Страница 2 из 3
Рио – так представился мужчина – скучающе смотрел в окошко. На меня ни капли внимания, будто купил не девушку, а очередные запонки.
Когда карета остановилась, а Рио вылез и подал мне руку, чтобы помочь выйти, первым делом я выглянула наружу: с одной стороны располагался вокзал, с другой – огромный особняк с полукруглыми и эркерными окнами.
– Не бойтесь. – Рио спрятал руку в карман, не дождавшись, когда я вложу в нее пальцы. – То, к чему вы привыкли, со мной делать не нужно.
– К чему я привыкла? – просипела я.
В ответ получила многозначительный взгляд.
– Новенькая?
– Я вообще не из этих! – воскликнула я обиженно.
Если я расскажу, что на самом деле попала в бордель по ошибке, отпустит ли меня этот колдун? Он выглядел если не добрым, то понимающим точно. Но в данный момент он мокнет под проливным дождем в ожидании, когда я покину карету, а холод вряд ли располагает к беседе. Попробую объясниться в доме. Мне и самой не терпится попасть в теплое помещение.
Особняк, что я видела из окошечка, оказался домом Рио. Удивительно даже: колдуны обычно селятся в неблагополучных районах, да и живут небогато. Я слышала, что только чародеи получают приличное жалованье, остальные же… О боги! Сердце подскочило к горлу и рухнуло в пятки. Взгляд метнулся к особняку, и мозг заработал активно. Три или даже четыре этажа, если считать мансарду, а еще башня! Это очень богатый дом.
– Вы чародей, – выдохнула я, от лица отлила кровь.
Рио бровью не повел.
– Пойдемте, мисс. Возничему тоже не нравится ливень.
Противиться чародею – все равно что бороться с ветром. Глупо и бессмысленно. Собрав остатки смелости, я шагнула из кареты, и мои ноги тут же по щиколотки утонули в луже. Досадная неприятность, не стоящая внимания, по сравнению с тем, что меня ждет впереди.
Мы быстрым шагом пересекли тротуар, поднялись по ступенькам и нырнули в дом. Дверь была не заперта, и я думала, что в холле нас встретит дворецкий, но в пустом помещении ни намека на прислугу. От магических огненных шариков под потолком исходил мягкий теплый свет. Они будто плавали в воздухе, попеременно снижались и поднимались, а иной раз шарики и вовсе принимались кружиться по всему холлу вдоль стен.
Я отдала пальто Рио, и он набросил его на вешалку-корягу у выхода, там же оставил мой чемодан, выторгованный им у Лины за десятку серебром. Я поежилась, переступила с ноги на ногу, и в туфлях хлюпнула вода. Обувь вообще-то новая, не худая, но вода залилась сверху.
Мой девичий разум никак не мог осознать происходящее. Сколько прошло времени с момента, как в наш дом пришел кредитор, часа четыре? За эти четыре часа я всего раз подумала, что все это по-настоящему, но мгновенно прогнала тошнотворную мысль. Теперь же я начинала понимать, что и долги, и родители, бросившие меня, и даже золото, которым за меня заплатил чародей, – не шутка, не розыгрыш. Я никогда не бывала в домах наедине с мужчинами. Ни разу в жизни! Моя мама не позволила бы мне даже днем войти в жилище холостого мужчины… Но где сейчас моя мама? Знает ли она, что с ее дочерью?
Рио жестом пригласил меня подняться по лестнице. Я хлопала глазами, прогоняя непрошеные слезы, и тряслась, как лист на ветру. Чародей не спешил объяснять, чем нам придется заняться, а я даже представлять этого не хотела.
Не помню, как преодолела все ступеньки широкой винтовой лестницы. Я шагала, оставляя за собой мокрые следы. Почему-то обеспокоилась сохранностью темно-зеленого коврового покрытия на лестнице, которое из-за влаги испортится или будет долго сохнуть, а потому начнет неприятно пахнуть. Я словно старалась заполнить голову разными глупостями, чтобы не думать о предстоящем кошмаре. Осматривалась, разглядывала убранство дома, насколько это возможно в тусклом свете. Не сказать, что внутри жилище было богато обставлено, но предметы роскоши имелись. Хотя бы шторы: такие плотные и огромные, от потолка до пола, стоили немало.
