Через пару часов мне нужно быть в агентстве. Меня вызвали туда и попросили приехать как можно скорее. Однако отложить свои дела я не захотела. Потому что мне куда важнее узнать, какие еще планы строит моя свекровь, помимо того, как мечтает избавиться от меня.
Кстати, про свекровь… Вчера я слышала крики мужа. Он, кажется, орал на свою мать. О чем именно шла речь – я не расслышала. Принимала душ, после вышла из комнаты, а на нижнем этаже хаос творится. Да только все притихли, едва я оказалась у кабинета Димы.
Ну… Неудивительно, конечно, что они так отреагировали на мое появление. На лице Беркутова отчетливо читалась злость, а вот у свекрови – ярость и раздражение. Она явно была не рада меня видеть. Пришла в бешенство, уверенная, что я услышала тему их ссоры. Да только увы и ах. Ни фига подобного.
Валентина Павловна схватила свою Лизочку под локоть, и они поднялись к себе. Я же, просканировав Диму осуждающим и в то же время насмешливым взглядом, хмыкнула и отправилась на кухню.
Ясное дело. Дядя Эмиль стопудово что-то раскопал. И вот, заставляет Беркутова пахать днем и ночью как лошадь. Я Диму толком спящим не вижу. До вечера в компании, после девяти у себя в кабинете… Вот вчера, например, ближе к трем я спустилась попить воды, а мой трудолюбивый муж все еще был в своем кабинете и щелкал клавиатурой ноутбука. Да и мы с ним толком не разговариваем. Живем в одном доме, но лицом к лицу встречаемся крайне редко.
– Все окей, – возвращает мне телефон Вадим. – Если что, звони. Проблем возникнуть не должно, но все же… Почти ничего в этой жизни не работает идеально, без сбоев. Косяки бывают везде.
– Спасибо, бро, – искренне благодарю мужика за помощь. – Обязательно выйду на связь. И еще… Голоса я точно слышать буду?
– Ага, услышишь. Не волнуйся.
Провожаю Вадима. Мы вместе выходим во двор, и я постанываю, увидев, как у ворот останавливается такси и из него выходят моя свекровь и ее подружайка. Кусаю нижнюю губу до крови. Черт! Разве нельзя было им опоздать хотя бы на минуточку? По закону подлости – точно нет.
– Если что, ты мой близкий друг и коллега. Окей?
– Ненавижу врать, – ворчит Вадим. И при этом смотрит на двоицу, надвигающуюся на нас, как на врагов мира.
– А это еще кто такой? – грубо так спрашивает свекровь.
– Коллега, – моментально отвечает мужчина. Я даже рот открыть не успеваю.
– Чем же занимались дома, коллега? Тем более сегодня… Когда особняк пустует, – акула умудряется сложить руки на груди. Чего это она так смотрит? Будто мы чем-то плохим занимались. Хотя… Да даже если так. Ей-то что? Ее сын изменяет мне, приводит в дом свою бывшую, которая, кстати говоря, беременна. А я что? Должна ему верность хранить.
– Порноролик снимали, – цежу сквозь зубы. – Довольны ответом? Пойдем, Вадим, – обращаюсь к другу.
Едва он садится за руль, сразу начинает хохотать.
– Че это ты? – интересуюсь.
От злости руки дрожат. Если та акула хоть слово скажет, когда я вернусь в дом, клянусь, что не смогу контролировать свои эмоции и врежу ей, позабыв, что она гораздо старше меня. Да, пусть не примерная, но все же мать моего мужа. Которая испытывает свою судьбу. Ведь терпение у меня не железное.
– Да ниче, – отвечает мне в тон. – Я не понял просто, когда ты успела докатиться до всего этого. Если Тимур…
– Капитан Захаров все обязательно узнает, Вадим. Но не сейчас. Сейчас мне нужно просто вывести их на чистую воду. А вывести я их смогу с помощью тех камер. Спасибо, брат. Выручил.
– На здоровье, Милен. Рад тебе помогать, но, мля! Пошли их всех на три буквы, а? Нафиг ты их всех терпишь? Да и что тебе даст то, что ты снимешь с их лиц маски? Жизнь-то они тебе успели сломать.
А ведь прав. Каждое слово – в точку. Но я ведь обещала, что сделаю подарочек безумно «любимому» мужу на день рождения и только потом свалю из дома.
Благо, свекровь я не встречаю, как и ее Лизочку. Поднимаюсь к себе. У меня уходит минут двадцать на сборы. Прихватив ключи от автомобиля и сумочку, я выхожу из спальни, спрятав телефон в кармане брюк.
