– Ну, посвети, – сквозь зубы сказал он.
Путь был не такой уж и близкий. Вэнь недавно переехала, и найти в одиночку дорогу к старшей наложнице – та еще задачка.
– Направо, ваше высочество. А теперь налево, под арку, – подсказывал семенящий по левую руку евнух, высоко поднимая фонарь.
– Откуда ты знаешь, куда я иду?
– А разве не к наложнице Вэнь?
– Угадал, – бросил он, еще ни о чем не подозревая.
В окнах павильона, где теперь обитала Вэнь, горел свет. Принц выдохнул. Вот он, долгожданный приют! Ну и все остальное. Но едва принц хотел подняться на крыльцо, отрылась дверь. И вышел евнух. Этого евнуха Ран Мин приставил к старшей наложнице и ее сыну.
– Извините, ваше высочество, но госпожа Вэнь не может вас принять, – с поклоном сказал евнух. – Она уже легла.
– Так пусть немедленно встанет! Господин пришел!
– Ваш сын уже не так мал, он все понимает. Вы не предупредили о своем ночном визите, и молодого господина не отослали к госпоже Шихань как обычно. А сейчас уже поздно.
– Что ж… – одумался принц. – Пусть отдыхают. Поищу удачи в другом месте.
– Вам посветить? – угодливо спросил евнух супруги, переглянувшись со своим собратом.
– Ну, посвети.
В сопровождении кастарата с фонарем принц направился к Шихань. Но в ее окнах вообще было темно.
– У госпожи разболелась голова, – сообщила появившаяся на пороге служанка.
– Пусть выпьет лекарство! Я требую, чтобы меня впустили!
– Госпожа весь день переписывала сутры. Если вы пришли для философской беседы, можете помедитировать для начала, вот тут, на крылечке, я коврик принесу, а потом госпожа вам покажет, что успела сделать за день.
Ему сейчас было не до философской беседы. Но с Шихань бесполезно спорить. Если уж она решила избежать близости, заговорит до смерти.
– А, может, обойдемся без медитации? – с надеждой спросил принц. – Я не хочу коврик. Мне бы лучше мягкую постель. И в доме.
– Нет. Госпожа сегодня настроена на религиозные обряды. И вы должны это уважать, господин. Она ведь молится за вас и вашу семью.
И дверь закрылась. Ран Мин оторопел. Где он?! Неужто у себя дома?! Что вообще происходит?!
Он торопливо направился к своей любимице Юньси. Вот кто никогда не подведет. И с кем невозможно договориться.
За спиной, все также высоко поднимая фонарь, семенил все тот же евнух.
– Юньси, открой, – позвал принц, дойдя до покоев младшей наложницы. – Я по тебе соскучился.
На этот раз дверь не просто открылась, она распахнулась. Из нее вылетела фарфоровая чашка. Принц едва успел увернуться. Чашка летела точнехонько в голову.
– Ненавижу вас! – прокричала Юньси и также рывком захлопнула дверь. – Лучше бы я умерла! – донеслось из покоев красавицы, а потом послышались рыдания.
Ран Мин застыл в недоумении. Да что он такого сделал?! Почему Юньси себя так ведет?! Но если у нее истерика, то лучше держаться подальше.
Принц накинулся на евнуха:
– Вы что все, сговорились?!
– Пощадите меня, ваше высочество! – упал на колени кастрат, и стало темно, потому что фонарь упал вместе с ним. – Я всего лишь маленький человек! Мне велели ходить за вами с фонарем, чтобы вы, не дай бог, не упали в темноте! Ее высочество так о вас заботится!
Несмотря на злость, принца раздирало любопытство. Как ей это удалось?! Ни одна дверь перед ним не открылась!
Но оставалась еще Шияо. Иногда она задерживалась в покоях у господина после того, как закончит вечернюю уборку. И он давно бы сделал Шияо четвертой наложницей, если бы не строгие законы.
У Шияо не было своих покоев. Принц наслаждался ее прелестями на диване в рабочем кабинете. Но демоны забери жену в адский ад! Там теперь ремонт!
А обжиматься со служанкой в саду не по возрасту и не по чину. Это мальчишество. И тут Ран Мин проникся восхищением. Она же все предусмотрела, его маленькая женушка! Какая блестящая стратегия!
А главное, в чем секрет? Что она такое сказала, к примеру, Юньси? Ну, диалог с Вэнь и Шихань еще можно домыслить. Умные женщины всегда договорятся. Но Юньси?! Эта тигрица. Ее невозможно купить. Она обожает господина.
– Куда пойдем, ваше высочество? – спросил евнух, с сопением поднимая с земли фонарь. – К ее высочеству?
