Дарья Донцова "Бумеранг с автопилотом"

– Здравая мысль, – согласился Коробков. – Но как ни старайся, а что-нибудь вытечет даже из плотно закрытой емкости.

Дверь распахнулась без стука, и на пороге замаячили два уже знакомых нам молодца.

– Проходите, садитесь, – пропела я. – Значит, Иван Никифорович – ваш дядя?

– Ага, – ответил Петя.

– Точно, – кивнул Витя.

– Отлично! – обрадовался Димон, беря телефон. – Видите экран на стене?

– Не слепые, – усмехнулся Виктор.

– Очки не носим, – прибавил Петя.

– Хорошее зрение и прекрасное здоровье повышают шансы человека стать членом моей бригады, – улыбнулась я.

– Дима, Танюша, слушаю вас, – сказал родной голос, когда на экране появилось изображение Ивана Никифоровича.

– Пожалуйста, уточни, у тебя есть племянники? – спросила я.

– Нет, – коротко ответил муж.

– Вот эти ребята уверяют, что ты их родной дядя, – подхватил Димон.

– Врут, – ответил мой супруг. – Задержите их для выяснения.

Петр кинулся к двери, Виктор ринулся за ним. Парни трясли дверь за ручку, но она не открывалась. Мы с Димоном даже не шелохнулись.

– Выйти в коридор невозможно, – вздохнул Коробков. – И охрана уже в курсе. Ребятишки, вы разве не знаете, что под столами бывают кнопки, на которые наступают в случае опасности? Одно нажатие – и блокируются лифты, два – закрываются замки на дверях.

– Что происходит? – не понял Иван.

– Мелких врунов ловим, – пояснил Димон. – Прости, помешали тебе…

– Нет проблем, – кивнул Иван Никифорович, и экран погас.

Коробков глянул на меня.

– Что делать будем?

– Прикуем цепью к батарее, начнем пытать, узнаем автора гениальной акции внедрения к нам шпионов, – предложила я.

– То же мнение и у меня, – согласился Коробков. – Миронова я уже предупредил, он сейчас придет.

Дверь открылась, в комнату вошел наш руководитель департамента охраны.

– Докладываю, – начал он. – Нам стало известно о незаконно проникнувших на служебную территорию двух лиц мужского пола. Позвать Стоматолога?

– Хорошая идея, – одобрил Димон. – Пусть клещи захватит.

– Скоро прибудет, – пообещал Миронов и неторопливо покинул кабинет.

– Ну, рассказывайте, – велел Димон, поворачиваясь к парням. – Кто вы? Про племянников шефа врать не надо.

– Хотели попасть к вам на работу, – затараторил Виктор.

– Ну и… вот… придумали ход, – прибавил Петя.

– Зачем столько ненужных усилий? – примкнула я к беседе. – Можно зайти на наш официальный сайт, заполнить анкету и заявление, подождать, когда с вами свяжутся.

– Можно подумать, вы просто так с улицы мужика возьмете, – скривился Виктор.

– Конечно, нет, – усмехнулся Димон. – Сначала проверим парня до семьдесят седьмого колена, потом оформим на испытательный срок. Дальше все от него самого зависит.

Я улыбнулась. Хорошо, что дураки не знают, что мы с Коробковым познакомились на улице[1 - См. роман Дарьи Донцовой «Старуха Кристи отдыхает».].

Дверь распахнулась, и появился Егор, щуплый невысокий паренек самого страшного вида. Одет он был в брюки, похожие на те, которые носят на работе помощники нашего патологоанатома – серые шаровары с резинками на щиколотках. Сверху на нем сидела кофта того же цвета с короткими рукавами. На ногах были резиновые сапоги, на голове – шапочка вроде той, какую надевают хирурги. Но самой яркой, вмиг притягивающей к себе взгляд частью наряда был фартук из клеенки оранжевого цвета.

За импозантной личностью семенила помощница Ниночка в таком же наряде. Женщина держала в руке здоровенные ржавые клещи.

– Ну? – громко произнес Егор. – Где, значитца, объект моей работы?

Димон показал на побледневших врунов.

– Вот. Забирайте.

Егор взял у медсестры инструмент и произнес, показав пальцем на Виктора:

– Он первый. Нина, встань у стены.

Помощница вмиг выполнила указание, и поэтому ее не сбили с ног парни. Они ринулись к двери, которую Егор не закрыл, и вмиг унеслись в коридор. Миронов посмотрел им вслед.

– М-да, живут же такие дураки на свете… У лифта их мои парни ждут. Поговорят сейчас с ними, выяснят, что на самом деле хотели почетные граждане Страны Идиотов. Потом вам доложу.

