– Кто она? – мой вопрос очень короткий.
– Она… никто, просто женщина. Встретил ее в клубе. Это был неосознанный порыв, я не понимал, что я делаю.
Ну вот и все. Ложь. Ложь. Ложь. Зачем?
– Понятно, – скованно киваю, – покажи мне Шри-Ланку?
Дима растерянно хмурится, моргает. Я не видела его в таком состоянии раньше. Он всегда был полный контроль и запас слов на три часа вперед.
– Хорошо, – достает телефон, быть может, считает, что это побочка от удара головой. Зачем мне фотографии развалин, да? – Держи, – открывает в галерее фото с синим океаном между мальмами. Эта те самые фото.
Спасибо. Я сажусь расслабленно, откидываюсь на спинку и плавно, задумчиво листаю очень красивые фотографии с того отдыха. Побережье восхитительно, как и пальмовые рощи, ананасовые плантации и пастбища слонов. А потом и старые полуразрушенные храмы.
– Этому черту что тут надо? – слышу от Димы и поднимаю голову, слежу за его взглядом и вижу, что по тротуару в нашу сторону идет Арсений с коробкой торта.
Вот принесет же нелегкая в самый нужный момент. Но пока Дима смотрит на него и сжимает кулаки, я долистываю до конца и нахожу то, что искала. Эти фото не сразу после Шри Ланки, между ними еще пара десятков каких-то фото стендов с его работы. И лишь потом начинается.
Они вместе, они в обнимку, блондинка целует его в щеку, повиснув на шее. Делает селфи, когда Дима кусает ее открытое плечо. И еще, еще, таких фотографий много.
Они очень хорошо друг друга знают. У этих двоих людей на фотографии отношения. Женщину я видела только один раз на видео, а мужчину считала, что знаю.
А, оказывается, нет.
– Дим, – зову его, когда он уже решил выйти из машины, Арсений почти дошел до нас и определенно увидел. – Дима! – привлекаю внимание громче.
– Что?
Я поворачиваю к нему экран телефона с одной из фотографий, где голова блондинки лежит на его плече. Очень мило и по-семейному.
– Познакомишь? – спрашиваю тихо и гляжу на то, как он осознает, на что смотрит и бледнеет на моих глазах.
Глава 9
– Твоя сестра? – зачем-то еще больше подначиваю его. Наверное, потому, что мне чертовски больно видеть все это, слышать, как он врет мне прямо в глаза. И даже мускул на лице не дрогнул! Идеальное выражение, максимальный самоконтроль.
Если бы я не знала правды, я никогда в жизни бы не догадалась.
– Это ни к чему, – скованно отвечает он, и я чувствую гнев, который зарождается в нем. Тоже максимально контролируемый.
– Я пойду, – я берусь за ручку двери. Мне так проще. Нет, не уйти от него, прекратив разговор на самом интересном месте. Наоборот, спровоцировать его на выход эмоций, в которых может проклюнуться правда.
– Не пойдешь, – наклоняется через меня и закрывает дверь моей же рукой. Не дожидается новых вопросов, сам говорит. – Откуда ты узнала об этих фотографиях? – звучит вопрос, вместо оправданий и объяснений.
– Ниоткуда, просто листала дальше.
– Ты врешь, они были там всегда, и сколько раз ты ни брала мой телефон, у тебя никогда не было вопросов, ты не долистывала до этих фото.
– То есть это нормально для тебя? Ты встречался со мной, женился на мне, и у тебя вот так запросто лежат фотографии с другой женщиной в обнимку?
– А почему они там не могут лежать, скажи мне? Это просто фото, и они не какие-то порнографические. У тебя в телефоне нет фотографий друзей?
– Есть, – сжимаю я губы.
– У тебя в жизни пешком ходит вот этот твой, – машет рукой за лобовое, где Арсений остановился у подъезда и смотрит на нас, будто не уверен, как ему правильно поступить. – И я даже до сих пор ему лицо не разбил за то, как он с тобой здоровается, обнимается и в щечки целует как п*дар.
– Дима, – предупреждающе повышаю голос.
– Эти фото не отличаются от твоих поцелуйчиков с этим козлом!
– Зато видео отличается! – вспыхиваю я, – там вообще ни разу не поцелуйчики в щечку и дружеские объятья! Первый раз вижу, чтобы друзей так шпилили!
– Мира, – сжимает губы, проводит ладонью по лицу, – то, что случилось на видео, я первый раз увидел тоже на этом видео!
– Я не буду больше тебе верить! Во все эти сказки с потерей памяти по пьяни! Ты мне только что сказал, что не знал ее, а теперь она внезапно твой друг и ничего такого! Я вижу, что не друг!
