– Живой… – И с секундной паузой добавил: – Княже?
– Похоже, это у тебя входит в привычку, Воледар, – попытался пошутить я, но вдруг вспомнил о подростках: – Голыши!
С кряхтением и скрежетом зубов я поднялся на ноги и, пристегнув свой чародин, не спеша подошел к Воледару, оценивая состояние своего организма.
– Давай помогу? – попытался я подхватить святорока подмышку.
– Ступай, княже, – буркнул он, покачивая головой. – Досталось мне изрядно, отдышаться нужно. Ступай, я сейчас подойду.
– Я сейчас вернусь, – пообещал я и бросился туда, где последний раз видел подростков.
Снова обогнув заросли, я увидел удручающую картину. На ногах стояло четверо подростков, включая Когтя, и все они держали стену щитов. За их спинами на земле сидело трое парней, державшихся за голову, и еще один занимался их перевязкой. И рядом лежало двое, не подавая признаков жизни.
Я не заметил, как преодолел разделяющее нас расстояние и как оказался на коленях перед первым лежащим. Быстрая проверка пульса.
– Живой, – с облегчением сказал я и начал осматривать его на предмет ранений.
И сразу же обнаружил ранение в районе бедра, из которого сочилась кровь. Не теряя ни секунды, я расстегнул одной рукой ремень парня, завел его под ногу, продел свободный конец в защелку и как мог потянул на себя. После встал на ремень коленом и зафиксировал замок. Кровь почти сразу перестала обильно сочиться, и я перепрыгнул к следующему.
Но проверять пульс не было смысла, я и так видел огромную дыру в районе груди. От увиденного я взвыл и ударил кулаком в землю, после чего вскочил и нашел глазами Когтя.
– Я же тебе приказал бежать! – процедил я сквозь зубы, а затем указал на мертвого парня и добавил: – Ты за это ответишь.
И только сейчас я услышал отдаленные звуки стрельбы.
⁂
Я не находил себе места оттого, что где-то там в лесу десяток железодеев убивают людей, загоняя их, как охотники зверей, а те не в силах дать отпор. И повлиять на это я уже никак не мог. Даже если сейчас отправиться вслед за железодеями, то для начала нужно их догнать. Я обвел взглядом имеющиеся силы: пять подростков на ногах, трое условно на ногах, один явно контуженый и помятый Воледар. Да, тот еще спецназ.
В таких условиях мы их догоним, только когда элемийская пехота будет возвращаться обратно и выйдет нам навстречу. А бросить остальных и попытаться нагнать их с пятеркой вооруженных подростков – плохая затея. Я ощупал безжизненно висевшую и опухавшую левую руку. Мы с трудом одолели этот отряд, и то только благодаря Воледару. Но сейчас он не в том состоянии, чтобы повторить, а без него шансов никаких.
Пока я размышлял, в подтверждение моих мыслей к нам подковылял Воледар, держась за бок и подволакивая ногу. Я посмотрел в его испачканное лицо, и тот понял мой невысказанный вопрос. И передо мной встал выбор: оставить здесь тех, кто не сможет бежать, и попытаться остановить еще один отряд железодеев – и тогда, вероятнее всего, сложат голову все, без гарантии хоть какого-то результата; или попытаться сохранить жизни тем, кто здесь. А спасающихся там людей оставить уповать на волю Господа?
По лицам подростков и Воледара было видно, что и они думали об этом, но ждали решения от меня. Я с силой провел ладонью здоровой руки по лицу, загнал свои переживания куда-то подальше и поглубже и, глядя в гущу леса, уверенно сказал:
– Десантные боты наверняка отправились за новой партией железодеев и скоро будут здесь. Так что у нас очень мало времени. – Повернулся к сидящим на земле парням и спросил: – Идти сможете?
Двое кивнули, а один ответил:
– Смогу.
– Хорошо, – одобрительно высказался я и указал пальцем на пару подростков, стоявших на ногах: – Ты и ты, понесете вашего товарища. У вас две минуты, чтобы сделать носилки.
Получив приказ, они замешкались, но тычок от Когтя и его окрик «Носилки, быстро!» заставили их мгновенно сорваться с места к ближайшему кустарнику.
Я хмуро посмотрел на Когтя, все еще злясь за то, что он ослушался приказа, но через секунду отвел взгляд, и мой палец указал на еще одного подростка:
– Ты поможешь остальным идти. А ты и ты, – указал я на Когтя и последнего подростка, – пойдете со мной впереди. Приводите себя в порядок, проверьте свои чаровые щиты. У каждого должно быть по два чародина и достаточно пуль, возьмите их у своих товарищей.