Начальник охраны удалился. Нина радостно захихикала. Егор помахал нам рукой и направился в коридор, говоря на ходу:

– Сейчас переоденусь и вернусь… Надо же, они реально меня за палача приняли!.. Нина, спасибо, можешь клещи отнести Володе? Я взял инструмент у нашего главного по ремонту.

– Конечно, – кивнула девушка и убежала.

Егор тоже удалился.

Когда я впервые увидела Егора Нестерова, он произвел на меня не самое лучшее впечатление. Я сначала вообще приняла его за подростка. Егор щуплый, больше четырнадцати-пятнадцати лет ему не дать. Да еще Нестеров вел себя, как самозабвенный зануда, школьник-отличник, который хочет продемонстрировать одноклассникам свою значимость. Подходя, например, к чайнику, он спрашивал: «Вода в нем достигла температуры кипения? Вы уверены, что она бурлила?» Но прошло короткое время, и стало понятно, что Егор – прекрасный специалист и, к тому же, человек с хорошим чувством юмора. Занудства в нем нет ни капли. В его работе важно все, поэтому эксперт часто начинает странно выражаться. «Уверены ли вы, что N шагал именно по тропинке, покрытой желтым песком? Он не мог пробежать по дороге, посыпанной перемолотыми ракушками цвета банана, то есть не того же оттенка, что и песок?» Если сказать Егору, что мякоть банана и песок – желтые, то услышишь в ответ: «Желтый цвет имеет массу оттенков: лимонный, солнечный, мокрое или сухое покрытие пляжа, желто-оранжевый с преобладанием желтого, персиковый, банановый, канареечный, сигнально-желтый, золотистый, янтарный… О какой желтизне идет речь?» Но вне работы Егор веселый, готов на любые приключения. Ну кто, кроме него, мог сейчас изобразить страшного палача, чья помощница тащит клещи?

– Продолжу рассказ про Илью Андреева, – снова заговорил Димон, усаживаясь у своих ноутбуков. – У него есть дочь.

– Даже если так, зачем она нам?

Димон развел руками.

– Интернет-программа «Забыть невозможно». На мой запрос о художнике выпал один ее из выпусков. Смотри, перемотал до нужного места. Данный проект – рассказы о талантливых, ушедших от нас людях, о которых ныне живущие почти ничего не знают. Журналисты ищут родственников, тех, у кого сохранились фото и документы, есть личные воспоминания. Один выпуск посвящен ювелиру. Его внебрачная дочь, Маргарита Митина, согласилась принять участие в съемке. И во время эфира упомянула Семена Михайловича Зотова, расхвалила его, как только смогла. А потом ни к селу ни к городу обругала нескольких людей. Может, она хорошо знакома с семьей Зотовых?

Глава пятая

– Как профессиональный чаетерапевт говорю вам, что все люди поголовно неверно заваривают чай, – изрекла хозяйка. – Как думаете, сколько мне лет?

Хотите понравиться женщине? Никогда не отвечайте честно на подобный вопрос.

– Думаю, около тридцати, – соврала я.

Женщина рассмеялась.

– Дорогая, намного больше!

Собрав в кулак все свои актерские способности, я ахнула:

– Не может быть!

– Люди всегда одинаково реагируют, когда узнают, сколько мне лет, – кокетливо проговорила Митина. – Если верить паспорту, то осенью я отмечу девяностолетие. Но больше пятидесяти никто не дает. А почему? А потому что у меня ППП. Или, как его сейчас называют, Три П.

Что означают буквы, я не знала, поэтому осведомилась:

– Что такое ППП?

– Правильное пищевое поведение. Но важно еще соблюдать баланс жидкостей, которые вы вливаете в свой организм. Я питьевой нутрициолог, поэтому выгляжу юной… Угощайтесь, пожалуйста, минут через десять – великолепный чаек за это время созреет. А пока он оживает, давайте заглянем в одно интересное место. Пойдемте.

– Куда? – предусмотрительно уточнила я.

– Можно в Африку, на Шри-Ланку… Что выбираете? – рассмеялась женщина. – Нет предпочтений? Тогда Индия.

Хозяйка встала, мы вышли на улицу, дошагали до небольшого дома на участке. Маргарита открыла одну дверь, вторую, третью.

– Оранжерея! – воскликнула я, когда мы наконец оказались в просторном помещении.

– Чайная плантация, – поправила меня Митина. – Только здесь растут травы, которые заменяют чай.

