Охота мне полчаса домой пехом идти? Нет, конечно. Мало ли, правда, какие элементы встретятся? Не то чтобы я их всех не знала почти, все же третий год на районе, но перестраховаться можно.
Села в… Идеально чистый, я бы сказала девственный салон автомобиля. М-да. Поджала губы и вздохнула. Ну, а что я ожидала от депутата?
Он тоже сел, как ни в чем не бывало. Лицо кирпичом, серьезный такой. Не уснет за рулем хоть? Вставила ремарку:
– Мне теперь понятно, почему вы пошли в политику. Сказки рассказывать вы мастер.
На мои слова он молча вытащил из-под моего сиденья две пустые бутылки. Явно грязные, из-под молока. С небольшим душком. Не то чтобы воняло, но да, при ближайшем рассмотрении аромат присутствовал.
Поджала губы. Вот вроде бы не соврал, но и правдой назвать это было нельзя. Идеальный политик во всех отношениях. Такой далеко пойдет, а может, и поедет.
Дальше мы ехали относительно молча. Я держала свои бумажки и остальные пожитки, молясь, чтобы они не развалились, а он сосредоточенно вел свою машину.
Внезапно поняла, что очень устала. Такое никуда не годилось, еще работы дофига, да и вообще период такой у нас сейчас. Скоро начнутся всякие операции с дежурствами по ночам.
Даже передохнуть некогда было. Тоскливо уставилась в окно. Справлюсь, бывали и вот такие вот сложности. Ничего страшного, переживем.
– А почему полиция и именно участковая? Вы такая хрупкая и вообще не похожи на стража правопорядка.
Снова хмыкнула. Не в бровь, а в глаз. Но объяснять ему все перипетии своей жизни и особенности системы МВД я не стала. Все же, какая ему разница, что я была лучшей на курсе, но место в аспирантуре стоило денег? Больших денег.
А места забесплатно есть всегда только в достатке в самых злачных районах нашего города. Уже то, что я поступила и отучилась бесплатно, само по себе чудо. Ну, да, в институте МВД взятки не вымогают, очень удобно.
– Где места были, туда и взяли. А в институте было хорошее образование, я не здесь училась, в другом городе, – и назвала.
Он присвистнул. Ну, да, далеко отсюда, и обучение там воспринималось как что-то уже очень далекое. Курсантская жизнь как сказка, жаль, понимаешь это только тогда, когда уже до выпуска полгода осталось. Но кто ж знал-то?
– А уволиться не хотели? Все же, работа явно не для молодой привлекательной девушки.
– Ну, да, не то что у Муслимовой. Вот она работает классно! Дарит детям и взрослым радость, – вставила свои пять копеек я.
В этот момент машина остановилась у названного мною адреса.
Немногие знают, но у меня есть немного необычная, но потрясающая история Курсанты в пяти книгах по мотивам моего обучения в Школе милиции)) познакомьтесь с ребятами, обещаю, их истории не оставят вас равнодушными!
Глава 14. Липа
Неловкая пауза в машине до сих пор отдавала странным послевкусием. И пусть уже было раннее утро, а я собирала все документы для их регистрации и последующей отправки куда следует.
Мы как приехали, пару минут сидели, словно подростки после первого свидания, и пялились кто на что. Ну, просто жуть какая-то! Пока я не додумалась рассказать этому депутату, что мне от него требовалось.
Отправила его домой на суточное дежурство. Если он и думал, что у меня будут какие-то угрызения совести по этому поводу, то ошибся. Ну, мне, правда, пофиг.
Не переломится. С моим образом жизни, сутками один-два раза в неделю по двадцать четыре, а то и больше, потом еще материалами, бесконечными палками и дежурствами – это вообще ни о чем. Ну, посидит пару ночей человек под дверью чужой.
Дала ему, как и собиралась, другой свой номер и пошла домой заполнять материалы. За четыре часа даже почти выспалась. Надо успеть на утреннее совещание.
Вообще у участковых было три совещания в день. За каким лешим так часто лицезреть друг друга понятия не имела, но правила есть правила. В девять утра, в шестнадцать тридцать и потом в двадцать один ноль-ноль.
Собственно, поэтому у меня не было друзей, парня, да и много чего. Потому что предполагалось, что у нас график ненормированный, а время для личного отдыха где-то днем. Только днем граждан фиг поймаешь, да и работы было столько, что она сама себя не делала. А жаль.
– Так, Малышко, докладывай, что там по жене депутата.
Козлина прямо с порога решил взять меня за рога. Молча выложила стопку объяснительных. Хотя нет, чего молча-то, добавила:
– Проведен поквартирный опрос двадцати квартир, выяснилось, что гражданка Приходько большой любовью и уважением в доме не пользуется, но и недругов рядом не проживает. Буду устанавливать наблюдение.
Козлов нахмурился и собирался было что-то сказать, но не смог. Да просто я реально сделала все, что можно было, и даже сверху. Я молча прошла на свое место и получила вопрос от сонного Ванька:
– А что это двадцать квартир, почему не тридцать? Ты там, что ли, до ночи вчера лазила?
