– Я даже не успела как следует извиниться! – прорыдала я в его грудь, сотрясаясь от мучительной боли. – Не успела измениться ради них. Не успела сказать, что люблю и… Я ничего, блядь, не успела!
– Тш-ш-ш… – Крэй погладил меня по волосам. – Они не держали на тебя зла. Знаешь, что мама обожала твой характер, а папа в тайне ему завидовал? Они принимали тебя любой. Прощать никогда не поздно, Черничка. Это жизнь, просто у нас она немного сложнее, чем у остальных. Поэтому нужно принимать очередной ее поворот.
– И делать так, чтобы на с-следующем никого не занесло, – всхлипнула я.
Крэйтон тихо засмеялся и обнял меня еще крепче.
– Именно так.
Я долго смотрела на звездное небо над Рейкьявиком, поэтому не сразу заметила, как на крыше показалось еще несколько темных фигур.
Сиера и Зейден.
Джулиан и Рейвен.
Астрид и Феникс.
Измотанные и все в крови, они молча опустились на крышу неподалеку от нас. Их взгляды говорили красноречивее слов. Роксания протерла рукавом блестящие глаза и села позади Крэйтона, сжав его ладонь. Тогда я почувствовала, как на мое плечо опускается подбородок Кая. Повернувшись, я увидела его мягкий взгляд, от которого сердце защемило. Он обвил руками мою талию и нежно поцеловал в висок.
– Завтра станет легче, – прошептала Роксания, подняв голову к небу. – Мы будем с вами до самого конца.
Этих слов было достаточно.
– До самого конца.
Глава 25
Добрый день, Оливер. Меня зовут Кай Алькастер, и я, как вы могли догадаться, действующий верховный правитель нового общества. Не буду расписывать на несколько страниц, какое уважение у меня вызывает ваша политика, поэтому отбросим лесть и перейдем к делу.
Вы знаете, что происходит в Исландии. Боюсь, для подавления корпорации, которая с каждым днем захватывает все больше гражданских территорий, наших сил не хватит. Мы нуждаемся в помощи Великобритании. Я уважаю место, где родился, поэтому выслушаю ваши ответные требования.
Из письма верховного правителя Альтинга, Кая Алькастера, правителю первого кластера, Оливеру Иствуду
Не думал, что скажу это, но мне нравилось жить в банке.
В банке, а не в банке. Поняли, да?
В консервной не было столько денег.
– Экспедиция в Хваннейри? Думаешь, сработает?
– Пока не попробуем, не узнаем, Джулиан, – ответил Кай голосом, от которого у меня затряслись бы колени, не будь я его другом.
Мы двигались по широкому коридору, а я вдыхал запах… Как там это называется?
Ах, точно.
Богатство.
– После конференции системы отслеживания ни разу не засекли триад на территории городов. Хотя, если подумать, они отступили намного раньше. Когда мы последний раз видели их? – спросил Кай. – Правильно, давно.
Спасибо, что дал мне ответить, придурок.
– Нужно понять, в чем причина. – Он поправил воротник черной рубашки, чтобы занять чем-то руки. – Если моя догадка верна, то это плохо.
Я нахмурился.
– Для нее?
– И для нее, и для меня. Для всех нас.
– Ну, это дерьмово.
Не поворачиваясь, Кай наградил меня недовольным взглядом.
– Мог бы утешить меня, а не подливать масло в огонь.
Я распахнул дверь в печатный цех и, разведя руки в стороны, воскликнул:
– Я твой друг, Кай! Только я могу сказать, что ты гребаный ублю…
Мне пришлось оборвать половину фразы, потому что в мои ноги вцепились чьи-то клыки. Взревев от боли, я бросился ухмыляющемуся придурку на руки, но он резко отступил, из-за чего я повалился на пол.
– Отпустите его.
Два добермана щелкнули перед моим лицом клыками. Я зарычал и повторил их движение, на что они удивленно заморгали.
– Ага, не ожидали встретить своего?
– Какой же ты дурак, Джулиан, – вздохнул проходящий мимо Зейден.
Я ухмыльнулся и подмигнул ему.
Мы втроем, с двумя псами на буксире, вошли в печатный цех. Я поморщился, когда звук станков стал набатом бить по голове. Конечно, хаос и деньги приносили мне удовольствие, но не до такой же, ради всего святого, степени.
До операции я даже предположить не мог, что центральный банк кластера и является монетным двором, где печатаются деньги. А печатаются они очень и очень громко. Шум цеха мог переплюнуть только голос Феникса: этот парень обожал кричать во всю глотку.
– Деньги сами себя не напечатают, мои золотые! Мистер Барди, почему я вижу вялость в ваших движениях? Мистер Оттар, вы проработали в Банковском Совете больше десяти лет и украли около миллиарда исландских крон, так какого хрена делаете такое страдальческое лицо? За работу, иначе поедете прямым рейсом в Литла-Храун! Господи, одни коррупционеры и продажники…
– Феникс.
Услышав голос Кая, он выпрямился и направился в нашу сторону.
– Чем могу служить, мой правитель?
– Не говори это при Ксивер, иначе останешься без члена, – усмехнулся Зейден.
– Это была моя реплика, – надулся я.
Блэквуд всегда перетягивал одеяло шутника на себя. Однако все знали, у кого юмор лучше – конечно, у меня.
– Как у вас дела?