Рио отпирал ключом одну из пяти дверей на втором этаже, а я стояла рядом и решала, как громко стану плакать и умолять отпустить меня. Вряд ли он захочет заниматься непотребствами с ревущей девушкой.
К моему удивлению и облегчению, вместо спальни с широким ложем за дверью обнаружился кабинет. Рио прошел за стол, сел, плеснул в бокал что-то темное из графина и равнодушно кивнул мне на кресло напротив.
– Сядьте.
Я послушно опустилась в кресло. Сложила руки на коленях и ждала, пока чародей читал какой-то документ или просто письмо, лежащее перед ним на столе. Он вдруг подвинул его мне и заговорил:
– Меня не интересуют плотские утехи с проститутками. Ноги бы моей не было в подобных заведениях, если бы не одно «но»: я должен жениться как можно скорее.
– На проститутке?
От шока я забыла, что не должна говорить этого слова вслух. Оно звучало грубо и отвратительно, почти как ругательство.
– Увы, только представительницы вашей профессии согласились бы на фиктивный брак за деньги. Может быть, и не только, но у меня нет времени искать.
Я пробежалась глазами по аккуратным строчкам, не уловив ни слова.
– Я не продаюсь, – шепнула я и на миг поджала губы. – Еще вечером у меня была семья и вера в светлое будущее, а потом пришел мистер Лот и забрал меня в счет отцовского долга.
Рио опешил, судя по тому, что он не донес бокал до рта и уставился на меня не мигая.
– Меня предали, – добавила я. – Собственные родители. Можете такое представить?
– Легко, – усмехнулся чародей и сделал большой глоток. – Значит, мне повезло. Вы не станете претендовать на что-то кроме того, что я вам предложу.
– Вы меня отпустите?
В груди зародилась надежда, но вопросительно вскинутые брови Рио мигом потушили ее.
– Я предлагаю вам относительную свободу, Атали. В обмен на брак. Жить в особняке не станете – рядом есть небольшой домик, на первом этаже которого располагается книжная лавка. Я подарю ее вам, и весь доход с книг забирайте себе, живите там же. Наверху имеется спальня и ванная комната, этого более чем достаточно. Взамен прошу лишь стать моей женой и иногда, – а возможно, никогда – выходить со мной в свет. Я предпочитаю затворнический образ жизни, но императрица требует иного.
– Императрица? – ахнула я. – Вы знакомы с ее величеством?
Рио опустошил бокал одним махом, шумно поставил его на стол. Мне даже показалось, что он будто занервничал при упоминании императрицы. И впрямь знакомы!
– Выходите за меня, Атали, или же мне придется вернуть вас туда, откуда я вас взял.
Я схватила документ и на этот раз прочитала его внимательно. Множество пунктов и подпунктов, десятки условий, но все они мне очень нравились. Никакой близости – вот главное из них. Рио не претендовал на мое тело, даже наоборот, по договору запрещал посягать на его собственное! Книжная лавка переходила к фиктивной жене целиком и оставалась ей после развода, а вот развод…
– Здесь нет даты окончания срока действия договора. – Я нахмурилась.
– Она неизвестна. Я дам вам развод сразу, как только соберусь жениться по-настоящему.
– И когда примерно?
– Хм, – только и произнес Рио, наполняя бокал повторно.
Не хочет говорить или сам не знает? Пальцы крепче обхватили желтоватый лист бумаги, под ложечкой засосало. С одной стороны, что я теряю, соглашаясь на предложение? Невинность я сохраню, ну а замужнее прошлое легко скрыть.
«Время не вернуть», – подсказал внутренний голос.
– Мистер…
–…Гилтон.
– Мистер Гилтон, в сложившейся ситуации у меня нет другого выхода, и я соглашусь, разумеется. – Взгляд метнулся к подпункту «бессрочно». – Но что, если вы дадите мне развод не так скоро, как мне бы хотелось? Нет, то есть я не требую, конечно… В общем, что делать мне, если вы захотите развестись со мной через десять или даже двадцать лет? Мне уже девятнадцать, у меня есть от силы два года, чтобы найти достойного жениха. Понимаете? Потом я уже никому не буду нужна и останусь на всю жизнь одинокой хозяйкой пяти собак.