– Да.
«Даже если мне придется ее пытать, я выясню правду».
Это была единственная дверь, которая для него сегодня гостеприимно открылась.
– Вы так долго гуляли по саду, мой господин, – вздохнула жена. – Наверняка замерзли. Сказать служанкам, чтобы подогрели воду? Вы можете вернуться в ванну. И прошу вас: не покидайте больше мои покои через окно, когда есть дверь. Это неблагоразумно.
– Как вы этого добились?! Они же должны вас ненавидеть! Мои наложницы. Что вы им такое пообещали?
– Соблюдать очередность, – скромно сказала Юэ.
– Не верю! Их этим не купишь.
– Тогда догадайтесь.
– Выкладывайте уже.
– Каждый секрет имеет цену.
– Хотите поторговаться?!
– Нет, я просто хочу вас заинтриговать. Нет у меня никаких секретов.
– Но что вы им сказали?
– Ложитесь спать. Довольно разговоров на сегодня. Вы так много прошли, что наверняка устали. Но вы уяснили, что вам некуда идти, пока я не сочту, что ваш долг передо мной погашен?
– Это насилие, – пожаловался Ран Мин.
– А мне показалось, что вам было приятно на меня смотреть там, в купальне. И вы не сделали бы над собой усилие, если бы меня поцеловали.
– Маленькая интриганка. Я все равно узнаю твой секрет. Хотя… Это был коварный план вдовствующей императрицы, не так ли?
– Она просто дала мне мудрый совет. А уж стратегию и тактику я разработала сама.
Жена подошла к кровати и поправила подушки. Потом позвала:
– Идите же. Я помогу вам уснуть.
Он с некоторой опаской лег. Еще один сюрприз? Юэ его сегодня не переставала удивлять. Она заботливо накрыла мужа одеялом, положила руку ему на голову и, мягко проведя ладонью по волосам, запела.
Негромко, казалось, что это журчит ручей. Та самая песенка из его детства, которую знала только Вэнь. Потому что ей сказала об этом бывшая наследная принцесса.
Что Мин долго тосковал по матери. И был похож на маленького волчонка. Кусал руки нянькам, которые пытались его приласкать.
Но нашлась одна, от которой пахло родным теплом. Она догадалась надеть платье покойной наложницы, чтобы не пугать мальчика. И ласкала его голосом, не руками. Напевая материнскую колыбельную.
В конце концов, Мин перестал дичиться. Его отдали в обучение к Мастеру боевых искусств. Который сказал, что мальчик гармонично сложен и чувствует ритм. А еще у принца есть характер. Это явный лидер.
Вот зачем он это сказал тогдашней наследной принцессе?! Которая через какое-то время увидела в мальчике соперника своему сыну. И в тринадцать Мин вынужден был покинуть Запретный город и Пекин.
Принцу Ран Мину ничего другого не оставалось, как вернуться ко двору Сына Неба с громкой победой. Или умереть.
Он выжил, но прошел десятки тысяч ли через боль, страдания и кровь.
Засыпая Мин думал о загадке жены. Что же она им такого сказала, его наложницам?
А было вот что…
Глава 5
Утром Юэ тихонько поплакала, пока ее никто не видит. Потому что безжалостное чудовище закуталось ночью в одеяло и сделало вид, что никакой жены рядом нет. А утром принц уехал во дворец с таким лицом, будто государственные дела это единственное, что его интересует.
Юэ поймала его торжествующий взгляд, когда вышла на крыльцо проводить.
«Как? Ты еще здесь?!»
После чего принцесса забилась между книжными стеллажами в библиотеке и дала волю чувствам. Но тут пришел евнух:
– Госпожа, вы где? Гонец из дворца.
И Юэ поспешно вытерла слезы. Наконец-то! Письмо от вдовствующей императрицы.
«Не стоит отчаиваться, – писала она. – У принца Ран Мина сильная половая конституция. Такова его природа. Все признаки налицо. Я же видела его без… ну неважно. Без обуви. Большой палец ноги заметно короче указательного. И кое-что другое, потом объясню, когда ты расстанешься со своей застенчивостью. Это означает, что если ты изолируешь супруга от наложниц, то долго он не выдержит. Брак будет консумирован. Во дворце я за ним сама присмотрю. А вот в поместье принца придется потрудиться тебе, дорогая. Договорись с его женщинами. Чтобы они хотя бы месяц не принимали его высочество в своих покоях. Этого достаточно, я тебя уверяю. Ну и сама не теряйся. Ты красивая девушка, используй мои советы. Насчет одежды и благовоний. Забудь про стыдливость, смелее. Ты же его любишь. Между вами нет ничего противоестественного. Вы супруги…»
Ха! Супруги! Муж-то ее не любит! Даже как на женщину не смотрит! Только как на досадную помеху, которая прервала череду бесконечных развлечений. И легко сказать: договорись с наложницами!
