– И мне, – кивнула я.
Аскольд удивлённо выгнул правую бровь. Склонил голову, рассматривая нас с Марком.
– Вы успели познакомиться с Джаредом?
– Ну, как познакомиться, – отмахнулся Маркус. – В лифте вместе ехали один раз. И он нам показался неразговорчивым. Не лифт, конечно. Джаред.
– Я бы удивился, если бы лифт заговорил, – хохотнул Аскольд. – Хотя у меня теперь есть одна идейка… А Джар не любит трепаться попусту. Кстати, я говорил про принципиальных ребят. Джаред как раз из таких. Не договоришься. Вообще. Если он в патруле, лучше отложить все вылазки и сидеть в комнате. Мимо него даже в зверином обличье не проскочишь.
На несколько секунд повисла пауза. А потом Марк махнул рукой:
– Разберёмся. Всё, давайте дальше угадывать, только тише. Лив, твоя очередь спрашивать.
Наши гости разошлись почти под утро. Марк утащил свои кружки, которые Лора всё-таки зачаровала. Опустевшая комната как-то сразу стала казаться больше.
– Как тебе Шед? – хитро улыбаясь, спросила Флорентина.
– Вроде нормальный, – пожала я плечами. – Пообщаемся дольше – скажу точно.
– Не зацепил, значит, – сделала вывод ведьмочка. – Но это ничего, меня Аскольд поначалу вообще бесил. Лис хитрый! Ходил вокруг, ходил, хвостом пушистым заметал следы, оглянуться не успела – а уже поймал!
– А третья ипостась у него какая? – спросила я, взбивая подушку.
– У Аскольда? – уточнила Лора. – Филин. А у Шеда куница и сыч.
– То-то он весь вечер хмурый сидел, – прыснула я. – Можно было догадаться.
Ведьмочка рассмеялась вместе со мной. И даже Корвин присоединился к нашему веселью. С Лорой я чувствовала себя неожиданно легко, словно мы были знакомы уже много лет, просто расставались надолго, а теперь снова встретились. Но не спешила доверять ей и рассчитывать на долгое и тесное общение. Слишком много раз обжигалась. Не приживались у меня подруги. Рано или поздно все начинали флиртовать с Марком и видеть во мне соперницу. А кое-кто изначально пробовал с моей помощью подобраться ближе к нему. Однако, сейчас я в глубине души надеялась, что мы с Лорой действительно подружимся. Видела, как она смотрит на Аскольда. Других мужчин для неё просто не существовало.
Но уже через несколько минут мне стало стыдно за эти мысли. Подумать только – радуюсь тому, что у Марка с Флорентиной ничего не выйдет! Я хорошо знала друга: раз уж он сказал, что не станет отбивать ведьмочку у её жениха, так и будет. К тому же, Аскольд оказался метаморфом. А они никогда не отказывались от своих возлюбленных. Сон растворился, будто кусок сахара в горячем чае. Я ворочалась с боку на бок, крутилась, как уж на раскалённой сковороде. Пошла бы каяться прямо сейчас, но справедливо подозревала, что, во-первых, сонный Марк не вслушиваясь, отпустит мне все грехи и перевернётся на другой бок, а во-вторых, пожалела Андре. Задремала буквально за час до будильника и поднялась совершенно не выспавшейся.
Лора ещё дрыхла вовсю. Накрылась одеялом с головой, спасаясь от проникавших сквозь неплотно задёрнутые занавески лучей солнца. Корвин дремал на изголовье её кровати. Когда я встала, приоткрыл один глаз и шевельнул кончиками крыльев. То ли молчаливо поприветствовал, то ли таким образом попросил не шуметь. Я кивнула ему в ответ, накинула халатик и ушла на маленькую кухоньку. Настроение было поганым. От недосыпа, от осознания вины за собственные мысли, от маячившей переспективы неприятного разговора… Не чувствуя вкуса, выпила чашку кофе, однако ни капли не взбодрилась. Немного подумала, набрала стакан воды и вернулась в комнату. Достала из тумбочки флакон с энергетиком. Растворила в стакане пять капель прозрачного, тягучего, пахнущего гвоздикой и имбирём эликсира и залпом выпила полученный настой. Плечи моментально распрямились, сонливость и усталость исчезли без следа. На смену им пришли лёгкость и эйфория от нахлынувшей волны энергии. Но через несколько минут всё вернулось в норму. Я редко прибегала к столь радикальным методам борьбы с последствиями бессонных ночей, знала, что организм всё равно возьмёт своё к вечеру. Заряд фальшивой бодрости подойдёт к концу и хорошо, если я усну в своей кровати, а не начну дремать на ходу. С другой стороны, мой эликсир действовал не менее двенадцати часов, чем я очень гордилась, тогда как обычные энергетики требовалось принимать каждые четыре часа в течение дня, и притом не по пять капель на стакан воды, а в пропорции один к одному. И я была готова смириться с небольшим побочным эффектом в виде вечерней сонливости. Почему-то пока никак не удавалось устранить его или свести к минимуму, а идти за советом к бабушке я не хотела. Найти решение самостоятельно было интересней.
