«Темному не пришлось бы чинить, если бы ты не порезала», – ответил Тэйрн.
«Хватит его так называть».
На пути по плечу Тэйрна у меня подломилось колено, и я вскинула руки, чтобы удержать равновесие, проклиная свои предательские суставы. После часа в седле при такой температуре больное колено – это ерунда; хорошо, что вообще еще двигается.
«Хватит отрицать очевидное. – Тэйрн осуждающе медленно выговаривал каждое слово, пока я обходила обледенелый участок и готовилась спешиться. – Его душа уже не принадлежит ему».
«Как драматично. – Я не собиралась снова ввязываться в этот спор. – Его глаза опять стали обычными, и…»
«Подобная мощь вызывает зависимость. Ты сама это знаешь, иначе бы не притворялась по ночам, что спишь». Тэйрн вывернул голову в змеином движении и пронзил меня взглядом золотых глаз.
«Да сплю я. – Это была не совсем ложь, но в любом случае лучше бы сменить тему. – Ты заставил меня чинить седло самой, чтобы преподать какой-то урок? – Пока я скатывалась по ноге Тэйрна, моя задница возмущалась из-за каждой чешуйки. Но наконец это закончилось, и я оказалась по колено в свежем снегу. – Или ты больше не доверяешь мое снаряжение Ксейдену?»
«Да».
Тэйрн поднял голову на уровень моей и опалил дыханием крыло, расплавив остатки льда, а я отвернулась от жаркой волны, так отличавшейся от температуры моего тела.
«Тэйрн… – Я не могла подобрать слова и просто посмотрела на него. – Перед собранием мне нужно знать твое мнение. Будет одобрение эмпирейцев или нет, но без тебя я не справлюсь точно».
«То есть ты хочешь знать, поддерживаю ли я твой миллион вариантов заигрывания со смертью ради исцеления того, кого уже не спасти?» – Он снова повернул голову ко мне.
Связь с Андарной затрещала от напряжения.
«Он не… – Я осеклась, потому что в остальном дракон был прав. – Если вкратце, то да».
Глубоко в его груди зарокотало.
«Я готов лететь, не разогрев крылья, чтобы перенести большой вес на большое расстояние. Это ответ на твой вопрос?»
Он имел в виду Андарну. Облегчение вырвалось из моих губ в виде клубящегося облачка.
«Спасибо».
Из драконьих ноздрей повалил пар.
«Но не принимай мою безоговорочную поддержку тебя и Андарны за веру в него».
Тэйрн поднял голову, обозначая, что разговор закончен.
«Поняла».
И я побрела по тропинке в снегу туда, где ждали Ри и Квинн. Ридок шел туда же, обходя Тэйрна подальше, стороной. Мои почти онемевшие от холода пальцы в перчатках возились с тремя пуговицами сбоку зимнего капюшона. Наконец ткань с меховой подбивкой подалась, и я освободила рот и нос, подходя к друзьям.
– У вас на маршруте все тихо?
Ри и Квинн явно замерзли, но, слава богам, не пострадали.
– Более того… пугающе скучно. Мы не видели ничего опасного. И яма, где жгли виверн, все еще просто куча пепла и костей. – Ри смахнула снег с капюшона, потом натянула его обратно на свои черные косы до плеч.
– Вообще-то последние десять минут мы в принципе не видели ни хрена. – Ридок запустил руку в перчатке в волосы, а снежинки соскальзывали с его блестящих щек, не тая.
– Ты-то хотя бы заклинаешь лед. – Я показала на его раздражающе чистое лицо.
Квинн наспех стянула светлые кудри в узел.
– Ты тоже можешь согреться заклинаниями.
– Не собираюсь рисковать молниями, пока не увижу цель. – Особенно оставшись без своего единственного преимущества в бою. Я взглянула на Ридока, за спиной которого взлетали на патрулирование драконы секции Хвоста. – О чем ты там спорил с Аотромом?
– А, прости. – Ридок поморщился и понизил голос. – Он хочет обратно в Аретию, домой. Говорит, к поискам седьмой породы нужно приступать оттуда.
Ри кивнула, Квинн сжала губы в тонкую линию.
– Да, могу его понять, – сказала я. Это было распространенное мнение в стае. Мы здесь не самые званые гости. Единство наваррских и аретийских всадников исчезло, не успела отгреметь битва. – Но единственный путь к союзу, который спасет граждан Поромиэля, – это оставаться здесь. По крайней мере, пока.
Не говоря уже о том, что этого требует Ксейден.
«Он остается, потому что наваррские чары защищают тебя от него».
Я не обратила внимания на это ценное замечание, и Тэйрн пустил очередную струю огня, отогревая левое крыло, затем оттолкнулся от земли и взмыл в небо, к остальным.
Когда мы вышли из туннеля под хребтом, отделяющим жилые корпуса от тренировочной площадки, во дворе было практически пусто. На вершине ротонды, к которой сходились все постройки квадранта, лежал снег, как и практически всюду. Кроме южной крыши учебного крыла слева, где на самой высокой башне ярко горело пламя Малека, пожирая имущество наших погибших, как того требует бог.