– Да мне консьерж помогла, она списочек всех мамочек написала и сильно сознательных граждан. Я быстро управилась.
– Ну-ну, спала хоть?
– Вань, там сломалась твоя городуха на лампочку, глянешь сегодня, ладно? А то я ночью все притолкни посшибаю, – сменила тему я.
Не любила, когда Ваня начинал свою пластинку по поводу того, что я чересчур много работаю и усердствую. Все же, сам такой же, в участковых иначе никак. Он вообще старший на зоне.
У нас весь район был поделен на шесть зон, мы были в разных. Некомплект примерно процентов шестьдесят. Но так вышло, что сейчас из пяти сотрудников на моей зоне я была одна. Ну, вот так.
На прошлой неделе вроде бы стажера прикрепили, но тут же его куда-то слили. Я понимала, так бывает. Парень взглянул на перспективы, на объем работы и сказал, что лучше в ППС пойдет. Ну, ок.
– Лип, а что ты там такого сделала, что оно работать перестало? Я ж, вроде, на совесть делал, – с подозрением спросил коллега.
– Ой, я Светочку твою вызвала и на столе с ней развлекалась! Да просто мебель сломалась и потянула все за собой. Ноут мой чудом выжил, а вот комп вряд ли.
– Так комп у тебя уже второй год не работает, – с еще большим подозрением добавил Иван.
Махнула на него рукой. Не рассказывать же, что ко мне заходил депутатский красавчик при костюме и устроил непреднамеренный погром? Вряд ли бы Ваня такое оценил.
Полезла в недра своего чемодана за телефоном. Точно, надо бы глянуть, как там Алексей. Он по-любому мне трубку оторвал и сообщениями засыпал. Хотя, может, и не пришел вовсе.
Я ж не вчера родилась все-таки, розовые очки с меня давно слетели. Полезла смотреть, но, к своему удивлению, кроме проклятий и знакомых номеров алкашей да бабулек, других пропущенных не было.
Один номер вызывал вопросы, но это оказался какой-то банк. Нахмурилась. Вот же зараза! Все же, самой придется заступить грудью на амбразуру.
Ну, да ладно, все равно опрашивать дамочку надо. Сегодня позвоню ей, пусть сама на опорник чапает, ей полезен свежий воздух. Глядишь, у нас тоже ароматы внушительные, так что перебьет себе запах какашек.
– Заеду после обеда, будь там, – деловито добавил Ванька, а я с благодарностью ему улыбнулась.
Все же, хорошо иметь такого друга. И в гаражи на ночное дежурство вместе сходит, и электрику подшаманит.
А вот вопрос с наглой депутатской мордой повис в воздухе. Ладно, все равно за удостоверением придется ему прийти. Никуда не денется.
Глава 15. Липа
Пока все подписала у Козлова, пока все отнесла в наше делопроизводство, пока следствие выдернуло по одному из материалов пояснить. Ага! Когда у меня эту папку опера из-под носа увели (вечная борьба за показатели), никто меня слушать не хотел! Вот пусть у них и спрашивают!
Короче, разозлили, плюс к одиннадцати часам стала сказываться усталость. Точно, я еще поесть забыла! Вот блин! Надо, что ли, за булкой с йогуртом забежать в «Семерочку»?
Портфель в зубы, ноги в руки и помчала на опорник. Там надо было хоть прибраться к приходу Ваньки. А то некрасиво как-то получалось. Плюс, неплохо бы было замести следы присутствия другого мужика.
Купила себе булочку, прямо на ходу ее открыла и, причмокивая питьевым йогуртом без сахара с лактобактериями (ну, я же забочусь о своем здоровье), побежала в опорник. Но стоило мне к нему подойти, как я обомлела.
– Твою мать… – чуть не подавилась булкой я.
Возле моего ставшего практически родным места работы стояла «Газель», сновали рабочие, и всем этим руководил запыхавшийся начальник тыла. Что за невидаль?
Да его сюда даже на тортик с чекушкой не затащить было! Он прекрасно знал, что я буду ныть и выпрашивать ремонт. Что за аттракцион невиданной щедрости?!
Подошла поближе, прищурилась, присмотрелась. Нет, правда, люди и заходят они в мой опорник! По-настоящему. Вдруг справа раздался знакомый голос:
– Ну, что же вы так задерживаетесь, Олимпиада Вениаминовна?
Подскочила, уронила между прочим вкусную трофейную и самое главное, что недоеденную булку! Ну, и под конец еще часть йогурта на себя вылила. Выругалась. Тихо, как мне показалось.
– Ого, как вы рады меня видеть! Не ожидал такой бурной реакции.
– Да чтоб вас… Одни убытки от всяких депутатов, – проворчала я, ковыряясь в чемодане в поисках пачки с высохшими влажными салфетками.
– Алексей Александрович, вот все, сейф мы пока погрузили, как и всю секретную документацию, вы же знаете, что у нас есть требования к обеспечению уровня секретности на подобных объектах?
Это начальник тыла с жутким, совершенно не идущим ему лебезящим тоном подошел к моему депутату. Со мной даже не поздоровался! Как будто меня тут и не было!
