– Давай, Инночка. Если что-то понадобится, обращайся.
– Спасибо.
Я поднимаюсь на лифте на наш этаж, а когда двери кабины открываются, медлю. Дома мужа, разумеется, нет – его рабочий день еще не закончился, да и консьержка бы обязательно сообщила. Еле волочу ноги до квартиры, будто пытаясь как можно дальше оттянуть момент возвращения. Хотя что это даст? Ничего. Я все равно войду туда, мне больше некуда идти.
Поворачиваю ключ в замочной скважине и открываю тяжелую металлическую дверь. Я дома. Вот только то, что я вижу, вызывает у меня некоторые вопросы.
У двери стоит чемодан, а в моей голове проносится тысяча разнообразных мыслей, что все это может значить.
– Миша, ты дома? – спрашиваю на всякий случай, чтобы удостовериться, что в квартире я нахожусь одна.
Вставляю ключ в замочную скважину уже изнутри и поворачиваю на два оборота, как и было. Намеренно не закрываю на щеколду, чтобы не обнаружить свое присутствие раньше времени.
Подозрения… Кажется, будто теперь вся моя жизнь будет состоять только из них независимо от того, какой мужчина окажется со мной рядом. Надеюсь, со временем это пройдет.
Даже не раздевшись, осторожно тяну за «собачку» на чемодане и заглядываю внутрь – вещи моего мужа. В какой-то момент я даже подумала, что там окажется моя одежда, ведь фактически квартира принадлежит Мише.
Интересно, куда он собрался? Неужели в отпуск? На днях мы переписывались с ним, и я сообщила, что отдыхать с ним в сложившейся ситуации точно не поеду. Он воспринял эту информацию совершенно спокойно и несколько раз переспросил, когда меня выпишут из больницы. Неспроста, скорее всего…
Нечто липкое и неприятное расползается по-моему сознанию – это очередное подозрение. Ведь Миша ни словом не обмолвился, что он куда-то собирается, хотя регулярно писал и звонил мне все это время. Нужно перестать прокручивать одни и те же мысли и переключить внимание на что-нибудь другое. На работу, например.
Застегиваю молнию на чемодане и только потом снимаю с себя шубу и сапоги. Убираю вещи в шкаф и прохожу в гостиную. Огромное количество букетов в вазах расставлено по всей комнате. В остальном все находится на своих местах, ничего не изменилось. Провожу пальцем по полке – пыли на мебели нет. Не думаю, что Королев стал бы заниматься уборкой. Клининговая служба ему в помощь.
Минуя кухню, я прохожу в спальню. Постель аккуратно заправлена, будто здесь и не ночевал никто. Вопросов с каждым шагом возникает все больше, но у меня нет уверенности в том, хочу ли я знать на них ответы.
Снимаю с себя одежду и топаю в душ. Сейчас это единственное спасение для меня, единственная возможность отвлечься от разъедающих голову мыслей. Но от них никуда не деться.
Стоя под теплыми струями воды, я думаю о Ларисе. Меня удивляет, что за все это время моя так называемая подруга не объявилась ни разу – от нее не поступило ни единого звонка или сообщения. Чувствует ли она свою вину? Однозначно нет, если не соизволила написать хотя бы «прости».
Я выключаю воду и, обернувшись полотенцем, выхожу из ванной комнаты. Теперь чувствую себя человеком. Иду в гардеробную, примыкающую к спальне, и шарю глазами в надежде отыскать свое любимое домашнее платье.
Неожиданно слышу звук поворачивающегося ключа в замке входной двери, за которым следует голос моего супруга. Я стою ни жива ни мертва, будто в квартиру вошел не Миша, а самый настоящий преступник. Чувствую, как все тело наливается тяжестью, а сердце ускоряет свой ритм до запредельных показателей.
– Нет, я еще не выехал, – говорит мой муж. – Да, только домой зашел. Да, да. Чемодан заберу – и в аэропорт. Даже раздеваться не буду, времени нет. Еще по пути надо в больницу заскочить – жену проведать.
Каково же будет его удивление, что меня там нет. Я бесшумно усмехаюсь. Жена – как красиво и одновременно горько звучит это слово из уст Королева.
– Нет, Вадик, все нормально. Инга, конечно, не знает. Зачем ей это?