Может, бог смерти и проклянет меня за то, что я сохранила личный дневник матери, но вообще-то и мне было что ему высказать в глаза при встрече.
– На доклад! – приказала нам Аура Бейнхэвен, стоявшая на помосте вместе с Эваном Фабером – коренастым и мрачным командиром того немногого, что осталось от Четвертого крыла из Наварры.
– А, хорошо, вы все вернулись. – Эван сложил руки на груди, его голос был пропитан сарказмом. – А мы так волновались.
– Когда мы улетали, этот козел только-только успел стать командиром отряда в секции Когтя, – пробормотал Ридок.
– Этим утром все тихо, – ответила Рианнон, и Аура кивнула, но ответить не соизволила. – Есть новости с фронта?
У меня внутри все сжалось. Незнание было мучительным.
– Ничего такого, чем можно поделиться с бандой дезертиров, – ответила Аура.
Ой, да пошла она.
– Эта банда дезертиров спасла ваши задницы! – Квинн подняла средний палец, и мы быстро прошли мимо, хрустя сапогами по заснеженному гравию. – Наваррские всадники, аретийские… Так воевать невозможно, – сказала она нам тихо. – Если они не примут нас, у наездников на грифонах нет даже минимального шанса.
Я кивнула. Над этим вопросом работала Мира – руководство не допустило бы к применению то, о чем она знала, даже если бы это спасло переговоры. Напыщенные сволочи.
– Девера и Каори вернутся со дня на день. Они выстроят иерархию, как только королевские семьи подпишут договор и, надеюсь, помилуют нас за дезертирство. – Ри склонила голову набок, когда из ротонды перед нами вышла растрепанная Имоджен. Ее длинная розовая челка касалась скулы. – Кардуло, ты пропустила патруль.
– Лейтенант Тэвис дал мне другое назначение, – объяснила Имоджен, не смутившись ни на секунду. Ее взгляд тут же упал на меня. – Сорренгейл, надо поговорить.
Я кивнула. Она присматривала за Ксейденом.
– Завтра не пропускай. – Ри и остальные двое прошли мимо Имоджен, затем Ри задержалась на ступеньках ротонды и бросила взгляд через плечо, пока остальные зашли внутрь. – Погоди. Мира вернется сегодня?
– Завтра.
Тревога повязала красивый бантик у меня на горле и затянула его. Одно дело – строить планы, и совсем другое – их выполнять, особенно когда впоследствии мои любимые станут предателями… опять.
«Все возможные методы», – напомнила мне Андарна.
«Все возможные методы», – повторила я, как мантру, и расправила плечи.
– Хорошо. – На лице Ри медленно расползлась улыбка. – Когда закончите, найдете нас в лазарете. – Она кивнула и поднялась по ступеням в ротонду.
– Ты сказала второкурсникам, чем занята Мира? – шепнула Имоджен с оттенком обвинения в голосе.
– Только всадникам, – возразила я так же тихо. – Если попадемся только мы, это измена, но если летуны…
– То это война, – договорила за меня Имоджен.
– Ридок, ты что, заморозил дверь? – раздался окрик Ри с лестницы. Она всем своим весом навалилась на ручку правой створки, а потом плюнула и прошла в левую. – А ну, вернись и отмораживай, живо!
– Да уж. Кому говорить, как не им. – Имоджен потерла переносицу, а изнутри ротонды послышался хохот Ридока. – Вы вчетвером – сплошная головная боль. Чудо, если мы все это провернем и нас не казнят.
– Тебе участвовать необязательно. – Я смотрела на нее так, как и не мечтала бы полтора года назад. – Я все равно это сделаю, с тобой или без тебя.
– И откуда такая наглость, а? – Уголок ее рта пополз вверх. – Расслабься. Если план придумывает Мира, я, конечно же, в деле.
– Она не умеет проигрывать.
– Уж это я поняла. – Снег хлестнул нам в лица, и взгляд Имоджен посерьезнел. – Но, пожалуйста, скажи, что ты не разболтала своей авантюрной четверке, почему мы это делаем.
– Конечно, нет. – Я сунула перчатки в карман. – Он до сих пор бесится, что я «отяготила знаниями» тебя.
– Тогда пусть перестанет делать глупости, чтобы за ним не пришлось подчищать. – Она потерла замерзшие ладони и последовала за мной вверх по ступеням. – Слушай, я хотела сказать это наедине, потому что мы тут поговорили с Гарриком и Боди…
– Без меня? – Я напряглась.
– О тебе, – без тени смущения пояснила она.
– Еще лучше. – Я потянулась к ручке двери.
– Мы решили, что тебе стоит задуматься о твоем ночлеге.
Моя рука сжалась на ручке, и я подумала, не садануть ли Имоджен дверью в лицо.
– А я решила, что вы все можете пойти на хрен. Я от него не сбегу. Даже когда он теряет контроль, он меня не трогает. И никогда не тронет.
