Единственное моё преимущество было в том, что столб был ближе к тому месту, где я бежал, а троглодиту нужно ещё перескочить в соседний проезд.
Я добежал до конца очередного штабеля и сиганул в направлении столба. Попасть я попал, но приложился о торчащие скобы очень прилично. Зацепился тоже не сразу, сначала соскользнул и едва не грохнулся на землю, но всё же успел ухватиться. Палка с утюгом упала к подножию столба, удержать её в руках мне не удалось.
Я принялся быстро карабкаться наверх, под заливистый смех Инко. И понять её было можно, потому что троглодит, видимо, поняв, что не успевает меня перехватить, снова затаился. Он не мог не заметить сидящую на верхотуре девушку, поэтому на всякий случай имел её в виду и поскольку играл сейчас против двоих, не пренебрегал осторожность.
Похоже, зверюга была умная, а может быть битая. Не стала сразу огульно записывать нас в еду, а проявляла осторожность и старалась изучить новых противников. Да, с таким, дело иметь будет сложно.
Я забрался на самый верх и застыл там, глядя на территорию этого огромного склада металла под открытым небом. Троглодит как сквозь землю провалился. Я, грешным делом, стал думать, что может быть Инко всё же права и у страха глаза велики? Ведь каждый раз я видел эту тварь только частично и мельком…
Но всё обдумав ещё раз и в деталях вспомнив произошедшее, я утвердился в мысли, что не спятил. Троглодит был, просто он очень грамотно прятался на обжитой уже территории, где изучил каждый закуток.
– Тук-тук! – вдруг сказал кто-то совсем близко.
– А-а-а-а-а! – заорал я, но не от чужого голоса, а оттого, что неожиданно услышав кого-то рядом дёрнулся, нога соскользнула со скобы, и я чуть не улетел вниз, едва успев перехватиться руками за следующую скобу. Но она обломилась, и я пролетел ещё полметра, пока, наконец, снова не зацепился, получив кучу ушибов рук при этом.
Инко заливалась хохотом на всю округу, как будто я сейчас давал для неё индивидуальное комедийное представление.
– Алик, ты в порядке? Можешь сейчас говорить? – раздалось где-то совсем рядом.
– Какого чёрта? – заорал я, – что происходит?
Я сначала подумал, что кто-то по воздуху подлетел ко мне вплотную и разговаривает. Быстро оглянувшись по сторонам, я не увидел никого. Но голос был!
– Алик, это Марта! – раздался встревоженный голос, и я неожиданно осознал, что он звучит у меня в голове.
– Какая на хрен Марта? Убирайся из моей головы! – прокричал я, и после этой фразы вдруг понял, что нужно взять себя в руки. Шок прошёл, именно в эту секунду мне вроде бы ничего не угрожает, и теперь нужно разобраться, что происходит.
– Алик! – голос в голове теперь был не просто встревоженным, а очень испуганным, – что случилось? Ты что, меня не помнишь?
– Ты кто, и как ты оказалась у меня в голове? – спросил я.
Я говорил вслух, но голос собеседницы никто кроме меня слышать не мог, и со стороны это тоже, наверное, выглядело очень странно. Но судя по всему, уже не так весело, потому что Инко смеяться неожиданно перестала.
– Алик, не волнуйся, – принялся успокаивать меня голос, – я твой друг и у нас просто есть телепатическая связь. Это наш секрет, который мы никому не рассказываем. Что бы ни случилось, если ты этого не помнишь, то постарайся не распространяться об этой возможности.
– А я могу с тобой тоже говорить мысленно? – спросил я.
– А ты разве сейчас это делаешь не так? – спросил голос Марты.
– Нет! – постарался я ответить мысленно, и у меня вроде бы получилось.
– Произносить слова вслух не обязательно, – сказала Марта, – но и мысли я твои читать не могу. Ты должен просто обратиться ко мне в своём сознании, и тогда я тебя услышу.
– Сейчас ты меня слышишь? – спросил я.
– Да, и очень хорошо, – сказала Марта.
– Алик, с тобой всё в порядке? – крикнула мне со своего места Инко, потому что я вдруг замолчал, замер, и её это стало напрягать.
