– Значит, надо воспитывать новое поколение, – уверенно заявил Иосиф Виссарионович. – И я это сделаю. Один раз сделал, сделаю и во второй. Раз уж теперь я снова молод и здоров.
– Главное всю эту троцкистскую камарилью изничтожить поголовно, – напомнил инопланетянин. – Иначе они все изгадят и все уничтожат. Благо, информация по всем ним имеется. Хотя вряд ли по всем, конечно, следует выдавить из арестованных информацию по их связям. Но это вам решать, конечно, я могу только посоветовать.
– Да уж разберусь, – хмыкнул вождь. – Не оставлю здравствовать, пусть не надеются. Особенно теперь.
– Есть еще и их покровители-глобалисты, – заметил Вирт.
– Это что еще за зверь?
– Фининтерн, иначе говоря – финансовый интернационал, самые богатые люди Земли, владельцы гигантских старых состояний. Они ведут планету по своему плану развития далеко не первое столетие и стоят за бедами очень многих стран. В первую очередь России, которая торчит им костью в горле, какой бы она ни была – царской, социалистической или либерально-демократической. Им само существование русского народа неприемлемо, поскольку он способен встать на дыбы, а им нужны послушные овцы, по первому требованию подставляющие горло. Приведу вам пример из моего времени. Вы не поверите во что превратили гордых испанцев. Насильник подал на жертву в суд за то, что она расцарапала ему лицо, и выиграл этот суд! При полном одобрении прессы.
– Вы шутите?! – потрясенно выдохнул Иосиф Виссарионович.
– Если бы… – скривился инопланетянин. – Так и было. Этого и добивается фининтерн. Знаете, я никогда не понимал, почему русские правители, и вы в том числе, играли по навязанным им чужим правилам. И, естественно, проигрывали! Правила-то чужие, они позволяют выигрывать только тем, кто их другим навязал. Почему бы не разбираться с представителями фининтерна? Прямо у них дома, по месту жительства. Как разобрались с иудушкой Троцким. Но нет, русские правители вели себя, как послушные дети, позволяя подонкам творить все, что их душе угодно. А уж они ограничений не имели и убирали неугодных только так.
– Похоже, действительно придется отказаться от всех их правил, – скрипнул зубами вождь, услышанное потрясло его до глубины души, он ничего подобного и представить не мог. Раз разрушение Советского Союза является целью сверхбогатых, то пусть пеняют на себя. Больше никто с ними церемониться не будет. Надо будет дать органам отмашку, пусть занимаются. И карт-бланш на любые действия предоставить, а то сейчас они очень ограничены в своих действиях, им слишком многое запрещено. Это ошибка. А ошибка всегда была хуже преступления.
На экране тем временем потекли новые кадры. На удивление, ситуация в стране начала улучшаться с приходом нового лидера, выходца из КГБ. Он начал понемногу закручивать гайки, и Россия сразу воспряла духом. Ведь полная свобода всегда означала свободу для подонков творить преступления и оставаться при этом безнаказанными. Однако деньги и власть все равно остались в руках денежных мешков, а это было совершенно неприемлемо. Ведь богатые ради своих доходов предадут все, что только можно предать, для них важна только их прибыль. И если ради нее понадобится сдать врагу все, чем живет народ, они это не задумываясь сделают. Да о чем речь, если будет выгодно, буржуи способны с детей заживо кожу сдирать! Это их суть, ничего человеческого в них не осталось. Хотя русский президент и сумел взять их за глотку, доказав, что для западных «коллег» они всего лишь добыча, их никто и никогда не примет за равных. Но они все равно стремились к этому, для богатых понятия Родина не существует. Так называемые «люди мира», давно позабывшие о чести, совести и доброте.
Восстание против нового правительства Украины несколько удивило Иосифа Виссарионовича, а выдвинутые на Донбасс для подавления оного войска заставили опять выругаться. Восемь лет обстрелов, убийств женщин и детей, пока за избиваемых людей не вступилась Россия. Но подоплека всех этих события была вождю неясна, и он обратился за разъяснениями к Вирту.