Марк вежливо поскрёбся в двери минут через двадцать, когда я успела не только одеться и причесаться, но и немного поскучать в ожидании. По традиции, дал «пять» и весело заявил:
– Я голоден, как акула. Пойдём завтракать!
Уже неделю мы питались в столовой при общежитии. Еда была простой, но вкусной, свежей, сытной и недорогой. Пока спускались на лифте, я мучительно размышляла, с чего начать разговор с Марком. Как назло, ни одной идеи в голову не приходило. А друг тем временем разливался соловьём, вспоминая вчерашний вечер. Умолк лишь в столовой. А когда мы сели за столик, потребовал:
– Рассказывай.
– Да что там рассказывать, – я опустила взгляд в тарелку с тремя румяными сырниками, щедро политыми карамельным соусом. Тяжело вздохнула и призналась: – Я ужасная подруга.
– Не понял, – Марк нахмурился. Подождал несколько секунд и поторопил: – Оливка, не молчи как рыба. Я не море – если начну волноваться, это плохо закончится. Что произошло за несколько часов?
– Понимаешь, я вчера подумала, что мы с Лорой можем стать подругами, – тихо проговорила я. – Она точно в тебя не влюбится, потому что у неё всё серьёзно с Аскольдом.
– А, так я не возражаю, – махнул ладонью друг. – Всё, разобрались, приятного аппетита.
Он нацелился вилкой на сырник в моей тарелке, пренебрегая своим картофельным пюре с курицей, и я торопливо добавила:
– Ты не понял. Я {обрадовалась}, что у вас с Лорой ничего не получится, она не будет ревновать тебя ко мне и мы не поругаемся. Она же тебе понравилась.
Марк всё-таки украл сырник, с удовольствием прожевал добычу, промокнул уголок рта салфеткой. Склонил голову и несколько секунд молча смотрел на меня, а потом заявил:
– Лив, я так и не понял, на что я должен обидеться. Общайся на здоровье, Лора вроде бы неплохая девчонка. Кстати, раз уж у нас зашёл разговор, утоли моё любопытство: зачем тебе подруга? Что такого секретного ты не можешь обсудить со мной?
– Да хотя бы отношения с парнями, – ответила я, пресекая попытку под шумок утащить второй сырник. – Вилку прочь от моего завтрака!
– Вредина, – беззлобно буркнул Марк. – И вообще, что за дискриминация? Обсуждай отношения со своими парнями со мной! Я тебе, как мужчина, всю правду скажу, ничего не утаю. Что не так? Ты мне не доверяешь?
И произнёс он это с неподдельным возмущением. Похоже, на этот раз точно не валял дурака, искренне не понимал, в чём проблема.
– Скажи, мой драгоценный друг, а что ты сделаешь, если я в будущем тебе пожалуюсь на своего парня? – поинтересовалась я. – Допустим, мы с ним поругаемся и я вся в расстроенных чувствах явлюсь за поддержкой и советом. Твои действия.
– Завернуть тебя в плед, выдать чашку кофе и шоколадку, – без раздумий ответил Марк. – Пока будешь пить – сходить и набить морду тому гаду, который тебя обидел, чтоб неповадно было.
– А если я буду виновата? – уточнила я.
Друг с улыбкой покачал головой и заявил:
– Лив, радость моя, ты прекрасно знаешь, что в ссоре всегда виноваты обе стороны конфликта. Так что в любом случае буду вразумлять твоего парня.
