Он ведет, всецело, без возможности скрыться. Виктор обхватывает член у основания и бьет им по моим губам, размазывая помаду. Я подчиняюсь, потому что шанса на отказ тут просто нет.
— Сделай-ка мне минет для начала, Рокотова. Старайся, если хочешь жить!
Слезы бегут по щекам. Ничего более унизительного в моей жизни не было. Сопротивление бесполезно, Виктор сотрет меня в порошок.
Я закрываю глаза и шире распахиваю рот чтобы принять в себя его член. Он большой, твердый как камень и до боли разрывает мне губы.
Чувствую крепкий захват Виктора. Его сильные руки. Он зажал меня как моль и ему определенно это нравится. Видеть, что теперь я в клетке. Голая. На коленях перед ним.
— Мм, нет!
— Не дергайся, не то к чертям рот порву, тихо!
Я реву, но пытаюсь делать ему минет. Как могу, как думаю будет верно, хотя опыта у меня нет. Дядя держал меня в ежовых рукавицах и выдал замуж, как только у него представилась хорошая возможность. Я думала, Славик будет нежен, он всему меня научит, а вместо этого я попала к безумному дьяволу, который мечтает меня убить.
Это грязно, порочно и просто за гранью. Виктор сжимает зубы и ждет, смотрит на меня сверху вниз, но когда я начинаю захлебываться слезами, толкается в мой рот сам.
Несколько жестких движений так глубоко мне в рот и я задыхаюсь, пищу, пытаюсь вырваться. Кажется, я сейчас умру.
Чертыхнувшись, Беркутов резко вынимает член из моего рта и сильно кончает. Его лицо при этом искажает гримаса ярости. Он недоволен и это еще мягко сказано.
Я же от шока только и могу что вытереть слезы. Я такого никогда не испытывала. Со мной никто так не обращался.
— Ты ни черта не умеешь, красивое тело, но просто как кукла деревянная! Молись, чтобы другие твои дырки оказались рабочими!
— Ненавижу, вы просто дикий зверь, животное!
— Спасибо, меня все любят, я знаю и запомни, Рокотова: ты жива, пока я не решил обратного. Если твой дядюшка не выполнит моих условий, я грохну тебя и закопаю вон там под забором!
После этого Виктор отбрасывает меня от себя как мусор, застегивает брюки и выходит. Я падаю на сено, заливаясь слезами. Губы горят огнем, на запястьях красные пятна от его захвата.
Голая, вся в его сперме и запахе я судорожно всхлипываю, не в силах поднятся.
Я в аду и мне попался самый страшный палач в мире.
Глава 5
Я хотел ее убить, сожрать, разорвать и воскресить, все вместе. За эти пять лет Рокотова превратилась в охуенную самку, на которую у меня стоял просто за километр.
Когда увидел ее в том свадебном платье и рядом этого сопляка ее мужа стало смешно. Так дешево себя продала, и нет, я не тот, кто будет делиться.
Ее муженек наложил в штаны, он сам от нее отказался, хотя я ни на миг не сомневался в обратном.
Невеста, моя чужая жена, красивая конфета. Мурка так и приглашала на брачную ночь. Я мог бы сделать с ней что угодно в том хлеву, но я не спешил. Пять лет без бабы, конечно же я хотел секса, но еще больше я хотел именно ее.
И если в суде Рокотова была просто девчонкой с большими зелеными глазами и красивой фигуркой, то теперь эта самка расцвела на полную катушку, превратившись в лакомую сирену.
Как только разорвал на ней платье, увидел свой приз и да, там было на что посмотреть. Высокая, как гитара фигурная, плотная грудь, острые розовые соски. Эта кошка завела меня, я не сдержался, хотя в насилие играть не хотелось.
Мне скорее хотелось ее задушить, он я не стал. Рано, тем более что пока дядя ее не вызрел, она нужна мне целой.
Сосать мурка не умела. Пищала, ревела, боялась член взять в рот. По виду так целка, хотя ей двадцать три и я в сказки не верю.
Разработал ей рот, но мне не понравилось. Она была не то что деревянной, а никакой просто. Это даже минетом не считается.
Яйца адски ныли, хуй колом просто стоял, а она тряслась так, точно я ее тут убивал. Я быстро кончил, потому что хотел ее, хотел разрядки, но не почувствовал ничего кроме неудовлетворения. Сильнее только раздразнил себя.
Я оставляю свою чужую жену в хлеву и закрыв ее на замок, выхожу на улицу. Мне жарко, хотя на дворе мороз. Кровь кипит, я отплачу каждому, и это не пустые звуки.
***
Тоха и Стас (брат Виктора)
— Алло.
— Стас, Виктор вышел!
— Знаю.
— И? Ты слышал, что он уже в городе вытворяет?
— Я ему не мамка, Тоха, носится как наседка за ним не буду.
— Виктор опасен. Твой брательник совсем потерял тормоза! За какую-то неделю он уже успел сколотить новое кубло и запустил в работу рэкетирскую машину.
— Блядь… ну а я то при чем? Что ты мне звонишь, жалуешься? Тоха, занимайся своими делами.
— Вообще-то, у меня клуб Бакира. Если его церберы припрутся к нам за данью, я положу их, но процент отстегивать не стану. Просто предупредил. С таким рвением твоего брата на этот раз не только на зону посадят, но и тупо грохнут. И не жалуйся потом, на хуй ты вообще его вытащил? Сидел бы Витюша и дальше в клетке, всем было бы спокойно. Видишь теперь что происходит, он точно с цепи сорвался!
— Истерику прекрати. Разберемся.
