– Да, это ужасно, Стань, но я стараюсь.
– Умница.
Разговор вошел в безопасное, хорошо знакомое мне, русло. Плотный узел в животе немного расслабляется и дышать становится в разы легче.
– Как твои дела? Тебя утвердили?
– Завтра все будет объявлено официально, но, кажется, да, я лечу в Лондон.
– Правда?! Поздравляю, Стань! – восклицаю, едва не подпрыгивая на месте, – Я так горжусь тобой!
– И я тобой тоже, Варенька, – понижает голос и, подавшись к экрану, касается его пальцами.
Я машинально закусываю обе губы, потому что мне кажется, что он хочет потрогать именно их. Постыдные воспоминания обрушиваются на голову неподъмным грузом.
– Я скучаю, моя девочка.
– Я тоже, – шепчу абсолютно искренне, потому что уверена, будь он рядом, защитил бы меня от Денежко одним только присутствием.
– Знаешь, о чем я тут подумал?
– О чем?
Лежащий на покрывале около планшета мой телефон подает короткие вибросигналы, и на экране одно за другим всплывают окошки с сообщениями из нашего с подружками чата. Они все таки подкатили к Лехе?..
– Помнишь картины Полетаева?
– С выставки? Да.
Его холсты были представлены на выставке сибирских художников и произвели там настоящий фурор. Юля говорит, что через пару лет они будут стоить миллионы.
– Хочу попросить маму, чтобы она купила для нас с тобой пару «Лебеди».
– Ох… Они очень интересные, да?..
На самом деле это две идущие в паре картины, выполненные в стиле конструктивизм, изображение на которых представляет собой набор белых и черных треугольников на синем фоне.
Наверное, безумно модно, но мне всегда была ближе классика.
– Если мы с тобой когда-нибудь решимся на загородный дом, то я хотел бы, чтобы они висели в нашей гостиной напротив окна с видом на озеро. Как ты на это смотришь?
Сообщения на мой телефон летят пулеметной очередью и заполняют меня всю хаосом и сумятицей. Незаметно протягиваю руку и переворачиваю его экраном вниз.
– Я за. Думаю, будет очень красиво.
Глава 10
Варя
– Я не знаю, как буду сдавать эту сессию, Варя, – качает головой Арина, сидя на подоконнике со стаканчиком кофе из автомата в руке.
– Сдашь.
– Я ни черта не понимаю в этой философии. Все философы шизофреники. Зачем нам знать, что творилось в их головах?
– Просто зубри, – советую, отпивая горячий сладкий напиток.
Мне философия тоже не просто дается, но я не сдаюсь, и решительно настроена сдать ее самостоятельно и с первого раза.
– У меня терпения не хватает, – бурчит, хмурясь, – Бесит.
– Отец в любом случае поможет.
– Да-а-а… только потом столько упреков будет.
Нащупав рукой вибрирующий в кармане телефон, вынимаю его и открываю нашу с Юлей переписку. Там три фото со свадебными платьями и приписка к ним.
«Как тебе?»
О, Господи! Они все шикарны!.. Из белоснежного тонкого кружева и с открытыми плечами, как мы хотели.
Мое сердце, сбившись с ритма, заходится от восторга.
«Новый каталог?!?!» – уточняю я.
«Да! Жду тебя сегодня вечером! Проведем его с пользой!»
«Ура-а-а!!!»
Неважное настроение резко взлетает вверх и даже, кажется, солнце за окном делает ярче.
– Он сказал, что если я снова завалю сессию, то никаких нам с мамой Мальдив.
– Ой, Ариш, в прошлом году твой папа говорил то же самое.
Проходящие мимо нас девчонки с нашего потока прощаются до завтра и машут руками. Мы с подругой спрыгиваем с подоконника, выбрасываем стаканчики и, одевшись, выходим на улицу. Весеннее солнечное тепло и при этом колючий холодный ветер пускают по же неприятный озноб. Накинув капюшон на голову, застегиваю молнию под горло и прячу руки в карманах. Арина, ежась, проделывает то же самое и бежит на парковку за вузом, где ее уже ждет такси.
У меня тоже есть возможность каждый день ездить на такси, но мне всегда не по себе, когда я трачу деньги, которые каждый месяц Станя переводит на мою карту, на всякую ерунду.
Поэтому пересекаю небольшую площадь перед зданием главного корпуса и ступаю на тротуар вдоль проезжей части. Иду на остановку общественного транспорта.
Оборачиваюсь в надежде увидеть подъезжающий автобус с нужным номером маршрута и вдруг замечаю до боли знакомый черный Марк. Сильно вздрогнув, отвожу взгляд и ускоряю шаг.