Юэ здесь, как в стане врага. Если раньше эти трое и соперничали за внимание господина, то теперь объединились против наглой захватчицы. Надо признать, что принцесса вела себя довольно бесцеремонно. Но если бы Юэ проявилась слабость, сожрали бы в тот же день.
С госпожой Вэнь все понятно: она мать пока еще наследника. И будет бороться за его права, как тигрица. Шихань, та хитрая. Тихушница, и с виду покорная, а ее слова, будто мед. Но руководит своими сестрами именно она.
Юньси это шквал эмоций. Половину из которых красавица уже выплеснула на законную жену. Сегодня во время утреннего приветствия опрокинула на ее высочество чашку чая. Голова, мол, закружилась.
– А, может, я беременна? – Юньси невинно посмотрела на принцессу. – Господин почти все свои ночи проводил со мной. Простите меня ваше высочество, но как женщина, вы должны меня понять. Надеюсь, вы не ошпарились?
Чай был горячим, но Юэ промолчала. Вызвала лекаря, который занялся пульсом младшей наложницы. Остальные леди терпеливо ждали. Беременность госпожи, наложница она или жена, это событие!
– К сожалению… – распрямился лекарь.
Юньси наверняка знала, что ребенка нет, потому что ничуть не огорчилась.
– Бывает, – притворно вздохнула она. – Ложные симптомы. Но этого недолго ждать, я ведь любимая женщина его высочества.
Принцесса вообще не представляла себе, как можно договориться с Юньси. Но делать нечего. Поразмыслив, Юэ решила начать с госпожи Вэнь.
Которую нашла в саду. Молодой господин был на занятиях, и мать терпеливо ждала перерыва. После учебы у мудрого старца старшего сына регента ожидает Мастер боевых искусств. Пока нет сына от жены, молодой господин Ян считается наследником. И его обучение это дело государственной важности.
Неизвестно, как дальше сложится судьба династии. Сейчас реальная власть в руках у принца Ран Мина.
– Ваше высочество, – госпожа Вэнь поднялась и с достоинством поклонилась. – Вы искали именно меня?
Юэ невольно вздохнула. Какая красавица! Ну как с ней соперничать? У Вэнь прекрасные глаза, утонуть в них можно, а кожа идеальна. Длинная шея, выступающая из нежно-розового шелка, без единой складочки, хотя госпоже Вэнь за тридцать. Ее макияж в тех же тонах. Волнующая зрелость, подобно спелому персику, который сорвали, но еще не успели съесть. И он лежит на тарелке, сочный, покрытый нежным пушком.
– Да. Садитесь, госпожа Вэнь.
– Я прикажу подать чай.
Обеим нужны были паузы. Вэнь уже поняла, что встреча эта неспроста. Старшая наложница до сих пор дулась на господина за то, что у нее отобрали лучшие покои. Хотя Юэ поклялась себе и принцу, что покои госпожи Вэнь будут роскошнее, чем у самой принцессы.
– Итак? – спросила госпожа Вэнь, поставив чашку, из которой сделала всего один глоток.
– Я пришла просить у вас милости.
– Милости?!
– Я не знаю, как стали наложницей вы. Но это все же лучше того, что случилось с моей матерью.
– Откуда вам знать? – госпожа Вэнь была всего лишь женщиной, и ее одолело любопытство.
– На родине моих предков по материнской линии есть обычай. В Великой Мин он считается варварским. В знак гостеприимства дорогому гостю предлагают старшую незамужнюю дочь хозяина. На ночь. Лет двадцать назад генерал Гао вступил в переговоры с вождем племени чжурчжэней, которые атаковали северо-восточную границу империи. Генерала приняли со всей возможной роскошью, но у вождя, который был еще молод, не нашлось подходящей дочери. И генералу предложили на ночь старшую сестру.
– И…?
– Это была моя мать. Генерал Гао дар принял, но как человек цивилизованный, не мог оставить женщину, которую он лишил невинности и которая, возможно беременна в доме ее брата. Взял к себе в военный лагерь, и вскоре отослал в Пекин, в фамильную усадьбу. Я даже не дочь наложницы, а военный трофей. Или дань. Ко мне относились не просто с презрением. Мое положение в доме генерала Гао было унизительно.
– Считайте, что вы меня растрогали, – скептически улыбнулась госпожа Вэнь. – Хотя я могла бы рассказать вам свою историю. О том, как убили моих родителей, – спокойно сказала она. – Теперь-то вы принцесса.