Я напрягаюсь. Разговор становится все интереснее, а мне остается лишь молиться, чтобы Миша меня не обнаружил. Черт возьми! Почему сердце стучит так, будто вот-вот выпрыгнет из груди?
– Вадик, я не собираюсь ей ничего рассказывать, – тяжело вздыхает мой муж. – Мне не нужен развод. Стоит ей узнать об этом, она сразу подаст на расторжение. Вадик, подожди одну минуту.
От последней фразы у меня внутри все холодеет. Кажется, Миша понял, что он дома не один. Скрестив пальцы, я кусаю нижнюю губу в ожидании супруга, но он не появляется.
– Все, я на связи, – глухо произносит Королев, но становится понятно, что он по-прежнему находится в прихожей. – Егоров играет грязно, Вадик, тебе ли не знать. У меня есть один козырь против него, но пока я не могу его достать – слишком все очевидно.
В разговор о работе не вслушиваюсь – меня никогда не интересовали его адвокатские дела. Но после одной фразы я настораживаюсь. Вот только ее смысл до меня не сразу доходит.
– Конечно, я купил ей билет. Она едет с нами. Я без Ларки не могу. Ты же в курсе дел. Да, я знаю, что делаю, – серьезно произносит муж. – Не учи меня. Все, давай. Увидимся в аэропорту.
Я чувствую бешеную пульсацию в висках, но не могу пошевелиться. Я не ослышалась? Он улетает с Ларисой? Пока я валяюсь в больнице. Как же низко он пал! Мерзавец!
Первый порыв – выйти из своего укрытия и все ему высказать, но голос здравого смысла оказывается громче. Нужно дождаться звонка Миши после того, как он узнает, что меня в больнице уже нет.
Интересно, чем он сможет объяснить свой поспешный отъезд? А самое главное – зачем ему понадобилось брать с собой Ларису, если, по его словам, их ничего не связывает.
Входная дверь громко хлопает, и я, сделав глубокий вдох, выхожу из гардеробной. Все тайное становится явным, родной. И совсем скоро я смогу в этом убедиться. А пока займусь полезным делом: изучу документы, которые обычно требуются при расторжении брака.
***
Я чувствую себя разбитой вазой, когда реальность вновь врывается в мое сознание. Брожу по квартире из угла в угол, размышляя о том, когда все это началось и почему я ничего не заметила. Говорят, у женщин почти всегда срабатывает так называемая чуйка на подобные ситуации, но в моем случае этого не произошло. Любовь слепа.
Несколько месяцев назад у Миши изменился рабочий график. Его наняли в качестве адвоката для защиты какой-то крупной шишки. С тех пор поздние возвращения домой два, а то и три раза в неделю стали нормой. Я не придавала особого значения, поскольку знала, что для Королева это отличная возможность показать себя. Совершить, так сказать, большой прыжок вверх по карьерной лестнице. Но что, если реальная причина задержек Миши с работы не в его клиенте, а совсем в другом человеке?
Я так слепо верила ему, а нужно было просто раскрыть глаза и сложить два и два. Думаю, в том случае правду было бы узнать гораздо проще.
Спустя некоторое время мобильный оживает, на его экране светится имя моего мужа. Что ж? Это вполне ожидаемо.
– Слушаю, – холодно отвечаю.
– Инга, это я тебя слушаю, – нервно бросает Миша. – Я приехал в больницу, а тебя нет.
– Мы с тобой договаривались, что ты не станешь приезжать в больницу, – все в том же тоне говорю я.
– Возникли кое-какие обстоятельства, Инга, поэтому я приехал, а тебя нет. Где ты? – спрашивает он.
– А где я, по-твоему, должна быть? – отвечаю вопросом на вопрос, чем раздражаю своего супруга. Он до трясучки ненавидит, когда так делают.
– У родителей? Там же негде разместиться. У них гостит тетя Надя с семьей, – неприятно удивляется муж.
– Я дома, Миша, – говорю резко.
В трубке на несколько секунд воцаряется молчание. Видимо, до моего супруга не сразу доходит смысл произнесенных мною слов. Дальше нас ждет самое интересное.
– Давно ты вернулась? – чуть понизив голос, интересуется муж.
– Часа два назад, – коротко отвечаю. Он пробивает почву – в конце концов, у него такая работа.