От неожиданности внутри все обрывается, а мышцы пропускают через себя странную вибрацию. Сжимаю пальцами ремешок сумки до скрипа кожи.
– Варя, – слышу голос Лехи среди шума улицы.
Мое волнение усиливается, но в то же время я понимаю, что веду себя по-детски. Взрослые люди не бегают от проблем, а решают их в разговоре.
– Варя!
Он едет параллельно со мной вдоль тротуара, затрудняя движение других автомобилей и, свернув в карман для остановки общественного транспорта, останавливается, выходит из машины и стремительно ко мне приближается.
– Я не поеду с тобой! – выпаливаю, привлекая внимание прохожих.
– Разговор есть. Поехали.
– Какой?
Берет меня за локоть и ведет к Марку.
– Поехали. Не узнаешь, пока не сядешь в машину.
Едва успевая переставлять ноги, я быстро впитываю глазами весь его образ. На нем светло – серая расстегнутая олимпийка и такого же цвета трико. Пластыря на переносице уже нет, но глубокая ссадина еще заметна.
Вместе обходим капот, Леша открывает для меня дверь и ждет, когда я усядусь. Подпирающий сзади автобус оглушительно сигналит, но Денежко спокойно возвращается обратно и с невозмутимым видом занимает водительское кресло. Включает поворотник и, глядя в боковое зеркало, трогается с места.
Я тихонько выдыхаю и скашиваю на него взгляд. В глубине души плещется постыдная радость от его настойчивости. Я сама ни за что на свете ему больше не позвонила бы.
– Что за разговор? – напоминаю, когда Леха вливается в довольно плотный автомобильный поток.
– Ты зачем меня везде в блок кинула?
Молчу, потому что становится не по себе. Со стороны это выглядит как поступок незрелого человека.
– Из-за одного целомудренного поцелуя?
– Целомудренного? – переспрашиваю потрясенно.
Я до сих пор помню, как его язык двигался у меня во рту. Он… он имел меня своим языком! Это целомудренный поцелуй. А какой же тогда не целомудренный?!
– Этого больше не повторится, окей?
– Зачем ты это вообще сделал?! Я думала, мы друзья!
– Мы друзья, – подтверждает Денежко, коснувшись взглядом моих глаз, – Поцеловал, потому что проверить кое-что хотел. Извини.
– Проверить?.. Что проверить?
– Забей. Проверил и обещаю, что больше этого не повторится.
– Леш, что ты проверял? – неосознанно повышаю голос, потому что нехорошая догадка заполняет живот холодом.
– Неважно, – отбивает он, – Поверь, это не стоит того, чтобы полностью прекратить наше общение.
Откинувшись на спинку и обняв себя руками, я пытаюсь справиться с эмоциями. Они бурлят, вытягивая мои нервы в звенящие струны. Плечи, шея и затылок наливаются свинцом и каменеют.
Мне сейчас обидно от того, что он обесценил поцелуй, из-за которого я сама себя едва не возненавидела?!
Он хотел проверить, каково это – целоваться со мной, и был разочарован?!
Твою мать!..
– Слава богу, Леш. Я боялась, что действительно нравлюсь тебе.
– Нравишься, я ж не скрываю, – отвечает ровно, – Ты красивая.
Я дышу часто открытым ртом, потому что его равнодушное «ты красивая» вдруг причиняет неожиданно сильную боль.
Господи, какая я дура! Гребаная фантазерка!..
– Ладно, проехали.
– Вытащи меня из блока. Я обещал Сане присмотреть за тобой до лета.
– Вообще-то это не обязательно. Я и сама неплохо справляюсь. Но…
– Вытащи из блока, – перебивает у усмешкой, – Не веди себя как малолетка.
– Ладно, вытащу, но обещаю, что навязываться больше не стану.
– Договорились.
Вскоре его Марк сворачивает во двор моего дома и занимает свободное парковочное место напротив подъезда.
– Вытаскивай, – требует Леха, поворачиваясь ко мне всем корпусом.
Мне хочется реветь и орать на него одновременно. Потому что бесит нереально! Но, поджав губы, вынимаю телефон из кармана и вытаскиваю его контакт из черного списка.
– Готово.
– Варя…
– М?..
– Не дуйся, – просит тихо.
– Я не дуюсь.
Я, черт возьми, в шоке!
– Я не хотел тебя обидеть.
– Как, кстати, тебе мои подруги? – перевожу тему, желая растоптать треснувшие стекла моих розовых очков в крошку, – Они сказали, что ты предложил им прийти на соревнования.
Сощурив глаза, он задумчиво касается своей нижней губы подушечкой большого пальца. Привычный жест, неизменно откликающийся во мне покалыванием в кончиках моих собственных пальцев.
– Ты про Алю?