– Добрым словом и кулаком, – подытожила я.
– Ну да, – кивнул Маркус. – А что не так?
Я лишь вздохнула и тихо рассмеялась:
– Марк, ты чудо.
– Я тебя тоже обожаю, сестрёнка, – расплылся в ответной улыбке Марк. И подмигнул: – Расслабься. Я в курсе, что не умею жалеть и утешать, как это принято у вас, девочек, с долгими разговорами и размышлениями. Но если тебе нужна будет моя помощь, плед, шоколад и кофе к твоим услугам. И бока обидчику с удовольствием намну.
Вот зараза белобрысая! Опять развёл меня, как ребёнка! Нет, я точно Марка когда-нибудь придушу.
– А если он окажется сильнее? – вредно уточнила я.
– Лив, я не понял, ты на чьей стороне, коварная зельеварушка? – возмутился Маркус.
– На твоей, – успокоила я его.
– То-то же, – удовлетворённо кивнул друг.
И снова нацелился вилкой в мою тарелку. Я отодвинула её подальше и мрачно заявила:
– Брысь от моих сырников!
– Нет сырников, нет соблазна ошибиться тарелкой, – нахально заявил Марк и подмигнул мне. – Намёк понятен?
Я не стала отвечать. К тому же, аппетит и впрямь наконец-то проснулся. Марк ясно дал понять, что не хочет выяснять, из-за какого пустяка я вдруг возомнила себя виноватой перед ним. А я достаточно ценила наше общение, чтобы не пытаться любой ценой отстоять единожды избранную точку зрения. Тем более, сейчас понимала, что накрутила себя на пустом месте. Не иначе, переволновалась из-за долгого поиска работы, кучи отказов, открытого пока ещё вопроса с лабораторией. А ведь впереди было ещё знакомство с преподавателями, однокурсниками… Я надеялась, что сумею найти общий язык и с теми и с другими, но до этого было ещё целых два дня, а неизвестность действовала на нервы уже теперь. Вздрогнула, почувствовав лёгкое прикосновение к руке.
– Эй, морская фигура, отомри, – весело скомандовал Марк. – Прекрати гипнотизировать кофе, он от твоего взгляда теплее не станет. У нас с тобой дар не тот.
– Ну почему же, если ты можешь заморозить воду, то, теоретически, при достаточной практике сумеешь и в пар её превратить, – возразила я. – Так что насчёт твоего дара я бы столь категорична не была.
– Теоретически, да, – согласился друг. – Практически – не факт… Охладить воду проще, чем нагреть. В общем, я могу сейчас завалить тебя формулами и выкладками, но сомневаюсь, что ты оценишь. Если совсем упростить, то тепло – это уже уже другая стихия. Можно работать и с ней, только результат будет слабый, а сил при этом на него уйдёт несоизмеримо много! Это как пытаться ехать верхом на морской черепахе по суше. В принципе, возможно, но зачем?
– Логично, – не стала возражать я. – Тут бы успеть за жизнь постичь тонкости своей магии, ещё в чужую лезть не хватало.
– И я о том же, – ухмыльнулся Марк. – Напомни, куда мы сегодня собирались, кроме рынка, где ты снова будешь по часу стоять у каждого прилавка и восхищаться редкими порошками из древесных мышей, настойками на рогах молодых ногокрылов, когтями изумрудных выдр и прочими жуткими штуками. На выставку артефактов, кажется?
Сбил со стола вилку и, тихо выругавшись, наклонился за ней.
– Да, – кивнула я. Допила кофе и поднялась. – Пойдём. Ой…
Сегодня был явно не мой день. Встала я слишком резко и как-то неудачно при этом дёрнула рукой. Чашка вырвалась из неё и, описав красивую дугу, полетела вниз. Остатки кофе вместе с гущей, разумеется, тоже выплеснулись. Я ничего не могла сделать. Беспомощно проводила взглядом чашку, летящую прямиком к столику через ряд. И ладно бы, за ним никого не было, но там сидела компания старшекурсников. Три девушки и двое парней. И одним из них был Джаред.