– Началось все с вашей ошибки, товарищ Сталин, – вздохнул инопланетянин.
– Какой именно? – насторожился вождь.
– Вы пощадили бандеровцев и других националистов, всего лишь отправили их в лагеря, тогда как эту заразу следовало выжигать огнем. Бывают болезни, которые исцеляются только ампутацией. Национализм – социальная болезнь именно такого рода, она разъедает общество, как кислотой, и национализм быстро перерастает в нацизм. Поэтому носителей идеи превосходства одной нации над другой нужно уничтожать, как бешеных собак, пока они не заразили своим бешенством остальных.
– И?
– Хрущев помиловал националистов, они вернулись на Украину и начали постепенно встраиваться в партийную и хозяйственную элиты страны, умело притворяясь верными ленинцами, а на деле растя себе смену, – криво усмехнулся Вирт. – И вырастили. Таких нелюдей вырастили, что даже немецким нацистам до них далеко было.
Он повел рукой, и на экране начали демонстрироваться записи творимого украинскими нацистами. Иосиф Виссарионович многое видел и читал во время расследования преступлений немцев, но это было нечто запредельное. Зверские убийства женщин и детей, издевательства над стариками только за то, что они русские и говорят по-русски. Выдуманная история, навязываемая в школах, где Россия представлялась экзистенциальным врагом. И многое, многое другое.
Ничего этого не должно быть, никогда не должно! Вождь, сжав кулаки, принял решение – все носители националистической идеологии будут стерты с лица земли, где бы они ни находились и где бы ни прятались. Такие перевоспитанию не поддаются, а значит должны просто перестать быть, чтобы не смогли гадить будущим поколениям.
– Есть еще одно на первый взгляд философское течение, не менее опасное, чем нацизм, – продолжил Вирт. – Либерализм. Не удивляйтесь, именно либерализм. Точнее то, во что он выродится к концу двадцатого столетия. Его сперва тайными, а затем и явными последователями являлись почти все советские деятели культуры и многие ученые. Даже в ваше время многие из них считают Запад землей обетованной, но скрывают свои взгляды, держа, как они сами говорят, кукиши в кармане. Вот, почитайте, что они говорили о России и русском народе.
Он в который раз повел рукой, и по экрану потекли строки текста, читая которые Иосиф Виссарионович понемногу наливался багровой яростью, такой ярости он не испытывал даже при виде творимого украинскими нацистами.
Некая дамочка, как выяснилось, бывшая кандидатка в президенты, заявила: «Россия – страна генетического отребья и лохов». Анатолий Чубайс поддержал ее: «Что вы волнуетесь за этих людей? Ну, вымрет тридцать миллионов. Они не вписались в рынок. Не думайте об этом – новые вырастут». Им вторила похожая на расплывшуюся старую жабу Валерия Новодворская: «Русская нация – раковая опухоль человечества!», «Русских надо убивать, и только убивать – среди них нет тех нормальных, умных, интеллигентных, с которыми можно было бы говорить, и на понимание которых можно было бы надеяться» и «Русскому народу место в тюрьме, причем не где-нибудь, а именно у тюремной параши…». Борис Стомахин заявил: «Я считаю русских мужчин в массе своей животными, существами даже не второго, а третьего сорта». Бывший премьер правительства Ельцина Егор Гайдар: «…Россия как государство русских не имеет исторической перспективы».