Я дала слово сестре встретиться с ней. А еще мне звонила Полина. Ей тоже необходимо с кем-либо поговорить, ибо семейные проблемы доведут ее до гроба. Это я ее слова повторяю. Знала бы она, что творится в моей жизни…
– Далеко собралась? – вздрагиваю от неожиданности. Оборачиваюсь, и цепляюсь взглядом с мужем. Он стоит у двери кухни со стаканом воды в руке.
– Я должна отчитываться? – выгибаю бровь. – Не жирно ли будет, Димочка Сергеевич?
Я разглядываю Беркутова и понимаю, что он сильно изменился. Черные круги под глазами делают его гораздо взрослее. Обычно идеально уложенные волосы растрепаны, рукава рубашки закатаны до локтей. И сам такой… Ну чересчур усталый и измученный.
– Милен, куда ты собралась? – чуть мягче интересуется он, скользя по мне оценивающим взглядом. Ставит стакан на тумбочку, подходит вплотную.
– На работу, – бросаю и отступаю на шаг назад. Потому что не хочу я чувствовать аромат его туалетной воды. – Опаздываю. Мне пора.
– Подожди, – берет за руку, тянет на себя. – Надо поговорить, – произносит еле слышно. – Пойдем в кабинет.
– Дим, мне некогда. Я и так сильно задержалась. Да и не думаю, что нам есть о чем говорить. Давай не будем отнимать драгоценное время, которое мы в последнее время привыкли уделять кому угодно, но только не друг другу?
– Зайди в кабинет. Пожалуйста, – тянет он меня в сторону.
Ого! Какие слова! Куда же делся приказной тон? Супруг меня сегодня ого-го как удивляет!
– Хорошо, – выдыхаю. – Но только быстро.
Мы успеваем сделать всего несколько шагов. Застываем одновременно, потому что за спиной, то есть у лестницы, стоит Лиза и доносится ее такой противный голосок:
– Я готова, милый.
Свободное платье чуть выше колен сидит на ней прямо идеально. Пожалуй, это первый наряд, который мне понравился за все то время, что она живет в этом доме. Будто специально для сегодняшнего дня выбрала.
– Иди в машину. Я сейчас.
От обиды и боли я даже дар речи теряю. Милый, черт возьми! Милый! Готова она, видите ли! Значит, собрались куда-то.
Кусаю щеку изнутри чуть ли не до крови. Сглатываю ком в горле и пытаюсь не прикрыть глаза, ибо слезы потекут по щекам и сдадут меня. Что-то сегодня я очень эмоциональная. Ведь это не впервые, когда Дима причиняет мне боль. Однако желания закрыться в темном помещении и расплакаться у меня почти никогда не возникало. А сейчас прямо так хочется…
– Хорошо, – тихо отзывается девушка с улыбкой до ушей.
– Мне пора, – хочу сделать шаг, но Беркутов снова цепляется за мою руку.
– Подожди, – этот шепот уже действует на оголенные нервы. – Милен…
– Не заставляй свою беременную девушку долго ждать, Дима. А мне, дай бог, немного терпения. Совсем чуточку осталось. Избавлюсь от вас всех и буду жить, наконец, спокойно.
В глазах мужа снова замечаю тень страха. Он сглатывает, поджимает губы в тонкую полоску и отводит взгляд, отпуская мою руку. И этот страх явно не из-за того наследства… Есть что-то еще. Или это я себя так успокаиваю?
Покидаю дом. Выезжаю со двора, в зеркале заднего вида замечая, что Беркутов тоже садится за руль. Они вдвоем куда-то едут. Мой муж и чужая беременная баба. И именно из-за этого Дима приехал сегодня пораньше. Ведь он в последнее время пропадал на работе.
Эта мысль окончательно добивает меня. Я сейчас готова наорать на всех, кто окажется на моем пути. Главное, чтобы никто не подходил ко мне. Не задавал глупых вопросов, тем самым устраивая допрос. Потому что я просто взорвусь.
Да только сегодня явно не мой день. По всем фронтам. Потому что прямо у входной двери агентства стоит Герман – мой бывший, который променял меня на беременную девушку. Точно так же, как мой законный муж.
Господи… Аж истерически смеяться хочется от игр судьбы. Что у меня за жизнь такая? За какие грехи я расплачиваюсь?
– Милен, – голос слабый. Я оборачиваюсь и смотрю на него в упор. Если уж наорать, то точно на него. – Как ты?
