Ксивер, скорее всего, засмеялась бы и послала их к чертовой матери.
Я не ругаюсь. Просто говорю ее словами.
Ладно, иногда ругаюсь.
– Ну, на самом деле ничего нового в ней не было, – вздохнула Рейвен, накрутив на палец золотистый локон. Она произнесла слишком высоким голосом, от которого мы с Кси поморщились: – Шавкам здесь не место! Выметайтесь из академии, дети предателей Исландии! Считайте часы до своей смерти, а дальше сами можете догадаться…
После того случая с кровью я практически не отходил от Ксивер и Рейвен и даже ночью караулил спальню сестры.
Рейв осталась в Доме Равновесия, куда ее определила инициация. В тот вечер Кси выкрала со столовой пирожное, которое мы подарили подруге в честь вступления в плеяду. Я караулил Ксивер с другой стороны кухни, пока она гремела кастрюлями, чуть не разбудив всю академию.
Порой я пробирался по коридорам после наступления комендантского часа, чтобы проверить, горит ли в спальне Рейв свет. Она не могла спать в темноте с тех пор, как нас выпустили из Круачейна.
Поэтому под моими глазами уже который день виднелись синяки, и мне постоянно хотелось зевать. Но это неприлично, поэтому я сдерживался.
– Я не позволю, чтобы они навредили вам. – Я в упор посмотрел на Рейвен, крепче сжав в руке вилку. Она опустила взгляд, и свет от хрустальной люстры отразился в ее заблестевших глазах.
Мой голос немного смягчился.
– Если бы была возможность, я бы увез вас отсюда. Но нам некуда идти. Я не хочу, чтобы мы снова жили в маленькой квартире, где из мебели есть только старый диван. Даже если мы сбежим, нас найдет Альтинг и вернет в больницу. Из двух зол нужно выбирать меньшее, и пока что это точно не Круачейн.
Я понимал, что никак не могу помочь. И это сжирало изнутри. У меня нет ни оружия, ни денег, ни возможности постоянно находиться рядом, чтобы защитить их.
– Нужно подождать, пока проявится наша с тобой плеяда, – пробубнила Ксивер, уплетая вторую тарелку салата. По ее стройной фигуре и среднему росту даже не скажешь, что она ест за четверых. – Как только станем сильнее, как только поймем, к какой плеяде относимся, мы что-нибудь придумаем. Нужно решать проблемы по мере их поступления. Вот они, – Кси ткнула вилкой в сторону стола, где сидела компания Ашера, – совершенно меня не заботят.
– Может, именно они искупали тебя в крови, – возмутилась Рейвен.
– Даже если так, что с того? Это детские забавы. Нужно хорошенько трахнуть Эша, и он сразу успокоится.
– У тебя только это на уме?
– Да. Хотя нет. Такого слизняка я никогда не трахну.
Я тяжело вздохнул.
Кси всегда готова обороняться, а сердце, в отличие от меня, открывает только самым близким людям – и то не всегда.
Я часто думал о том, что мы переняли черты характера от родителей. Отец всегда был мягким и заботливым. Только он мог успокоить нашу мать, когда она разносила свою мастерскую из-за того, что ей не нравился очередной рисунок. Отец сжимал ее в объятиях до тех пор, пока ее плечи не переставали дрожать. Затем они звали нас в гостиную, и мы вместе смотрели документальные фильмы.
Отец был светом для нашей матери, которая отчаянно боролась с темнотой внутри. Видимо, ее темнота расползлась и завладела им, потому что других объяснений их поступку я найти не могу.
– Можно я съем твой салат? – спросила Ксивер, с грустью посмотрев на свой пустой поднос.
Я молча отдал ей свой обед, а горячий чай предложил Рейвен.
Почувствовав затылком чей-то взгляд, я осторожно обернулся и оглядел заполненную столовую.
На небольшом возвышении в центре помещения располагался длинный стол, за которым сидели преподаватели. Профессор Ламберт, что провел на прошлой неделе лекцию о силе плеяд, заторопился на следующее занятие и случайно опрокинул на скатерть чашку чая.
Если честно, этот старик вызывал у меня только теплые чувства. Несмотря на то, что иногда забывал, о чем говорил пару минут назад, он хотя бы не запугивал студентов змеями.
Кстати, о змеях…
Профессор Нуар.
