– Привязывать девушку к стулу тоже некрасиво. Но у меня нет другого выбора.
– Вы снова привяжете меня к стулу? – в ужасе спросила Соня, развернувшись к нему лицом.
– Нет. Теперь я привяжу тебя к кровати, – произнёс он без тени иронии, сделал последнюю затяжку и отточенным движением выбросил сигарету в урну, вкопанную в землю недалеко от крыльца.
От этих слов Соню словно обдало кипятком.
– К кровати? – испуганно посмотрев ему в глаза, пискнула она.
– Могу и к стулу, если хочешь. Но на кровати, кажется, удобнее спать?
Девушка выдохнула. Она подумала совсем не то. И… черт, Соня покраснела. Взгляд упал вниз, и к своему стыду она поняла, что даже непроизвольно очень плотно свела колени. И от громилы это движение не укрылось. Но он никак не прокомментировал. Поднялся на ноги и подал ей руку.
– Но сначала я бы чего‑нибудь съел. Идём. Угостишь меня своими припасами?
3
– Как же мне с тобой повезло, – слегка подняв брови, произнес мужчина, окидывая довольным взглядом содержимое её портативного холодильника. – Без тебя я бы тут точно с голоду сдох.
После возвращения в домик он тщательно вымыл руки с привезенным Соней мылом, заставил ее сделать тоже самое и посадил за стол в уголочек, наверное, чтобы не думала о побеге, а сам принялся накрывать на стол. Достал копченую колбасу, нарезал хлеб, выложил на пластиковые тарелки овощи, фрукты, вареные яйца, конфеты.
– А вы… преступник? – осторожно спросила Соня и тут же смутилась. – То есть, я хотела сказать, вы бандит? Или…
Вопрос крутился у нее на языке уже давно, но девушка и подумать не могла, насколько глупо он прозвучит.
Громила повернулся и посмотрел на неё с кривой усмешкой, отчего Соня смутилась еще больше и отвела взгляд.
– Надо полагать, преступник, раз забрался на чужую дачу и удерживаю тебя здесь против твоей воли.
– Я имела в виду…. Вы же от кого‑то здесь скрываетесь? И вы ранены. Что у вас случилось?
– Меньше знаешь, Соня, лучше спишь, – строго заметил он. – Не забивай себе этим голову. Давай представим, что я просто твой гость? Поживу немного, пока царапины не затянутся, и уйду.
– Гости обычно не привязывают хозяев к кроватям… – тихо отозвалась девушка, по‑прежнему избегая смотреть мужчине в глаза.
– Поверь, это для твоего же блага. Если попытаешься сбежать, мне придется тебя наказать, чтобы больше дурить не вздумала. А этого я не хочу.
От его слов по телу Сони прокатился жар. Каким, интересно, образом он собрался её наказывать? Ударит? Изобьет? Или… Девушка посмотрела на пистолет, что по‑прежнему устрашающе лежал на столе, и удрученно сглотнула.
– Я не сбегу. Честное слово.
– Ешь, – хмуро ответил мужчина и больше за весь ужин не проронил ни слова, думая о чем‑то своем.
Несмотря на то что Соня за весь день практически ничего не ела, аппетита у нее не было, и еду приходилось заталкивать в себя силой. А вот у ее «гостя» аппетит, напротив, был отменный. За один присест он смел практически все, что она привезла.
– Можно мне позвонить? – спросила Соня, когда с трапезой было покончено, а скудные остатки продуктов бережно убраны обратно в сумку‑холодильник.
– Кому?
– Маме. Хочу узнать, как сын.
– Звони.
Мужчина протянул Соне ее же телефон и проследил за тем, какой именно номер она набирает.
Девушка своевольно поднялась со стула и отошла в дальний угол комнаты, слушая один за другим длинные гудки в трубке. И внезапно сильно вздрогнула, когда ее шеи сзади коснулось горячее дыхание. Соня резко повернула голову и встретилась взглядом с мужчиной, который подошел к ней сзади так тихо, что она этого даже не заметила. Едва не выронила телефон от испуга. Разве возможно передвигаться настолько бесшумно при его габаритах?
