Дмитрий Нелин "Охотник на читеров. Книга 9. Уральский цугцванг"

Мутант зашипел и моментально бросился в нашу сторону. Двигался он и правда быстро. Словно паук, но с острыми стальными лапами.

Молния сорвалась с кончиков моих пальцев и с треском ударила в грудь этого существа. Оно упало на землю и стало дергаться в конвульсиях. Сзади уже шипели его приятели. Я побежал вперед, а Рагни за мной. Нужно найти выход. Что-то мне подсказывало, что здесь этих тварей целый вагон и маленькая вагонетка. И это так и было. Волк сказал, что за нами бежит уже полтора десятка мерзких мутантов.

Никакой двери мы не нашли, но на высоте двух метров свисала позеленевшая лестница. Я запрыгнул на нее и побежал по шаткому железному мостику. Твари не отступали. Они ловко перемещались по стенам и зловеще цокали стальными иглами. При этом я слышал странный звук, похожий на пение.

Одно из чудовищ умудрилось обогнать нас по потолку, спрыгнуло и встало между нами и появившимся впереди проходом. Я зарядил молнии, но стрелять не потребовалось. Внезапно раздался душераздирающий вопль, а затем меня чуть не сбило с ног телекинетической волной. От такого удара мутант же свалился за перила и полетел вниз.

– Сергей, ты ли это? – Передо мной стоял не кто иной, как сам Михалыч. Православный маг-сновидец. Его некогда белоснежное кимоно сильно истрепалось, черный пояс каратиста местами обуглился. Но на голове так и покоилась шапочка из газеты, а на груди сиял пуще прежнего огромный золотой крест.

– Да, это я, – ошарашенно ответил я, так как ну совсем не ожидал встретить здесь Михалыча.

– Отлично! Отходим! Я прикрою. – Маг принял стойку зенкуцу-дачи и приготовился к бою.

Я похлопал себя по лицу, но сон не изменился.

– Чего ты ждешь?

Ладно. Я пробежал мимо него, и пространство вновь огласилось каратистскими воплями.

– Сюр какой-то, – пробормотал я, и Рагни со мной согласился. Куда нас занесло? В Петербург? На завод «Красный треугольник» в лимбическом виде?

– Не тормози, – впопыхах подгонял меня голос Михалыча, – я отбился от них и завалил проход. Так и знал, что ты вернешься именно сюда. У меня было видение с утра.

– Спасибо за помощь, – ответил я на бегу.

– Ты бы и сам справился, но мне было приятно вступиться за тебя, – рассмеялся Михалыч, – в том коридоре давай налево. За дверью будет лестница.

Она вывела нас за пределы завода, и мы оказались на улице. Солнца в небе не нашлось, но светло было будто днем. Я увидел далекий шпиль адмиралтейства. Точно, мы в Питере.

– Щас я создам безопасный портал, – Михалыч стал копошиться в складках кимоно, – ты-то небось и не знаешь, че да как сейчас в мире творится.

– Нет, – признался я.

– Вот. – Маг достал странный предмет, похожий на конверт из пластика. Открыл его, сделал взмах рукой, и тот превратился в портал.

– У тенгу купил, – пояснил Михалыч, – за советский портсигар и пару бутылок водки.

– Хорошая сделка.

– И не говори.

Мы вошли в сияющий зеленый портал и тут же оказались в квартире у Михалыча. Я сразу заметил, что на окнах появились тяжелые решетки, все стены были исписаны псалмами и странными закорючками из каббалы. Книжек стало сильно меньше.

– Часть обменял, часть отправил в топку, – пояснил маг, видя мое удивленное лицо, – книги некоторых авторов только на это и годятся. Да и туалетной бумаги уже как два года не купить.

– Что вообще происходит? – спросил я.

Михалыч тяжело вздохнул, перекрестился и вышел из комнаты. Я сел на диван, а Рагни разместился рядом.

– Это отражение, – сказал он, – уверен в этом.

– Ага, мне тоже так кажется. Белая пелена показывает нам какой-то вариант будущего. Причем весьма далекого, – согласился я.

Михалыч вернулся быстро. В его руках был поднос с графином водки, тарелка с солеными огурцами, две банки тушенки и несколько булочек.

– Вот, чем богаты, тому и рады, спасибо тебе, Господи. – Михалыч поставил поднос на стол и начал разливать водку. – Долго тебя не было, Серега. Долго. Ты хоть достал то, за чем ходил?

– Ты о чем? – не понял я.

– Дураком не прикидывайся. Ты же не просто так пропал. Мы знали, что ты вернешься с ним.

– А-а-а, – понимающе протянул я, – конечно, он у меня.

– Вот и отлично. А что тут происходит, мы и сами плохо понимаем.

– Что за создания напали на нас на заводе? – спросил Рагни.

– Ткачи. Создания инферналов. У них кожи собственной нет, вот они и охотятся на людей. Ловят, свежуют, а потом шьют из нее себе одежку. Мерзкие создания, но не самые страшные. Вот на Техноложке живут лекари, там при одном их виде обосраться можно. Два раза, – Михалыч поднял рюмку, – ну за то, что он справился!

Я молча чокнулся с ним. Мне уже все было ясно. Старик выпил, поморщился, закусил огурцом и покраснел.

– Вот ты, Серега, вроде уже взрослый и умный должен быть, а тоже не к тому свету пошел, – внезапно заявил он.

– Это еще почему? – спросил я и выпил водки.