Неожиданно сзади послышался голос Воледара:
– Я не смогу с вами пойти, княже.
Не знаю, что случилось, возможно, накопившаяся усталость или чувство беспомощности, а может, все разом, но от услышанного внутри вскипела такая ярость, что я мгновенно развернулся на месте и, указав пальцем в святорока, заорал:
– Хрена с два ты тут останешься! Я видел, на что ты способен, и если сам не пойдешь, то я отобью свою ногу о твою задницу, но заставлю тебя идти. Понял?
Наступила тишина, и только очень отдаленные звуки выстрелов вмешивались в естественный фон леса. Простояв так пару секунд и сверля Воледара взглядом, я снова провернулся на месте, чтобы взглянуть на вытянувшиеся лица, и спросил:
– Вопросы? – И тут же сам ответил: – Вопросов нет. Выполнять. – И уже тихо добавил: – А я пока трофеями займусь, не пропадать же добру.
Пока остальные занимались приготовлениями и перевариванием моего поведения, я отправился на место, где Воледар упокоил великана. С трудом сбросив с плеч походную суму, одной рукой закатил его отсеченную голову внутрь. После чего вернулся к остальным, взял их сумы и отправился уже к стандартным элемийским пехотинцам. Правда пришлось увлечь за собой Воледара, так как только у него были чаровые клинки.
В итоге я собрал еще три головы, две конечности с оружием и небольшую горсть патронов, на всякий случай. Воспользоваться оружием я, конечно, не смогу, защит там стоит столько, что проще такое самому изготовить напильником из куска металла. Но вот, возможно, полезных деталей внутри предостаточно. В отсутствии высокотехнологичных изделий, к которым я привык на родине, мне хотелось забрать всех роботов целиком, но по понятным причинам аппетиты пришлось умерить. Я и так добавил нам минимум сто пятьдесят килограмм лишнего веса.
Пока я собирал трофеи, на меня поглядывали с опаской. Еще бы, кому в голову придет собирать части дьявольских отродий, они же проклятые. Но мне было все равно, и, закончив с сортировкой нужных запчастей по сумам, я поднялся с колен и позвал:
– Коготь, иди сюда.
– Слушаю, княже, – услышал я рядом, когда доставал веревку из сумы, лежащей на земле.
Поднявшись, я протянул ему моток:
– Привяжи мне левую руку к туловищу.
Коготь вытаращил на меня глаза, будто я сумасшедший. Пришлось демонстрировать, что не могу ею двигать.
– Больно, когда болтается. А так хоть мешать не будет, – прокомментировал я свои действия.
И этого оказалось достаточно, чтобы он согласился это сделать. Предварительно надев на левую руку наручи чарового щита, я прижал поврежденную руку правой, согнув ее в локте, и сказал:
– Давай быстрее.
Коготь завязал на мне петлю и стал ходить вокруг, натягивая веревку. Я же, кривясь от боли, решил задать интересующий меня вопрос:
– Ты Никфора нашел, как я просил?
– Нашел, княже, – ответил Коготь не останавливаясь. – Он с Вараней и Надеей.
У меня как камень с плеч свалился, почему-то я был уверен, что с Вараней он не пропадет. Дальше я молча терпел, пока наконец дело было сделано. Немного повертевшись и попрыгав на месте, я хлопнул по ключу – и передо мной появился чаровый щит. Теперь его положение можно регулировать только поворотом корпуса, но это лучше, чем ничего.
Все приготовления у нас заняли чуть больше трех минут, и сейчас снова все стояли, ожидая моей команды. Я же мельком обвел их взглядом и остановился на лежащем парнишке, который уже с нами не пойдет. Я задумался, но Воледар мгновенно вывел меня из этого состояния.
– С Богом, княже.
«Похоже, только он нам и поможет», – подумал я.
И сказал:
– Пошли.
⁂
Мы двигались на запад к границе человеческих земель, за людьми, которых я туда отправил. Я шел впереди, за мной, в метрах пятидесяти, группа раненых с Воледаром во главе, а по бокам, на удалении от этой группы, параллельно Коготь и еще один подросток.
Шли мы так быстро, как только могли, ориентируясь на следы, которые оставили сотни человек. А в голове вертелась только одна мысль: «Быстрее, быстрее…» Боты со второй партией уже наверняка близко, и нужно уйти как можно дальше. Но еще я опасался повстречать ту группу роботов, которую высадил второй бот.
Я предполагал, что в погоне за людьми отряд железодеев растянется, а фактически каждый робот будет действовать самостоятельно. Так они могли прочесать большую площадь, да и чего им бояться, если жертвы практически не дают отпор. И я надеялся, что благодаря этому мы сможем проскочить.
