* * *
Академия была огромной. Древнее здание из выбеленного временем, солёными морскими ветрами и ярким солнцем камня возвышалось на окраине Фесса, на высоком скалистом берегу. Толстые зубчатые стены, шесть башен с высокими шпилями, узкие стрельчатые окна-бойницы. Изначально этот замок строился как неприступный бастион, непреодолимая защита для врагов, приходящих с моря. И функцию свою он выполнял: ни разу за более чем семь веков существования замка Фесс не был взят. Но последняя кровопролитная война с нашим западным соседом – королевством Кодар – отгремела полтора века назад. А вскоре в замке разместилась Фесская королевская академия, и неприступный бастион стал ещё и оплотом знаний.
«Вечный мир» с Кодаром продлился лет пятьдесят, а после перерос, как в шутку называл это Маркус, в ожесточённое перемирие – примерно раз в полтора-два года кодарцы собирали армию и шли отвоёвывать у нашего Шиана приморский город Содейл, где находился главный храм Дестианы и её девяти Теней. Именно оттуда богиня и её Тени ушли в Лунный мир после того, как одержали окончательную победу над демонами Нижнего мира под предводительством коварной Мортены-разрушительницы. Причина конфликта была проста: в Шиане считали, что девять Теней – пять лордов и четыре леди, отвечающие за девять ветвей магии, – это помощники Дестианы, соседи же чтили их, как богов. И хотя никто не запрещал паломникам посещать Содейл в мирное время, кодарцы желали получить храм с навеки застывшими мраморными телами своего пантеона целиком и полностью.
Естественно, помимо храма западный сосед претендовал на крупнейший торговый порт на всём побережье, хотя кто там знает – что для них было первостепенным: вопросы веры или выгоды. Дальше Содейла на наши земли кодарцы не лезли. Чаще всего получали отпор, убирались обратно и затихали ещё на полтора года. Реже захватчикам удавалось на месяц или два закрепиться в городе, но наши маги неизменно выбивали их оттуда и возвращали святыню. И порт. Битвы проходили на пустоши, специально, чтобы ни порт, ни город, ни храм не пострадали. И конца этому локальному противостоянию не предвиделось. Собственно, факультет стихийной боевой магии Фесской академии готовил воинов, защитников наших границ и спокойствия жителей королевства, а практику будущие боевые маги проходили как раз в Содейле.
Конкурс на боевой факультет был высочайший – сто человек на место. И среди желающих сделать карьеру в силовых ведомствах Шиана достаточно молодая академия уже котировалась едва ли не выше профильного столичного университета боевой магии. Маркус грезил ею уже лет пять точно, а я ничуть не возражала поступать в Фесс вместе с ним. Тем более, факультет алхимии и зельеварения здесь был. Приостановившись, я залюбовалась его штандартом на одной из башен – колбой с эликсиром на золотом фоне. Маркус с таким же восторгом на лице смотрел на соседнюю башню, украшенной гербом его факультета – золотым кулаком в серой магической дымке на алом фоне.
– Пойдём, – я с сожалением оторвалась от созерцания здания и гербов факультетов. – За пять лет ещё налюбуемся.
Друг негромко вздохнул, нехотя отвёл взгляд от штандарта с эмблемой «боевиков» и кивнул. Ворота, как и во время вступительной кампании, были открыты для всех желающих. Мы прошли по широкой аллее, ведущей прямиком к главному входу, но, не доходя до него, свернули к арке, ведущей во внутренний дворик. В письмах о зачислении было указано, что церемония принятия в студенты пройдёт именно там.
Во дворе мы оказались не первыми. Там уже слонялось человек двадцать будущих первокурсников. Некоторые, не столь предусмотрительные, как мы с Марком, приволокли чемоданы с собой. На нас, прибывших налегке, они косились с завистью.
– Ни на что не намекаю, но в камерах хранения на аэровокзале ещё достаточно места, а до церемонии больше полутора часов, – негромко произнёс мой друг, проходя мимо одного из обладателей «чемоданного» настроения. – Мудрый человек не терял бы времени понапрасну.
Рыжий, словно лис, парень вспыхнул и вцепился в своё добро так, будто Марк собирался его отнять. Ещё и неприязненным взглядом вслед наградил.
– Умеешь ты располагать к себе людей, – тихо хмыкнула я.
– Плевать, – махнул рукой друг. – Умный послушает доброго совета, дурак оскорбится. – Покосился на меня и с ухмылкой предложил: – Давай, Оливка, расскажи мне, что непрошенный совет можно подать вежливо, как шубу в гардеробе, а можно хлестнуть им наотмашь, как мокрой тряпкой. По глазам вижу – хочешь!