– Я заезжал домой за чемоданом, но не видел тебя, – с сомнением в голосе произносит он. – Ты выходила в магазин?
– Нет, я пряталась в гардеробной и подслушивала твой разговор с Вадимом, – выдаю правду на одном дыхании, уверенная в том, что он усомнится в моих словах.
Тяжелый вздох слышится в трубке, а затем снова воцаряется молчание.
– Что же ты придумаешь на этот раз, Королев? – язвительно бросаю я. – Какие будут объяснения?
– Мне нечего скрывать, – глухо отзывается он.
– Мне так не показалось, – произношу ледяным тоном. – Ты куда-то собрался и не удосужился сообщить об этом. Если я так дорога тебе, как ты говоришь, то почему держишь эту поездку в тайне?
– У меня на работе есть кое-какие трудности, Инга. Эта поездка спонтанная, но крайне необходимая. Я и ехал в больницу, чтобы сообщить тебе лично, – в тоне Королева нет агрессивных или язвительных ноток. Голос мужчины кажется спокойным и сосредоточенным.
– Сообщай сейчас, – бросаю.
О трудностях на работе Миши я слышу впервые. Остается только разобраться, правда это или очередной вымысел для глупенькой супруги.
– Я не могу говорить об этом открыто, а на телефоне может стоять прослушка. Дело касается Егорова. Однажды я упоминал о его личности в твоем присутствии, но не думаю, что ты придала этому значение.
– Нет, – отрицательно качаю головой. – Ты не прав, тот разговор я запомнила.
– Он копает под клиента и под меня в том числе, – настороженно произносит Миша.
– Ты сбегаешь? – выдаю первую возникшую в голове мысль.
– Я похож на труса, Инга? – гремит грозный голос.
– Это с какой стороны посмотреть, – не удерживаюсь от колкости.
– С какой стати мне сбегать? Все вопросы можно утрясти, чем я и занимаюсь, – поясняет Королев.
– А летишь ты…
– В Москву, – быстро перебивает.
– Один?
– Нет, мне нужны толковые помощники, – серьезно произносит он.
Нервно усмехнувшись, я отрицательно качаю головой. До сих пор каждое слово из уст Миши подвергается сомнению, а объяснений по-прежнему нет.
– Такие, как Лариса? Именно поэтому ты решил прокатиться с ней в Москву? – спрашиваю я, представляя, как его лицо в эту самую секунду вытягивается от неожиданности.
– Инга, о чем ты?
– О твоем телефонном разговоре с Вадимом, – выплевываю. – О моей бывшей лучшей подруге и тайнах, о которых я знать не должна. Куда уж мне до этого.
– Инга, я прошу тебя. Нет, даже умоляю, – голос мужчина серьезен. – Оставь эти истерики. Выясни ситуацию до конца, а потом уже делай выводы.
– Миша, какие выводы? Черное всегда останется черным, а белое белым.
– А теперь слушай внимательно, жена, – от слова, прозвучавшего из уст Миши, меня бросает в жар. – В нашей конторе работают две Ларисы: Романова и Бережная. Бережная – твоя подруга, ее должность – секретарь. Даже если бы мне пришлось взять с собой в командировку секретаря, то это была бы Наталья Андреевна. Моя секретарша пятидесяти восьми лет, Инга. Лариса работает в другом отделе. И с другим адвокатом. Ты поняла меня?
– Да.
– Теперь идем дальше, – с расстановкой произносит Миша. – У нас есть два потрясающих адвоката – это Вадим и Лариса Романовы. По воле случая эти двое нужны мне в Москве. Вадик не хотел, чтобы я брал ее с собой. Они и без того проводят круглые сутки вместе. Но иначе я не могу – она моя палочка-выручалочка. Мы летим втроем: я и Романовы.
Я смотрю на себя в зеркало, наблюдая, как мои щеки медленно покрываются румянцем. То, что он сказал, можно с легкостью проверить, просто появившись сейчас в аэропорту. И с ним действительно работает семейный подряд Романовых – они даже были на нашей регистрации, но в ресторан прийти не смогли.
– Я ответил на твои вопросы? – голос мужа теплеет.
– Хорошего полета, Миша.