– Нет! – крикнул я ей в ответ.
– Что нет? – удивилась Марта.
– Это я не тебе! – ответил я.
– А, понятно, – ответила Марта, – так что произошло?
– Я потерял память, – решил рассказать я, – поэтому ничего не помню. Ничего и никого. Так что извини.
– У тебя на руке есть золотая печатка? – спросила с тревогой Марта.
– Да! – посмотрел я на перстень, который, кончено видел, но не придавал ему значения. Ну, есть и есть.
– Алик, послушай, это очень важно! Этот перстень непростой, это артефакт. И говорим мы сейчас с тобой тоже благодаря ему. Поверь, он очень важен. Постарайся его сохранить и никому не отдавай, что бы ни случилось, – сказала Марта, – ты сохранишь его?
– Да! – ответил я.
Хотя времени толком переварить случившееся у меня не было, но когда первый шок прошёл, я мысленно стал склоняться к тому, чтобы поверить голосу в голове. По всему было похоже, что она говорит мне правду. И это была ниточка к моему прошлому, причём такая, про которую Инко не знает и её не контролирует. И этим нужно будет воспользоваться.
– Я вышла на связь по делу, но, наверное, сейчас тебе рассказывать про него смысла нет, если ты ничего не помнишь, – сказала Марта, – могу я тебе чем-нибудь помочь?
– Вообще да, у меня много вопросов о прошлом, – сказал я, – может быть, ты поможешь мне что-нибудь вспомнить.
– Спрашивай! – с готовностью сказала Марта.
– Но только не сейчас, – сказал я, – я сейчас сижу на столбе, потому что удирал от троглодита. Мне не очень удобно разговаривать.
– Ой, извини! Не буду тебя отвлекать! – быстро сказала Марта, – удачи тебе! Как будет свободное время, звони, я тебе расскажу всё, что захочешь!
И я почувствовал, как связь разорвалась.
– Стой! – крикнул я мысленно, но было уже поздно.
Проблема была в том, что я не знал, как ей "позвонить", а она мне этого не объяснила! Теперь только придётся ждать, когда она сама не выдержит и свяжется со мной вновь. Надеюсь, это произойдёт в более благоприятный момент, чем сейчас.
– Эй, что с тобой происходит? – раздался голос Инко, но неожиданно снизу, – ты очень странно себя ведёшь!
Наверное, она, увидев все те странности, которые произошли и, не найдя им объяснений, решила посмотреть на меня поближе.
Я перехватился рукой и взглянул вниз, на Инко. Она стояла прямо возле столба и озадаченно смотрела на меня, уперев руки в бока. А прямо за её спиной вырастала огромная фигура троглодита с распахнутой пастью.
6. Меченый
– Сзади! – заорал я.
Через секунду Инко на прежнем месте не оказалось, и пасть троглодита схватила воздух. Девушка передвигалась очень быстро! Я даже не сразу понял, куда именно она отскочила, но оказалось, что она за спиной этой склизкой твари.
Я быстро полез вниз – негоже сидеть на столбе, когда на твою спутницу нападает огромная хищная тварь. Даже если твоя спутница намного сильнее тебя. А пока что получалось именно так, ведь я не умел выпускать из рук плазменные клинки!
Но Инко не стала использовать свои «сабельки», видимо, посчитав их неподходящим оружием для этой схватки. Она обдала троглодита шквалом огня, который обогнув тушу твари, добрался и до столба, заставив меня судорожно карабкаться обратно наверх.
Когда пламя опало, я снова заспешил вниз. Надо сказать, что троглодиту не понравилось, когда его попытались поджарить, однако фатальных последствий на его организм это не оказало. Даже, наоборот, он как будто разозлился.
Инко, поняв, что её атака оказалась недостаточно эффективной, молниеносно взобралась на ближайший штабель, чтобы занять господствующую высоту.
Я же, превозмогая боль от того, что приходилось опускаться по горячим скобам, быстро оказался на земле. Моей целью был утюг. Пламя практически не зацепило палку с узелком, которые оказались прикрыты тушей троглодита.