Она сидела в самом конце стола словно королева на троне. Прямые каштановые волосы были собраны в тугой хвост, идеально ниспадающий на одно плечо, черные перчатки до локтей, поверх которых она надела кольца, сочетались с шелковым платьем того же цвета. Она положила слегка заостренный подбородок на руку и закинула одну ногу на другую, медленно ею покачивая.
Уголок ее накрашенных губ слегка дернулся, когда мой взгляд наткнулся на двух змей, извивающихся перед ней на столе.
Я незаметно сглотнул.
– Что ей от тебя нужно? – как-то сдавленно спросила Рейвен.
Я отвернулся, но Нуар точно продолжила наблюдать за мной.
– Кто? – спросила Кси, удовлетворенно облизывая пальцы. Она выглянула за мою спину и протянула: – А-а-а… Змеиная сучка, которая сняла нам баллы, которые сама же и начислила?
– Серьезно? – прищурилась Рейвен.
Ксивер кивнула.
– Она оставила Крэя после того занятия и сказала, что снимает баллы. Как думаешь, за что? Да за то что он пронес на посвящение пистолет! Она как его заметила? Может, видит глазами змей?
Я попытался сдержать смешок, но не смог и громко прыснул.
– Думаю, профессор Нуар просто хочет разобраться в нашей силе. Ламберт говорил, что она лучший равновес в Исландии.
– Какая ей разница, что у вас за сила? – процедила сквозь зубы Рейвен.
Последнюю неделю я ее правда не узнавал. Она постоянно цеплялась к профессору, задавала ей глупые, а порой и провокационные вопросы, пыталась найти пробелы в знаниях. Эти попытки, конечно же, не увенчивались успехом, потому что Роксания Нуар не просто так считалась лучшим равновесом и преподавала в Академии «505».
Роксания Нуар.
Я перекатывал ее имя на языке, пробуя его на вкус.
– В отличие от тебя, равновес, – понизила голос Кси, склонившись к Рейвен, – мы убили невинных людей на испытании. Никто так и не понял, какая сила в нас пробудилась. Нет ничего плохого в том, что змея-искусительница надеется на наше вступление в плеяду равновесия. Профессор Ламберт говорил, что за каждой плеядой закреплен один преподаватель. Если она хочет нас убить, будет легче сделать это, находись мы под ее боком. Логично?
– Змея-искусительница? – тихо засмеялся я.
– Да ты просто посмотри на нее. Кстати, она всё еще не отводит от тебя глаз.
Я сохранил спокойное выражение лица, хотя внутри всё сжалось.
За годы, проведенные в окружении двух болтливых девушек, я смог хорошо выучить их поведение. И я бы был глупцом, если бы не понял, почему Рейвен ведет себя с профессором Нуар таким образом.
Ей не нравится то, что она по необъяснимым причинам обратила на меня внимание.
Но при чем здесь я?
И что от меня нужно Роксании?
Внезапно на соседний стул свалился какой-то парень. Буквально свалился, потому что деревянные ножки угрожающе заскрипели, а тарелки на подносах подпрыгнули от его огромных кулаков.
– Доброго дня, уважаемые мисс и мистер Зальцри! – воскликнул он, пододвинувшись ко мне вплотную. Затем посмотрел на Рейвен и склонил голову: – Мисс Эскарра.
Чего?
Ксивер сразу же помрачнела.
– Что тебе нужно?
– Моя светлость просто хотела познакомиться с де… с деть… Карате…
Мы втроем сразу же насторожились. Я заметил, как напряглись плечи Ксивер. Парень смотрел на нас так, будто видел перед собой смерть, хотя он был шире меня раза в три. А за годы работы в гараже я достаточно натренировал мышцы и старался поддерживать форму даже в больнице.
– Мне кажется, его сейчас стошнит. – Я покосился на шокированных девушек, пока он продолжил бормотать под нос:
– Моя с-светлость ждала вас целый год! В этой сырой темнице, в одиночестве и среди… полных придурков, – тише произнес он, еще ниже склонившись над столом. – Для меня честь познакомиться с вами, дети Карателей. Я готов вступить в ваши ряды и отдать свою жизнь за каждого из вас!
Его бледно-голубые глаза, резко контрастирующие с темной кожей, широко распахнулись.
– Можно вас… потрогать?
– Чего? – спросил я, как дурак, когда он коснулся моего запястья и ахнул.
Это шутка?
Я огляделся по сторонам, но студенты уже начали расходиться на занятия.
