствует удача. И пока на все предварительные вопросы ответ – нет. Но что делать дальше? Куда лететь? На какие средства?
Помимо других сложностей, есть самая главная – мой геном. Геном неизвестной расы, который отсутствует в общем реестре. В какой-то мере я в таком же положении, что и клоны. Одна радость – наличие души, благодаря которой я могу передвигаться без опасений, что тут же вычислят. В остальном же: любая медпомощь, регистрация имущества и прочее – и я сразу засвечусь. Брачный союз тоже не смогу зарегистрировать из-за проверки на совместимость, обязательной в любом мире, даже в слаборазвитом, только-только выбирающемся на орбиту собственной планеты. Итог размышлений: надо найти в Тесее самый глухой, медвежий угол, где смогу затеряться.
По сути, непринципиально, кто будет населять планету, где я обоснуюсь. Главное – чтобы ментально и фенотипически хоть немного совпадали. И чем менее развитой она окажется, тем лучше. В общем, либо жить монашкой и отшельницей, либо найти спутника жизни, которому в выбранном мной мире не будут страшны наемники Маду, заодно он сможет обойти систему для легализации моего пребывания и нашего союза.
План есть, осталась «самая малость»: где взять столько дзанов на энное количество перелетов? Любая законная идея заработка наталкивалась на сложность с немедленным выявлением моего генома при переходе в гражданско-правовое поле.
Выйти замуж по расчету – нельзя, засекут. Устроиться на работу – не могу, засекут. Даже, если неофициально, оглянуться не успею – окажусь в борделе, а там тоже быстро про меня все выяснят. И как говорится на матушке-Земле, в этом случае живая я позавидую себе мертвой.
Можно найти приличную работу в сети, где есть анонимность, но опять с десяток «но». Заработок будет скромный, в лучшем случае хватит на проживание, еду, одежду. А где жить, если меня ищут? Как снять безопасное жилье без минимальной регистрации?
Воровать по-крупному с помощью взлома информационных систем? Три раза «ха»! Там, где есть что-то действительно ценное, спецы получше меня охраной занимаются. А мелкое системное мошенничество часто приводит в тюрьму или к смерти, а не к дармовому кушу.
Вот и выходит, что, сбежав от Маду, с одной стороны, я избежала официальной долговой кабалы и чудовищного статуса инкубатора. С другой – оказалась в абсолютно безвыходном положении, где любой путь грозит возвращением к Маду и тому самому инкубатору. Обозленный высший эмарг накажет – сделает со мной самое мерзкое. Только и легко сдаться я не намерена. Потребуется – буду зайцем путешествовать. За три перелета поняла, как попасть на борт нелегально, что-нибудь непременно придумаю. Украсть у Маду идентификатор и дзанган с дзанами совести хватило, а к плохому быстро привыкаешь. Как говорится, жить захочешь, не так раскорячишься! Хотя корячиться именно в таком ключе претит до тошноты.
За размышлениями о насущном я не заметила, как проголодалась. Живот издал заунывную трель, требуя подкрепиться. Встав, я тщательно привела себя в порядок, вернее, стала похожей на представительниц сразу нескольких известных развитых рас. Больше, конечно, на дваргу, но, если не присматриваться, сойду и за полукровку эмаргу.
Натянув капюшон поглубже, я выбралась из капсулы и направилась в столовую. На моем уровне это именно столовая, а не ресторан, как уровнем выше. Зато в стоимость билета включено питание на время перелета. В моем случае это пока спасение.
По широкому коридору с серыми стальными переборками туда-сюда сновали инопланетяне, разные и порой пугающего вида. Но за две недели в бегах я привыкла и перестала таращиться на них как на диво-дивное. Как и шарахаться или дергаться, встречая совершенно непривычных существ, даже отдаленно не напоминающих гуманоидов.
Любопытно, что мой огромный сосед лотур хоть и выглядит жутко, но травоядный, безобидный и мягкотелый как буквально, так и в смысле характера. Зато через три капсулы от моей «обитает» представитель расы каксе. Этакий очаровательный самец «выдры» с мимишной мохнатой мордочкой, ниже меня ростом, худощавый до истощения. Так вот он только с виду мягкий и пушистый, этот тщедушный мелкий пассажир, если обидится, порвет за пару секунд любого. Каксе частенько служат в армии или наемниками. Одно радует: у них матриархат и почитание женщин, поэтому с его стороны лично мне ничего не грозит.
Я неспеша шла поближе к переборке, внимательно глядя перед собой, старательно пряча лицо в глубине капюшона, чтобы не засекли визоры. Нападения на лайнере можно не опасаться, безопасность пассажиров и товаров во время перелетов гарантирована самим Галагидисом. Поэтому транспортные компании поддерживают порядок на кораблях и отследить мои передвижения, если засекут, могут. Вот этого и следует избегать.
Завидев шедшего мне навстречу хмурого эмарга в багровой дерасе, рефлекторно склонила голову под четко выверенным углом, дополнительно сложив руки у талии в приветственном жесте. И получила ответный, пусть и с секундной заминкой. Да, мужчина с птичьими чертами лица тоже среагировал инстинктивно, но явно недоумевал, почему непонятная дамочка в синем пальто кланяется как более высокородная. А я, леденея в душе, не оглядываясь, продолжила путь, мысленно проклиная Маду и Бельдилажа.
За последние две недели я не раз столкнулась с тем, что те сволочи сделали со мной. Настолько промыли мозги, синхронизировав с «физикой», что я невольно, неосознанно выдавала вложенные в меня манеры «идеальной жены». Даже походка изменилась и приходилось прикладывать усилия, чтобы ходить, как привыкла на Земле, а не плавно семенить, как натаскали в лаборатории. Эх, а ведь отправляя нас в колонии создавать семейные ячейки, правительство Земли совершенно иной смысл вкладывало в понятие «идеальная жена». Глаза защипало от подступивших слез, настолько сильно захотелось домой, к маме и папе, брату и сестре, бабушкам и дедушкам, в свои оранжереи, к родному и любимому солнышку. Только их уже нет в живых. Ведь не только на Земле, но и по космическим меркам прошло столько времени, что неизвестно, существует ли еще мой мир. А вот Маду с Бельдилажем живут!
Гады… гады… гады…
