– В них есть незнакомый нам элемент.
На мгновение Эми перестала жевать, потом проглотила и вздохнула:
– Ты всегда такой идиот или только со мной?
– Вот и протестируем, – усмехнулся я.
Она сорвала ещё несколько ягод и с силой затолкала мне в рот.
– Одна я умирать не собираюсь!
– Ну и я тогда тоже с вами, – улыбнулся Пол, набирая себе земляники. – Не хочу остаться на незнакомой планете в одиночестве. Помирать, так вместе.
Я смотрел на прибор. Это будто какая-то пыльца на всех растениях. Может, действительно, ничего особенного?
Эми с Полом начали бегать по полю, резвясь, как дети и кидая друг в друга ягодами. Настроение и у меня поднялось.
Слух уловил тихое журчание. Я скинул рюкзак. Их догонялки надолго, поэтому я быстро пошёл в сторону шума.
Через метров триста увидел реку. Мы спасены. Но надо сразу же посмотреть воду на пригодность, а то с такой дурной башкой, как у Эмили, мы никуда не дойдём. Либо обосрём все кусты, либо помрём по дороге.
Но вода оказалась нормальной. Никаких отклонений. Надо сказать этим двоим.
Я вернулся. Они теперь оба сидели на поляне и жрали в два горла землянику.
– Вот идиоты, – пробубнил я.
М-да. Навыков выживания у нас никаких.
Глава 6
Пол
Я знал, что совершаю непростительную ошибку. Первое правило выживания на неизвестной планете было выгравировано над электронной доской и в вольной интерпретации гласило: не жри что ни попадя! Но Эми с таким удовольствием уплетала инопланетную землянику, что я не смог устоять. Тем более приборы не нашли в ягодах ничего опасного.
А ещё мне нравилось смотреть на её довольное личико. На корабле она редко улыбалась из-за вечных споров с Домиником. А тут вдруг расцвела.
– Не налегай, – строго произнёс я. – У нас не так много лекарств.
Эмилия довольно улыбнулась и засунула ягодку мне в рот. Следующую отправила в свой. Её губки окрасились в тёмно-красный цвет из-за сока и смотрелось чертовски соблазнительно.
Да вся она – мягкая, аппетитная и с наивным взглядом невинной девочки – давно уже меня очаровала. Но из-за Ника я к ней не подкатывал. Странно бы выглядело мутить с девчонкой, чей смысл жизни в ненависти к лучшему другу.
Скоро на поляну вернулся довольный Доминик. Судя по роже, он нашёл что-то интересное.
– Кто желает водные процедуры? – победно произнёс он.
– Ты нашёл воду? – воодушевился я.
– Ага.
– Проверил?
– А то. Чиста, как слеза младенца. Целая река прохладной водички в нашем распоряжении.
Услышав это, Эмилия вскочила и помчалась смотреть. Пока мы с Ником шли в ту же сторону, услышали её радостный визг и громкий шлепок о воду.
Река Доминика оказалась скорее широким ручьём. Но оттого не менее ценным. Я осторожно обошёл брошенный на берегу комбинезон и ещё раз проверил состав. Прибор показал зелёный свет.
– Эй, Эми, ты обследовала своим сканером? – строго спросил я у довольной девушки.
– Да! Подтверждаю! Вода безопасная и прохладная! – воскликнула она и нырнула.
Мне нравилось наблюдать за Эми с берега. Так мало надо человеку для счастья: всего лишь источник воды на незнакомой планете.
Доминик встал рядом и тоже посматривал в сторону мокрой майки девушки, не сводя взгляда с проступающих сосков.
– Слушай, Пол, сколько мы с тобой друг друга знаем? – задумчиво произнёс он.
– Странный вопрос. Мы под одним столом ползали и на одном горшке сидели.
– Значит, чисто теоретически, у нас с тобой не будет проблем из-за Эмилии?
Я вопросительно уставился на друга, не понимая, к чему он клонит. Какие проблемы могут быть с Плюшкой?
– Ну, я про то, что мы не знаем, кем населена планета. Если здесь живут какие-нибудь уродцы с щупальцами или жопой вместо рта, то, выходит, на всей планете есть только одна женщина, у которой все на своих местах.
Мне потребовалось какое-то время, чтобы осознать сказанное Ником. А потом я в голос расхохотался, чем привлёк внимание Эми. Она бросила на нас презрительный взгляд, но быстро потеряла интерес и откинула голову, кайфуя в прохладной воде.
– Ты про Эмилию? Серьёзно?
– А здесь есть другие бабы? – насупился Доминик.
Я снова рассмеялся, хватаясь за живот:
– Дружище, она тебе не даст даже под страхом смерти!
– Ага, а тебе как будто даст.
– Да, у меня шансов куда больше. Потому что я с ней круглосуточно не грызусь, не оскорбляю и не унижаю. И я не отнимал капитанского звания. Ха, Ник, тебе, похоже, придётся довольствоваться безотказной подружкой – собственной ладошкой.
– Да пошёл ты! Из меня харизма и тестостерон так и прут, ни одна барышня не устоит.
– Ну, удачи. Только не проси потом вправлять вывихнутую челюсть.
– Что, не веришь?
– Не, мужик, я на женщин не спорю.
Доминик гордо задрал подбородок и принялся расстёгивать комбинезон.
– Смотри и учись!
Капитан выпрыгнул из комбинезона, оставшись в стандартном нательном белье: белой футболке и облегающих кальсонах чуть ниже колен. Не зная, что скрывается под водой, он с разбегу нырнул в реку, обдавая Эмилию потоками воды.