— Разбирайся живее, пока деятельность старшенького вам всем не аукнула. У тебя дети. Я предупредил.
***
Виктор и Михаил Бакиров
— Алло.
— Бакир, это я.
— Кто “я”?
— Виктор Беркутов!
— Привет, Витя. Говори.
— Я хочу стать мэром города.
— Рад за тебя. Далеко пойдешь.
— Нет, Миш, ты не понял. Я хочу, чтобы ты работал со мной! Прибыль пополам, ты знаешь, я не жадный.
— Не пизди, Вить, ты жадный. За копейку удавишься.
— Ладно, ну я буду делиться! Я хочу снести Гафара с престола. Борода слишком долго уже там сидит.
— Витя, Гафар чечен, он тебе глотку за такие слова перережет. Осторожнее на поворотах.
— Мне по хуй. Мне нужна власть. Так что, ты со мной? Мы вместе начинали. Я помню, ты был неплох. Миша, я вышел из зоны и мне нужна поддержка. Я хочу получить ее от тебя.
Говорю прямо как есть, мне нужны сильные союзники и то место, куда я рвусь, не достается так легко. Бакиров когда-то был мэром, я уже пробил его за последние года. У него остались связи, теоретически, он может меня подтолкнуть к власти.
— Виктор, я хорошо знаю твоего брата Стаса, и если бы он метил в мэры, я бы ему помог. Но ты не Стас, ты в эту категорию не попадаешь. На рожон лезть ради твоих амбиций я не буду.
Чертов медведь. Ладно.
— Как знаешь, Миша, но земля круглая.
— Смотри не упади со своей круглой земли.
Выключился, гребаный медведь, но благо, кроме него полно тех, кто встанет на мою сторону. Кстати, как там поживает мой братец Стас.
***
Через час я уже под забором Стаса. Трехметровый забор, кстати, наверное, меня ждет.
Я был бы не я, если бы не умел открывать замки, так что без труда пробираюсь в дом, оказываясь, блядь, в какой-то сказке. Рюши и цветы, розовые пони, куча игрушек. Словно оказался в детском саду.
Стас с ума сошел, я чего-то упустил, наверно?
Шагаю внутрь дома. Пахнет выпечкой, на столе пироги, о, а вот и хозяйка.
Кучерявая краля оборачивается ко мне и замирает на месте. У нее на руках детеныш, рядом мельтешит еще один. Глазищи огромные и такая аппетитная, на месте бы сожрал. Красивая, где только Стас такую откопал и не делится.
Адресом ошибся? Точно нет, тогда какого дьявола у Стаса тут ясли.
— Вы кто?
— Родственник. А ты кто, чудо?
Девушка хлопает на меня глазищами. Ошарашена, сильнее прижимает детеныша к себе. Люблю мамаш, они всегда что надо. Горячие, кончают сладко и текут как суки, просят еще.
— Я Тася. Стаса нет дома. Зайдите в другой раз.
— А я не хочу в другой, я уже пришел. К тебе.
Девка быстро пятится назад, укладывает мелкую в манеж. Хватает телефон, но я быстрее.
— Куда звоним, солнышко?
— Мужу.
— А муж это Стас, верно?
— Да.
Оказываюсь близко к ней. Пахнет сиренью и такая сладкая, что аж тошно. Хорошая, аппетитная телка. Сиськи, жопа, мордашка смазливая, все на месте. Глазища голубые, губы пухлые, боже, она просто прелесть. А волосы какие. Как русалка живая. Стас знает толк в бабах, моя школа.
— Мамаша, где мой брат?
— Виктор, это вы…
— Да, детка! Кто ж еще. Где мой братик, солнышко?
— Он вышел. На работе…
Ее голос дрожит и сбивается. В глазах страх, обожаю такую реакцию. Поиграть в кошки-мышки, хотя одна киса у меня уже в клетке и так под замком.
Стас не жадный, подвинется. Ну же.
Провожу ладонью по ее бедру, трогаю за жопу. Боже, Стас гребаный счастливчик. Вот это он конфету отхватил.
— Хорошая какая. Ммм, нравишься мне!
— Не трогайте меня! Не трогайте!
Ее настроение меняется, но я сильнее. Фиксирую кралю у стола, ставлю обе руки рядом. Хрупкая она, невысокая и вся такая аппетитная, слюни блядь, текут.
Она дрожит, аж подкидывает ее. Забавная.
— Чш, ну чего ты такая пугливая? Не бойся. Я не обижу.
— Стас еще не вернулся! Пожалуйста, Виктор…
— Ну значит, мы можем хорошо провести время вместе, пока Стасика нет. Да? Иди ко мне, зайка, покажи что можешь.
Зажимаю ее. Мне нравится ужас в глазах этой конфеты. Люблю дразнить, а она же так и манит, удержаться невозможно. Боже, какая сладкая у Стасика жена!
Глава 6
Я не помню себя до двенадцати лет. Какие-то обрывки, мельком родители. Не знаю, что случилось, дядя сказал, что после смерти мамы и отца у меня был шок, часть воспоминаний стерлось, а то что осталось, было таким шатким и призрачным, что лишний раз я вообще старалась не трогать раннее детство.
Мои родители погибли в автокатастрофе. Один миг и все, детство закончилось. Отец владел несколькими строительными компаниями, мы жили обеспеченно. Я ни в чем не знала отказа, но самое главное — они любили меня.
А потом авария, похороны, суд и я оказалась у дяди. Дяди, которого до этого видела крайне редко, я не почти не знала.
Отец с ним мало общался, мне пришлось заново знакомится с родней. Так как я была несовершеннолетней, дядя стал моим опекуном и оформил временное управление компаниями на себя.
