Я не понимала, всерьез он говорит или подкалывает. Кэт фыркнула и перелистнула страницу.
– Будто кто-то отправит тебя. Гарантирую, полетят только офицеры.
– Не может быть. – Ридок покачал головой. – Ее дракон – ее правила. Верно я говорю, Ви?
Все повернулись ко мне.
– Если мне позволят, я предоставлю список тех, кому доверяю и кого хочу взять с собой.
Список, который переписывался так часто, что я уже и не была уверена, нужный ли вариант у меня с собой.
– Бери весь отряд, – посоветовал Сойер. – Мы лучше всего действуем в команде. – Потом фыркнул: – Кого я обманываю. Это ты лучше действуешь в команде. А я и по лестнице теперь не поднимусь. – Он кивнул на костыли рядом с койкой.
– Ты все еще в отряде. И не забывай пить. – Ри потянулась за оловянной кружкой через стол, где лежала записка – похоже, почерк Есинии.
– Вода мне ногу заново не отрастит. – Сойер взял кружку, и металлическая ручка зашипела, подстраиваясь под его руку. Он взглянул на меня: – Знаю, не стоит так говорить после того, как ты потеряла родную мать…
– Боль – это не соревнование, – успокоила я его. – Ее всегда хватает в избытке.
Он вздохнул:
– Меня навещал полковник Чендлир.
Внутри меня все рухнуло.
– Тебя отправляют в отставку?
Сойер кивнул.
– Что? – Ридок сложил руки на груди. – Второкурсники не уходят в отставку. Умирают? Да. В отставку? Нет.
– Я-то понимаю, – начал Сойер. – Просто…
И тут по лазарету разнесся жуткий вопль, означавший нечто похуже боли – ужас. Кровь застыла у меня в жилах, а волосы встали дыбом. В наступившей тишине я вскочила и выхватила кинжалы.
– Это что было? – Ридок соскользнул с койки Сойера, и остальные тоже последовали за мной, когда я выскочила из импровизированной палаты и развернулась к открытым дверям лазарета.
– Она мертва! – В лазарет ввалился кадет в голубой форме пехоты и рухнул на четвереньки. – Они все мертвы!
Невозможно было не узнать серый отпечаток руки у него на шее.
Вэйнители.
У меня екнуло сердце.
Мы не видели их в патрулях, потому что они были здесь.
Глава 2
Самые редкие печати – те, что встречаются раз в поколение или в сотню лет, – насколько нам известно, манифестировали лишь дважды, и каждый раз – в переломный момент нашей истории. И всего единожды шесть самых могущественных магов жили на Континенте одновременно. Как бы это ни было поразительно наблюдать, я бы не хотел дожить до другого такого случая.
Майор Далтон Сиснерос. О печатях
«Они в крепости!» – заревел Тэйрн.
«Я догадалась».
Я быстро сменила кинжалы на те, что были сделаны из нужного сплава, и тут же передала один Сойеру:
– Сегодня никто из нас не умрет.
Он кивнул, взяв клинок за рукоять.
– Марен, защищай Сойера, – приказала Рианнон. – Кэт, помогай кому сможешь. Вперед!
– А я, видать… просто здесь постою? – Сойер выругался, а мы бросились между рядами больничных коек к выходу.
Мы первые достигли двери, где Винифред держала рыдающего кадета за руки.
– Вайолет, не ходи… – начала она.
– Запри двери! – крикнула я на бегу.
– Будто их это остановит, – бросил мне Ридок, когда мы втроем ворвались в туннель и тут же застыли при виде жуткого зрелища, открывшегося перед нами.
Одеяла на всех временных койках в коридоре были отброшены и обнажили иссушенные тела. Внутри меня все рухнуло. Как это могло произойти так быстро?
– Вот проклятье. – Ридок справа от меня выхватил еще один кинжал, а из двери позади нас выбежали еще два всадника, оба из Второго крыла.
Я потянулась к Ксейдену и обнаружила, что его щиты не просто поставлены, но и непробиваемы.
«Бесит, но ладно».
Я в состоянии драться сама, и со мной Ридок и Ри.
«У тебя нет проводника», – напомнил мне Тэйрн. А значит, я не могу метать молнии прицельно, особенно в закрытых помещениях.
«Я всегда лучше управлялась с кинжалами, чем с этой способностью. Предупреди всадников, которые охраняют камень чар».
«Уже», – отозвался он.
– Проверить переход! – скомандовала Рианнон двоим из Второго крыла, и они направились к квадранту всадников.
«Когда разберетесь, вынесите сюда тела вэйнителей, мы поджарим их потехи ради», – предложила Андарна.
«Попозже».
Я успокоилась, насколько это было возможно, и сосредоточилась.
– Смотреть в оба, – сказала Рианнон голосом твердым и четким, как и ее движение, которым она выхватила кинжал из сплава, и тут же встала по правую руку от меня. – Идем.
Мы двигались слаженно, быстро и тихо по коридору. Я смотрела вперед, а Ри и Ридок следили за левым и правым флангами соответственно, и их молчание говорило мне обо всем, что нужно знать. Выживших не было.
Мы уже подходили к повороту в другой коридор возле последней койки, когда с лестницы впереди выскочил писец и рванулся к нам – его балахон развевался, словно крылья.
Я перехватила кинжал за острие; сердце забилось с удвоенной скоростью.
– Куда они пошли? – крикнула кадету Ри.
С головы писца упал капюшон. Нет, это был явно не кадет: красные глаза и паутина вен на висках. Он запустил руку под балахон, но я уже метнула кинжал – раньше, чем он ухватился за рукоятку меча.