Старшекурсники среагировали моментально и слаженно. Джаред поднялся из-за стола одним плавным быстрым движением и с ловкостью мангуста поймал чашку, одновременно бросив какое-то заклинание в выплеснувшуюся из неё во время полёта кофейную гущу. Незнакомый парень, судя по всему, воздушник, выставил щит. Сухие крупинки кофе ударились в него, тонкой струйкой стекли вниз, собрались в миниатюрный вихрь и осели обратно в чашку. Всё не заняло и десяти секунд. Ни слова ни говоря, Джаред поставил чашку на свободный стол и легонько толкнул ко мне. Она проскользила по гладкой столешнице и замерла у края.
– Б-благодарю, – пробормотала я, осторожно берясь за ручку. – Извините.
Огневик едва заметно кивнул, а незнакомый воздушник с улыбкой отозвался:
– Ничего страшного, с каждым может случиться. Всё в порядке.
Старшекурсницы недовольно покосились на меня и наперебой принялись восхищаться отменной реакцией своих соседей по столику. Я их понимала, парни действительно заслуживали похвалы. Не зря они носили эмблемы факультета боевой магии. Марк тоже оценил и о чём-то задумался. Молчал, пока мы выходили из столовой, пока спускались с крыльца, пока шли по аллее к главным воротам. И лишь у них со вздохом признал:
– Знаешь, Лив, я бы не успел среагировать, даже если бы вилка не упала. В лучшем случае, смог бы остановить остатки кофе, там было достаточно воды.
– Ты себя недооцениваешь, – возразила я. – Мне кажется, ты успел бы.
– Нет, – покачал головой Маркус. – Я объективен к себе. Не успел бы. И это бьёт по самолюбию. Я понимаю, парни старше, наверняка уже имеют даже боевой опыт, но это не оправдание. Я был о себе лучшего мнения.
Он взъерошил волосы, глубоко вздохнул.
– Поздравляю, тебе есть, к чему стремиться, – утешила я его. Легонько толкнула плечом: – Эй, выше нос! Хочешь, вечером побросаю в тебя зачарованными Лорой чашками? Заодно проверим, действительно ли ты объективно оцениваешь свои силы или можешь больше, чем думаешь.
Марк попытался изобразить недовольный взгляд, но не выдержал и расхохотался. Не иначе, представил, как я и впрямь кидаюсь в него чашками. Сквозь смех выдавил:
– Лора не простит, если расколотим результаты её труда.
– У тебя будет стимул не уронить ни одной кружки, – подмигнула я.
– Умеешь ты поддержать, – хмыкнул друг. – И доброта твоя безгранична.
– Обращайся, – улыбнулась я. – Всегда рада помочь.
Настроение вновь взлетело к высшей отметке. Я твёрдо решила, что лимит неприятностей на сегодня исчерпан и дальше день будет радовать исключительно приятными сюрпризами. Так и получилось. Выходя с рынка, мы случайно встретились с Лорой и Аскольдом и дальше гуляли уже вчетвером до самого вечера. Корвин, по словам ведьмочки, был где-то неподалёку, но, как я ни высматривала фамильяра, так ни разу и не сумела его увидеть. Вернулись в академию ближе к полуночи. Лишь у входа в общежитие ворон спикировал откуда-то сверху и устроился на плече хозяйки.
Аскольд задержался переговорить о чём-то с нашим ворчливым комендантом, Марк пожелал спокойной ночи и ушёл к себе. Оказавшись в комнате, я опустилась на кровать и прикрыла глаза. Действие эликсира заканчивалось, я чувствовала, как тяжелеют веки и волнами накатывает сонливость. А вот Лора была полна энергии. Предложила снова устроить ночные посиделки и позвать Шедриана, но я сослалась на усталость и отказалась. Не обманывала: сил хватало лишь дойти до ванной комнаты и умыться перед сном. Ведьмочка не стала настаивать. Пожелала приятных снов, достала из ящика тумбочки толстую тетрадь в тёмно-зелёной обложке и ушла с ней на кухню, погасив в комнате свет. Я оценила тактичность соседки и, уже уплывая в сон, улыбнулась. Точно подружимся.
ГЛАВА 4
Первые месяцы учёбы пролетели незаметно. Казалось, буквально вчера мы с Лорой стояли возле расписания и изучали план расположения аудиторий, а сейчас большая часть семестра была уже позади. Ещё шесть недель – и наступит первая в жизни сессия. Переломный момент для всех первокурсников. Уйдут те, кто не сумеет сдать зачёты и экзамены по общим дисциплинам. А для оставшихся наконец-то наступит долгожданное время, когда на смену необходимой, но сухой и скучной теории придёт практика. Пока что нас ею не баловали.