– А что мне надо было сказать? А? – взмахивает руками, снова медленно выдыхает, возвращает контроль, даже выражение лица меняет, – Ты не понимаешь, что я сказал, что не знаю ее именно вот из-за такой реакции? Из-за твоих неадекватных криков и нежелания слышать правду! Потому что правда тебе не нравится, и она травмирует тебя. Тебе легче было бы, если бы я сказал, что по пьяни трахнул свою бывшую? – говорит спокойно и поворачивается ко мне, смотрит в глаза темным взглядом. – Для тебя это было бы отягчающим обстоятельством! Ты стала бы себя накручивать еще больше, именно так, как ты сейчас делаешь! Я дал тебе более простую версию, которая не причинила бы столько боли! Что в этом плохого? Я заботился о тебе! Я не отрицаю, что не намеренно изменил! Но вариант со случайной женщиной тебе было бы понять проще!
Я качаю головой в полном неверии. Что слышу все это от него.
– То есть ты за меня решаешь, какая версия мне будет более полезна? Версия твоей лжи? Серьезно? Может, стоило сразу сказать правду?
– Откуда, – не слушает, а снова возвращается к своему вопросу, – ты узнала про фотографии? – берет меня за запястье, – именно сейчас?
– Отпусти меня.
– Кто тебе подсказал? – переводит взгляд за окно, и в темных глазах вдруг появляется догадка. – Это он?
– А есть разница от того, как именно ты спалился? Фото есть, секс был. Как бы я об этом не узнала, факта это не отменяет! Не надо пытаться заговорить мне зубы или вызвать чувство вины! – выдергиваю руку из его. – Ты не понимаешь, что я больше тебе не верю?
– Мира, ну что ты делаешь? Ну зачем это все? – берет меня за подбородок и поворачивает к себе.
– Я даже не хочу лезть глубже в твою ложь, – берусь за его пальцы и снимаю со своего лица. – Словно она вскроется, как огромный гнойник.
– Нет больше ничего! Это все! Она моя бывшая, что она делала в клубе, я не знаю, как оказался с ней, я не знаю! Я выпил слишком много! И все! Я скрыл из-за тебя! Чтобы не делать больно тебе!
– Как благородно, – сквозь сарказм боль все равно пробивается. Не могу продолжать, слезу накатывают, у моих моральных сил тоже есть границы.
Внезапно распахивается дверь машины.
– Мира! Пойдем домой! – Арсений хватает меня за руку, и я благодарна ему за это спасение. Я будто попала в ловушку и которой не могу выбраться. Словно еще чуть-чуть и я совершу непростительную ошибку и сама.
– Домой? – переспрашивает Дима ледяным тоном, – а ну, пошел вон отсюда.
– Я пойду, – резко вылезаю из машины до того, как Титов схватил меня снова. – Арс, что ты тут делаешь?
Мы идем от машины, как ни в чем не бывало, Арсений только бросает взгляд через плечо.
– Я хотел порадовать тебя, встретить после выписки и… – резко разворачивается, и я понимаю, что это Дима дернул его за плечо.
– Ты чего к моей жене ходишь? Что ты тут забыл с утра пораньше?
– Я пришел ее поддержать! Навестить и узнать о самочувствии!
– Телефон для этого есть!
– Дима, прекрати! Сцены ревности здесь не хватало! – влезаю между ними.
– Ничто не заменит живого общения, – Арс смотрит на него с нескрываемым презрением. – И дружеской поддержки.
Ой, блин. Вот про дружескую, это он зря, конечно. Учитывая контекст нашего с Димой разговора и его объяснения. Там был дружеский случайный секс. А тут…
– Дружеской? – переспрашивает Титов, смотрит на Лебедева как на бактерию примитивную. – С тортиком?
– Это ее любимый, – тоже режет его взглядом. Сейчас молния шандарахнет между ними. – Ты знаешь, какой у нее любимый? Мм? Или за своим эго ты ничего не видишь вокруг?
– Знаю! Тирамису!
– Медовик! – одновременно выпаливает Арсений, – ты ни черта ее не узнал, даже женившись!
Вцепляются друг в друга, Дима в ворот куртки Арса, а тот в лацкан его дорого пальто. Только драки мне тут не хватало!
– Вы придурки! Вы свои торты называете! – я мельком гляжу на коробку, а там надпись, что это вообще «Прага».
– Подержи, – игнорируют меня оба, но Арс вручает торт, даже не глядя. Ну, вот какого черта он приперся? Что тут забыл с утра? Я бы и без него разобралась.
– Уходите, оба!
