Барбара ненавидела своего единокровного братца, которого отец зачал еще до того, как женился на ее матери. И зачем только король его признал? Вот уж ошибка всех времен и народов с ее точки зрения. Как можно было так низко пасть, когда у тебя есть такая смышленая дочь?
Однажды принцесса попыталась вразумить папочку, но у короля Эренкрона на этот счет было собственное мнение, и мнение дочери он всерьез не воспринял. Только посмеялся и подарил новое ожерелье, чтобы не дулась.
Поразмышляв, Барбара укрепилась в своих подозрениях.
Аластар и Персиваль познакомились на войне против культа Смертной Тени, когда два королевства объединились перед общей угрозой. Как раз после победы ее отец и признал официально старшего сына. Очень уж Аластар тогда отличился.
– А лучше бы бесславно сдох! – Принцесса топнула ногой, бессильно стиснув кулаки.
Она окончательно уверилась, что идею отбора Перси подал именно бастард. Кто еще, как не он, мог разузнать ее слабое место?
– Но как Перси себе все представляет? Как такое возможно, чтобы она, Барбара Джиневра Мальгрейв, принцесса Эренкронская встала к плите?!
Ее нежное лицо станет красным от жара, как у какой-нибудь поварихи! Не говоря о том, что это попросту опасно! На кухне можно обжечься, обвариться, порезаться, спалить платье. Да мало ли сколько разных опасностей поджидает там благородную деву?
Высокородной аристократке на кухне делать нечего, и точка! Разве что разнос устраивать поварам?
Нет! Даже в этом случае всегда можно вызвать в кабинет главного повара и устроить ему выволочку.
Определенно! Персиваль нарочно все это выдумал. Узнал от Аластара, что она не умеет готовить и учиться не захочет. Да даже если бы она и решила пасть так низко, все равно бы уже не успела. Первые испытания начнутся уже через три дня!
В груди принцессы клокотал удушливый гнев. Держась за сердце и тяжело дыша, она вернулась в спальню и нарисовала на стене слева от окна магический знак. Поверхность пошла маревом и растворилась, открыв потайную нишу, в которой было спрятано волшебное псише.
– Гримальд… Скорее! Мне нужно успокоиться. Срочно!
Посмертная маска в верхней части вычурной металлической рамы зеркала, украшенной перевитыми змеями, распахнула веки, и на принцессу глянули два черных провала с тлеющими красными огоньками.
– Айн момент, майне херрин, – послышался глубокий и довольно приятный мужской голос с иноземным акцентом.
Зеркальная поверхность стала матово-черной, но почти сразу же прояснилась, отобразив уютный будуар. Нежно-розовые и белые оттенки, изящные канделябры на туалетном столике. Тонкие ткани, дорогие духи, румяна и притирки. За полупрозрачной белой ширмой угадывалась просторная кровать под многослойным балдахином.
Это не было отражение спальни принцессы, но Барбара прекрасно знала, чья это комната. Здесь жила одна из новых фавориток Персиваля – Майретта Рим. То, что нужно!
Гримальд прекрасно чувствовал, что ей точно поможет прийти в себя, но принцесса была скупа на похвалу.
– Годится, – буркнула она недовольно, но только для вида.
Ее настроение стремительно улучшилось, стоило подумать о том, как будет страдать эта девка. Барбара выудила из ящика стола пузырек с чесоточным порошком и шагнула прямо сквозь раму.
Осмотревшись в чужой комнате, злобно ухмыльнулась и добавила порошок в баночки с кремами, которыми Майретта пользовалась чаще всего. Какими именно не было секретом. Барбара не раз наблюдала, как фаворитка готовится вечером принять у себя ее Перси.
Ничего. Как только она станет королевой Лугенборга, у Перси ни одной живой и здоровой фаворитки не останется. Уж она-то постарается! Но пока приходилось пакостить по мелочи, чтобы не вызвать ненужных подозрений. Для всех Барбара, принцесса Эренкрона – образец воспитания и добродетели. И конечно же – идеал женской красоты.
Барбара активно поддерживала слухи о том, что внимание Персиваля приносит женщинам несчастье, и что принц Лугенборгский схватил проклятье на войне с культистами. Но делала она это очень осторожно. Так, чтобы на нее никто и не подумал.
Кто знает? Может, одних слухов окажется достаточно, чтобы стать той единственной невестой, которая не побоится связать свою судьбу с «проклятым» принцем. Так она рассуждала, считая, что на войне и в любви хороши все средства.
Принцесса Эренкронская подошла к роскошной кровати и, отогнув край покрывала, щедро сыпанула туда остатки чесоточного порошка.
– Неприятных снов, дорогуша! – прошипела она ядовито.
Вернувшись через зеркальный портал к себе в спальню, Барбара первым делом тщательно вымыла руки. Не хватало еще тоже заполучить чесотку. Нет-нет! Эта честь только для избранных. Придется Перси этим вечером остаться без любовных утех, или разделить тяготы с любовницей.
