Страница 3 из 6
— Я хочу кушать, — молчавшая до сих пор Лиза тоже изъявила свои пожелания.
Совесть мгновенно взыграла под грудиной. Время перевалило уже за полдень, а ребёнок до сих пор еще́ не завтракал.
— Сделаем привал в ближайшем посёлке, — известил Арсений и я облегчённо выдохнула, что мне не нужно сейчас его умолять сделать остановку, чтобы нормально поесть и передохнуть.
— Потерпи немного, милая, — старалась говорить как можно непринуждённее. Возможно, моё мнимое спокойствие подействует и на девочку, Лиза расслабится и не будет сидеть, забившись в угол пассажирского кресла.
Мы проезжали этот городок вчера. Именно здесь мне помог молодой парнишка из автосервиса подкачать колесо, а в той закусочной милая официантка жаловалась, как приезжала в этом году в Москву поступать в МГУ, но не прошла и ей пришлось вернуться обратно в ожидание следующего года и следующей попытки. Новые осколки надежды на спасение завибрировали в душе.
В аптеку пошли все вместе одной дружной липовой семьёй. Лиза просилась на руки, но боль в ребре, не позволила мне этого сделать.
— Ты в порядке? — Арсений окинул меня подозрительным взглядом.
В ответ молча кивнула, потянув девочку за руку. Пока беседовала и советовалась с фармацевтом, мужчина стоял за моей стеной. В голове мгновенно всплыли все эти глупые ролики, где учили жестами подавать сигнал бедствия. Я пробовала, но женщина-фармацевт скучающе проигнорировала меня.
Зато Арсений всё понял верно. Выходя из аптеки, боров сжал сталь своих пальцев на моём затылке и со зловещей улыбкой процедил:
— Бандеролька, ты можешь швыряться в меня землёй, можешь лягаться и оскорблять, но никогда не держи меня за идиота.
Отпустил, и я одарила гада самым ядовитым взором. Ладно, я знаю ещё пару способов просить о помощи.
— Тут недалеко закусочная. У них неплохая кухня, а пирог с мандаринами прямо объедение.
Но Арсений проигнорировал моё предложение, ведя к придорожному мотелю.
— Закажем доставку, если тебе прямо так приспичило, — буркнул он, лишая последней надежды. Вот же сволочь, знает всё наперёд.
Комнату дали с двумя кроватями и отдельной ванной. Этот мужчина явно любит комфорт. Пожалуй, в этом я с ним солидарна.
Лиза затравленно уселась в углу самой дальней кровати и внимательно наблюдала за взрослыми. Я же незаметно закинула в рот обезболивающее и прожевала прямо так без воды, рискуя желудком.
— Еду принесут в течение получаса, — деловито сообщил он, снимая с себя куртку и рубашку, под которыми оказывается скрывалось очень даже могучее и прокаченное тело. Широкие плечи с валиками мышц, стальной пресс с приятным глазу набором кубиков, косые мышцы живота, играющие при движение.
Поняла, что стою с открытым ртом, когда в нём пересохло. Мужчина безусловно красив и эстетичен, несмотря на пугающее первое впечатление. Бульдожья челюсть уже таковой не казалась, а холодные серые глаза, наоборот великолепно граничили с его горячей мужской сексуальностью. Остроту общей картины подчёркивали татуировки на шее и плечах, сообщая об опасной страстности своего владельца. Если бы я и правда пошла с ним на сделку, то сомневаюсь, что пожалела бы. О таком мужчине мечтает добрая половина женских сердец.
Проморгалась, чтобы отогнать из головы ненужные картинки и протрезвев уловила его насмешливый взгляд. Да, он знает, что нравится женщинам, и я как дура это только что подтвердила. Да, пошёл ты! Не мой типаж! Солдафоны и качки никогда меня не привлекали, скорее отталкивали своей тупостью и узколобостью.
— Идём, — указал он на ванную комнату, и я мгновенно напряглась. Что вдвоём? Зачем? — Не дрейфь... Просто исправишь то, что натворила.
Сглотнула и покорилась, предварительно одарив Лизу непринуждённой улыбкой.
— Посиди пока тихонько. Я сейчас вернусь, — и шагнула в уборную за курьером.