– Прекрасно, – хмыкаю и хочу пройти мимо, но до меня долетают его слова, от которых я скриплю зубами:
– Прекрати играть, милая. Буквально пару часов назад здесь была твоя свекровь. И поделилась секретом. Оказывается, ты уже разводишься…
Глава 10
Только бог знает, какими усилиями я держу свои эмоции под контролем. Идиотка какая-то. Вот клянусь! Нормальных слов не нахожу, чтобы описать Валентину Павловну. Хочется материться в ее адрес. А еще лучше… Поехать обратно домой и вышвырнуть ее на улицу, как бездомную собаку. Хотя… Собаку мне очень жаль станет. А вот ее нет!
Дура набитая. Думает, в пользу сына что-то делает, распространяя дурацкие сплетни? Да хрена с два! Если мой отец узнает… Да он всю семейку Беркутовых уничтожит. В первую очередь – Диму.
Но моя свекровь настолько тупая… Настолько открыто играет, не задумываясь о последствиях… Что однажды ей сильно прилетит от моих родителей. Да и мама не станет молчать в сторонке. Она только кажется такой терпеливой и спокойной. Помню я, когда мы с сестрой учились во втором классе, старшеклассник толкнул меня. Я упала и расцарапала себе колени. Нет, я никогда не была молчаливой. Сама наорала на пацана, которому еле доходила до груди. А он как схватил меня за локоть… Мамуля увидела и давай на него кричать. Всю школу на уши подняла. И тогда я отчетливо поняла, что вести себя спокойно – это не означает, что она будет молчать, когда ее детей обидят. Наоборот, порвет каждого ради нас!
Мирослава Захарова так просто акулу не отпустит. Глотку ей перегрызет, если узнает, как та со мной обращается.
Вот не думает головой эта Валентина Павловна. Я все не могла понять, в кого пошел Дима… Вот тебе и ответ, Милена. В мать, чтоб его! Хотя отец куда лучше. Пусть и со своими тараканами в голове.
– Ты хочешь, чтобы я отчитывалась перед тобой? – рявкаю на Германа так, что он делает шаг назад. Наверняка в моем взгляде отчетливо читается ярость. А мой бывший парень прекрасно знает, какой я могу быть, когда дико злая.
– Просто хотел поговорить. Поверь, нам есть что обсудить, Милен, – оглядывается парень. – Я лоханулся. И, так понимаю, у тебя с личной жизнью тоже не айс. Так, может…
– Идиот, что ли? – усмехаюсь, догадываясь, что он хочет сказать. – Все у меня круто с личной жизнью. Ты психически больных людей поменьше слушай и не верь всему, что тебе говорят, дорогой Герман. Не лезь ко мне! – поднимаю указательный палец вверх.
– Ты врешь, – все с такой же самодовольной ухмылкой выдает парень, однако я вижу, что он сомневается. Не знает, стоит ли на меня наезжать, чтобы я призналась. Боится настаивать. Ведь я в любой момент могу броситься на него и выцарапать ему глаза. Настолько зла сейчас!
Глубокий вдох, медленный выдох. Прикрываю глаза и мысленно успокаиваю себя. Нужно зайти в здание, узнать, для чего меня сюда позвали. А потом свалить домой и сказать пару прекрасных слов Валентине Павловне. Если рот свой не закроет, придется ей разгребать. Тогда я своей цели не достигну. Не открою глаза Диме. А я хочу уйти красиво. Чтобы он на всю жизнь впечатал в памяти тот день, когда я пошлю его в пешее эротическое и захлопну за собой дверь.
– Еще раз посмеешь лезть ко мне… Посмеешь обсуждать мою личную жизнь… Клянусь, Гера, я за себя не ручаюсь, – шиплю змеей сквозь стиснутые зубы. – Знаешь ведь… Какой я стервой бываю, когда кто-то переходит мне дорогу. Так что… Держи оборону крепче.
Разворачиваюсь и с гордо поднятой головой захожу в здание. В области груди начинает ныть оттого, что все складывается так паршиво. Приняв предложение Беркутова, я даже представить себе не могла, что мое сердце будет разрываться на кусочки.
Были у меня мечты. Были планы, которые я строила по ночам. Мы же хотели взять отпуск и полететь в медовый месяц. Однако… Все ушло коту под хвост в первый же день нашего брака.
– Милена, – раздается за спиной. Узнав голос дяди Эмиля, останавливаюсь и поворачиваюсь к нему, широко улыбаясь. – Здравствуй. Спешишь?
– Привет, дядь. Да нет, – машу рукой перед лицом и прижимаюсь к мужчине. Он обнимает меня в ответ, даже целует в макушку. Люблю я этого человека. Всегда обращался с нами, как с родными детьми.