– Надеюсь, тебе не нужно напоминать, что без глупостей? – тихо спросил он, наклонившись к самому ее уху.
Соня отрицательно помотала головой и в эту же секунду услышала в трубке голос матери.
– Ой, Сонечка, я думала, ты сегодня уже не позвонишь! А Максик уже спит давно. Набегался, пирожков с молоком налопался и отрубился за пять минут на нашей с отцом постели. Ну ничего, мы на диване легли, какая разница, где кто будет спать. Как же хорошо, что ты его привезла…
Мама, как и обычно, тараторила без умолку, а Соня едва сдерживала дурацкие слезы, что так и норовили покатиться из глаз. И подумать только из‑за чего! Ее держат в заложницах, угрожают оружием и неизвестно что вообще могут с ней сделать дальше… А ей до слез обидно, что сын не захотел перед сном поговорить со своей мамой!
– Ладно, мамуль, спокойной ночи. Скажи ему утром, как проснется, что я его люблю.
– Ты‑то как там? Отдыхаешь уже? В отпуск пошла?
– Да, пошла. Отдыхаю, – выдавила из себя Соня, бросив короткий взгляд назад, на пристально наблюдающего за ней мужчину.
– Вот и умница. Вот и отдохни там как следует. Ты заслужила.
– Спасибо, мам.
Закончив разговор, девушка вернула свой телефон преступнику и застыла на месте, опустив взгляд в пол и не представляя, как дальше вести себя с незваным гостем. Сейчас он привяжет ее к кровати? А где сам собирается спать? Неужели на полу, как истинный джентльмен? Верилось в это с трудом, а спросить – не хватало духа.
– Я пойду прогуляюсь немного, – внезапно заявил он, как‑то странно ухмыльнувшись и окинув ее взглядом, от которого по спине побежали мурашки. – Никуда не уходи.
Едва мужчина скрылся за дверью, Соня бросилась к разбитому окну и стала украдкой за ним наблюдать. Спустя еще мгновение девушка с облегчением выдохнула, увидев, что он всего лишь отправился по тропинке в сторону уличного туалета, и даже едва не рассмеялась над собственной трусостью. Соня уже успела нарисовать в своей голове самые мрачные картины. Ну в самом деле, неужели бы он пошел рыть ей могилу? Да если бы захотел убить, убил бы и бросил прямо в этом домике. Как скоро бы ее тут нашли?
От этих мыслей снова пробило ознобом. Соня безотрывно наблюдала, как мощная фигура ее «гостя» скрылась за хлипкой дверью туалета, и внутри все обожгло огнем. Это ведь ее шанс! Возможно, единственный.
Долго не раздумывая, она рванула на улицу и понеслась в сторону калитки. Помня, как возилась с ней, когда только приехала сюда, даже не стала пытаться открыть, перемахнула через забор и не заметила как. Правду говорят, что в экстренной ситуации человеческий организм может удивлять своими способностями.
Бежала, не разбирая дороги, куда‑то сворачивала. В темноте и в панике Соня уже не могла вспомнить, откуда пришла, где находится автобусная остановка. Да и смысла не было ее искать – ночью автобусы все равно не ходят.
На очередном перекрестке остановилась, огляделась и увидела свет в одном из дачных домиков – должно быть, там кто‑то остался с ночевкой. Соня рванула туда не раздумывая, но не пробежала и нескольких метров, как врезалась в мощную фигуру, которая появилась перед ней неизвестно откуда. Будто выросла из‑под земли. Девушка завизжала так, что даже уши заложило, но огромная ладонь тут же зажала ей рот.
– А‑яй‑яй, Соня, а ведь обещала, что не сбежишь…
Мужчина обхватил девушку свободной рукой поперек талии и так плотно прижал к своему оголенному торсу, что у неё затрещали кости.
Жар его тела обжигал обнаженные участки Сониной кожи, она чувствовала, как напряжены его мышцы, ощущала себя маленькой мышкой, угодившей в лапы огромному мощному зверю.
И понимала отдаленным уголком сознания, что вырываться бесполезно – силы‑то неравны. Но все же вырывалась, извивалась, пищала, пыталась укусить его ладонь, отчаянно цепляясь за жизнь. И добилась того, что рука мужчины с талии переместилась на шею, сжав ее с такой силой, что стало невозможно дышать.