Но больше всего вождя поразили два высказывания. Одно принадлежало некому Панюшкину, его данные и данные его семьи он специально запомнил, чтобы перекрыть этим людям путь куда-либо: «Всем на свете стало бы легче, если бы русская нация прекратилась. Самим русским стало бы легче, если бы завтра не надо было больше складывать собою национальное государство, а можно было бы превратиться в малый народ наподобие води, хантов или аварцев… Я русский, но я всерьез думаю, что логика, которой руководствуется сейчас мой народ, сродни логике бешеной собаки. Бешеная собака смертельно больна, ей осталось жить три – максимум семь дней. Но она об этом не догадывается. Она бежит, сама не зная куда, характерной рваной побежкой, исходит ядовитой слюной и набрасывается на всякого встречного. При этом собака очень мучается, и мучения ее окончатся, когда ее пристрелят». Ю. Гусаков вторил ему: «Страну населяет звероподобный сброд, которому просто нельзя давать возможность свободно выбирать. Этот сброд должен мычать в стойле, а не ломиться грязными копытами в мой уютный кондиционированный офис. Для этого и придуманы «Наши», «Молодогварейцы» и прочий быдлоюгенд. Разве не понятно, что при свободных выборах и равном доступе к СМИ победят как минимум ДПНИ и прочие коричневые? Валить из страны надо не сейчас, когда «Наши» и прочие суверенные дол…бы строем ходят. Валить отсюда надо именно когда всезвероподобной массе, когда этим животным позволят избрать себе достойную их власть».
– Шени деда! – снова не выдержал Сталин, у него даже руки затряслись.
– А уж как они гадили народу и стране… – покачал головой инопланетянин. – Справиться с ними будет потруднее, чем с националистами, поскольку те относительно открыты, а эти скрывают свои взгляды и притворяются верными и правильными, на самом деле разрушая все, к чему прикасаются. Их цель – уничтожение страны и вообще русской цивилизации, как таковой. Они полностью принадлежат Западу и добровольно на него работают. Вот здесь, – он положил на выросший из пола стол без ножек стеклянную, непрозрачную пластину, – вся информация по каждому такому персонажу, от вашего времени до моего побега. Сейчас я передам вам на имплант информацию о том, как пользоваться планшетом и пространственным карманом, который будет всегда при вас, никто другой в него забраться не сможет. Там я оставлю довольно много всего, что может пригодиться. В том числе малый катер системного базирования. На нем вы за пару часов окажетесь даже на Плутоне, а по Земле сможете перемещаться очень быстро, причем скрытно, затрачивая на это считанные минуты. Ну и некоторое количество оружия, подобного которому на Земле не появится еще несколько сотен лет. Плюс медикаменты, позволяющие продлить жизнь нужным людям лет на пятьдесят-шестьдесят. Дроиды тоже находятся в кармане. Приготовьтесь, сейчас вам ненадолго станет дурно.
И действительно, в глазах Иосифа Виссарионовича потемнело, а в ушах загрохотали барабаны. Однако все это довольно быстро закончилось. Сразу после этого вождь осознал, что знает, как пользоваться мозговым имплантом, пространственным карманом, в который, если постараться, четверть Москвы влезет, и планшетом с практически бездонной памятью. Умеет управлять системным катером, владеет всеми видами имеющегося оружия, от импульсного наруча-пистолета до большого десантного плазмера, одним выстрелом способного испарить земной линкор.
Довольно долго Иосиф Виссарионович лазил по настройкам импланта, постепенно начиная понимать, насколько ценный инструмент ему достался. Он же теперь сможет осмысливать и использовать гигантские массивы информации! Помимо упомянутого, в памяти планшета оказались записаны многие научные и инженерные знания, которые надо будет срочно передать специалистам – пусть работают.
– Я бы советовал с научными знаниями быть осторожным, – Вирт явно понял, о чем думает собеседник. – Дело в том, что существует опасность свернуть с собственного пути развития и вслепую тыкаться в ограниченной чужими правилами и взглядами зоне. Немало цивилизаций, найдя знания предшественников, в эту ловушку угодило. Они стали двигаться в направлении, заданном найденными знаниями, отбросив немало многообещающих концепций. Например, я вам передал стандартную теорию гиперполя, позволяющую со временем создавать гипердвигатели для межзвездных перелетов. Почти все, кому эта теория досталась даром, не была разработана самостоятельно, оставили и позабыли идеи пространственного прокола, варп-перемещений, сопряжения пространства и многого другого.