Барбара хищно улыбнулась, вспомнив, как весело полыхали три увеселительных заведения, в которые Перси сунулся на прошлой неделе. И как плакала, отосланная отцом в храм Непорочной Богини прежняя его фаворитка.
Принцесса Эренкронская старалась делом подпитывать слухи о проклятии принца Персиваля, и как же облегчало ее заботы волшебное зеркало, которое ей удалось раздобыть!
Почувствовав себя намного лучше, принцесса принялась думать, как же все-таки победить на отборе?
– Придумала! Мне нужна девушка, которая сможет пройти испытания за меня. – наконец, заговорила она куда спокойнее. – Пройти успешно, естественно. Мне нужна победа и только победа. И пусть только попробует облажаться!
Мысль выиграть отбор невест чужими руками показалась Барбаре куда более привлекательной, чем необходимость учиться готовить.
– Гримальд, приказываю тебе найти похожую на меня девушку с незаурядным талантом к кулинарии, – приказала Барбара, даже не сомневаясь, что волшебное зеркало способно на подобное.
Глаза посмертной маски закрылись, и амальгама залилась непроглядной клубящейся тьмой – артефакт приступил к выполнению поручения. Томительные минуты потекли ленивым ручейком. Барбара в нетерпении притопывала ногой и мерила шагами комнату. Ждать она ужасно не любила.
Наконец глаза маски распахнулись, блеснули алые огни.
– Майне херрин, я нашел подходящую кандидатуру. Совпадение идеальное! Возраст. Незаурядные способности к кулинарии, а вот внешность… Сходство, к сожалению, неполное. Процентов на восемьдесят девять по моей оценке.
– Годится! – отмахнулась Барбара, радуясь, что ее план реализуется так быстро.
Осталось дело за малым: выкрасть эту девицу и заставить ее выиграть отбор.
– Открывай портал скорее! Чего ждешь? – как всегда грубо потребовала она.
С зеркалом, как и со слугами, Барбара никогда не церемонилась.
– Есть маленькая проблемка, майне херрин…
– Мне плевать! Открывай, я приказываю! – перебила его принцесса.
– Хорошо, – покладисто согласилось зеркало. – Понадобится немного вашей крови, чтобы создать стабильный переход.
Дрожа от нетерпения, Барбара без раздумий схватила кинжал, лежавший на маленьком одноногом столике именно для подобных целей и, не сомневаясь, резанула себя по запястью. Кровь брызнула на зеркальную поверхность, окропив заодно и раму.
Алые глаза блаженно закатились в глубине черных провалов, и амальгама снова помутнела. Затем картинка стремительно прояснилась, и вместо собственного отражения, принцесса увидела прихрамывающую по ночной улице какой-то деревни девицу. Разглядеть, как она выглядела, толком было невозможно, но Барбара верила зеркалу. Артефакт не обманул ее еще ни разу.
Глава 4
Меня куда-то волокли. За ногу.
Платье при этом задралось, и я чувствовала голым животом все прелести подмороженной дороги. Возмущенная таким небрежным обращением, рванулась было, да где там! Держали крепко и тащили с завидным упорством.
И вдруг по коже пробежал холодок. Не такой, который давно заставил меня покрыться пупырками размером со слона, а какой-то иной. Словно бы наэлектризованный. Испугавшись, я снова дернулась, а перед глазами стремительно меркло! И без того темная улица сужалась в одну точку.
И вдруг в этом туннеле я отчетливо увидела деревянную рукоять топора! Дотянувшись, схватила ее по наитию, а затем картинка перед глазами вдруг сменилась. Одновременно стало значительно теплее и мягче, а вместо подмерзшей дороги подо мной возник ворсистый ковер. Довольно пыльный, кстати, если бороздить по нему носом.
Приподнявшись на руках, я от души выдала:
– А-апчхи!
Открыв глаза, уставилась на собственное отражение, покрытое мелкими брызгами влаги. Ну уж простите, не успела прикрыться. Руки были заняты.
– Майн Гот! – брезгливо пробормотал сверху мужской голос.
– Как невоспитанно! – вторил ему капризный женский за моей спиной.
В тот же миг мою ногу отпустили.
В зеркале отразилась незнакомка, чем-то похожая на меня и одетая в шикарное платье. Оно и диадема на голове подсказывали, что она, как и я, нарядилась сегодня в принцессу. Только вот сразу было заметно, что экономить на тканях и швее ей не пришлось.
Да и драгоценности выглядели совсем как настоящие. Правда, я не так чтобы эксперт в этом деле.
Незнакомка так пристально на меня посмотрела, что аж неловко стало.
– Простите, – буркнула я поднимаясь.
В свою очередь, не отрывая взгляда от кривящей губы девушки, протерла забрызганное зеркало краем подола.
М-да… Позорненько вышло, но что поделать? Я основательно подмерзла перед тем, как меня схватили и поволокли.
Ровно на секунду я решила, что тащила эта девушка меня так неаккуратно, потому что просто не смогла поднять. По комплекции незнакомка такая же, как я. Не хрупкая, но и не амбал – золотая середина. Нести собственный вес далеко не каждый человек способен.