Арсений включил воду и закрыл дверь. Для двоих здесь явно было мало места, поэтому вмиг оробела, оказавшись так близко с его сексуальным телом. Не знала куда смотреть. В глаза — жутко, на тело — опасно, а в сторону — глупо. Я хоть и не девственница, но с таким сортом мужчин не представляла, как правильно себя вести.
Арсений протянул мне пузырёк с глазными каплями, и я приняла их, как спасение.
— Сядь, пожалуйста, на край ванны, — сиплым голосом попросила я, распечатывая пузырёк.
Но мужчина отчего-то повёл себя иначе. Навис надо мной всей своей могучей фигурой и припечатал к двери. Испуганно замерла, не понимая, что он собирается делать. Его ладонь прихватила низ футболки и медленно потянула вверх, обнажая взору мой секрет — огромный багровый след от ботинка. Я забыла, как дышать, понимая, что Арсений не простой солдафон, а мужчина с хорошо развитой интуицией и наблюдательностью. Стыдливо поймала его ладонь, не позволяя считать дальнейшие отметины на теле.
— Ты купила в аптеке довольно сильное и дорогостоящее обезболивающее. Для головной или зубной боли подошло бы что-нибудь попроще. Откуда они?
— Если скажу, что муж, поверишь? — и провернула его субстанцию в своей мясорубке совести.
— Я уже больше десяти лет не верю бабам, и ни разу не ошибся.
— Ещё скажи, что мы зло, — закатила я глаза. — Не думал, что подобные выводы частенько звучат с обоих фронтов? Что ненаглядная провернула твоё прекрасное и доброе когда-то сердечко в комбайне и слопала на ужин?
— Как и твой ненаглядный, приложился пару раз о тебя ботинком...
Не знаю, какая именно мышца сработала первой, но я влепила козлу хорошую затрещину. Хотела добавить бонусом, но второй замах пресекла стальная ладонь.
— Легче, иначе за оплеуху тоже придётся отдуваться, — с этими словами боров сел на крышку унитаза.
Замерла, не понимая к чему он ведёт. Скользнула взглядом ниже, случайно зацепив паховую зону мужчины. Надеюсь он не это имеет в виду?
— Капли! — нетерпеливо подчеркнул он, и я тряхнула головой, стараясь больше туда не глазеть.
— Запрокинь голову и смотри вверх...
Осторожно коснулась пальцами колючей щеки. Нависла над его лицом, разглядывая черты. Он хорош. Безумно хорош собой и притягателен. Кажется мне пора заканчивать эту дурманящаю близость.
Две капли в одно веко, потом столько же в другое. Арсений прикрыл глаза, заставляя их впитать в себя лекарство.
— Я не зло в последней инстанции, — не открывая глаз уронил он, совершенно искренне. — Просто привык не вмешиваться в дела чужой семьи...
— И таких много, — хмуро буркнула я, и зачем-то начала мыть руки лишь бы не смотреть на его профиль и не чувствовать запах. Да, запах. Я впервые принюхалась к постороннему мужику и испытала кайф. Вроде бы ничего особенного, но током пробило от макушки до пят.
— Не примешивай меня к говну, — Арсений устало поднял голову и открыл красные глазы. Смотрел прищуриваясь и внимательно, причём ниже моего лица. Вот нахал!
Съежилась, обняв себя руками.
— Мне хватило времени оценить тебя. Такие как ты всегда суют нос не в своё дело, а потом отхватывают. Даже я не прочь сейчас тебе всыпать по первое число, но обычно воспитываю строптивых барышень, ставя на четвереньки и желательно без трусиков. Причём визжала бы ты от кайфа, а не от боли, прося добавки.
Сглотнула, неожиданно представив это слияние. С таким самцом любая нескладёха будет вести себя, как порноактриса и позволять делать с собой всё, что ему заблагорассудиться, лишь потому что он наверняка знает, как сделать партнёрше хорошо.
Тряхнула головой, прогоняя наваждение и тут же осеклась, услышав так знакомый мне и пугающий звук — падение и грудной вой.
— Лиза! — в ужасе бросилась прочь из ванной, зная, что в комнате увижу ту самую жуткую картину, из-за которой в своё время не решилась бросить малышку.
Девочка лежала на полу под неизведанным углом, изо рта шла пена, а тело конвульсивно подбрасывало вверх.