– Тогда зачем вы оставляете мне эти знания? – насторожился вождь.
– Чтобы у вам было преимущество, если что-то случится и понадобится срочно переходить на следующий технологический уровень, – вздохнул инопланетянин. – Это задел на такой случай. Вдруг нападет кто-то извне, хищных цивилизаций в мироздании хватает. Поэтому советую – как я уже говорил, я могу только советовать, решать вам – знакомить ученых и специалистов только с самими концепциями, не давая им готовых решений и, тем более, технологических схем, пусть своими головами думают. В СССР хватает талантливых и умных людей, их надо только найти и дать шанс взлететь. Например, помимо вас я спас двух человек. Первого земного космонавта, советского майора Юрия Гагарина в тысяча девятьсот шестьдесят восьмом году и генерального конструктора Сергея Королева в шестьдесят шестом. Благодаря последнему у СССР вообще появилась и была реализована космическая программа. Они в том времени тоже получили импланты, пространственные карманы и знания. Но до указанных дат они ничего знать не будут, а после того у вас появятся верные помощники. Эти люди заслужили.
– Королев действительно бредит космосом, я с ним знаком, – хмыкнул Иосиф Виссарионович. – Хорошо, я понял. Подумаю и приму решение, что именно делать. А вы?
– А я покидаю Землю, – развел руками Вирт. – Мне здесь нечего делать, если я надолго задерживаюсь в одном месте, то рискую перерождением в опасную и совершенно безумную тварь. Я и так уже на грани этого по вине вашего паскудного демиурга, чтоб он всю жизнь в отхожей яме провел. Так что сейчас я верну вас в кабинет. Может активировать дроидов на случай предательства охраны? Все ведь возможно…
– Возникнут вопросы, что это за люди и откуда взялись, – отрицательно покачал головой вождь. – Придется легализовать их другим способом, как энкаведистов из глубинки. А охрана вряд ли предала, это люди еще Власика, он их умел подбирать, как никто другой. Надо его, пожалуй, вернуть.
– Если вы не против, то стоит на всякий случай активировать защитное поле, у вас в кармане есть его генератор в виде пояса. Тогда вы уцелеете, даже если начнут стрелять. Да даже в случае взрыва.
– Это лишним не будет.
Не прошло и десяти минут, как Иосиф Виссарионович стоял возле стола в своем кабинете. Одет он был привычным образом, хотя на самом деле это был высокотехнологический нанокомбинезон, принимающую любую угодную носителю форму, от пышных кружев до космического скафандра. Тело вождя покрывала тонкая, невидимая пленка инопространства, любой летящий в него предмет будет в результате столкновения с ней перемещен в иную реальность, причем выбранную случайным образом.
– Это сколько же всего мне осмысливать и осваивать теперь придется?.. – покачал головой Сталин.
Он вздохнул, отпер дверь кабинета, вышел навстречу явно обрадовавшимся охранникам и попросил подать обед – после исцеления есть хотелось очень сильно. Затем следовало отправиться в Кремль, вызвать Лаврентия и проверить, не предатель ли он. И если нет, приниматься за чистку авгиевых конюшен.
Глава V
Спасение Гагарина, Королева и Сталина принесло Вирту мрачное удовлетворение, они явно не позволят случиться тому, что произошло в знакомой ему реальности. Волны изменений еще не достигла двадцать первого столетия, на это уйдет около года, но они начали накапливаться. События в памяти людей постепенно становятся другими, одни исчезают, другие появляются, и никто этого не замечает. Скоро, очень скоро демиург заметит неладное. Вот только сделать ничего не сможет. Не его уровень. И все его начинания рассыплются прахом. По заслугам! Нечего было такое творить! Вирт не сделал ему ничего дурного, наоборот, пришел на помощь, а эта тварь… Ничего, отольются кошке мышкины слезы, ох, и отольются же.