В опровержение этой душеспасительной теории выступили сразу три факта:
Я находилась в роскошной женской спальне. Такой просто быть не могло ни в коттедже, который мы сняли, ни во всем поселке со звучным и претенциозным названием «Скотобойня».
Кислое выражение лица мадам подсказывало, что не стала бы она спасать кого бы то ни было. Скорее, напротив, с радостью выставила бы на мороз, предварительно облив холодной водой.
И, наконец, мужской голос, который я только что слышала, намекал, что проблем с переноской тяжестей у нее не было вовсе, но по какой-то причине, мою тушку все равно волочили, словно мешок с чем-то неприглядным.
Это наводило на мысли о том, что и причины куда-то меня волочь, были не менее неприглядными.
Покрепче схватив топор двумя руками, я круто развернулась с дурным воплем:
– АГА!
Ну а что? Пусть этот недомужик штаны намочит как следует. Шутники нашлись, тоже мне!
Вот только никого, кроме слегка мутного, будто припыленного моего же отражения, там не оказалось. И спрятаться за напольным зеркалом, установленным в нише, было просто негде.
Мрачное зеркало совершенно не вязалось с интерьером классической «принцесьей» спальни. Опустив топор, я осмотрела черную металлическую раму, украшенную искусно выполненными змеями. Совсем как настоящие! Казалось, сейчас зашипят и бросятся! Бр-р…
И тут я поняла, что именно это зеркало появилось передо мной на дороге перед тем, как я оказалась здесь!
Сглотнув, медленно подняла глаза и столкнулась с двумя красными огнями, горящими в глубине черных провалов жуткого металлического лица.
– А-а-а-а-а! – заорала я во всю глотку.
Пробиваясь к выходу из спальни, я походя снесла с ног надменную девицу. Про топор я совершенно позабыла, но инстинкты не позволили выпустить рукоять – мне его еще деду возвращать. Вот только открыть дверь мне так и не удалось.
Едва протянув руку к вычурной дверной ручке, я заморозилась, точно валькирия в позе бегуна-легкоатлета, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, ни головой! Ни топором…
Чертовщина какая-то!
Не зря дед меня отругал, когда я про этот бесовский праздник заикнулась. Я ведь у него топор-то хотела честно попросить. Но поняла, что не даст, особенно по такому поводу, и честно стырила…
– Идиотка! – выпалила девица, появившись в поле моего зрения.
– Приятно познакомиться, а я Варвара! – ответила я на ее обзывательство и обрадовалась, что хоть говорить пока еще могу.
– Да как ты смеешь?! – прошипела странная девица и вдруг округлила глаза, переспросив: – Варвара? – Она повернулась к зеркалу. – Гримальд, наши имена тоже созвучны, представляешь?
– Это логично, майне херрин. Вы же просили двойника, который обладает кулинарным талантом. Этот экземпляр наиболее точно отвечает заданным вами параметрам.
– Готовить умеешь? – тут же спросила эта самая «херрин», кто бы там она ни была.
– А тебе-то что? – пробурчала я, не в силах понять, во что же я такое пахучее вляпалась?
Маскарад какой-то пополам с черной магией!
Я, конечно, поглядывала передачи про экстрасенсов, но чтобы такое… Моя фантазия еще могла объяснить говорящее зеркало современными технологиями. Камера, микрофон, провода какие-нибудь спрятанные. Тут и микроволновка с тобой заговорит на разные голоса.
А вот как быть с тем, что я вишу в воздухе, едва касаясь одной ногой пола, не уставая и не прилагая никаких усилий? Даже вес топора в руке не чувствуется! Это что? Какие-то магнитные поля?
Видела я однажды, как в магазине над прилавком кроссовок крутился будто бы сам по себе. Да только я-то не кроссовок. В меня точно никто магнит не засовывал.
– Так ты умеешь готовить, или нет? – топнула ногой девица, не дождавшись ответа.
– Не скажу, пока не отпустишь! – заявила я, решив торговаться.
Ну а что? Уже второй раз спрашивает, очевидно же, что это для нее почему-то важно.
Девица хмыкнула и щелкнула пальцами. В тот же миг силы, что меня удерживали, пропали. Потеряв равновесие, я грохнулась на пол, едва не ударившись лбом об дверь. Топор, выпав из пальцев, долбанул обухом прямо по ноге. Аж слезы из глаз брызнули!
– Уй-уй! Больно! Предупреждать же надо!
– Сама напросилась. Отвечай на мои вопросы! – потребовала эта умалишенная.
– А то что? – не удержалась я.
Девица раздражала меня все больше. Вот кто тут настоящая прЫнцесса! Куда мне до нее!
Незнакомка елейно улыбнулась и заявила куда более спокойно, чем раньше:
– А то отправишься на плаху, дура! Я снова тебя обездвижу и позову стражу. А отцу скажу, что меня пытались подменить.