– Тогда пойдем ко мне. Есть важный разговор, – я даже отстраняюсь, испугавшись его серьезного тона. Заглядываю в синие глаза.
– Что-то не так?
– Это как раз ты мне расскажешь, – говорит по пути. Заходим в просторный кабинет, и дядя Эмиль сразу же закрывает за нами дверь. Кивает на кресло. Мол, садись.
– Ты меня пугаешь, – присаживаюсь, не скрывая нервную усмешку.
– Милен, буду с тобой откровенным. Никто не забыл, какую глупость совершили Алина с Сашей. И как за это расплатились. И я сужу не только по ним. Могу и себя в пример привести. Знаю, что у вас с Беркутовым что-то не так. Нет, я не просто знаю. Я уверен. Расскажешь?
Качнув головой, даю понять – нет.
Нет, я не расскажу. Потому что это моя личная жизнь. Алина с Сашей были детьми – им было девятнадцать-двадцать. А мы с Димой взрослые люди и сами как-нибудь справимся. Да, для родителей и в том числе для дяди Эмиля мы можем остаться все теми же детишками. Однако это не так.
Да и я сама толком еще не понимаю, что вообще произошло с моим мужем. Все было прекрасно, однако после общения с матерью он стал странным. Будто вся логика из его головы вылетела. Будто башка его опустела. Понятно, конечно, что Валентина Павловна наплела ему про наследство. Что я из-за денег согласилась на этот брак. Но есть там что-то еще… Что-то еще, о чем я ни черта не знаю.
– С чего ты решил, что у нас есть проблемы? – выгибаю бровь. – Дядь Эмиль. У всех в жизни бывают трудные времена. Как и у твоей дочери, например. Как у вас с тетей Ариной, даже у моих родителей все было не так уж круто изначально. Ты же все это прекрасно знаешь. Но каждый нашел верный путь, ведь так?
– Моя дочь точно так же скрывала от нас все, что творилось в ее жизни. О том, что она на грани развода, мы узнали в самый последний и неожиданный момент. И ты думаешь, что мои дети верно поступали? Отнюдь. Насчет вас… Косяков у Димы я не видел. Однако звонок Сергея заставил задуматься.
– Что вам сказал Сергей Владиславович? – сглатываю.
– Чтобы я присмотрел за вами и не давал возможности его сыну дышать полной грудью. Не понимаю, откуда такие выводы, но Сережа думает, что Дима не очень хорошо с тобой обращается. И, судя по твоим ответам на мои вопросы и выражению лица, Серега прав. Настаивать не стану. Время все расставит на свои места. Но имей в виду… Ты сейчас говоришь, что у всех из нас были проблемы в самом начале пути… Да, они были. Но за нашими спинами не было человека, кто мог бы показать верную дорогу и поддержать. А за вашими спинами, Милена, они есть. Сегодня в семь в ресторане «Maximus» планируется празднование нашего удачного проекта. Вы с Димой должны быть там. Ты же в курсе?
– Меня для этого сюда позвали?
– Я попросил, чтобы тебя пригласили. Хотел поговорить лицом к лицу и как раз сообщить эту новость.
– Увы… Не думаю, что смогу приехать.
– Приедешь, Милена. Со своим мужем. Потому что твой отец тоже будет там.
Выругавшись сквозь зубы, я покидаю кабинет дяди Эмиля. Расстроена до невозможности. Знал бы он, куда попер Дима… Со своей беременной бабой.
Господи, дай мне сил.
Сажусь за руль. Слышу трель мобильного, но сил у меня ответить нет. Более того, знать не хочу, кому я там понадобилась. Возможно, это Алина. Или же Полина. Мы же должны были встретиться.
На экране высвечивается имя Димы. Все же беру мобильный и лениво отвечаю на звонок мужа:
– Да.
– Милен, ты где? Твой отец у нас.
– Чего? – резко выруливаю в сторону и торможу. – С кем он?
– Один.
– Твои… Твоя мать и та… Твоя…
– Приезжай, – выдыхает в трубку Беркутов. – Все собственными глазами увидишь.
И голос у него такой… Измученный.
Неужели папа обо всем узнал? Достаточно ляпнуть свекрови пару слов… И все… Конец Беркутову. Однако я этого не хочу. Рано еще. Наказание он должен получить в первую очередь от меня.
– Он что-то узнал?
– Да, – отвечает. А дальше короткие гудки.
Глава 11
Плохое предчувствие снова впивается в сознание. Кривлюсь, представляя перед глазами разочарованное лицо отца. Кожей чувствую ту боль, что он ощущает оттого, что у его второй дочери отношения начались тоже не очень-то хорошо.