Мне пришлось прослушать лекцию о разных видах чая и способах их заварки. Хозяйка говорила и говорила. Перебивать пожилого человека неудобно, а перерыв в своем вещании дама не устраивала.

В конце концов мы вернулись в столовую. Хозяйка пошла в зону кухни, и мне удалось спросить:

– Илья Романович Андреев – ваш отец?

Хозяйка вернулась в столовую с другим чайником.

– Да. Родной. Хотя он меня не признал. Меня ему подарила помощница. Моя мама, Елена Степановна, выполняла комплекс подготовительных работ при создании украшений. Фактически она была супругой отца, но он был странным, брак не оформлял. Меня дочкой не признал, в завещание не включил. Ни малейшей помощи мне не оказывал, отказался дать мне отчество Ильинична. Я всего сама добилась. Сейчас у меня все отлично, но в юности порой голодала.

– Вы принимали участие в программе, которая шла по одному интернет-каналу, рассказывали о своем отце, – продолжила я.

– Да, да, да, – кивнула пожилая дама, – верно.

– И упомянули о Семене Михайловне Зотове. Вы дружите?

– Да, очень крепко! – кивнула бабуся. – До сих пор находимся в наилучших отношениях.

– Сделайте одолжение, дайте номер его телефона, – попросила я.

– Э… э… – растерялась хозяйка, – не имею права… Следует получить разрешение Семы…

– Позвоните ему, – гнула я свою линию.

Повисла короткая пауза, потом собеседница затрясла головой.

– Ох, у меня недавно украли телефон со всеми контактами! Настоящее бедствие! Рада бы помочь, да не получится!

– Маргарита Николаевна, – тихо сказала я, – у вас паричок на бок съехал.

Пенсионерка схватилась за голову.

– Где?

– Слева… Если расскажете, где взяли сведения о Зотове, буду благодарна. «Спасибо» уже лежит в конверте. Вам не девяносто лет, а намного меньше. «Состарили» вас седой парик, одежда и особая косметика. Полагаю, вы используете крем, который делает кожу лица морщинистой, но не превращает женщину в Бабу-Ягу. Обычно дамы уменьшают свой возраст, а вы увеличиваете, но этому есть объяснение. У вас есть чат в интернете. Первая неделя – бесплатная, далее надо платить. Вы сообщаете, что вам перевалило за девяносто, и все, с кем вы общаетесь, ахают: «Разве можно так выглядеть на пороге столетия?!» Мало того, что вы выглядите намного моложе, так вы еще бодры, веселы, активны, в придачу у вас ни грамма лишнего веса. Как стать такой же? Просто записаться к вам на курс по обучению правильному пищевому поведению! Это недешево, но каков результат! Ваш внешний вид – лучшая реклама. Вы придумали оригинальный способ привлечь клиентов. Все вокруг молодятся, а вы наоборот поступили. Но все ваши лекции – это выдернутые куски из постов блогеров, которые зарабатывают на желании подписчиков получить параметры тела девяносто-шестьдесят-девяносто.

– И что? Теперь выложите перед народом правду? – испугалась моя собеседница.

– У меня нет цели погубить ваш бизнес. Поделитесь информацией о Семене Михайловиче, – и я все забуду.

– Сейчас все расскажу, – затараторила Маргарита. – Да, я цитирую тех, у кого миллионная аудитория, но ничего дурного не делаю. На пенсию-то не прожить.

– Давайте честно поговорим о Зотове, – остановила я хозяйку и услышала занимательную историю.

Еще пять лет назад Митина считала каждую копейку. Единственным ее богатством была хорошая просторная квартира. Но Маргарита не хотела продать ее и купить себе «однушку». Апартаменты достались ей от родителей, следовало их сберечь на совсем уж черный день.

Из родных у женщины только дочка покойной сестры Нади. К сожалению, все близкие Митиной рано ушли из жизни. Сначала умерла Надежда, затем ее сын, потом невестка. Осталась лишь годовалая Света. Маргарита не сдала малышку в детдом, решила сама ее воспитывать. Светлана прекрасно училась, получила золотую медаль, окончила МГУ, устроилась работать на телевидение.

Как-то раз она примчалась домой с горящими глазами, за спиной девушки маячил ее муж Петя.

– Бама! – начала Света.

Девочка в четыре года сложила первые слоги слов «бабушка» и «мама» и с тех пор называет Митину «бама».

– Дай сам расскажу, – остановил жену Петр. – Моего двоюродного брата Влада сделали главным режиссером нового интернет-проекта, есть возможность тебе очень хорошо заработать. Хочешь попробовать?

– Готова на все за деньги, – честно призналась пенсионерка.