Рио откинулся на спинку кресла, размял шею. Я разглядывала его переносицу, чтобы не столкнуться с ним взглядом: слишком колючим он был в своем равнодушии. Залюбовалась тонкими, правильными чертами лица, черными бровями вразлет всего на миг, но этого хватило, чтобы понадеяться на скорый развод: Рио выглядит как мужчина, которого хочется любить. На него хочется смотреть и по-дурацки улыбаться, млеть от его прикосновений. А сила чародея, исходящая от этого мужчины, юных дев наверняка сбивает с ног. Меня вот уже почти…
Кто-то обязательно на него клюнет, влюбит в себя, и мистер Гилтон женится.
– Давайте перо. – Я со вздохом протянула руку. – Меня отец продал по цене вазы, мне уже ничего не страшно.
– Серьезно? – Рио усмехнулся, вкладывая в мои пальцы позолоченное перо. – Сколько нынче стоят вазы?
Я не стала отвечать. Даже думать обо всем этом не хотелось, от боли рвалось сердце, а на глаза сами собой накатывались слезы. Я тяжело сглотнула и оставила на листке внизу слева корявую подпись. А загогулинки вдруг вспыхнули золотистым и погасли.
– Это что? – ошарашенно спросила я.
– Магическая печать.
Рио забрал у меня договор, черкнул внизу листа, и его подпись тоже вспыхнула.
– Мы еще не женаты. Завтра исправим это недоразумение. Ваш ключ, мисс Иллс. – На стол передо мной лег маленький фигурный ключик. – От книжной лавки, – объяснил чародей. – Вы можете идти. Как выйдете на улицу, поверните направо. Тот домик стоит впритык к особняку, не заблудитесь.
Рио убрал договор в стол и нетерпеливо указал мне на дверь. В смятении я встала.
– Я же могу сбежать?
– Можете.
– Тогда почему вы меня не проводите?
– Потому что, как вы сказали ранее, у вас нет никакого выбора. Доброй ночи, мисс Иллс. К восьми утра приедет священник и поженит нас, так что приведите себя в порядок.
Возразить мне было нечего. Я спустилась в холл, с содроганием набросила на плечи мокрое пальто, подхватила чемодан и вышла на улицу. И все-таки – почему входная дверь не заперта? Неужели он не боится воров, живя в каких-то нескольких десятках шагов от центрального вокзала?
Поток воды с неба окатил меня сразу, едва я переступила порог. Так, он сказал справа… В темноте ничего не видно! Вокруг только многоквартирные трехэтажные дома, широкая дорога… Почему мистер Гилтон живет в таком месте? Ладно бы в квартире, так он целый особняк отгрохал сбоку от вокзала. Часто путешествует и не хочет тратить время на дорогу досюда? Да ну, ерунда какая-то.
Домик, оказавшийся небольшим и очень аккуратным, я нашла быстро, но рассматривать не стала: лучше завтра. Закоченевшими от холода руками едва получилось вставить ключ в замочную скважину и повернуть. Грохочущий гром подгонял – я боялась этого шума, все казалось, что за ним может скрываться что-то опасное. Например, к человеку очень легко подкрасться со спины, он даже не услышит…
– А-а-а! – Я завизжала, когда на плечо легла чья-то рука. Дверь чуть не слетела с петель, так сильно я ее стукнула.
– Да заходи уже. – Рио подтолкнул меня в спину и ворвался в дом.
– Зачем подкрадываться? Боже! Следили? Сами же сказали, что я не убегу!
Под потолком зажегся самый обычный свет, не магический. Испуг мгновенно испарился, стоило мне увидеть, в каком месте я очутилась.
В небольшом, но просторном помещении все стены занимали стеллажи с сотнями или даже тысячами книг в ярких обложках. Каждый экземпляр перевязан атласной черной лентой, золотистые и серебристые буквы названий блестели. Посреди лавки располагалась стойка, также заставленная книгами, а за ней – удобное высокое кресло.