Ксивер протянула:
– Слушай, ты ведь совсем не светл…
– Ксивер! – прошипели мы с Рейвен.
– Скажете, я не права? Мне просто любопытно, почему он называет себя светлостью, а не, например, темностью, – сухо ответила Кси, прожигая взглядом бедного парня. – Цвет его кожи говорит об обратном.
Кажется, он нас даже не слушал. Парень просто смотрел с открытым ртом то на меня, то на Ксивер, то на Рейвен.
– Хорошо, теперь расскажи, что здесь происходит. – Я сжал переносицу, почувствовав, как голова начинает раскалываться. – И скажи, как тебя зовут.
– Мою светлость зовут Джакс Айло! Джакс Айло! – еще громче повторил он, будто в первый раз мы не расслышали. Кажется, теперь он орал на всю столовую. – Она учится на третьем курсе…
Я посмотрел на Ксивер, приподняв брови.
«О ком он говорит?»
«О его светлости, ты не понимаешь?» – ответили ее глаза.
– …и ведет за собой целую команду ваших последователей. Мы все ждали момента, когда вы наконец придете к нам, сильнейшие ремалийцы. Как радостно видеть, что с вами всё в порядке и вы не пострадали при инициации!
– Пострадал кое-кто другой, – вклинилась Рейвен, сделав глоток остывшего чая.
– Это не так важно!
Действительно.
– Что тебе нужно? – холодно повторила Ксивер.
Джакс сжался от ее тона. Его плечи опустились, а глаза сразу же потухли.
– Послушай, – мягко произнес я, дотрагиваясь до его руки в успокаивающем жесте. – Моя сестра сегодня не выспалась, поэтому немного не в настроении и бросается на людей. Давай начнем сначала, Джакс Айло. Мы не очень понимаем, о чем ты говоришь. И вообще, если кто-то тебя услышит, у нас могут быть проблемы.
Лицо Джакса немного просветлело.
Не в прямом смысле.
– Моя темность не допустит, чтобы из-за нее у вас были проблемы! – Ксивер громко прыснула, а Рейвен толкнула ее в бок. – Я говорю о студентах, которые не верят в историю, что нам рассказывает Альтинг. Мы считаем, что у Карателей была другая причина вызвать триад. Или они вообще не хотели этого делать. Мы ждали вас, чтобы вместе раскрыть правду о Падении!
– Понимаешь, в чем дело, – осторожно начала Рейвен. – Мы… Как бы тебе сказать… Не собираемся в это ввязываться.
Джакс со всей силы хлопнул себя по груди и с ужасом прошептал:
– Как это? Как не собираетесь?
– Успокойся, Джакси. – Ксивер достала из сумки телефон и открыла расписание. – Мы здесь не для того, чтобы искать правду. Нам плевать на нее, хорошо? Мы искали эту правду несколько лет, и как думаешь, где в итоге оказались? Ох, тебе лучше не знать. Поэтому давайте вы как-то без нашей помощи будете этим заниматься, договорились? Договорились. А теперь нам пора на лекцию к Торренсу.
Ксивер поднялась со скамейки, расправив складки клетчатой юбки, которую обрезала так сильно, что та едва прикрывала… все нужные места. Каждый день она придумывала что-то новое – то отрежет рубашке рукава, то наденет галстук поверх майки, то единственная в академии будет щеголять в юбке и кроссовках.
Рейвен поднялась вслед за Кси и на прощание помахала Джаксу рукой.
Я тяжело вздохнул.
– Приятно было с тобой познакомиться, Джакс. – Протянув ему ладонь, я выдавил улыбку. – Может, мы сможем стать друзьями?
Он грустно усмехнулся, но кивнул.
***
Последнее, чего мне хотелось после урока истории с озабоченным Торренсом, это слушать болтовню Джакса Айло и еще кучки наших новых друзей. Но я шел по заснеженной аллее, делая вид, будто радуюсь их компании, и мысленно просил Ксивер перестать бросать в их сторону испепеляющие взгляды.
– Как думаете, – прошептал за спиной Джакс, чтобы мы не услышали, – если они станут лучшими учениками, как на это отреагирует Альтинг? Примет в свои ряды?
Конечно, мы их слышали.
– Как думаете, – заорала Ксивер, – его темность хочет искупаться в океане?
Джакс в ужасе замолчал, а затем толкнул в бок Силию.