– Я их предупреждала, что ты так и скажешь, но не удивляйся, если они не отстанут. Рада слышать, что хотя бы ты еще предсказуема, в отличие от Риорсона.
– Как он этим утром?
Мои щеки покраснели, когда мы вошли в ротонду, и я надвинула капюшон обратно. Без классов, построений и всякого ощущения порядка учебное крыло стояло заброшенным, но зал собраний и общие комнаты были забиты слонявшимися без дела, взволнованными, встревоженными кадетами, которые хотели только пережить следующий патруль и выместить свою досаду на ком-нибудь еще. Любой из нас убил бы за нормальный, прежний инструктаж.
– Как всегда, угрюмый и упрямый, – ответила Имоджен.
Мы молча прошли по коридорам жилого корпуса, миновали компанию прожигавших нас взглядом второкурсников из Первого крыла – в том числе Кэролайн Эштон, а значит, те, кто заставляет говорить правду, ее уже проверили. Благо лестница в квадрант целителей оказалась пустой.
– Собираешься ему рассказать, что мы задумали?
– Он знает, что нас отправят на поиски рода Андарны. Остальное? Ему лучше не знать. – У туннелей я кивнула паре аретийских всадников из Третьего крыла, но снова заговорила, только когда они остались позади. – Он переживает из-за возможности случайной утечки – глупо, и все же я уважаю его желания.
– Жду не дождусь, когда он узнает, что ты возглавила собственное восстание. – Имоджен ухмыльнулась, когда мы миновали крытый переход в квадрант целителей.
– Это не восстание, а я… я его не возглавляю.
Ксейден, Даин, Ри: вот они – прирожденные предводители. Они вдохновляют и отдают приказы в интересах отряда. А я просто делала то, что в моих силах, чтобы спасти Ксейдена.
– В том числе ищешь род Андарны? – Имоджен распахнула дверь в квадрант, и я последовала за ней.
– Это другое, и я ничего не возглавляю, я… просто помогаю выбрать лидера. Ну, или хотя бы надеюсь, что у меня это получится. – Я снова подумала, как же многолюдно тут стало, проходя мимо тихо лежащих пациентов – в основном в голубой форме пехоты, – и увидела, что среди них снуют писцы в капюшонах: наверняка собирают рассказы с поля боя. – Звучит похоже, но суть разная.
– Неужто? – Имоджен не скрывала сарказма. – Ну что ж, послание доставлено, я сказала, что хотела. Сообщишь, когда вернется Мира. – Она направилась к главному кампусу. – Передавай Сойеру привет. И удачи сегодня днем!
– Спасибо, – сказала я ей вслед и повернулась к лазарету.
Когда я вошла в двойные двери, в нос ударили запахи трав и металла. Я посмотрела направо и помахала Трегеру – он с летунами, обученными исцелять, помогал чем мог.
Тот кивнул в ответ, стоя возле койки пациента, затем взял иголку и нитку. Я зашагала быстрее, чтобы не мешать целителям, сновавшим туда-сюда и то и дело нырявшим за занавески, где на рядах коек отдыхали раненые. Из последней импровизированной палаты послышался смех Ридока. Бледно-голубые занавески были отдернуты и подвязаны кверху, открывая взгляду ворох зимних летных курток в углу и примерно половину второкурсников из нашего отряда, сгрудившихся у койки Сойера.
– Хватит преувеличивать, – говорила Рианнон, сидя на деревянном стуле в изголовье и грозя пальцем Ридоку, который устроился на койке прямо там, где когда-то была нижняя часть ноги нашего товарища. – Я просто сказала, что это стол нашего отряда и им лучше…
– Тащить свои трусливые жопы обратно в Первое крыло, где им и место, – со смехом договорил за нее Ридок.
– Не может быть, чтобы ты так сказала. – Уголок губ Сойера дернулся вверх, но настоящую улыбку это не напоминало.
– Сказала-сказала. – Я подобралась ближе, стараясь не наступить на вытянутые ноги Кэт и Марен, и расстегнула летную куртку, чтобы бросить в кучу к остальным.
– На что только всадники не обижаются. – Кэт выгнула темную бровь и лениво перелистнула учебник истории Маркема, лежавший у нее на коленях. – Сейчас у нас есть проблемы поважнее.
– Что правда, то правда, – кивнула Марен, заплетая свои темно-каштановые волосы в косу из четырех прядей.
– Кстати, как патрулирование? – Сойер без посторонней помощи принял сидячее положение, опершись на спинку кровати.
– Тишина, – ответил Ридок. – Начинаю верить, что мы отловили всех.
– Или они смогли сбежать, – пробормотал Сойер, и его взгляд снова потускнел. – Скоро вам придется отправиться за ними.
– Только после выпускного. – Ри скрестила ноги. – Кадетов за границу не отправляют.
– Кроме Вайолет, конечно. Ее отправят на поиски седьмой породы, чтобы мы победили на этой войне. – Ридок с самодовольной улыбкой бросил на меня взгляд. – Не переживай, я ее защищу.