Зато Алексей взглянул на меня как-то со смешинками в глазах и ответил:
– Да, конечно. Самое главное – это обесточить здание, чтобы в темноте ничего нельзя было найти. Я уже заметил.
На лице старого капитана образовался мыслительный процесс. Он явно ничего не понял. Я же фыркнула и отвернулась. Только сейчас мне показалось, что депутат вот-вот заржет, глядя на меня.
Отодвинулась от него в сторону дома, повернулась к ближайшему зданию, оглядывая себя в зеркальную поверхность грязного окна и… Твою ж! Да у меня молочные усы, будь они не ладны!
Судорожно стала стирать их хоть чем-нибудь под странное хихикание сзади. Давно притолки лбом не сшибал? У-у-у! Нахалюга. Зря вы, господин Пельц, надо мной так потешаетесь.
– А мне никто не хочет ничего рассказать? – грозно уперла руки в боки я.
Тыловик вздрогнул и словно увидел меня впервые. Ну, просто рука-лицо. Он улыбнулся, а потом затараторил:
– Ты представляешь, товарищ депутат нам ремонт в опорнике сделает! Совершенно безвозмездно, и с высшим руководством я уже все согласовал. А ты пока на четвертой зоне поработай, я таблички повешу.
Ну, офигеть, как классно. Просто восторг! Мне без машины очень удобно будет ездить к Ване к черту на кулички. У них еще опорник находится в двадцати минутах от общественного транспорта.
Это у друга машина, а мне на своих двоих ходить! Вот счастье-то большое! Расстроилась и даже как-то погрустнела.
– Ну, я думаю, мы могли бы на входе быстренько отделать одну комнату за пару дней, и Олимпиада Вениаминовна могла бы работать там, а остальное доделать в кратчайшие сроки, – ответил этот лис.
Повернулась к нему и уставилась, словно дыру хотела между глаз прожечь. Стреляла я с переменным успехом, но он-то об этом не знал, так что надо будет его припугнуть как-то.
– Пойдемте, товарищ лейтенант! Мне необходимо уточнить с вами несколько моментов. Вы предпочитаете биде или гибкий душ?
Чего? Какой такой душ? Зачем мне душ? Ничего не поняла, но на всякий случай пошла с ним по направлению к уже преображавшемуся зданию.
Он что, и крышу решил перекрыть? Да эту халупу проще снести и построить заново! Словно читая мои мысли, он сказал:
– Конечно, тут проще было бы все снести и построить заново, но мало ли, вы скоро уволитесь, а я не настолько люблю родную полицию, чтобы создавать незнакомым людям настолько комфортные условия.
И улыбается стоит. Мгновение, второе… Это что же такое, он решил этот ремонт делать для меня?! Нет уж, спасибо! Я нахмурилась и заявила ему:
– Тогда можете сворачиваться. Я все равно здесь работать не стану. Так что, если собираетесь кого-то впечатлить, то лучше делать это перед тем, кому это надо!
Глава 16. Депутат
Мне было совершенно непонятно поведение этой девушки. Я, значит, полночи проторчал под дверью полоумной Анжелы, не выспался, с утра организовал ремонт и договорился с руководством райотдела, а она нос воротила?
– Знаете, Олимпиада Вениаминовна, вообще-то воспитанные люди за подобное спасибо говорят.
– А вы, значит, от меня ждете особых благодарностей? Я-то думала, что все от чистого депутатского сердца.
Да что же это такое?! В какой момент своей жизни я решил помочь этой несносной особе? Так и подмывало свернуть все работы и велеть ребятам ехать на базу.
Какое счастье, что я в отличие от истеричной участковой не вел себя как пятнадцатилетний подросток! Поэтому лишь промолчал и просто отдал флешку. Та сразу напряглась:
– Компромат на меня, что ли, собрали?
Нет, ну, с ней совершенно невозможно иметь дела! За каждым поворотом и словом она подозревала подставу. Сдерживая раздражение, процедил:
– Результат моего ночного бдения.
Та если и удивилась, то виду не подала. Молча взяла черный прямоугольник и спросила:
– Не поймали?
Ну, хоть надежда прозвучала в вопросе, а то я уж думал, что человек совсем безэмоциональный. А тут прямо-таки с чувством, с толком, с расстановкой. Ответил:
– К сожалению, нет.
Та тяжко вздохнула. Ну, не маленькая же, должна понимать, что если под дверью сидит кто-то невдалеке, то смысл лезть. Поинтересовался:
– А я там разве не для того, чтобы спугнуть неудачного маньяка?
– Да нет, конечно. Такие люди сейчас если поймут, что есть наблюдение, то они затаятся или сменят тактику. Хорошо еще, этаж не низкий, а то наверняка бы в окно кидать стали, – отмахнулась она.
Удивился. Ну, я-то не особо прятался в таком случае. Принес рыболовный стул-шезлонг, ноутбук. Сидел себе, работал, обучение одно, наконец-то, начал по госзакупкам.
Нет, конечно, Олимпиада меня предупреждала, что надо быть более скрытным, но какой смысл? Там все равно негде прятаться.
– У вас такие познания в способах закидывания фекалий в жилое помещение…