Глава 6
АРСЕНИЙ
Довольно тесное нахождение с Бандеролькой в ванной комнате действовало одуряюще. Совсем девчонка ещё и краснеет, как перед первым разом. Однако, смелая. Боится смотреть в глаза, но борется с собой, заменяя на дерзость и упрямство. Да, такая пойдёт на всё ради своих целей, а значит будет искать лазейки, чтобы улизнуть, потому что всё давно решено и не подлежить обжалованию. Я лишь помеха на её пути.
Глаза цвета кофе пристально смотрели на меня в упор с каждой секундой забирая волю, потому что уже представлял, как страстно впиваюсь в зовущий рот и своим натиском раздвигаю точёные ножки. Стиральная машинка как раз пригодилась бы в качестве ложа для жаркого слияния. Уже слышал где-то в недрах мозга, как наши тела бьются друг о друга в бешеном ритме, а сладкий девичий стон оглушает весь мотель... Стоп!
— Лиза! — в ужасе выдохнула Бандеролька и, сломя голову, выскочила из ванной.
Что? Я же ничего не сделал пока! Но выйдя следом, понял, что ситуация совсем мне не подконтрольна.
— Что с ней?! — испуг впервые пленил щупальцами грудь.
Интересно, что Даша не паниковала, как это принято у баб, а действовала умело и выверенно. Уложила голову ребёнка на колени и повернула малышку на бок. Крепко удерживала, параллельно успокаивая. Приступ стихал, а я судорожно перебирал в голове варианты подобного недуга. Вывод напрашивался лишь один — эпилепсия. Гадкая вещь, судя по рассказам. Впервые хотелось чем-нибудь помочь, так как видеть малышку в таком состояние дико претило, только понимал, что впервые сталкиваюсь с подобным лично.
— Салфетки, дай, живее, — скомандовала Дарья, указав на сумку. Мгновенно выполнил, к счастью упаковка лежала на самом верху.
Бандеролька осторожно удалила изо рта Лизы рвотную массу, продолжая удерживать девочку. Наконец приступ сошёл на нет, оставив детское тельце безвольно лежать на руках матери.
— Как часто происходят с вами подобные эпизоды? — Жаль, об этом моменте мне не сообщил сам Зот, тогда бы точно не стал браться за дело.
— Что помеха для тебя? — тут же съязвила Бандеролька и, осторожно перехватив уставшее от судорог дитя, аккуратно уложила на постель.
— Мам? Мамочка... — застонала девчушка, явно плохо соображая.
— Всё прошло, милая. Я с тобой, не бойся, — девушка со всей нежностью гладила малышку по голове.
Я же оказывается не мог смотреть на подобное. Да, чёрт побери, я не железный, особенно перед слабыми. Малявка серьёзно больна, а эти два идиота носятся с ней по всей стране, выясняя отношения.
До слуха дошло тихое пение, от которого мурашки стартанули по спине. Нет, оно не напомнило мне о руках заботливой матери и безмятежном детстве, оно скорее вызвало щемящее сердце тоску и печаль, словно это погребальная песенка, а не колыбельная.
Душа не выдержала натиска, и я резко поднявшись, вылетел прочь из номера. Телефон в руке едва не пошёл трещинами, пока я ждал ответа абонента.
— Зашли кого-нибудь другого, — потребовал я, как только в трубке послышался голос босса. — Не моё это вошкаться с юродивыми детьми и вредными бабами.
— Ребята пока все заняты, — наверняка врёт.
— Я серьёзно, Зот. Соплячка больна... А если откинется в пути? Мне отвечать?
— Не ссы, Бугай. Приступы не такие частые, если малявка пьёт лекарства.
— Ты знал, да?! Знал про её дефект?! Сука ты, Зот! — и сбросил вызов, с трудом подавив желание размозжить телефон о пол.
Спокойно! Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Бандеролька не должна видеть мои страхи и растерянность. Собрался с мыслями и вернулся в комнату. Картина изменилась — Лиза кажется уснула, а Даша рылась в сумке.
— Она не приняла лекарство? — совестливо посмотрел на мамашку.
— Приняла, — сурово зыркнула девчонка. — Приступы иногда случаются, как следствие стресса.
— Не вздумай на меня катить бочку, — понял к чему клонит девчонка. — Ничего бы не было, останься ты дома с мужем. Блядь, Даша, у вас дочь серьёзно больна! Тебе бы с супругом ей заниматься, а не показывать свои амбиции. Ты не в том положении, чтобы ехать к матушке при каждой ссоре и сломанном ногте.