Впрочем, я не жаловалась. Во-первых, эти месяцы оказались крайне насыщенными. Я не ожидала такого количества дисциплин! Теория магии, основы сложения магических заклинаний, плетения силовых потоков – от бытовых до боевых. Я могла полчаса перечислять названия всех предметов. И самым нелюбимым среди них была физическая подготовка. Я ненавидела эту дисциплину! И отчаянно завидовала одногруппницам с маленькой грудью. Моё «богатство» и активные физические нагрузки были категорически несовместимы. Я даже не пыталась уложиться в нормативы: ещё с колледжа знала, что это бесполезно. Мне давалось только плавание, по всем остальным пунктам был полный провал. Радовало одно – в конце семестра эта пытка должна была закончиться. Оставалось сдать зачёт и забыть всё это как страшный сон.
Во-вторых, лично у меня с возможностью практиковаться в зельеварении всё было прекрасно. Профессор Энтони Кардейл, преподаватель основ алхимии, дал мне разрешение на самостоятельную работу в лаборатории ровно через месяц после начала семестра. Правда, до этого устроил настоящий экзамен. Техника безопасности в лаборатории, вопросы по работе с опасными ингредиентами, утилизации неудачных эликсиров, перемещению и хранению удачных… Наше «собеседование» в этой самой лаборатории затянулось до позднего вечера. А потом ещё неделю я могла пользоваться оборудованием исключительно под наблюдением самого эра профессора, либо кого-то из младшего преподавательского состава. И лишь после того, как эр Кардейл убедился, что я действительно способна работать самостоятельно и не разнести при этом лабораторию, он выдал мне заветное разрешение.
С Марком в будни удавалось пообщаться лишь урывками, поздно вечером. И на выходных, в основном, у него на работе. Друг уставал не меньше меня и тоже недовольно бурчал на тему «лишних» дисциплин в расписании. Но с его точки зрения лишним было вообще всё, что не касалось боевых заклинаний и умения контролировать собственную магию.
Несладко приходилось и Лоре. Эмоциональная ведьмочка несколько раз даже плакала от усталости и бессильной злости на дурацкое расписание. Ей было особенно тяжело принять строгие правила академии. Ведьмы не признавали рамок и терпеть не могли ограничений. И, конечно, она первой получила замечание за нарушение режима. Причём, что обидно, от своих же. Пыталась договориться, но не вышло. Принципиальные четверокурсницы из тёмных ведьм не пожелали войти в положение. Сдали Лору дежурному преподавателю. И лишь через неделю ведьмочка выяснила, что одна из вредных старшекурсниц положила глаз на Аскольда. Нестандартный обаятельный и общительный метаморф пользовался повышенным женским вниманием. И особенно упрямых девушек совершенно не смущало, что свой выбор он уже сделал. Аскольда регулярно потчевали щедро сдобрённой приворотными снадобьями выпечкой, подсыпали на порог одурманивающие травы, подбрасывали амулеты, в общем, испытывали весь арсенал средств, которые могли заставить парня хотя бы ненадолго забыть о возлюбленной. Но эти усилия были напрасны. Острое обоняние позволяло Аскольду моментально определять посторонние примеси в еде или питье и находить подброшенные самыми настойчивыми девушками вольты и узелки с травами. К тому же, он и сам не пренебрегал защитными амулетами. В том числе, Лориного авторства. В общем, узнав о причине столь неожиданной принципиальности старшекурсниц, Флорентина жутко обиделась и задумала месть.
Верный Корвин сумел стащить из комнаты Лориных «врагов» заколку и платок, а потом ведьмочка почти две недели проводила вечера на кухне, строго-настрого запретив её беспокоить. Уносила с собой связки восковых свечей, раскладывала карты, такие старые, что даже рисунок на рубашке уже стёрся. После её ритуалов я видела в мусорном ведре уродливые гроздья оплавленного воска, хлопья пепла, скорлупу от яиц, почему-то чёрную внутри. Меня она в эти разборки не вмешивала, а когда я обеспокоенно поинтересовалась, не создаст ли она себе проблем, лишь весело рассмеялась и махнула рукой:
– Лив, за кого ты меня принимаешь? Я же светлая ведьма. Никаких пакостей, за которые мне может прилететь от деканата, клянусь. Я всего лишь незаметно расковыряю плотные слои защиты этих негодяек. Насквозь. А там и без меня найдётся, кому воспользоваться пробоиной.