– А ну‑ка тихо, – прошипел ей на ухо громила и куда‑то повел, ни на секунду не ослабляя давление. – Какие же вы, бабы, дуры. Все без исключения.
Было больно, обидно, страшно. Соня позорно разревелась, щедро поливая слезами ладонь бандита, которой тот снова зажал ей рот.
Они прошли не так уж много, когда бандит вдруг резко остановился и отпустил ее. Схватился за раненый бок и согнулся едва ли не пополам.
– Сука… Мне сейчас бегать вообще не в тему, – сквозь зубы процедил он.
Соня вытерла слезы и испуганно попятилась.
– Только попробуй, – предупредительно посмотрел он на нее.
– Пожалуйста, – прошептала она, давясь слезами и продолжая пятиться. – Отпустите меня. Я хочу домой.
В два шага мужчина оказался рядом и грубо схватил ее за локоть.
– Просил ведь по‑человечески, – процедил. – Но человеческого языка вы, бабы, не понимаете. Заткнись, Соня. И веди себя тихо. Мне ничего не стоит свернуть тебе шею и избежать всех возможных проблем. Понимаешь ты хотя бы это?
Соня кивнула и затихла. Обратно до своей дачи она шла сама и больше не сопротивлялась. Мужчина всю дорогу держал ее за локоть одной рукой, а другой прижимал свой раненый бок. Его дыхание стало тяжелым, рваным. Кажется, его рана была вовсе не такой уж и царапиной.
Чем ближе они подходили к Сониной даче, тем тяжелее ему давались шаги, и наверное, если бы сейчас девушке удалось вырваться, он бы уже не смог ее догнать. Но Соня боялась. Кажется, она не на шутку разозлила этого человека.
Когда они вошли в домик, при тусклом свете единственной на две комнаты лампочки, которая на удивление оказалась рабочей, девушка увидела, что из раны на животе бандита сочится кровь. Шов разошелся.
Мужчина тоже обнаружил это и заматерился, отчего Соня испуганно вжала голову в плечи.
– Иди, сядь и не дыши там, – рыкнул он на нее, легонько толкнув в спину в сторону стула, что стоял в углу за столом.
Соня поспешила выполнить приказ, села, обхватила себя руками и принялась разглядывать свои голые коленки.
А ведь она и правда дура. Ну вот куда побежала? Зачем? Он ведь нормально к ней относился, обещал не трогать и скоро уйти. А теперь… Вдруг он и правда ее убьет, чтобы избежать проблем?
Горло сковало тисками паники и ужаса, но выпустить их наружу девушка не решалась. Крепилась изо всех сил, а саму колотило так, что зуб на зуб не попадал.
Мужчина тем временем вымыл руки, разложил на столе медикаменты, которые убирал на время их ужина, и принялся обрабатывать свою рану. Соня не смотрела. Она закусила губу и крепче обхватила себя за плечи, мечтая, чтобы это все скорее закончилось. Чтобы он сдержал обещание, ушел и не причинил ей вреда. И едва не разрыдалась от этих мыслей. Ведь сама она свое обещание не сдержала – так с чего бы ему держать свое?
Громила возился с порезом и затягивал шов, казалось, целую вечность. Соня успела успокоить свою тихую истерику и просто смиренно ждала того, что будет дальше.
Он поднялся, прошел в смежную комнату и аккуратно сел на кровать, которая жалобно скрипнула под его весом.
– Иди сюда, – грубо позвал девушку бандит и хлопнул ладонью по старому пыльному матрасу рядом с собой.
И в этой, казалось бы, ужасной ситуации, Соня вдруг совершенно абсурдно испытала то, чего испытывать никак не должна. По внутренностям пронеслась обжигающая волна, осев ноющей тяжестью внизу живота.
Сейчас он будет привязывать её к кровати.
4
На слабых ногах Соня не дошла до кровати всего несколько шагов и остановилась как вкопанная.
– Ну, смелее, чего застыла?
Мужчина сверлил ее озлобленным взглядом, но она никак не могла заставить себя сдвинуться с места.