Около километра ничего не происходило. Но после стали попадаться лежащие на земле тела людей, в которые я не всматривался, чтобы не узнать кого-нибудь из близких. И чем дальше мы уходили на запад, тем погибших становилось все больше. Картина была угнетающей, и в какой-то момент я почувствовал, что если встречу элемийского робота, то разорву его голыми руками.
Неожиданно впереди послышалась короткая очередь выстрелов, – судя по звуку, довольно близко. И мой рассудок все же возобладал над эмоциями и заставил сбавить темп, чтобы не выскочить на противника в лоб. Замедлиться и не спешить было самым трудным, так как я понимал, что выстрелы раздаются не случайно и, возможно, после каждого гибнет человек.
Сделав еще пару шагов, я выключил щит, так как он мне мешал, и присел. Остальные сделали то же самое, и с минуту ничего не было слышно, кроме естественного фона леса. Тогда я обернулся и жестом подозвал себе Когтя и его напарника из охранения. Группа же Воледара в это время укрывалась за стеной щитов.
– Что случилось, княже? – шепотом спросил Коготь, когда присел рядом.
– Там впереди железодеи, – так же шепотом указал я направление, откуда слышал стрельбу, и в подтверждение моих слов раздалась еще одна короткая очередь.
– Что будем делать? – поинтересовался Коготь.
И действительно, что делать? Я взглянул вверх – убедиться, что кроны деревьев очень плотны, без прогалин и хорошо нас закрывают от вероятного наблюдения с дрона. Деревья и многочисленные кустарники затрудняют обнаружение здесь, на земле, и на расстоянии ста метров уже ни черта не видно. Но это трудности для людей, а у роботов хватает систем, чтобы нас обнаружить, хотя бы по шуму, который мы издавали, пока шли. Выстрелы звучат очень близко, но нас все еще не обнаружили. Именно это меня и смущает.
Еще немного обдумав ситуацию, я все же решился и тихо сказал:
– Посмотрим, что там, – тихо сказал я и поочередно посмотрел в лица подростков. – Значит так, я пойду вперед, а вы сейчас разойдетесь по сторонам и будете идти за мной. Но только так, чтобы вы меня видели, а я вас. Иду я – идете и вы, я остановился – вы тоже замерли. Огонь открывать только по команде. Понятно? – И, дождавшись согласных кивков, добавил: – Расходимся.
Парни разошлись по сторонам, и, когда они замерли в метрах тридцати от меня, я поднялся, включил щит и шагнул вперед. Через секунд двадцать неторопливого продвижения я в очередной раз бросил взгляд вправо и влево и увидел мелькание чаровых щитов. Коготь и его напарник делали все в точности, как я сказал. Честно говоря, меня удивляла решимость, которую ребята Когтя проявляли. Не знаю, то ли это заслуга их лидера, то ли жизнь на самом низу пищевой цепочки этому поспособствовала.
Себя же я продолжал корить за то, что не занимался ими в плане подготовки, хотя даже оружие выдал, офицер хренов. Не знаю, о чем я вообще думал. Впрочем, знаю – надеялся, что дойду до безопасного места, где им не придется воевать. А теперь оказалось, что эти недоделанные вояки спасли мне жизнь дважды.
Пройдя метров пятьдесят, я услышал очередную серию выстрелов совсем близко. Сделав еще пару шагов, я замер и, убедившись, что и парни тоже остановились, стал всматриваться сквозь заросли. Поначалу ничего не замечал, но потом что-то шевельнулось, и я отчетливо увидел стандартного пехотного элемийского робота. Дыхание дьявола отсутствовало, иначе я бы заметил его гораздо раньше.
Вел он себя очень странно, крутился на месте, делал пару шагов и снова крутился, затем выпускал короткую очередь в произвольную сторону и снова возвращался к топтанию. Это наводило на мысль, что либо с ним что-то не так, либо это ловушка.
Еще пару минут наблюдений убедили меня, что этот пехотный робот один. Возможно, это и есть подтверждение моим мыслям, что их отряд растянут. Но оставался тот же вопрос: почему я его вижу, а он нас нет?
В очередной раз поддавшись интуиции или безрассудству, я сделал несколько быстрых вдохов-выдохов и сжал покрепче чародин.
– С Богом, – произнес я напутствие Воледара и пошел вперед.
Повернувшись так, чтобы щит закрывал меня полностью, я снова быстро взглянул по сторонам, чтобы убедиться, что парни идут следом, и начал орать:
– Эй, батарейный раб! Жертва алгоритмов! Я здесь!
И тут я удивился, так как робот остался стоять на месте, даже не дернувшись в мою сторону. Поэтому я продолжал, постепенно сокращая дистанцию.