– Ты справился без моей помощи, – усмехнулась я в ответ и, привстав на цыпочки, погладила Марка по голове. – Молодец! Сам накосячил, сам себе объяснил неправоту. Потрясающе самостоятельный парень!
– Мужчина, – снисходительно поправил меня друг.
– Чем докажешь? – прищурилась я. – Подтверждающие документы имеются?
Марк приобнял меня за талию и вкрадчивым полушёпотом осведомился:
– Письменные показания свидетельниц устроят? Могу собрать.
– Пошляк, – негромко фыркнула я на такое «заманчивое» предложение. – Я не об этом! Ты возрастом пока не вышел, мой развратный друг.
– И ничего не развратный! – шутливо возмутился Маркус. – Я был верен каждой из своих девушек.
– Молчи уж, герой-любовник, – тихо посмеиваясь, я ткнула его локтем в бок, высвобождаясь из объятий.
Марк позволил мне вывернуться, но лишь для того, чтобы сгрести поудобней. Привлёк к себе, легонько чмокнул в висок и предложил:
– Осмотримся? Не вижу смысла торчать в этом колодце здесь ещё полтора часа.
Замечание было метким. Внутренний двор академии действительно напоминал колодец, только не круглый, а прямоугольный. Мы вернулись к центральному входу, но в здание нас не пустили. Стоящий у дверей пожилой мужчина в форменной одежде заявил, что не видит магических меток, подтверждающих, что мы студенты, а письма с печатями академии не являются основанием для пропуска внутрь. Спорить с упрямым служащим и наживать себе врага не хотелось, поэтому пришлось отступить.
Обошли здание академии слева и остановились возле высокой ограды. В нескольких метрах от неё скала, на которой и стояло здание, обрывалась, а внизу плескалось море. Ветер был тёплым, влажным, пахнущим водорослями и солью. Трепал волосы, обвивал мою длинную юбку вокруг щиколоток. Мы замерли, любуясь тёмно-бирюзовыми волнами с белыми пенными гребнями и реющими над ними чайками. Шум моря завораживал даже меня, что уж говорить про Маркуса, оказавшегося так близко к родной стихии воды.
– Лив, ты даже представить не можешь, какая там мощь… – тихо произнёс друг, не отрываясь от созерцания. – Древняя сила, которая может стать верным союзником или же опаснейшим врагом, если окажешься недостоин. Знаешь, я понимаю мореходов…
Договорить он не успел. Откуда-то сверху прямо перед нами шлёпнулся хрипло каркающий дерущийся пёстро-чёрный ком перьев и покатился к краю скалы. Марк среагировал моментально. В воздухе было достаточно водяной пыли, чтобы собрать её в небольшую волну и в прямом смысле слова разлить развоевавшихся птиц. Воронёнка поменьше отбросило к ограде, вторая птица, крупная сорока, недовольно застрекотала и боком принялась подбираться к блестящей шпильке для волос, которую, похоже, выронила, получив незапланированный душ. Воронёнок распушился и злобно каркнул. Марк решил проблему радикально: заключил спорное украшение в водяную сферу и притянул к себе. Сорока разочарованно и обиженно затрещала, верно оценив свои шансы против человека, развернулась и улетела. Зато ворон уступать шпильку не собирался. Раскрыл клюв, растопырил крылья и угрожающе пошёл на Маркуса.
– Корвин! – отчаянно раздалось сбоку.
Из-за угла показалась невысокая рыжеволосая девушка в зелёной блузке и чёрных брюках. Торопливо подбежала к нам, упала на колени, просунула руки сквозь прутья ограды.
– Корвин, иди сюда! Как же ты меня напугал!
Ворон ещё раз рассерженно каркнул на Марка, а потом перелетел на руку хозяйки. Уцепился когтями за рукав, сдвинув ткань, и вякнул снова, раздражённо и требовательно. Проёмы между прутьями оказались достаточно широкими, чтобы незнакомка без труда вытащила обратно руку с гордо восседающей на ней птицей. Ведьма, нет сомнений. Тут захочешь – не ошибёшься. Рыжая, с широким браслетом из кожаных шнурков и бусин на запястье, да ещё и с фамильяром.
Маркус протянул ладонь, чтобы помочь девушке подняться. Та благодарно кивнула. Воронёнок перебрался на плечо хозяйки и пристально наблюдал за нами уже с него.
– Так полагаю, это ваше, – Марк протянул рыжеволосой шпильку.