Вспомнив, как тошно и тесно было ему на Земле, Путник передернулся. Он на что угодно пойдет, лишь подобное не повторилось! Хотелось поскорее оставить этот затхлый мир позади, забыть о нем навсегда, но требовалось сделать последнее. Обеспечить Татьяну, хоть она вместе со своей дочерью и вызывала у Вирта только отвращение. Однако он прожил с этой женщиной почти тридцать лет, а это накладывало некие обязательства. Возиться Путник не собирался, достаточно найти большой кусок золота в астероидном поясе, это совсем не проблема. Оставит, а дальше пусть крутится, как хочет.
Золото действительно нашлось в огромных количествах во втором кольце Сатурна, выплавить сотню двухкилограммовых слитков тоже труда не составило. Затем Вирт переместился в нужное время, дня через три после своего ухода в прошлое. Сталкиваться с самим собой он желания не имел, чревато временным коллапсом.
Просканировав Питер, Путник вышел на квартиру, в которой прожил столько лет, и усмехнулся – думал уже никогда в ней не побывает. Впрочем, это нельзя назвать побывкой – он намеревался отдать золото и покинуть Землю, нестерпимо хотелось увидеть другие миры и реальности, в этой чужой и чуждой ему нечего больше делать. Потом как-нибудь надо будет сюда наведаться, чтобы посмотреть на результаты действий Сталина с компанией. Они явно были сильно обозлены полученной от Вирта информацией, а значит, снесут все, до чего дотянутся. И всех. Что ж, по заслугам тварям.
Татьяна с Викторией скандалили, последняя требовала что-то там купить, ей, мол, срочно надо, а мать отнекивалась, упирая на отсутствие денег. Вирт некоторое время с недоумением смотрел на это, удивляясь, что жил с этими двумя совершенно чужими ему женщинами. Особое отвращение вызывала бывшая жена – убогое ничтожество, причем сделала она себя таковой сама, прежде, в бытность Талиэль, она была совсем другой. Потому Путник в нее и влюбился, что девушка была вся устремлена к небу, не воспринимая окружающую убогую реальность. Но все это оказалось искусственным, на самом деле она хотела одного – денег. Иначе не превратилась бы в Татьяну, от одного вида которой его тошнило.
– Мама, да пойми, мне нужна машина! – нервно взвизгнула Вита. – Есть хорошая работа с отличной зарплатой, но за городом, туда без машины не наездишься!
– Заработай и купи! – отрезала Татьяна. – Я…
Ее прервал низкий гул, стена напротив засветилась каким-то призрачным светом, и из нее вышел одетый в свободные шорты и рубашку с короткими рукавами высокий широкоплечий мужчина с длинными русыми волосами, стянутыми в небрежный хвост на затылке. Он был красив какой-то неземной, но чисто мужской красотой. Мышцы были сухими, на открытых частях тела виднелись сухие квадратики тренированных мышц. Вита даже вздрогнула – она никогда не видела настолько тренированных парней, да и двигался он, как сытый, довольный жизнью кот. Вот только его лицо было знакомым, девушка вспомнила юношеские фотографии отца из семейного альбома, и даже задохнулась от неожиданности. Это он, что ли? Да нет, он старый уже был, наверное какой-то родственник. Отец ведь бесследно исчез, а мать так и не сказал, куда он подевался – только плакала в ответ на вопросы.
– Здравствуй, Татьяна, – негромко произнес гость.
– Пришел… – хрипло, с трудом выдавила та. – И?..
– Надо же, не орешь, неужели что-то поняла?
– Да вижу я, что мы тебе не нужны, не слепая… Ты снова молод и… Вон что можешь…
«Все же отец! – мысленно ахнула Вита. – Но… Но как?! Снова молодой?! Разве такое бывает?!»