Мне и раньше доводилось бывать в книжных лавках, несмотря на богатую библиотеку в собственном доме. Новинки сами себя не купят, говорила мама, и мы каждое воскресенье ходили к мисс По за новыми изданиями. Мама читала любовные романы, а я все больше сказки…
Сколько же здесь может быть сказок! А если эта лавка – моя, то я и новинки смогу читать раньше всех! Я потянулась к одной из книг и тут же отдернула руку: запачкаю. Я грязная и мокрая, вот помоюсь, переоденусь – и, пока не придет священник, пропаду в вымышленных мирах.
– Вы внимательно договор изучили? – Голос мистера Гилтона донесся как сквозь вату.
Я обернулась к нему с немым вопросом в глазах. Улыбка сползла с моих губ в то же мгновение: я вспомнила пункт, которому не придала особого значения, так как он не касался непосредственно моей жизни и безопасности. В пятом пункте говорилось, что я даже под страхом смерти не имею права читать книги, перевязанные черными лентами. Никакие, никогда, ни разочка, даже взглянуть на текст мне нельзя!
– Вижу, что изучили, – хмыкнул Рио. – Вон в том стеллаже есть полка с книгами, которые можно читать. Раз в неделю я буду приносить новые и на продажу, и в вашу личную библиотеку.
Я с досадой смотрела на перевязанный лентой томик Норы Кейн «Путешествия через цветы» и чуть не плакала. Чтение помогло бы мне ненадолго забыться, а теперь что? Я не стала напоминать Рио о том, что он подарил лавку, а стало быть, не должен указывать, что мне читать, а что нет. Все-таки он может передумать и забрать подарок.
На полке, что он мне показал, лежали любовные романы, которым была бы рада моя мама. А мама ли она мне вообще после того, что сделала?..
– Не понимаю, – только и сказала я, с трудом скрывая разочарование. – Но как вам будет угодно, мистер Гилтон. Не открою ни одной книги.
Рио оказался подле меня быстро и тихо, заслонил собой стеллажи. Опалил взглядом, заставил потупить глаза в пол.
– Обещайте, мисс Иллс! – В его бархатистом голосе мелькнуло беспокойство. – Ни одной книги из тех, что в продаже, вы не возьмете в руки дольше, чем на ту минуту, пока несете ее покупателю. И никогда не снимете с них ленты, даже если захочется просто взглянуть на текст.
В этот момент мне бы задуматься, почему нельзя, но даже мысли не возникло. Желание нырнуть в чтение до утра пропало, вместо него появилась подозрительная сонливость. Еще мгновение назад от пережитого шока я и помыслить о сне не могла, а сейчас едва нашла в себе силы кивнуть.
Глава 3
Рио остался внизу, наверное, караулить книги. Подозрительный тип этот чародей, зря я вообще согласилась за него выйти.
Хмурясь своим мыслям, я поднялась на второй этаж. Первым делом отыскала ванную: светлая комната с купальней у стены, тумба под овальным зеркалом, на ней стопка полотенец.
Каждый сантиметр моего тела продрог настолько, что стоило мне опуститься в горячую воду, как кожу зажгло. Пришлось терпеть, но недолго, вскоре наступило блаженство. Пугала сонливость: если усну, то утону, так что мылась быстро.
Чемодан валялся внизу у выхода. Спуститься за ним значило снова встретиться с Рио, а мне не хотелось его сейчас видеть. Я побрела в спальню в полотенце, по пути осматриваясь: ничем не примечательное убранство, даже очень простенькое. В доме моих родителей тоже не сказать, что обстановка богатая, но все же не настолько скучная. Здесь бумажные обои на стенах, а не ткань. Пол деревянный, скрипит и стонет, будто не ремонтировался многие годы.
В спальне также ничего необычного: на стенах зеленые обои в мелкий цветочек, не узкая, но и не широкая кровать под хлипким балдахином у стены. На полу коричневый ковер, постеленный скорее для тепла, чем для красоты. Порадовал рабочий стол, массивный, с резными ножками, и кресло за ним – глубокое и наверняка удобное. Стол и кресло словно не из этого дома, может, Рио притащил их из своего кабинета, когда менял мебель на новую. А не держит ли он этот дом как склад? На первом этаже лавка, а второй для кого?