Кинжал засел в левой стороне груди вэйнителя, его глаза выпучились от изумления, и он мешком свалился на пол. Тело съежилось в считаные секунды.
– Проклятье. Я иногда забываю, как ты в этом хороша, – прошептала Ри, оглядываясь, и мы двинулись дальше.
– Как ты поняла? – спросил так же тихо Ридок, быстро откинув ногой высушенный труп в сторону и вернув мне кинжал.
– Писец бежал бы в Архивы. – Я забрала клинок и покрепче ухватилась за рукоять. – И спасибо. – Сила в металле гудела слабее, но все-таки гудела и вполне могла нанести еще один смертельный удар. Сколько вэйнителей мы с Имоджен видели по пути в лазарет, ни о чем не догадавшись? – Вот как они питались и оставались при этом незамеченными. Они переодеты в писцов.
С другой стороны туннеля приближались два силуэта в бежевых балахонах. В магическом свете стали видны нашивки первокурсников, и я приготовилась метать клинок снова.
– Снять капюшоны, – приказала Ри.
Обе фигуры вздрогнули. Кадетка справа быстро подчинилась, а вот руки ее спутницы дрожали, голубые глаза вперились в тело у моих ног.
– Это… – шепнула она и пошатнулась, и подруга обхватила ее за плечи.
– Да. – Я опустила клинок, не заметив красного отблеска в их глазах или вен на висках. – Возвращайтесь в Архивы и предупредите остальных.
Они развернулись и побежали.
– Вниз или вверх? – спросил Ридок, стоя перед лестницей.
Внизу раздался крик.
– Вниз, – сказали мы с Ри одновременно.
– Прекрасно. – Ридок размял шею. – Вниз по лестнице в пыточную, где поджидает несметное число отъевшихся темных колдунов. Развлекаемся.
Он пошел впереди, перебросив кинжал в левую руку, а правой изготовившись применять магию. Следом пошла я, а затем Рианнон.
Мы быстро крались по лестнице, боком, прижимаясь спинами к каменной стене, и я мысленно возблагодарила Эрана Норриса за то, что он строил в Басгиате каменные лестницы, а не деревянные, которые так легко могли бы заскрипеть… или загореться.
«Думай о настоящем, а не о прошлом», – выговорил мне Тэйрн.
Где-то внизу шел бой – слышалось разное, от лязга клинков до скрежета стали по камню. Но поторопил меня маниакальный хохот вперемешку с криками боли; от него во мне взыграла сила, заискрившись на коже.
«Контролируй ее!» – велел Тэйрн.
«Помолчи», – ответила я, закрывшись от него щитом, хотя и знала, что если он захочет, то легко пробьется.
– Хватит играть с жертвой, и помоги открыть дверь! – гаркнул кто-то внизу.
Если там открывают камеру, то они явно не на нашей стороне. Они пришли за Джеком.
– Сколько человек охраняет Барлоу? – шепнул Ридок, когда мы оказались у последнего поворота лестницы, выйдя из-за которого показались бы на глаза тем, кто поджидал внизу.
– Двое… – Ответ Рианнон вдруг заглушил низкий мучительный крик.
– Теперь один, – ответила я, приготовившись метать клинок правой рукой.
Перед нами показался вход в тюрьму, и я быстро оглядела слишком знакомое пространство, оценивая ситуацию.
Два темных колдуна в бежевых балахонах тянули дверь камеры Джека, одна вэйнительница медленно вела мечом с рубиновой рукояткой по горлу младшего лейтенанта, чьи руки были пришпилены к толстой столешнице кинжалами, а другая стояла в тенях.
Ее длинная серебряная коса, свисавшая из-под капюшона, мотнулась, когда она развернулась в нашу сторону; ее жуткие красные глаза под поблекшей татуировкой на лбу встретились с моими и слегка округлились. Я похолодела, когда губы вэйнительницы скривились в усмешке, перекосившей красные вены на висках, а затем она… исчезла.
Я моргнула из-за внезапного сквозняка, потянувшего меня за косу, потом уставилась на пустое место, где только что стояла беловолосая. Или я так думала. Мне померещилось?
Позади меня вскрикнула Ри, и я быстро перевела взгляд на охранника. Стол заливала кровь, и я сглотнула жгучую кислоту в горле, заметив еще два трупа – один в бежевом, один в черном. Женщина с рубиновым мечом у стола развернулась, ее короткие светлые волосы хлестнули по острым скулам, когда она уставилась на нас, демонстрируя разветвления красных вен на висках.
Я тут же метнула кинжал на случай, если соберется исчезнуть и эта.
– Всад… – тревожно начала она, но захлебнулась, когда горло пронзил мой кинжал.
Ридок бросился на двоих у двери, однако они уже были готовы: ближайший взмахнул мечом, от которого Ридок закрылся толстой полосой льда.
Я бросила во второго кинжал, одним прыжком преодолев последние ступеньки, но темноволосый вэйнитель отскочил с нечеловеческой ловкостью. Мой клинок отлетел от каменной стены за его спиной, пока я бежала к всаднику, истекавшему кровью на столе.
Проклятье!
Ри перепрыгнула тело убитой вэйнительницы, направляясь на подмогу Ридоку, а я двигалась в выбранном направлении, не спуская глаз с того, в кого промазала.
Вэйнитель взмахнул рукой, и в мою сторону что-то полетело.
– На пол, Ви! – крикнул Ридок, выбросив руку ладонью вниз, и мои ноги обдал холодок, а в лицо полетели шипы.
Я упала на колени и проскользила по ледяной дорожке, а над моей головой просвистела палица.