– Не вижу в них энтузиазма, но мы над этим работаем. Напечатанных денег должно хватить как минимум на покупку континента.
Кай растянул губы в довольной улыбке, а я представил, какой из островов достанется нам с Рейвен. Наверное, ей больше понравится Фиджи. Там мы сможем заниматься сексом под пальмами, пить коктейли прямо из кокосов и…
– Часть денег нужно перенаправить кластерам, которые спонсировали нас до начала революции. Северной Америке, России, Австралии. Другую часть вложить в закупку военной техники у Китая. Шнайдер взял под контроль заводы, но там старое оборудование, поэтому нужна внешняя поддержка.
– А Фиджи?
Когда Кай посмотрел на меня, я состроил щенячьи глазки.
– Я не подарю тебе остров, Джулиан.
– Почему?
– Потому что.
– Почему потому что?
– Потому что если тебя укусит ядовитая змея, мне придется организовывать твои похороны, а это дорогое удовольствие.
– Но…
– Нет.
Зануда.
Пока я наигранно дулся, он отдал еще десяток приказов Фениксу. Если честно, половина его слов пролетела мимо моих ушей.
Нет, я не был глупым, хотя многие думали так из-за выстроенного мной образа. Я любил сходить с ума и действовать, прислушиваясь к своим животным инстинктам. Я брал от жизни всё, что только мог. Не анализировал одну стратегию несколько недель, как Кай, не жаждал командовать кем-то, как Феникс или Зейден. Мне было комфортно прислушиваться к ним, потому что я доверял этим парням и чувствовал себя на своем месте, исполняя их приказы.
– Я тебя понял, – кивнул Феникс. – Что-то еще?
– Да. Ты отправляешься в Хваннейри на следующей неделе.
Он нахмурился.
– Зачем?
– За хлебом.
Кай снова повернулся ко мне, и я широко улыбнулся.
– Привет.
Он тяжело вздохнул, а мы с Зейденом отбили друг другу пять за его спиной.
Когда Кай рассказал Фениксу то же, что и мне пару минут назад, с другого конца цеха к нам заспешила Астрид. Она была одета в какую-то шапочку и специальный костюм, в котором работали в печатном цехе.
Я закашлялся себе в кулак.
– Даже не думай смеяться, Джулиан! Это он заставил меня нацепить эту дрянь.
Феникс поймал ее за талию и, резко притянув к себе, поцеловал прямо на наших глазах. Мы втроем как по команде развернулись и стали разглядывать стену. До нас доносилось лишь хихиканье Астрид и грубые стоны Феникса, как будто они не целовались, а трахались, храни их Господь.
Вашему вниманию представляется холодная, саркастичная, вечно недовольная девушка, которая, оказывается, умеет хихикать.
Не знаю, сколько дней и ночей эти двое провели вместе, но по их поведению было понятно, что между ними не только физическая связь. Хоть Астрид говорила, что они просто спят, ее глаза загорались, когда Феникс появлялся на горизонте. Они постоянно подкалывали друг друга и не отвечали на вопросы об их отношениях, однако после моего дня рождения между ними что-то изменилось.
Я немного завидовал.
Ладно, много.
Наши с Рейвен отношения не заходили дальше пары поцелуев, но я старался не отчаиваться. Чтобы заполучить эту девушку, я был готов пойти на всё. Не поймите меня неправильно, дело касалось не только секса – моя правая рука отлично справлялась с этой проблемой. Хотя на день рождения, когда подвыпившая Рейвен впилась своими клыками в мою шею и сжала когтями задницу, я был готов наплевать на все приличия.
Но дело было в другом.
Я любил ее.
С первого взгляда. С первой встречи в академии.
Поэтому должен был дождаться, когда она полюбит меня в ответ.
Мысли не завели меня далеко: сладкая парочка позади откашлялась, и Кай продолжил обсуждать с Фениксом какие-то скучные вопросы. После этого меня ждала еще одна череда скучных вопросов, потому что мы направились на совещание Карателей.
В большом светлом кабинете уже собрались Ван Дер Берг и Кингсли. Напротив них сидела Ксивер, но большую часть стола занимали командиры – Шнайдер, Джегер, Эрнандес, Винчестер и… Хельгюсон? Вроде так звали это подобие викинга с бородой и длинными светлыми волосами, завязанными в косички.
– Начнем с гражданских, – сказал Кай, расположившись во главе стола.
Мужчины посмотрели на него с отчетливым презрением, на что он с таким же презрением вскинул бровь.
Мы с Зейденом переглянулись.
Наш мальчик.
Как можно было догадаться, отношения между нами с командирами были, мягко говоря, напряженными.
– После уничтожения подземного города мы разместили большую часть гражданских в секторах, которые находятся под нашим командованием, – начал я, откинувшись на спинку стула. Собственно, именно этим мы с Зейдом занимались всю неделю. – Но население Рейкьявика гораздо больше. Многим приходится ночевать на заводах, пока ЦЭС контролирует половину города. Нам как минимум нужны седьмой и восьмой сектора, чтобы разместить всех и…
– Где сейчас линия соприкосновения?
Обожаю, когда меня перебивают.
Естественно, это сделал Эрнандес – пятидесятилетний испанец, считающий себя Господом Богом. Даже я, блядь, не считал себя Господом Богом. Эти слова вообще можно использовать в одном предложении?
Кай бросил на меня предостерегающий взгляд, когда я полез за ножом.
