Страница 9 из 14
– А как ты думала? Спущу тебе то, что ты расколотила?
Кажется, глаза у Алины становятся еще больше. Будто она и правда так думала. Но к раздражению примешивается еще и совершенно забытое чувство любопытства. Мне реально интересно, как она выкрутится. Что проще? Встань на колени и сделай то, что, я уверен, она давно уже практикует. А этот ее образ недотроги…
Не верю. Хочу, чтобы она показала себя настоящую, чтобы доказала, что тоже продажная, как и все.
– Я могу убираться, – вдруг выдает эта нахалка. – Но спать с вами я не стану!
– Что так? Боишься не справиться? – ухмыляюсь в ответ. – Или не умеешь хорошо сосать?
Ее щеки вспыхивают от смущения, хотя… Какое смущение? Она работает в клубе, где девки почти голыми ходят. И каждая из них знает, что в ВИП обслуживание не только столов, но и гостей. Так что она знала, куда шла.
– Это не по любви! – вдруг заявляет она. – Так нельзя!
Тут даже Толик хмыкает. Негромко, но я-то слышу.
Пиздец. Чувствую, что меня начинает накрывать диким желанием доказать этой девочке, что и как будет, но… Но это означает потерю контроля.
Моментально отрезвляет. Вспоминаю, как однажды уже поддался эмоциям и заплатил слишком высокую цену за это. Настолько, что…
На хер.
Если она выводит меня так сильно, то надо это исправить.
– Отвези ее в дом, – бросаю Толику.
– Но я не…
– Хорошенько подумай, прежде чем что-то ляпнуть, – говорю, глядя на девчонку. – Твой дерзкий язык можно использовать по-разному.
Она испуганно смотрит, хлопает глазами своими.
– И долго мне отрабатывать долг?
14 Алина
Север не отвечает – молча покидает машину, а следом двери блокируются, и машина выезжает с парковки.
– Эй! Остановите!
– Не положено, – равнодушно отвечает водитель.
Дергаю ручку двери, колочу в нее.
– Вы не имеете права! Это похищение!
Машина резко тормозит, а затем мужчина оборачивается ко мне, и в этот момент до меня доходят две вещи: первая – что у Севера все работники под стать ему, а второе – я одна в закрытой машине с тем, кто физически сильнее меня.
– Еще одно слово, и я тебя проучу. У меня приказ привезти тебя. В каком состоянии, не уточнялось. Это ясно?
Медленно киваю, сдаваясь.
– Еще один фокус… – он не договаривает, отворачивается, и машина снова трогается с места.
Пока едем, я немного согреваюсь. Хотя внутри мне холодно от страха. Нет, конечно, сейчас, наверное, не так я боюсь, как в первый раз. Если привезут туда, то место хотя бы знакомое. Но… Но почему же я вечно влипаю в какие-то идиотские ситуации?
Мысленно перебираю все, что произошло за последний месяц, и становится тоскливо. Словно сглазил кто-то. То Ренат с яхтой и придурками дружками, то Север и его прихвостни, теперь вот Аленке помочь хотела, а в итоге опять оказалась не там и не в то время.
Просто тотальное невезение какое-то. И вещи мои там остались…
Даже не заикаюсь про них – от водителя толку нет. Он только наорет или еще решит проучить. Так что остается только ждать.
Привозят меня, и правда, туда же. На улице очень холодно, так что когда Анатолий командует мне идти в дом, я даже не спорю. Почти бегу. А там меня встречает Валентина.
Проходится по мне оценивающим взглядом, недовольно поджимает губы.
– Где комната, знаешь, – бросает она и уходит.
Обреченно плетусь туда, где ночевала в прошлый раз. Можно попробовать поругаться. Но с кем? У кого отстоять свободу? Охрана с территории не выпустит. Так еще и на неприятности нарвусь, с моим-то везением.
В комнате все ровно так, как и было. И все, что мне остается – ждать. Я успеваю задремать, пока жду хозяина дома, с которым предстоит договориться.
Но едва дверь открывается, как сон слетает с меня. Моргаю и приподнимаюсь на постели – в комнату действительно заходит Север.
Я выключила верхний свет, оставив только бра. Но даже такого слабого освещения хватает, чтобы увидеть, как он начинает вальяжно раздеваться.
– Что вы делаете? – возмущаюсь, окончательно просыпаясь.
Мужчина замирает, поворачивается ко мне, смотрит на меня так, словно я спросила глупость.
– Тебе, кстати, советую тоже. Впрочем… Можешь и так.
– Что так?
Становится крайне не по себе под его темным взглядом. Неужели опять?
– Иди сюда, – приказывает он. – За тобой должок, не забыла?
Ну вот, опять.
– Не забыла. Но я уже сказала – не буду с вами спать!
Север остается в полурасстегнутой рубашке. Презрительно кривится и подходит ближе, а я отползаю подальше, интуитивно стараясь держать дистанцию с этим диким зверем.
– Да ну? То есть раздвигать ноги в клубе – нормально, а здесь вдруг целку из себя решила строить?
– Да я не…
– Что “не”? Только не говори, что не в курсе того, какие услуги оказывают девочки вроде тебя, – насмешливо фыркает он. А затем, резко подавшись вперед, дергает меня за ногу, заваливая на спину и нависая надо мной.
– Нет! Я не работаю там! Честное слово!
– Правда? И поэтому напялила эти блядские шмотки? – как-то особенно зло цедит Север. – Хватит врать, Малина. Давай, потрахаемся, и я отпущу, так и быть. Хотя не уверен, что ты потянешь на те коллекционные вискари, которые расколошматила.