– Все верно, – криво усмехнулся Вирт. – Татьяна вызывает у меня только брезгливость. Талиэль я любил, ее бы забрал с собой, но ты убила ее в себе, превратившись в ничтожество, в цивилку. А эта вот, – кивнул он в сторону девушки, – ко мне вообще отношения не имеет. Генетический анализ, причем не на земном уровне, не лжет. Это не моя дочь! Не знаю от кого ты ее нагуляла, но меня обманула и сказала, что моя. Я сдуру поверил. Удивлялся только, что настолько на меня не похожа, да и взгляды отвратительные имеет. А пришел я с одной целью – оставить вам золото. Я улетаю с Земли навсегда, меня ждут тысячи миров и вселенных. И все чудеса мироздания! Тебе чудеса не нужны, тебе бы поудобнее устроиться. Одного не могу понять. Зачем было притворяться мечтательницей, рвущейся в небо, если ты конченая цивилка?
– Тогда я действительно мечтала о всяких глупостях, – с горечью ответила женщина. – Потом повзрослела и поняла, что есть только реальная жизнь! Ты этого понимать не пожелал, остался витать в облаках.
– Как видишь, мое витание в облаках дало такой результат, какой никогда не даст ваша убогая реальная жизнь, – с презрением выплюнул Путник.
– Это несправедливо… – закусила губу Татьяна. – А дочь?.. Может, она и не твоя, на вечеринках тогда случалось всякое, я просто не помню, но именно ты растил ее. И то, что она выросла… такой, твоя вина тоже.
– Я принес двести килограмм золота, – сообщил Вирт, затем повел рукой, и в углу комнаты возникла стопка тускло блестящих прямоугольных слитков. – Вам деньги и удобство собственной задницы важнее всего на свете? Вот вам, ешьте, хоть подавитесь. Дальнейшее меня не касается. Живите, как хотите. А мне не терпится убраться из вашего поганого мира. Таким, как я, нельзя долго оставаться на одном месте.
Виту до онемения поразили услышанные откровения. Значит, отец ей не родной? Что еще скрывала от нее дорогая мамочка, чтоб ей провалиться? А уж то, что он помолодел, да и его магические способности вообще были чем-то непредставимым. Девушка прекрасно осознавала свои недостатки – неприметная внешность и несносный характер, но ничего поделать с этим не могла, такой уж уродилась. Отца она понимала – узнать, что ты всю жизнь растил чужого ребенка, очень больно. Если сразу знаешь, что ребенок не твой – это совсем другое дело. А вот если тебя обманули – обидно. Одно то, что он, уходя в совсем иную жизнь, подумал о них и принес много золота, уже много значит, а жизнь мага, способного на то, что видела Вита, однозначно не будет жизнью простого человека. На самом деле девушка почитывала фэнтези, только не слишком об этом распространялась, не приветствовались такие увлечения в кругу ее друзей. А быть одиночкой слишком тяжело.
– И как нам это золото продавать? – хмуро спросила Татьяна, жадно глядя на молодого и красивого мужа, таким она его и в прежние времена не видела, не было у него тогда таких мышц и такой осанки.
– Это уже ваши проблемы, – отмахнулся Путник. – Мне…
Его прервал взрыв, и в квартиру валом повалили «космонавты» с надписями ФСБ на груди.
– На пол! – рявкнул один из них, поведя стволом автомата. – На пол, я сказал!
Вирт с веселым любопытством смотрел на них, повредить ему эти бойцы не могли никоим образом. Интересно, что им нужно? И с какой стати они вообще ворвались сюда? Придется, похоже, преподать кое-кому пару хорошо запоминающихся уроков.
– На пол!!! – буквально завизжал эфэсбешник, тыча в него стволом автомата.
Татьяна с Викторией рухнули на пол и прикрыли затылки руками.
– Сам ложись, если тебе надо, – брезгливо бросил Путник.
– Я сказал – на пол! – повторил боец, его глаза в прорезях маски сверкнули злостью.