– Тебе, может, помочь? – рыкнул он.
Странно, но эти слова подействовали. Уж лучше она сама, чем ее будут тащить силой. Сбежать Соня все равно не сможет, деваться ей некуда. Остается подчиняться и стараться больше его не злить, в ее положении это действительно очень глупо.
Забыв, как дышать, девушка преодолела полутораметровое расстояние до кровати и покорно опустилась на указанное ей место, непроизвольно вжав голову в плечи. Мужчина скользнул по ней взглядом и кивком указал на матрас.
– Ложись к стене.
Сердце у Сони заколотилось так, что его стук отдавался в барабанных перепонках.
Зачем? Зачем он просит ее об этом?! Он хочет привязать ее, как и обещал? Или…
– Я устал, Соня. Не заставляй меня применять силу.
Девушка, изо всех сил подавляя все нарастающую внутри панику, сбросила кроссовки, забралась с ногами на кровать и сделала то, что было велено – легла у стены на спину, вытянув руки и ноги по прямой линии. Бандит развернулся к ней всем корпусом и снова, не стесняясь, стал ее разглядывать. Его взгляд задержался на груди, лишь наполовину прикрытой бельем и тоненькой маечкой, и Соня вновь мысленно отругала себя за свой легкомысленный наряд. Но разве могла она предположить, что окажется в такой ситуации? Ей всего лишь хотелось немного загореть…
Мужчина потянулся к ней рукой, и девушка замерла, едва сдержав себя, чтобы не зажмурить глаза. Он прикоснулся к тряпичному поясу на ее шортах, провел по нему и слегка поддел пальцем, отчего у неё перехватило дыхание, а по телу побежали мурашки.
– Сними это, – сухо произнес он и тут же убрал руку.
– З..зачем? – просипела Соня, не узнавая свой собственный голос.
– Руки тебе свяжу, – вскинув брови, ответил он так, будто Соня спросила какую‑то несусветную глупость.
– М..может, не надо?
– Надо, Соня, надо. Снимай свой поясок. Иначе я сам его с тебя сниму.
– Не надо…
Дрожащими руками, Соня принялась развязывать узел, но, как назло, он никак не хотел поддаваться. Мужчина терпеливо наблюдал за ее действиями, не вмешивался. Но Соне и одного его взгляда было достаточно, чтобы ее нервозность возросла до предела. В конце концов, узел все же распутался, она резким движением вытянула пояс из петель и протянула его мужчине.
– Подними руки.
Соня послушно вытянула руки вверх над головой и совершенно абсурдно порадовалась, что буквально несколько дней назад наконец впервые в жизни решилась на депиляцию, и сейчас кожа на ее подмышках девственно чиста и гладка, как у младенца. Казалось бы, полнейший бред – здоровый полуголый мужик, весь в татуировках, скрывающийся от кого‑то, раненый, к тому же привязывает ее к постели, а она счастлива, что не приходится краснеть перед ним за щетину на подмышках. Однако Соню этот факт радовал и в то же время приводил в полное недоумение.
Но когда мужчина склонился над ней и начал туго перематывать поясом ее запястья, все прежние эмоции исчезли бесследно, сменившись острым паническим чувством беспомощности. Она закусила губу и изо всех сил постаралась не поддаваться этому сокрушительному страху, что с каждой секундой все сильнее сковывал ее тело.
Крепко скрутив ее руки друг с другом, мужчина подтянул их к кованой спинке кровати, которая как будто специально была создана для того, чтобы к ней привязывали людей.
Соня выдохнула, когда он отстранился и аккуратно лег рядом – похоже, рана причиняла ему нешуточный дискомфорт.
Наверное, громиле было не очень удобно делить и без того не просторную для его габаритов постель с ней, и даже удивительно, что они вообще поместились здесь вдвоем, хоть их тела и соприкасались сейчас вплотную.
Кожа громилы казалась Соне такой горячей и нещадно жгла её бок. Он как‑то тяжело дышал, его грудная клетка вздымалась слишком часто и слишком сильно, заставляя девушку пропускать сквозь себя каждый его вздох.
– Спи, – скупо произнес бандит, заметив, что Соня украдкой разглядывает его.