Я слишком поздно понимаю, что сделала. Только когда ладонь уже горит от пощечины, а в глазах Севера загорается настоящее бешенство.
– Я не шлюха! – возмущенно кричу. – И я не…
Не договариваю – Север набрасывается на мои губы, подавляя любое сопротивление на корню…
15 Алина
Я целовалась с Ренатом несколько раз. Но это всегда оставляло странное впечатление – будто я сделала что-то не так. Боялась ошибиться и разочаровать Смолякова. Нервничала так, что каких-то особенных ощущений от этого не получала.
Но поцелуй Севера кардинально другой.
Жадный. Подавляющий. Бескомпромиссный.
Он не дает мне ни шанса для сопротивления. Его язык вторгается и устанавливает свои правила, а я могу лишь сдавленно мычать, хвататься за широкие плечи, моля о пощаде.
Когда Север все же отрывается от моих губ, я рвано дышу, стараясь восполнить недостаток кислорода. А мужчина смотрит на меня так, что я даже двух слов связать не могу под его жадным взглядом.
– Я не стану, – с огромным трудом собираю хотя бы одно предложение.
– Разве я спросил твое мнение? – обидно ухмыляется он. Его рука ложится мне на бедро, задирает и без того короткую юбку, и я дергаюсь, пытаясь остановить безобразие.
– Тише, Алина-Малина. Хватит строить из себя девочку-ромашку. Я оценил, и готов списать весь долг сразу. Давай, кончай ломаться.
Я снова замахиваюсь, но в этот раз Север успевает перехватить мою руку. Сжимает до легкой боли.
– Только попробуй еще раз – выпорю.
– Я не шлюха! – упрямо повторяю. – Лучше буду мыть полы и унитазы, но не стану…
Я не знаю, чего ждать от Севера. Он для меня загадка – слишком мало эмоций он показывает. Поэтому когда он вдруг резко отстраняется, а затем и вовсе отходит, боюсь расслабляться. Вдруг это проверка.
– Посмотрим, насколько тебя хватит, – бросает и, забрав пиджак, идет к двери.
– Подождите! А мои вещи?
Хозяин дома тормозит, оборачивается и смотрит непроницаемо.
– Форму тебе выдадут. Но в любой момент ты можешь передумать.
– Неужели совсем не с кем удовлетворить потребности? – вырывается у меня против воли. – Раз приходится принуждать.
Я тут же жалею о своей дерзости. Однако Север не удостаивает меня ответом – просто молча выходит из комнаты.
Мне же обидно до слез. Губы горят от поцелуя, и я сама не пойму, что испытывала в тот момент, когда это случилось. Мне казалось, отвращение – самая правильная реакция. Но сначала я была оглушена наглостью Севера, а затем что-то странное щелкнуло во мне, появилось неясное томление, и эти новые ощущения захлестнули меня с головой.
Конечно, я не собиралась поддаваться на уговоры и соглашаться на унизительную сделку, но врать себе, что я совсем ничего не почувствовала, смысла нет.
До утра ворочаюсь в постели, так и не заснув. А когда рассветает, ко мне приходит Валентина. Недовольно цокает языком, заметив, что я по-прежнему в той же одежде. Впрочем, тут я с ней согласна – форма в том клубе ужасная.
– Завтракай и приступай к работе. Сергей Александрович сказал, ты теперь на полную ставку.
– А что это значит? – осторожно спрашиваю.
– А ты согласилась, даже не уточнив условия? – фыркает она.
Справедливое замечание. Вот только объяснять, как именно получила работу, я, естественно, не стану. Приходится промолчать.
На кухне в этот раз Лены нет, но зато есть две незнакомые девушки. Судя по тому, что одеты они в форму горничных, то работа у них ровно та же самая.
– Катя, Ира, – небрежно знакомит нас Валентина. – Эта новенькая – Алина.
– Привет, – говорю я. Те скупо кивают и возвращаются к еде.
– Что встала? Садись, ешь, – командует экономка. – Время не резиновое, – а после выходит из кухни.
Ира с Катей довольно быстро заканчивают с едой и уходят, даже не посмотрев в мою сторону, а я едва успеваю доесть, как Валентина возвращается.
– Готова? Вот тебе форма. Переоденешься, и сегодня на второй этаж.
– Хорошо.
– Помнишь, что где лежит в подсобке? Пылесос и тряпки возьмешь там же. Да, и еще – комната в правом крыле заперта. Там убираться не надо.
– Почему? – спрашиваю быстрее, чем успеваю себя притормозить.
– Вопросы не задавай, а иди работать, – строго чеканит она. – Вперед, если не хочешь получить дополнительное задание.
Спорить – смысла нет, так что я выхожу из кухни и иду к себе, чтобы переодеться. Но за первым же поворотом на меня практически налетает молодой парень. Успевает удержать от падения, и пока я прихожу в себя от нашего столкновения, присвистывает:
– Ого, какая чика теперь у Севера. Обслужишь и меня заодно?
Я не успеваю среагировать, как этот хам отталкивает меня к стене и нависает надо мной. Он гораздо выше меня, крепкий и сильный. А еще у него дико синие глаза. Впервые вижу такие.
Парень криво ухмыляется.
– Что, потекла уже щелка? – скалится он, пытаясь забраться ко мне под юбку. – Тоже глазищи мои нравятся?
Первое, что я осознаю, когда влепляю ему пощечину – руки с моих бедер исчезли. Второе – что моя ладонь горит довольно ощутимо.
И лишь после этого я понимаю, что лицо парня искажается злостью.
– Ах ты, дрянь, – рычит он, хватает меня за горло.
Я не ожидаю подобного, так что оказавшись в крепкой хватке, могу лишь бессильно хватать ртом воздух.