– Страшная ты женщина, – покачала я головой. – Не слишком жестоко?
– Мне чужого не нужно, но и на моё пусть не посягают, – серьёзно ответила Лора, поглаживая млеющего от ласки Корвина. – За своего мужчину и за своих друзей я любого уничтожу. Пусть даже не лично. У светлых ведьм есть свои ограничения, это правда, но мы можем быть куда более неудобными врагами, чем тёмные. Как и зельевары, кстати. Ты тоже можешь доставить немало проблем тем, кто посмеет тебя обидеть.
– Я в этом плане куда более предсказуема, – хмыкнула я. – Как ты правильно заметила, моя стихия – зелья и эликсиры. Главное, заставить жертву их выпить. Или вдохнуть аромат.
– А для остального у тебя есть я, – подмигнула Лора. – Кстати, у тебя не найдётся эликсира для восполнения магических сил? Я немного выдохлась, а сегодня очень важный вечер: осталось пробить последний слой защиты у этих… принципиальных.
Эликсир был. С некоторых пор я готовила его постоянно. Не для себя, на продажу. Тщательно хранила в секрете пропорции и компоненты и вела строгий учёт покупателей в специальной тетради: не более одного пузырька в руки в месяц. Слишком частое употребление могло вызвать привыкание. А в одном флаконе помещалась ровно одна доза. Достаточно, чтобы поддержать себя в экстренном случае, но не более того. К моему счастью, подобные зелья не относились к категории лицензируемых, потому я могла готовить их в любых объёмах. Это приносило приятную прибавку к стипендии и зарплате. Огорчало меня лишь одно: целый раздел в бабушкиной тетради оставался под запретом! А там было столько интересного! Нет, я бы даже рискнула и сварила что-нибудь такое-этакое, сверхсложное, что позволялось лишь лицензированным зельеварам, но, во-первых, результат эксперимента в любом случае пришлось бы уничтожить, во-вторых, достать особенно редкие компоненты легально без лицензии было невозможно или проблематично, в-третьих, стоили они слишком дорого. Оставалось надеяться, что на каникулах я уговорю бабушку взять меня в лабораторию и под её присмотром реализую свою мечту.
Лора залпом выпила содержимое флакона, поблагодарила меня и ушла на кухню. Я взглянула на часы и тоже начала собираться. Лаборатория должна была освободиться через десять минут, а мне в этот вечер предстояло немало работы. Порция антивозрастной эссенции для добавления в кремовые основы для магазина эрис Уолкингтон и несколько персональных заказов. В том числе, на духи с направленным эффектом очарования. Никаких приворотов, никакого жёсткого насилия над волей. Мужчине, который вдыхал созданный специально для него запах, хотелось продлить наслаждение ароматом, пусть даже неосознанно, и самым простым способом было пообщаться с хозяйкой чарующих духов. Тем более, это доставляло удовольствие. А дальше всё зависело исключительно от девушки. Сумеет развить интерес и превратить его в нечто большее – молодец. Не сумеет – что ж, я в любом случае ни при чём.
В комнату вернулась поздно ночью, крайне довольная собой. Всё получилось так, как задумывалось. Правда, я снова немного увлеклась, когда наполняла готовые основы магией, но это точно не могло навредить. Наоборот, теперь эффект обязан был проявиться быстрее. И в случае с антивозрастными эссенциями это было даже в моих интересах. У магазинчика эрис Уолкингтон за эти несколько месяцев появились постоянные клиентки, некоторые из них уже обращались с персональными заказами, и я надеялась на долгое сотрудничество. Может, наши парфюмерия и уходовая косметика с магической составляющей пока ещё не были лучшими в Фессе, но, несомненно, они были первыми в своей ценовой категории. За это я могла ручаться.