Я мысленно закатила глаза, услышав в его голосе знакомые бархатные нотки. Кажется, мой непостоянный друг стремился очаровать юную ведьмочку. Видит богиня, этому блондинистому повесе куда больше подошла бы стихия воздуха!
– Моё, – кивнула рыжая. – Благодарю. – Не глядя, воткнула шпильку в растрёпанные волосы и с любопытством спросила: – А вы тоже на зачисление, да?
– А то! – подмигнул Марк. – Кстати, будем знакомы. Я Маркус, а это Оливия, моя подруга.
– Флорентина, – представилась ведьмочка. Погладила по перьям ворона: – А это Корвин, мой фамильяр.
Корвин покосился на нас с Марком чёрными бусинками умных глаз. Чуть склонил голову и нехотя, точно делая величайшее одолжение, каркнул ещё раз, но уже с другой интонацией.
– А он у тебя не говорит? – тут же полюбопытствовал мой неугомонный друг, моментально перейдя на «ты». – Вороны же умные птицы.
Корвин взглянул на Марка более благосклонно и приосанился на плече владелицы. Вся его поза словно говорила: усомниться в разумности воронов в принципе нельзя, но вы хвалите, хвалите, приятная правда неизменно радует.
– Фамильяры редко разговаривают в привычном смысле, – покачала головой Флорентина. – Мы общаемся… – Она запнулась, подбирая слово, покрутила в воздухе ладонью. – Мы общаемся иначе. Что-то вроде мыслеречи и образов. Хотя Корвин может разговаривать простыми фразами.
Маркус выжидающе уставился на ворона, явно ожидая, что тот сейчас что-нибудь скажет. Но фамильяр нашей новой знакомой молчал как рыба. Сама же юная ведьма весело хихикнула, прикрыв рот ладошкой, и пояснила:
– Со стороны Корвина это высочайший знак доверия. Он не со всеми моими родными разговаривает, не то что с теми, кого видит впервые в жизни.
Марк понимающе кивнул. Но я слишком хорошо знала его и успела заметить мелькнувшие в серых глазах огоньки азарта. Мой лучший друг обожал сложные задачи, а эта была как раз подходящей. С трудом сдержала смех. Бедный ворон! Напрасно Флорентина это сказала. Я могла поклясться своим котелком для зельеварения и бабушкиной тетрадью, что скорее реки повернут вспять, чем Маркус отступится от попыток разговорить Корвина. И для начала продолжит знакомство с его хозяйкой.
– До начала церемонии ещё больше часа, – произнёс Марк, подтверждая мои догадки. – Как насчёт выпить по чашке кофе или чая с пирожными? Кажется, я видел неподалёку от академии кондитерскую.
На меня взглянул лишь мельком. Знал, что я поддержу это предложение. От чашки хорошего кофе я никогда не отказывалась.
– В другой раз, – извиняющееся улыбнулась Флорентина. – Меня ждут… Рада была знакомству.
– Мы тоже, – уверила я. – Увидимся на церемонии.
Ведьмочка кивнула и торопливо, почти бегом, направилась прочь. Марк молча проводил её взглядом и повернулся ко мне.
– Ну хоть ты не дашь мне погибнуть голодной смертью ещё до того, как я стану студентом? – трагично произнёс он. Подмигнул: – Я угощаю. А вечером – к морю!
– Пойдём, голодающий, – согласилась я, негромко посмеиваясь.
Откровенно говоря, с удовольствием бы осталась здесь, у стены академии, до самого начала торжественного мероприятия. Но Марк был прав: лёгкий голод уже давал о себе знать, а сколько продлится церемония принятия в студенты, было неизвестно. К тому же, ещё предстояло заселиться в общежитие и сходить за вещами. А море от нас никуда не денется.
ГЛАВА 2
Торжественная церемония принятия в студенты оказалась неожиданно быстрой и короткой. Перед деканами стояли трибуны, на которых возлежали артефакты – небольшие антрацитово-чёрные каменные плиты с выемкой под ладонь – и в воздухе над каждым дрожал полупрозрачный символ факультета. Я думала, что камень будет холодным, но, приложив к нему руку, ощутила приятное тепло. Оно скользнуло по коже лёгкой шёлковой лентой, обвило запястье и рассеялось. Декан, статная женщина с едва заметными лучиками морщинок у глаз, приветливо улыбнулась мне, поздравила с зачислением и протянула металлический значок с гербом факультета.
Ректор тоже не стал утомлять долгими речами. Энергично пожелал всем новоявленным первокурсникам успехов в учёбе, прекрасного настроения на остаток каникул и… отпустил. Я даже немного растерялась. Помнила, как директор колледжа разглагольствовал без малого полчаса, напутствуя выпускников. Морально готовилась к чему-то подобному и сейчас, но эр Фишенвел, наш ректор, уложился в пару минут.