– Пошел на хрен! – выплюнул Вирт.
Ствол автомата опустился ниже и выпустил короткую очередь по ногам непокорного человека. Вот только пули исчезли в на мгновение вспыхнувшем вокруг тела Путника свечении, отправляясь в другую вселенную. Эфэсбешник ошалело замер и потряс головой. Затем выпустил в Вирта долгую очередь, к нему присоединились другие, однако результат оказался тот же.
– А если я в них выстрелю? – перевел ствол на Татьяну с Викторией боец, в его голосе появилась неуверенность.
– Вот это ты зря сказал, этим ты показал себя подонком, в женщин способен стрелять только подонок, а с таковыми у меня разговор короткий, – недобро прищурился Вирт.
Автоматы ворвавшихся в квартиру «космонавтов» мгновенно раскалились добела и стекли на пол лужицами расплавленного металла, далеко не все успели отшвырнуть подведшее оружие и теперь трясли обожженными руками. В глазах стоящего впереди билась растерянность напополам со злостью, ни с чем подобным офицер за всю свою жизнь не сталкивался. Что это за мистика такая?!
– В вашем поганом мире нет ничего способного нанести мне вред, – любезно пояснил Вирт, насмешливо ухмыляясь. – Кто вы такие и что вам нужно? Советую быстро отвечать, или начну принимать меры, которые вам сильно не понравятся.
– Полковник Федосеев, ФСБ, – показал удостоверение офицер, затем снял балаклаву, чтобы показать лицо. – У нас ордер на арест Виктора Ивановича Дарицкого.
– Арестовать меня вы не сможете никоим образом, мои возможности настолько превышают человеческие, что не вам со мной тягаться. Это я только что и доказал, – хмыкнул Путник.
– Если вы нашли что-то необычное, то вы обязаны передать найденное государству, это ваш долг как гражданина! – сжал кулаки возмущенный до глубины полковник, он всегда действовал с точки зрения силы и оказавшись в роли слабого чувствовал себя очень неловко.
– Чтобы оно досталось высокопоставленным скотам и подонкам? – презрительно выплюнул Вирт. – Да что вы говорите?
– Скотам и подонкам? – нахмурился Федосеев. – Откуда вы это взяли?
– Да вот, сами смотрите, – повел рукой Путник.
Стена превратилась в экран, на котором начали появляться лица арестованных за последние годы за казнокрадство и взяточничество депутатов и генералов. А затем лица самых богатых людей страны, олигархов, банкиров и бизнесменов. Плюс картины их гулянок, яхт, роскошных дворцов и прочего, прочего, прочего.
– То есть, по-вашему, если человек богат, то он обязательно сволочь?
– Практически всегда. Давайте рассмотрим такой факт. Народ не первый год собирает на армию, на беспилотники там, машину или багги для разных частей. Но собирают деньги простые люди, живущие на зарплату. Кто из сверхбогатых хоть раз помог армии? Вам известен такой случай? Мне – нет.
– Знаю и такое, – возразил полковник. – Богатые тоже разные бывают, среди них и хорошие люди попадаются.
– Но очень мало, а исключения только подтверждают правило, – криво усмехнулся Путник. – Для основной массы главное их прибыли. И если ему это окажется выгодно, богатей станет заживо сдирать кожу с детей. Ведь ему выгодно! Какое страшное слово – выгодно… О чести, совести, жалости, доброте и прочих человеческих качествах богатеи понятия не имеют! Я, еще в бытность человеком, прекращал общение с любым своим знакомым, занявшимся бизнесом. Занявшись бизнесом, человек прекращает быть человеком, а становится адской тварью, только притворяющейся таковым.
– Даже так?.. – укоризненно покачал головой Федосеев. – Зря, если честно. Занятие бизнесом еще не делает человека подонком.
– Делает! И если бы вашим богатеям досталось хоть что-то из моего «наследства», уж они бы развернулись. Ад на Земле создали бы.