С духами тоже всё получилось. Флакончик со своим любимым ароматом мне дала заказчица, третьекурсница Гленда. Девушка училась на факультете боевой магии, владела стихией воздуха. Она очень серьёзно подошла к делу и, кроме нескольких волосков объекта своего интереса, каким-то чудом добыла кусочек ткани с каплей его крови. И своей тоже щедро набрала полную пробирку. Хватило бы на десяток эликсиров. Я практично предложила приготовить для неё что-нибудь ещё, но Гленда отказалась. И сейчас, когда готовое зелье было смешано с духами, а надёжно закрытый флакон лежал в моей сумке, я могла лениво поразмышлять о том, почему таким, как Гленда, вообще нужно прибегать к помощи усиленных магией ароматов, чтобы кому-то понравиться. Разве только для дополнительной уверенности в успехе. Воздушница была хрупкой невысокой блондинкой с прозрачно-серыми глазами. Милая, нежная, словно весенний первоцвет. Я видела, как парни смотрели ей вслед и терялась в догадках, кто же устоял перед природным очарованием Гленды. Впрочем, это было не моё дело. Я честно предупредила, что на метаморфов вроде Аскольда, уже встретивших свою пару, и просто по уши влюблённых парней аромат не подействует. Вернее, подействует, но на большее, чем дружеская беседа, рассчитывать не стоит. Гленда уверила, что её избранник не метаморф, как раз недавно расстался со своей девушкой и абсолютно свободен. Расспрашивать дальше я не стала. Помнила первое правило зельевара, которому учила меня бабушка: любопытство хорошо в меру, если дело не касается лицензируемых эликсиров. Вот в этом случае из заказчика следовало вытряхнуть всю возможную информацию. Ради собственной безопасности.
Патруль попался мне уже на подходе к общежитию. Два некроманта, курс четвёртый или пятый. Даже не пришлось смотреть на нашивки на мантиях: специализацию патрульных выдавали два призрачных пса, крутящиеся у ног хозяев. Старшекурсники мельком взглянули на документ, дающий мне право находиться вне общежития в ночное время, и отпустили. А вот три дня назад я немного задержалась в магазине, а на обратном пути, едва зайдя за ворота академии, повстречалась с двумя близнецами-ведьмаками. Едва отвязалась от них! То ли ребятам было скучно патрулировать территорию, то ли я им понравилась, но они решили проводить меня до общежития, а потом настойчиво зазывали на свидание. Хорошо, что Шедриан, незаметно явившийся откуда-то со стороны учебных корпусов, спас меня от назойливости ведьмаков. Теперь я была должна свидание ему. И метаморфа ничуть не смущало, что за время нашего знакомства я уже устала объяснять, что вижу в нём исключительно хорошего знакомого, не более того. Вот и в прошлый раз Шедриан пожал плечами и согласился: знакомые так знакомые. Почему бы двум добрым знакомым не выпить по чашечке кофе и не прогуляться по набережной? А я теперь не могла отделаться от параноидальной мысли, что ведьмаки испытывали моё терпение не случайно. Вряд ли Шед сам с ними договорился, он был далеко не таким общительным, как Аскольд, а вот тот вполне мог по-дружески помочь соседу. Правда, Лора уверяла, что её жених не вмешивается в наше с Шедрианом общение, и это рушило мою теорию заговора.
В этот раз метаморфа рядом не оказалось. Комендант чутко дремал у себя за стойкой. Приподнял голову, услышав мои шаги, узнал, что-то буркнул и потерял ко мне интерес. Я дождалась лифта, поднялась на свой этаж. На цыпочках прокралась к нашему жилому блоку. Из-под двери кухни пробивалась неяркая полоска света, густо пахло воском и травами. Лора ещё не закончила свои ритуалы. Хрипло каркнул Корвин, что-то звякнуло и покатилось, а затем раздалось монотонное бормотание. Я не стала беспокоить подругу. Сама терпеть не могла, когда кто-то отвлекал меня во время работы над эликсирами. Оставила сумку на тумбочке, умылась и легла спать. Рано утром, до пар, предстояло встретиться с Глендой, отдать ей духи, ещё раз объяснить, как их применять, и получить вторую часть оплаты. А вечером – в магазин, лично смешать в нужных пропорциях антивозрастную эссенцию с кремовой основой. И, самое приятное, забрать зарплату за прошлый месяц.