– Слушай, мне кажется, ты должен плюнуть своему командному ИскИну в рожу за то, что он сделал тебя дефектным! Ты же не услышишь, даже если я буду орать в твою ржавую башку! Робопылесос с амбициями!
Наконец противник повернулся и попер на меня, как носорог, не замечая ничего на своем пути. Конечно, мне хотелось думать, что именно мои слова побудили его на это, но вряд ли он даже понял, о чем я тут распинаюсь. Зато этот монолог помог мне справиться со страхом и одновременно желанием всадить в этого урода весь магазин.
– Ну давай, – уже тихо произнес я и приготовился.
И только когда дистанция сократилась вполовину, я понял причину такого его поведения. Он был поврежден, а отсутствие головы проливало свет на то, почему нам удалось так близко подобраться незамеченными. Но даже в таком состоянии робот был опасен, и в доказательство этого он на ходу открыл прицельный огонь.
В очередной раз я восхитился чаровым щитом, наблюдая, как все, что в меня летело, разлетается на куски или сплющивается в лепешку. Это было бесспорное преимущество перед железодеями, – даже один робот превосходил нас в огневой мощи, но в защите проигрывал с большим отставанием. Но рано или поздно ИскИн придумает, как это отставание сократить либо устранить.
Достаточно оснастить стандартных пехотинцев не только стрелковым или плазменным вооружением, а например, теми же гранатометами, как у великана, – и все, победа будет доставаться только с большими потерями. А гранате достаточно упасть рядом, чтобы поразить взрывной волной или осколками. У элемийцев есть и более эффективное и разрушительное вооружение, но пока что я его не видел. Возможно, это связано с трудностями в производстве или нехватке ресурсов. И пока это играет нам на руку, но об этом я подумаю после, – если выживу
Когда до противника оставалось метров двадцать, я крикнул:
– Огонь!
Практически слившиеся в один, два хлопка ударили по ушам, и я увидел, как пули высекли искры на корпусе робота, но тот лишь дернулся и стал поворачиваться в сторону более явной угрозы.
– Ты куда собрался? – язвительно спросил я и выставил за край щита свой чародин.
Выстрел! С такой дистанции промахнуться сложно, и, получив пулю, робот взмахнул рукой, после чего как замороженный рухнул набок. Я был готов, что сейчас появятся еще роботы, но все было тихо.
– Посмотрим, что с тобой случилось, – пробормотал я себе под нос и направился к поверженному противнику.
Присев рядом с лежавшим роботом, я секунд двадцать рассматривал его повреждения, а затем повернулся назад и крикнул:
– Воледар, подойди сюда.
⁂
– Шевелитесь, шевелитесь! – кричал я в спины идущей впереди группы.
С момента столкновения с одиноким роботом прошел почти час, но ушли мы не так далеко, как хотелось бы. Раненые бойцы, конечно, старались как могли, и, нужно отдать должное, у них почти получалось бежать. Но с этим я ничего не мог поделать: их состояние требовало медицинского вмешательства, которое сейчас мы не могли себе позволить.
Особенно плохо выглядел Воледар, который наконец показал, что он человек и сделан из плоти, а не из стальных канатов. Его нога опухла, а в дыхании слышался булькающий хрип, но и он умудрялся не отставать. Я бы с радостью дал всем отдохнуть, но сейчас это равносильно самоубийству.
Обернувшись и продолжая идти спиной вперед, я всмотрелся в заросли, пытаясь разглядеть погоню. Неожиданно рядом появился Коготь.
– Княже, – обратился он, – нужно остановиться и передохнуть. Еще немного – и Пятно свалится.
– Не можем мы сейчас остановиться, понимаешь, Коготь, не можем, – ответил я, продолжая пятиться. – Если Пятно не сможет больше идти, несите его на себе.
Я краем глаза видел, как Коготь посмотрел на меня, ожидая еще вопросов, но после небольшой паузы он просто сказал:
– Хорошо.
После чего вернулся к остальным.
Я же продолжил наблюдать за лесом, всем нутром чувствуя, что опасность позади нас, а не спереди. Элемиийский ИскИн наверняка заметил, что у людей появилось новое оружие, куда эффективнее прежнего. И он точно захочет разобраться в этом вопросе, а значит, мы куда более желанная цель, чем просто толпа людей. Поэтому я и всматривался в заросли, ожидая погони, и, пока я это делал, в голове всплыли недавние события.
Элемийский пехотинец, которого я уложил, действительно оказался странным. Точнее я уже видел подобные повреждения, когда сражались с десантной группой. На нем отчетливо были видны следы от чарового клинка, что подтвердил Воледар. И странности на этом не закончились.