– Могу только повторить, что вы неправы, государство нашло бы вашим находкам достойное применение. Использовать их лично для себя – свинство! Особенно сейчас, когда страна ведет спецоперацию.
– Достойно? – хохотнул Вирт. – Вы издеваетесь? Вам напомнить о количестве арестованных казнокрадов и взяточников? А скольких еще не поймали?
– Да, они есть, человеческая природа несовершенна, – вынужден был признать полковник. – Но в любых структурах хватает и достойных людей!
– Раз взяточников столько, то все там такие, – безразлично произнес Вирт. – К тому же узник ничем тюремщикам не обязан. Меня насильно держали в вашем мире полторы тысячи лет, но я вырвался. Чудом, наверное. Все мои находки принадлежат мне лично, принадлежат тысячи лет. Так что вы ни на что не можете претендовать. Да и не заслуживаете того, чтобы для вас делали что-либо хорошее. А тому, кто стоит за вами, меня снова не поймать. Вскоре он получит по заслугам, вся информация о его действиях передана на Перекресток. Так что жди, сволочь, скоро.
– За-а-а-ч-е-е-е-м?.. – раздался из ниоткуда надрывный стон, от которого эфэсбешники вздрогнули и заозирались.
– Кто это?! – резко спросил Федосеев.
– Земной демиург, – просветил его Путник. – Та еще тварь. Именно он держал меня здесь, именно он поймал в подлую ловушку. Но теперь он все заслуженное получит. По полной программе. Как, впрочем, и те, кто вас сюда послал. Вы полагаете, что они действовали, исходя из государственных интересов? Сильно в этом сомневаюсь и сейчас это докажу, сами поглядите, какие сволочи ваши начальники. Ими я займусь лично. Кай! – позвал он неведомо кого. – Отследи через ментал, кто все это затеял.
– Отследил, – через пару минут ответил незнакомый голос. – Генералы ФСБ Митрохин и Стерненко, плюс некий господин Нечаев, один из самых богатых людей России. Первые двое, похоже, полезли во все это с подачи последнего, он откуда-то узнал, что ты «нашел» что-то необычное. А сей господинчик обожает всякие загадки и секреты, искренне полагая, что на что-либо в этом роде имеет право только он сам, а потому подключил государственный ресурс, поскольку имеет выход на ФСБ. О, обнаружил, где эти трое сейчас. Будешь учить уму-разуму?
– Буду, – подтвердил Вирт. – Каждому да воздастся по делам его!
На стене засветились еще три голографических экрана, на которых были появились сидящие за столами и что-то делающие пожилые господа в хороших, дорогих костюмах.
– Это еще что?! – откинулся на спинку кресла один из них, увидев огромный экран напротив себя.
– Вы трое отправили бойцов арестовать Виктора Ивановича Дарицкого, – жутковато усмехнулся Вирт, от его улыбки у видевших ее мороз по коже пошел. – Просто так, ни за что, поскольку он владеет чем-то, чем захотели завладеть вы. Но вы никогда не сталкивались с силой, которой вам нечего противопоставить и забыли, что за все будет воздано. За каждый поступок. Так получите, что заслужили, подонки!
Трое важных господ вдруг завопили не своими голосами, попадали на пол и принялись извиваться. Потемневшие штаны каждого показали, что они обмочились и обделались. Выли виновные минут десять. Причем войти в их кабинеты никто не мог – стены и двери покрыло опаловое свечение, не пропускающее никого и ничего.
– Зря вы так… – сжал кулаки Федосеев, окончательно осознавший, что действительно столкнулся с чем-то невероятным и невозможным. – Генерал Митрохин хороший человек… Всегда помогал кому мог…
– Хороший человек? – вздернул бровь Путник. – Сейчас проверим. Кай, просканируй упомянутого господина через ноосферу. Ага, пошла информация. Нет, ну надо же, какая сволочь! Смотрите, что творил ваш «хороший» человек.