В целом мое новое жилище мне нравилось. Уютное, пахнет приятно – в воздухе никакого запаха старости или пыли, только свежий аромат цветов и грозы.
В раздумьях я нырнула в кровать и мгновенно заснула, кажется, даже не заметила перехода от яви к сну.
Утро для меня наступило рано, за два часа до свадьбы. Я вытаскивала вещи из чемодана, паниковала, видя, что впопыхах нахватала какой-то ерунды. Вот с чем носить это зеленое платье? К нему ни шляпки подходящей, ни обуви, ни сумочки. Разве что лентой волосы подвязать, белый атлас неплохо смотрится с зеленым.
Кое-как оделась, в ванной придирчиво разглядела себя в зеркале. Осунувшееся лицо, потухшие глаза, и даже уголки губ будто опустились вниз и уже не поднимутся. С усилием улыбнулась. Улыбка вышла фальшивой, глаза выдавали печальное настроение. Единственное в моей внешности, что выглядело более-менее симпатично, – волосы. Густые, шелковистые, они закручивались сами собой, и это избавляло меня от необходимости пользоваться щипцами.
Платье сидело неплохо. Оно было новым, ни разу не надеванным, мне подарил его отец на восемнадцатилетие. Помню, я тогда сказала, что зеленая парча не идет к моим каштановым волосам, и убрала наряд с глаз долой. Сама судьба мне запихала его в чемодан, что ли? Как напоминание о папе, который в последнее время вел себя очень непривычно, а потом и вовсе сдал меня в бордель. Ладно, ладно – в работный дом.
Выругавшись, я переоделась в бордовое платье с белыми вставками на рукавах и воротнике, а зеленое окрестила «папиным» и задумала попозже сжечь.
Спустя час я была готова к свадьбе, хоть и не к такой, какой я ее себе представляла. Мне раньше виделось, как я в белом пышном платье иду под венец с отцом за руку, он передает меня какому-нибудь молодому симпатичному герцогу. Герцог счастливо улыбается, бледнеет, готовый упасть без чувств от радости, гости ликуют, а священник женит нас, и мы в роскошном экипаже уезжаем в закат.
Мечты разбиваются громко. Со звоном, как хрустальные бокалы. Вот у тебя были планы на будущее – и вот уже нет. Жизни часто рушатся так же легко, как карточный домик, и ты ничего не можешь с этим поделать. Ни предотвратить, ни удержать разрушение, ни восстановить. Зря колдуны бросили попытки изобрести портал в прошлое, у них была бы масса клиентов.
Я тряхнула головой, прогоняя унылые мысли. Рыдания делу не помогут, а вот сойти с ума от горя нетрудно.
Я спустилась в лавку, чтобы осмотреть ее еще раз в спокойной обстановке. Через окна сочился серый рассвет, придавая помещению некую таинственность, и тени расползались по углам. Загадочные книги, которые мне почему-то запрещалось открывать, манили. Я не собиралась ссориться с мистером Гилтоном, а потому просто смотрела на яркие обложки, не касаясь их. Трогать он не запрещал, но так убедительно говорил, что я не должна заглядывать в текст, что лишний раз подходить к книгам уже не хотелось.
Рио все-таки чародей, кто знает, что не так с товаром в его лавке? Прочту стих какой-нибудь, а на голове рога вырастут. Я слышала, чародеи способны зачаровать что угодно. Как-то раз мисс По, продавщица из другой книжной лавки, приобрела столовый сервиз из фарфора на блошином рынке. Так этот сервиз ночами бренчал на кухне, а потом и вовсе сбросился с полки и расколотился. Сам! Через неделю мисс По выяснила, что он был украден у чародея.
Но любопытство – страшный порок. Я сидела на софе перед стеллажом и еле держала себя в руках, чтобы не открыть хоть одну книгу. Спас меня от необдуманного поступка нежданный в такую рань гость.
Ветряной колокольчик звякнул, оповещая о посетителе. Я вскочила на ноги, разволновавшись: думала ведь, что Рио вчерашним вечером запер дверь, когда уходил. Его самого я не ожидала увидеть до свадьбы.
Мистер Гилтон водрузил на прилавок поднос.