Ник долго не выплывал, строя из себя чемпиона по плаванию, а когда башка всё же появилась из воды, то он оказался рядом Эмилией. Та недовольно приняла вертикальное положение и что-то проворчала первому на планете Дон Жуану.
Я не слышал, о чём они болтают, но в какой-то момент на лице девушки появилась улыбка. Та сама – с румянцем и опущенными глазками. А когда она непроизвольно прикусила нижнюю губку, то я чуть дар речи не потерял.
Как, чёрт его дери, Ник это делает?!
Во мне не было зависти, только искреннее удивление. Эти двое – как одинаково заряженные частицы – отталкивались с такой силой, что весь корабль гудел. Я неоднократно намекал Доминику, что за скандалы им устроят разборки при возвращении. Ведь в дальних полётах психологическое благополучие команды не менее важно, чем физическое состояние. Но куда там!
– Эй, господин брезгливый доктор, ты в воду идёшь или стесняешься раздеться? – смеялся Доминик, вытирая капли с лица.
Несмотря на пять светил, ночь на планете наступала неожиданно. Мы едва успели охладиться, как тёмные тени от деревьев быстро поползли по земле. Буквально каких-то десять минут и ночь накрыла нас, освещая ручей тремя лунами. Ещё и температура резко опустилась. Внутри челнока перепад был незаметен, а на открытой местности очень даже ощутим.
Пришлось срочно сворачивать водные процедуры и возвращаться на земляничную поляну. Почти на ощупь мы собрали сухих веток и развели костёр.
– Не боишься, что огонь привлечёт каких-нибудь тварей? – усомнился я.
– А что делать? Замерзать?
Доминик подбросил несколько палок и огляделся по сторонам. Никаких монстров в кустах не пряталось. Пока.
Я же чаще смотрел на небо. Летающие чудовища с фиолетовыми крыльями никак не выходили из головы. Я видел их мельком, но фантазия сама дорисовала острые когти и длинные клыки.
– Мы не знаем, что таят эти леса, – задумался я. – Надо бы организовать дежурство.
Ник согласился:
– Я чур первый. А вы с Эмилией сами разбирайтесь.
Спорить с ним не хотелось. Голова и так шумела от насыщенного дня.
Мы в тишине расстелили спальники, и пока я соображал, как бы положить его поближе к костру и не сгореть к чертям, Эмилия громко заверещала:
– Эй! Остановите её!
Буквально у нас под носом, мелкая тварь, похожая на большую волосатую крысу, вцепилась зубами в один сухпаёк, второй зажала в ловких лапках и дала дёру в сторону колючих зарослей.
Мы с Домиником одновременно бросились за ней, но догнать в темноте так и не смогли.
– Твою же налево!
Ник плюхнулся у костра, сведя брови у переносицы. Остаться без еды на незнакомой планете довольно паршиво. Мы больше не слышали звуков цивилизации, да и в лесу не было ни единого намёка на разум. Более того, мы даже не знали, в правильную ли сторону идём.
– Значит, сожрём Эмилию, – выплюнул Ник.
– Доминик, ты не капитан, а полное разочарование, – вздохнула Эми. – Как тебе вообще должность дали?
– Что не так? У тебя вполне аппетитная попа!
Хоть Эмилия и покрылась румянцем, но отступать не планировала.
Она положила перед собой бластер из спасательного набора и грозно посмотрела на мужчину:
– Только попробуй, и сам станешь обедом.
– Это что, угрозы? Капитану?
– Вы оба, заткнитесь! – рявкнул я. – Ещё скандалов ваших не хватало.
– Пусть прекратит строить из себя дурака! Он же капитан, должен найти варианты, как спасти то, что осталось от его команды!
– Ты что, первый день знаешь Ника? Просто не обращай внимания на его слова.
Я осмотрел поляну и подвинул свой спальник ближе к огню. Температура быстро падала, а из-за высокой влажности казалось, что ещё немного и пойдёт пар изо рта.
Эмилия недолго ворчала проклятия под нос и разложила спальник подальше от Доминика.
Хмурый капитан остался в одиночестве, ковыряя палкой горячие угли.
Наконец, наступила блаженная тишина. Приятный треск костра убаюкивал, а злая рожа Моро дарила спокойствие. Если прямо сейчас на поляну ворвутся чудовища, он их в гневе порвёт. Вот и пусть рвёт, а я пока посплю.
Едва меня накрыла приятная дрема, как тишину снова нарушил визг Эмилии.
Я вылетел из спальника, хватая первую попавшуюся под руку палку, но заметил лишь убегающую мохнатую подругу. Похоже, крыса вернулась в надежде поживиться ещё какой-нибудь инопланетной вкуснятиной.
– Она по мне ползала! – верещала Эми, прыгая вокруг костра.
– Укусила?
– Нет! Но у неё противные лапки! И сама она мерзкая, и хвост холодный!
– Уверен, она о тебе того же мнения, – усмехнулся Доминик, возвращаясь к костру.
Эмилия рухнула у огня, стараясь не смотреть на довольного Ника.
– Больше не засну, – ворчала она. – Надо же, прям по мне ползала, вот же наглая какая. Огнемёта не хватает.
– Тебе ещё дежурить, так что расстилай спальник рядом со мной. Если крыса вернётся, Доминик прогонит.
– Ого, у кого-то намечается страстная ночь? – съязвил Ник. – Не забудьте предохраняться, кролики.
– Не смешно, дружище. Грызуны могут быть переносчиками опасных болезней.
– Ой, да не душни, Пол. Так и скажи, что лохматая тварь всего лишь предлог, чтобы лишить Плюшку невинности.