Я подхватил этот шест и только успел приподнять над землёй, как понял, что троглодит на меня смотрит. Как? Он же только что был ко мне спиной, потому что дрался с Инко! Но тут же я понял как: харя выступала прямо из массы тела. Да, теперь я воочию смог увидеть, что такое адаптивная структура тела. Вместо того чтобы разворачивать всю тушу, он просто «проявил» голову в нужном месте.
– Банзай! – раздался громкий и пронзительный крик Инко, после чего я увидел её летящей над троглодитом с двумя плазменными мечами, воздетыми над головой.
Она приземлилась на тушу и вонзила в неё оба клинка со всей своей силой, погрузив их в тело монстра по рукоять!
Троглодит издал пронзительный вопль, и на какую-то долю секунды мне показалось, что всё, победа за нами. Но на самом деле всё было несколько иначе.
Когда Инко приземлилась на упругую тушу, та под ней сильно прогнулась, а потом, уже после того как мечи вонзились в тело, распрямилась обратно подобно пружине, отправив мою спутницу в полёт.
Отброшенная Инко орала, улетая по высокой дуге куда-то за штабеля, и в её крике угадывались какие-то матерные слова, но не до конца оформленные в мысль. Глухой удар прервал этот поток.
У меня внутри что-то ёкнуло. Я остался один? С сомнительным утюгом в узелке, который всё никак не мог достать?
Я начал быстро перебирать руками по палке, приближая узелок к себе.
Я начал пытаться сорвать его, чтобы достать утюг, но он оказался удивительно крепко привязан.
Я выругался на того, кто додумался завязать такой тугой узел, и в ту же секунду понял, что винить некого, потому как это сделал я сам, чтобы узелок не упал с шеста.
Троглодит начал разевать свою пасть, практически нависая надо мной.
– Банзай! – снова раздался пронзительный крик, и я увидел летящую над троглодитом Инко, но уже не с мечами, а с длинным огненным копьём в руках.
Всё повторилось в точности как в прошлый раз. Она приземлилась на троглодита, пробила копьём его тушу, причём насквозь, так, что я даже увидел, как это полыхающее копьё появилось снизу и вошло в землю. Туша троглодита прогнулась, он издал истошный вопль, но потом «пружина» распрямилась и Инко вновь улетела далеко за штабеля. И вновь поток матерщины оборвал глухой удар.
Я понимал, почему она предприняла вторую атаку, использовав уже очевидно нерабочую схему. Инко пыталась отвлечь троглодита от меня, а на новые идеи просто не было времени. Надеюсь, что она не сильно страдает при падении, ведь обычный человек в такой ситуации может себе все кости переломать. Но она, судя по всему, была не совсем обычной.
События развивались очень стремительно, думать было особо некогда, однако где-то в глубине души я был просто потрясён двумя вещами: первая, так это боевая мощь Инко, которая оказалась просто потрясающей, и у меня были подозрения, что я видел пока что далеко не весь арсенал; и вторая, так это то, что на троглодита вся эта мощь не подействовала. Наверное, он испытывал боль и дискомфорт, но все наносимые ему повреждения были не фатальными и он, казалось, тут же про них забывал.
И тут я со своим узелком!
Всё это время я пытался распутать то, что сам там навязал. Чуть не переломав все ногти, я умудрился стащить узелок с палки, которую тут же отшвырнул. Как оружие она сейчас совершенно не годилась.
Повезло, что ткань была ветхая, и мне удалось-таки её разодрать и извлечь утюг на белый свет, как раз когда троглодит начал открывать свою пасть.
– Стой! – крикнул я, вытянув вперёд руку с чем-то похожим на утюг, но давно уже им не являющимся.
Троглодит замер. Его этот предмет несколько озадачил. Видимо, он что-то почувствовал, но не мог до конца понять, что именно.
Я не знал, чем именно опасны утюги для троглодитов. И уж тем более не знал, где проходит грань между утюгом и не утюгом. Например, игрушечный утюг им опасен? А сломанный? Где та грань, за которой они уже не опасаются того, что когда-то было утюгом? Вопрос был очень интересный, но, к сожалению, без ответа.
Но поскольку троглодит, увидев утюг, не испугался и не бросился наутёк, похоже, что наш предмет находился за гранью. В этой стадии сохранности он уже был не опасен. Утюг утратил свою экзистенциальную утюговую суть.