– Инга, перестань думать о том, чего нет. Ладно, мне уже пора. Я люблю теб… – окончание фразы теряется, так как я сбрасываю вызов.
Теперь я уже совсем ничего не понимаю, кроме одного – поцелуй с Бережной был реальным.
Глава 4
После разговора с Мишей сомнений появляется еще больше. Хотелось бы верить в правдивость его слов, но после произошедшего на свадьбе это невозможно.
Беру в руки мобильный и проверяю время вылета ближайшего рейса на Москву. Регистрация только началась. Если выехать из дома сейчас, то я успею добраться до аэропорта. Вопрос в другом: что мне это даст? Дополнительный стресс? Он мне ни к чему, ведь я нахожусь в положении. Врач строго запретила волноваться и нервничать. Но есть другой способ проверить, с кем улетел мой муж.
Я подкрашиваю глаза и губы, а затем натягиваю на себя теплое платье и плотные черные колготки. Вызвав такси, надев шубу и высокие ботинки, спускаюсь вниз. Торопливо прохожу мимо Людмилы Николаевны, чтобы не получить от нее тьму вопросов, и, оказавшись на улице, сажусь в уже ожидающую меня машину.
Нет никакой уверенности в том, что я делаю, но и дороги назад тоже нет. Сердце колотится в бешеном ритме, когда я подъезжаю к месту назначения. Рассчитавшись с таксистом, выхожу на улицу, но решаю сначала позвонить.
– Добрый день! Адвокатская палата, я вас слушаю, – в трубке раздается мелодичный женский голос.
– Здравствуйте! Меня зовут Анна, я бы хотела уточнить, на месте ли Лариса Романова? – спрашиваю я.
– Нет, – отвечает девушка, но не облегчает мне задачу.
– Дело в том, что я не могу дозвониться на ее личный телефон. Она говорила, что у нее планируется командировка, вот только не уточнила, когда именно.
– Анна, да, она как раз сегодня улетела в Москву. Обратно вернется в воскресенье. В понедельник сможете с ней связаться, – говорит администратор.
– Хорошо, спасибо за информацию. До свидания! – бросаю я.
– Хорошего дня, – отвечает она.
Я чувствую минутное облегчение от осознания того, что Миша сказал правду. Вот только приехала я сюда не за этим.
Я не видела подругу с самой свадьбы. За все это время она ни разу не попыталась со мной связаться. И мне совершенно непонятно ее поведение – исчезновение из моей жизни без каких-либо объяснений.
До свадьбы она вела себя как обычно: мы весело проводили время, болтали, смеялись. Хотя если все это время она была любовницей моего мужа, то это в какой-то степени все объясняет. Но остается слишком много неизвестных, и, прежде чем подавать на развод и навсегда вычеркнуть Мишу из жизни, я намерена решить эту задачу.
Я смотрю на часы в мобильном, стоя неподалеку от входа в здание. Рабочий день почти закончен – и это именно то, что нужно. Разговор с подругой должен состояться тет-а-тет. У меня нет никакого желания выносить эту грязь на всеобщее обозрение. По крайней мере, пока.
Наконец, сделав глубокий вдох, я делаю шаг по направлению к входу, но моментально застываю на месте. Дверь открывается, и из здания выходит Лариса. Бережная. Моя бывшая лучшая подруга. Она останавливается у входа и роется в сумке, прижав плечом к уху мобильный.
– Да, я уже закончила, – говорит она. – Конечно, я буду скучать. Спрашиваешь еще.
Неприятное чувство расползается по телу, а к горлу подступает ком. Может, это всего лишь совпадение? Хотя надо смотреть правде в глаза – слишком много совпадений. Так не бывает. Но как они могут так поступать, а главное, зачем? Ну если любите друг друга, так будьте вместе. К чему этот фарс? Имейте мужество, чтобы честно признаться и не мучить другого человека.
– Поеду домой. Да. Поскучаю в одиночестве. Впрочем, как и всегда. Ну ладно, ладно. Конечно, я все знаю. Терпеливо жду. – От жеманного голоса Ларисы становится еще противнее. – Хорошо, я тебя целую.
Она убирает телефон в сумочку, а из нее достает то, что искала – перчатки. Натягивает их на руки и делает шаг к парковке, но от звука моего голоса застывает на месте.