А вот Марк, в отличие от меня, сориентировался моментально. Ужом протиснулся сквозь толпу, нахально приобнял меня и стоявшую рядом Флорентину и предложил:
– Ну что, красивые, айда заселяться в общежитие. А потом пойдём отмечать наш новый статус.
– Я бы с радостью, но не могу, – вздохнула ведьмочка, аккуратно высвобождаясь из неожиданных объятий. – У меня через час аэроэкспресс. А заселиться можно, вы правы. Есть шанс, что окажешься с кем-то со своего факультета. А если очень повезёт, то достанется блок с отдельными комнатами…
Корвин каркнул с отчётливой насмешкой и расправил крылья, словно собирался взлететь. Флорентина погладила его и закончила мысль:
– Но я бы не рассчитывала. Скорее всего, все блоки уже заняты старшекурсниками.
– Ну и ладно, – пожала я плечами. Почувствовала, как Марк легонько пощипывает меня за руку, поняла, на что он намекает, и поинтересовалась: – Кстати, Флорентина, может, попросим коменданта поселить нас с тобой вместе?
– Буду рада, – светло и открыто улыбнулась она. – И для друзей я Лора.
– Лив, – назвала я привычное мне сокращение.
– Марк, как несложно догадаться, – театрально шаркнул ногой мой неугомонный друг. – Премного рад и всё такое, надеюсь на долгое и приятное общение.
Всё бы ничего, но большую часть речи он адресовал не Лоре, а её фамильяру. Ворон не проникся, промолчал и покосился на Маркуса с нескрываемым ехидством. Я была готова поклясться на бабушкиной тетради – эта птица не заговорит с Марком из чистой вредности. Просто так. Но говорить об этом другу было бесполезно. По крайней мере, сейчас. Вот через месяца три, когда первый пыл немного утихнет, можно будет вернуться к этой теме.
Общежития были смешанными. Лора уверенно направилась к самому дальнему от академии, мы, переглянувшись, последовали за ней. Ведьмочка явно знала больше нас. Скорее всего, здесь уже учился кто-то из её родных или друзей.
Неприветливый лохматый комендант на просьбу поселить нас с Лорой вместе молча протянул металлическую пластину и велел:
– По очереди прижмите сюда ладони. Замок магический, считает и запомнит ауру. Пятый этаж, комната пятьсот три.
– А можно и меня где-нибудь по соседству поселить? – поинтересовался Марк. – Мы с Оливией дружим с детства и привыкли держаться вместе.
– Пятьсот пятая, – пробурчал комендант, протягивая пластину. Едва мы отошли, вполголоса добавил себе под нос: – От, молодёжь! Дружат они! А потом от такой дружбы жениться бегут, когда у подруг пузо на нос лезть начинает.
Марк насупился и замедлил шаг, явно собираясь развернуться и высказаться, но Лора успела вмешаться раньше, чем я. Подхватила его под руку и потянула к лифту. Уже там, когда двери с негромким шелестом закрылись и кабина неторопливо поползла наверх, проговорила:
– Не обращайте внимания. У эра Ричарда прозвище «Ворчун». Но он вовсе не такой вредный, каким кажется. Самый лучший из комендантов!
– Поверим на слово, – кивнул Марк, понемногу успокаиваясь. – Хотя если он ещё что-нибудь скажет насчёт нашей с Лив дружбы, не обещаю, что сдержусь.
– А тебе не всё равно? – звонко рассмеялась ведьмочка. – От пустых слов вреда нет. А от сглаза и порчи я тебе оберег могу сделать. Пусть себе болтают люди – у тебя кости чище будут.
– А у болтунов – зубов поменьше, – буркнул Марк. – Терпеть не могу тех, кто делает выводы на основе собственных больных фантазий! А оберег у меня вот, даже два, – он продемонстрировал сжатые в кулаки ладони, над которыми кружили два миниатюрных голубых смерча. – Для тех, кому недостаточно слов.
Флорентина хихикнула и заметила:
– Для водника ты слишком порывист. Обычно обладатели этой стихии поспокойней.
– Шторм хоть раз видела? – подмигнул ей Марк. – Я спокоен, но не тогда, когда кто-то цепляет близких мне людей.
– Запомню, – пообещала Лора. – И оберег всё-таки сделаю. Интуиция подсказывает, что так будет правильно. А я привыкла ей верить.