– Это ты пронюхал про фото? – Дима стягивает куртку кулаком, – ты ей про них сказал?
– Я ничего не говорил! Я с самой больницы с ней не виделся!
– Откуда она узнала? Это ты, гаденыш!
– Да какая разница откуда? Прекратите немедленно!
– Ты копался в моем телефоне? – хладнокровие Димы пугает не меньше, чем его открытый полыхающий гнев. Лучше бы он как на свадьбе сразу полез в драку, чем вот это.
Что это? Вот такая безумная ревность?
– Я ни в чем не копался! Ты эгоистичный самовлюбленный нарцисс! – Арс себя не сдерживает. – Ты сам мне их показал, когда познакомил со своей Альбиной! Считал, что в чисто мужской компании никто тебя не выдаст, что это у всех в порядке вещей приводить свою вторую женщину! – мои глаза сами собой расширяются, и я перевожу изумленный взгляд на Диму. Арс поворачивается ко мне, – рассказать, как он мне ее представил?
Глава 10
– Что я сделал? – Дима переводит на Арса взгляд и, если бы он был ножом, торчал бы уже из глаза, подрагивающего трупа.
Но Лебедев выбирает самую опасную тактику, он его игнорирует, разговаривая только со мной.
– Он сказал: «Знакомьтесь, а это моя Аля, самая горячая женщина из всех живущих!»
Я даже голову не поворачиваю, только взгляд перевожу на Титова и вижу то, чего не хотела бы видеть. Дима чуть хмурится, зрачки расширяются, и на мгновение взгляд мечется куда-то мимо лица Арса. Я вижу, как учащается его дыхание, чаще поднимая грудь под джемпером в распахнутом пальто.
– Я такого не говорил, – но в голосе уже нет такой уверенности. В этот раз быть пойманным на лжи оказалось сложней, не было готового ответа?
– А я, по-твоему, сам придумал? Откуда я вообще могу знать, что она Аля? Вообще, такое сокращение имени Альбина только для близких! Что ты еще готов приврать, чтобы выкрутиться, Титов?
Дима отталкивает его от себя и вновь вспыхивает.
– Я такого не говорил!
– А кто говорил? Твой брат-близнец? Еще скажи, на видео был он, а не ты!
Я качаю головой и делаю шаг назад от них, чем дольше я тут нахожусь, тем больше узнаю того, чего не хочу. Я бы и сбежать готова, но ведь это только хуже сделает. Зарою себя в сплошном самообмане.
– Мира, не слушай его, он врет! Я такого не говорил! – вспомнил, наконец, о моем существовании.
– А кого слушать, тебя что ли? – Арсений будто бы силу вдруг почувствовал. – Да ты еще что-нибудь наврешь тут же! Я это чертово видео снял, потому что мне бы никто не поверил! Есть же такой большой человек Титов, умный, при бабле и карьере, с квартирами и машинами. С чего верить мне? Ты вообще для чего меня пригласил на мальчишник? Чтобы показать мне мое место? Приструнить, чтобы я знал, что на фоне тебя полное ничтожество? Этим своим снисходительным тоном и вечным похлопыванием по плечу!
– Да заткнись ты уже, что ты несешь? Да мне вообще плевать кто ты! – поворачивается ко мне, берет за плечи, – Мира, я устал уже от этого цирка, поехали домой, давай поговорим вдвоем, только ты и я! Тогда ты уже сама выберешь, кому ты будешь верить, мне или ему! – кивает на Арса.
– У него есть… – горло сковывает, еле произношу, – доказательства своих слов. А у тебя?
– Ну какие? Какие доказательства? Того, что я с ней спал? Так я спал! Я даже не отрицаю! Только что тебе все объяснил!
– И тут же соврал. Дима! – перебиваю его, не давая сказать больше ни слова, – ответь мне в этот раз честно.
– Отойди от нас, – Титов забирает у меня из рук торт и вручает его Арсению, – сгинь. Это не для твоих поганых ушей.
Я прикрываю глаза. Позволяю. Арс тут лишний на самом деле. Чувствую, что он отходит, слышу его шаги, которые замирают не так далеко. Из-под моих ресниц выскальзывает слеза.
– Мира, детка, – в голосе Димы боль и он пытается меня обнять, но я отталкиваю его руками в грудь, чувствую, как колотится его сердце.
– Альбина твоя бывшая?
Сжимает губы, желваки ходят, принимает правила игры.
– Да.
– Ты с ней… общался с момента нашего знакомства?
Не моргая смотрит мне в глаза, я слышу, как он сжимает челюсти до скрипа зубов.
– Да.
– Часто?
– Она клиентка нашей компании, мне приходилось…
– Часто? – повышаю голос.