Мелькнула фигурка в плаще, и Инко стремительно подбежала ко мне. Она встала рядом, тяжело дыша:
– Мои погремушки его не берут! – пытаясь отдышаться, сказала она, – что утюг?
– Похоже, тоже не работает, – сказал я, – он, видимо, думает, что с этим делать, – я кивнул на троглодита. Но страха не видно.
Действительно, старый утюг вызвал у троглодита некоторый ступор. Он его не боялся, но и полностью сбросить со счетов, видимо, не мог. Инстинкты, сидящие у монстра где-то глубоко, заставляли его всё равно опасаться этой штуки.
– Может, не рискнёт нападать? – с надеждой сказала Инко.
– А ты чего припёрлась? – взглянул я на неё, – зачем рисковать двоим?
– Ну не знаю… а что, нужно было со стороны понаблюдать, как тебя сожрут? – пожала плечами Инко, – хорошо, в следующий раз именно так и сделаю.
– В следующий раз? Нам бы этот раз пережить! – усмехнулся я, по-прежнему держа утюг перед собой.
– Этот с утюгами уже сталкивался, – усмехнулась Инко, – вот и не особо боится. Опытный!
– Откуда ты знаешь? – удивился я.
– Ты слепой, что ли? – Инко удивлённо посмотрела на меня, – не видишь у него на морде след от утюга?
Я присмотрелся и теперь увидел. Не то чтобы эта отметина была незаметной, я просто не обратил на неё внимания. На выступающей из туши морде, примерно в районе лба был довольно чёткий след в форме подошвы утюга.
Вряд ли это было просто совпадение, и это пятно было чем-то вроде родимого. Скорее всего, троглодита приложили утюгом в это место… а может быть, вообще, пытали. Надо же! Плазменные мечи, огненные копья да и просто шквал огня его не берут и не оставляют никаких следов, а утюг оставил отметину.
Пауза затягивалась.
Неожиданно троглодит, вытянув вперёд что-то вроде неоформленной конечности и ударил по утюгу, который я держал в руке. Удар был очень сильный, хотя и короткий, без замаха. Я не удержал своё «оружие», и утюг шмякнулся в щебень недалеко от нас.
– Вот и всё! – вроде бы спокойно сказала Инко, но я почувствовал, как внутренне она вся напряглась и сжалась, подобно пружине.
Она, наверное, до последнего надеялась, что утюг сработает, но раз уж нет, то без боя она сдаваться всё равно не собиралась.
– Можно порошок попробовать, – предложил я.
– Обязательно! – сказала Инко, – будем пробовать всё, что есть!
И я буквально почувствовал, как на кончиках её пальцев заплясала энергия. Она была готова в любой момент материализовать там какое-нибудь из своих оружий, только, видимо, ещё не решила какое именно.
Надо сказать, то, что она не сбежала, а наоборот встала со мной плечом к плечу в этой безвыходной ситуации, добавило Инко очень много очков доверия в моих глазах. Такое изобразить невозможно, она действительно собиралась биться насмерть и даже не думала меня бросать. Хотя с её скоростью и возможностями имела такую возможность. Да могла просто не возвращаться после своего последнего полёта, и подождать на безопасном расстоянии, чем закончится дело. Но она пришла и встала рядом!
Троглодит издал какой-то нечленораздельный звук и принялся открывать свою пасть. Он был спокоен. Наш потенциал был ему понятен, и угрозы от него он не чувствовал, утюг оказался туфтовым и тоже ничем не угрожал, так что можно было переходить к приёму пищи!
– Приятель, нам необязательно враждовать! – вдруг, неожиданно даже для себя сказал я, вытянув вперёд руки и обращёнными к троглодиту ладонями, – мы ведь всегда можем договориться!
Троглодит снова замер и медленно закрыл пасть. Потом он немного подался вперёд, и его морда, только слегка обозначенная на мешковатом аморфном туловище, вдруг начала вытягиваться вперёд, обретая всё более и более конкретные черты. Проявлялось похожее на человеческое, хотя очень большое и с искажёнными пропорциями, лицо.