Маркус спорить не стал. Тепло улыбнулся и слегка склонил голову в знак благодарности. В самом деле, кто бы отказался от ведьминского амулета? Тем более, моему шебутному другу он и впрямь мог пригодиться.
Жилой блок мне понравился. Как и предсказывала Лора, отдельных комнат нам не досталось. Одна на двоих, зато достаточно просторная и светлая. Корвин спорхнул с плеча ведьмы, облетел комнату и опустился на изголовье кровати, стоящей слева от окна.
– Ты не против? – взглянула на меня Флорентина.
– Абсолютно, – уверила я.
Мне действительно было всё равно. И такие мелочи уж точно не стоили споров с новой соседкой.
– Отлично! – обрадовалась ведьмочка. Жестом поманила фамильяра и шагнула к выходу. – Всё, я побежала. Увидимся через две недели. Ты пока обживайся. – Подмигнула мне и добавила: – Если хочешь, зови своего парня в гости на это время, я не против.
– Мы с Марком просто друзья, – спокойно отозвалась я. – Знакомы с раннего детства. Он мне как брат.
– Да? – Лора на несколько секунд задумалась, а затем возликовала: – Так ты свободна? Это замечательно! Вернусь – непременно познакомлю тебя с лучшим другом моего жениха. А то Аскольд мне уже все нервы в путеводные клубочки смотал: познакомь да познакомь Шеда с кем-то. Думаю, он тебе понравится. Он неплохой парень. Всё, теперь точно побежала, а то сейчас заболтаюсь с тобой и совершенно опоздаю. Ещё наговоримся!
Буквально через минуту после её ухода в комнату ввалился Маркус. Как обычно, стуком себя друг утруждать не стал. Осмотрелся и с явным разочарованием констатировал:
– Лора уже ушла.
– Поражаюсь твоей наблюдательности, – хмыкнула я.
Марк сел на мою кровать, привалился спиной к стене и заявил:
– Злюка ты, Оливка. Одна сплошная вредность и ехидность. Нет в тебе, зельеварушка, ни капли сочувствия, ни грамма уважения к чужой беде!
– Сочувствие, друг мой, слишком ценный и редкий ингредиент, чтобы тратить его на всякие мелочи, – наставительно подняла я указательный палец. – Кстати, спешу огорчить тебя ещё сильнее: у Флорентины есть жених.
– Жених не муж, – фыркнул Марк. – И не стенка, можно подвинуть. – Взглянул на меня и тут же добавил, легко и непринуждённо: – Да шучу я. Как будто первый год меня знаешь. Лора интересная девушка, но что поделать, раз уже занята. Я корабль чужой любви в пучину тащить не стану.
В этом Маркус не обманывал. Он действительно никогда не отбивал понравившуюся девушку ради развлечения или на спор. Но сейчас я уловила в тоне друга тщательно скрываемые нотки разочарования. Похоже, ведьмочка за столь короткое время успела запасть ему в душу. В любом случае, я не собиралась указывать Марку, что ему делать и как дальше общаться с Флорентиной. Он был моим другом, потому я всегда выбирала его сторону.
– Познакомился с соседом? – спросила я, чтобы перевести тему. – Или ты пока единоличный владелец комнаты?
– Чьи-то книги стоят на полках, но соседа я ещё не видел, – пожал плечами Марк. – Наверное, кто-то со старших курсов, либо кто-то крайне шустрый. Хорошо бы, чтоб тоже боевик. Но похоже, познакомимся, когда начнётся семестр. Либо сосед, упаси богиня, у меня жуткий аккуратист, потому что кровать выглядит так, словно её только что заправили. – Поднялся, потёр ладони и заявил: – Так, подруга, поболтать можно и на ходу! Успеем ещё в комнатах насидеться. Вперёд, Фесс ждёт нас!
Я согласно кивнула. Пока спускались вниз, подумала, что непременно нужно спросить у коменданта, во сколько закрываются двери общежития. Вряд ли адептам можно гулять всю ночь напролёт. Но Ворчун, завидев нас, буркнул:
– Явитесь после полуночи – пущу только с письменного разрешения кого-то из профессорского состава. Иначе ночуйте на постоялом дворе.
И снова отвернулся, демонстрируя явное нежелание общаться. На наше дружное «спасибо» лишь недовольно хмыкнул. Но даже неприветливость коменданта не могла испортить нам настроения.
В дверях едва не столкнулись с кем-то из старшекурсников. Высокий парень с волосами цвета пшеницы равнодушно посторонился, пропуская нас. К рубахе был приколот значок с эмблемой факультета стихийной боевой магии.