Бандеролька смотрела на меня в упор, багровея с каждой секундой.
— Сломанный ноготь? — сипло переспросила она и вдруг резко встала, сорвала с себя футболку. То, что я видел до этого в ванной оказалось цветочками. На миниатюрном девичьем теле буквально не было живого места. Ссадины и синяки разного времени давности, словно жуткой маршрутной картой шли от пояса ровно до ключиц.
Шокированно глазел на тело, что всего пару минут назад возбуждало и пленило сексуальностью, скрытой под футболкой и брюками.
— И после каждой такой экзекуции, я лежала голой с ним в постели, а он играл на мне в ходики. Синяк темнее — это лес, светлее — пустошь, с кровоподтёками — деревня у реки, груди — горы, пупок — Марианская впадина, а то что ниже... — девчонка гневно сжала губы и сморгнула набежавшие злые слёзы. — Ниже это портал в потусторонний мир, где либо поощряют, либо наказывают грешников. Я всегда была грешницей, и он всегда меня наказывал...
— Всё! Заткнись, ради бога! — Дальше слушать уже не мог. Она это всё говорила, а я представлял. И это, сука, совсем неэротично. Это гадко и до жути печально, потому что в моём понимании женщина мужчине предназначалась не для этого.
Пока рвал на голове волосы, Бандеролька шустро вернула на себя футболку и в надежде уставилась на меня.
— Что? — осекся, и догадаться было несложно. — Нет уж... Не смотри на меня так. Я никогда не вмешиваюсь. Я вообще никогда не вёл задушевные беседы с грузом, и потому успешно не реагировал на всякие ваши личные драмы одна плачевней другой. С тобой только пошло всё к херам. Без обид, Бандеролька. Моя задача доставить и получить за тебя бабки. Проблемы мне не нужны.
Даша колыхнулась в смешке и вернулась к сумке. Ждал язвительную фразочку, но она молчала, ещё больше выворачивая душу наизнанку.
— Ладно... Привал до завтрашнего утра, — выдохнул я, пытаясь сменить тему, закрыть глаза, сердце и совесть. — Позаботься, чтобы соплячка приняла лекарство.
— Его нет, — перебила девчонка, опустив голову.
— Не понял? — Час от часу не легче! — Ты плохие новости дозируешь для пущего эффекта?
— Я вчера утром дала ей последнюю таблетку. Этого должно было хватить до нашего приезда в Серково.
Усиленно соображал. Я не дал им купить новые? Нет, обычно такие вещи покупаются заранее. Нет денег? Блядь. Ладно, раскошелюсь на пилюли, так и быть. Это куда лучше, чем наблюдать, как малявка в приступе бьётся головой о пол.
— Скажи, какие надо, я пойду куплю.
— Не купишь, — мотнула головой Бандеролька и виновато всунула голову в плечи.
— Ты издеваешься, да?
— Их не продают в аптеках. Лекарство выписывает врач, и его выдают потом строго по рецепту в аптеке по месту жительства.
— А откуда в Серкове оно тогда должно было появиться? — психанул я, впервые понимая, что не могу владеть ситуацией.
— Мой дед раньше был завотделением неврологии. Он может помочь.
Тяжело выдохнул, пытаясь перевести гнев на милость.
— Не могла свалить от мужа после того, как получишь новые лекарства? — буркнул я, не дожидаясь от неё ответа. — И что тогда делать?
— Припадки не цикличны и чаще всего возникают, когда Лиза переутомлена, возбуждена или напугана.
— Дальняя дорога с избитой матерью и охотником за головами — идеальная среда для и без того травмированного ребёнка.
— Мы были счастливы эти два дня до тебя, — рыкнула в ответ Бандеролька.
— Аналогично, — не остался я в долгу. — В общем так. Вы обе — моя работа, поэтому сопли-слёзы бесполезны, это первое. Второе, все твои попытки сбежать будут ВСЕГДА равны нули и обернуться стрессом для соплячки. И третье, я умею быть милым, если меня не злить. Наш вынужденный симбиоз возможен без эксцессов, если только ты сама этого захочешь.
— Мне проще было бы пережить пару дней приступов Лизы, чем вернуть её в тот ад.
— Дура, — констатировал я, неожиданно осознав, что с этой Зеной — королевой воинов, бесполезно договариваться. — Что ж тогда пеняй на себя.