– Вот когда человек помирает, он что видит? Правильно, свет. Но Божий ли он? Куда он тебя приведет? Свет, он же как маяк, понимаешь? Горит, а душа летит к нему в надежде, что обретет покой и счастье. А что, если это не Божий свет, а ловушка? Ты вот можешь отличить истинный свет Господень от астрального? А?

Я молчал.

– И я так думаю, что хрен ты чего отличишь. Астрал, сука. Люди совсем отупели. Практиканты все эти, сновидцы. Ты вот каббалу читал? По глазам вижу, что нет. А знаешь, кто такие вообще эти боги Лимба?

– Их трое. Двое мужчин и женщина.

– Не совсем мужчин, но да ладно. С женщиной ты уже был знаком. Я знаю. На тебе ее отметина. Богиня, чей возраст скрыт мраком тысячелетий. Спящая в долине Царей. У нее множество имен, и она на самом деле не спит. И именно она заинтересована в том, чтобы ты выполнил свою миссию.

Я выжидающе молчал.

– Второй мужчина – это и не мужчина вовсе. Это Морфей. Ему в Греции начали поклоняться в свое время. Он абстрактен и непознаваем. Он спит. Он как Вишну. Сервер для наших сновидений и жизней. Пока он спит, мы есть. Он проснется, мы будем есть в другом месте. А может, и не будем вовсе. Неважно.

– А третий? – не выдержал я.

– Это владыка астрального света. Повелитель всего астрала и ложного света. Сам Люцифер. Младенец с крыльями летучей мыши, держащий в руках факел, источающий астральный свет, так манящий к себе всех умерших и сновидцев. Кастанеда тоже знал об этом и предупреждал, но под другим соусом. Орел у него был. Пожирающий всех и вся. А Божий свет – он другой. Он теплый. Но кто же будет его искать? Все считают, что если ярче и красивее, то лучше. И ты пал жертвой этой ошибки. Мы все пали. Посмотри на улицы. Привычного нам мира нет. Нет и сильных мира сего. Все рухнуло.

– Лимб налетел на земную ось, – сказал я и сам налил нам обоим водки.

– Если бы сразу, Сергей. Если бы сразу. Темные сталкеры были дураки, – вздохнул Михалыч, – Роман видел будущее, но искаженное. Он видел последствия, но не начало. Вся беда в том, что мы не знали. А вот жители Лимба знали и были готовы к изменениям. Миры соприкасались несколько лет. Границы истончались, а затем и вовсе стерлись. Это было безумие, Сергей. Самое настоящее. Я впервые ощутил это на своей шкуре, когда проснулся в постели с какой-то рогатой суккубишной. Перекрестил ее и пинками выгнал из кровати. Думал, что это ложка, а баба со смехом вылетела в окно. Стекло повсюду валялось. Я порезался. И я понял, что началось. Ложное пробуждение, которое никогда не закончится. А через несколько дней ко мне вернулся мой дед, которому эта квартира изначально и принадлежала. Одна только незадача – дед умер еще до начала блокады, сука! Я месяц потратил, чтобы отправить его в верхние миры. Но я-то маг! А знаешь, сколько мертвецов сейчас живут среди живых? Миллионы.

Я поежился, потому что даже представить себе такого не мог.

– Инферналы, конечно, подсуетились заранее. Они готовились к войне. Все это потепление климата им было только на руку. Но в России им холодно. Они просто уничтожили нашу военную структуру. Обрушили спутники, сровняли столицы с землей, уничтожили все правительства и ушли в Африку. Там им климат подходящий. В Израиле этом. Забавный поворот истории. Гости всегда уничтожают хозяев. Но сейчас все будет иначе, Серега, – Михалыч похлопал меня по плечу, – с ним-то мы их всех одолеем. Отправим в бездну ада вместе их хозяином Люцифером! Так ведь?

– Конечно! – выпалил я и рассмеялся. – Только сначала в туалет схожу.

Я встал и поспешил покинуть старика. Достаточно. Я наслушался прекрасных баек. Пора сваливать. Зачем мне все это?

Я прошел в туалет, закрыл за собой дверь, поднял крышку унитаза и обратил внимание на кнопку слива. Она светилась, а вокруг нее крутились непонятные мне символы. Возможно, что это именно то, что мне и надо. Я быстро нажал на нее, и белая пелена накрыла меня вновь.

Я открыл глаза и увидел, что стою посреди ледяного озера. Снега не было, и я видел даже замерзшую рыбу в толще голубого льда. Озеро промерзло до самого дна и было абсолютно прозрачным. Очень красивое и фантастическое явление. Однако как меня быстро сюда перекинуло. Впереди виднелся черный лес – скрюченный и страшный, но за ним уже мерцал Маяк. Интересно, а его свет Божий или нет? К чему я иду? Слова Михалыча меня задели. Умеет же он посадить зерна сомнения. Хотя я сейчас находился в таком месте, что оно пыталось вывернуть меня наизнанку. Вполне вероятно, что нечто, живущее здесь, усиленно копается в моих воспоминаниях и страхах, заставляя видеть то, чего нет, и не факт, что будет вовсе. Сцена с Михалычем очень показательная в этом плане, но меня смутило, что старый маг ждал меня с чем-то. С ним. Что он имел в виду? Куда я пропадал и зачем? Вот и Рагни не догадывался.

Волк снова был возле меня. Не торопясь, мы двинулись вперед. Я начал чувствовать некую усталость. Круговерть из снов, видений и событий начала утомлять, а я ведь и не отдыхал толком.

Вокруг хрустел лед, и на его поверхности начали появляться белые цветы, похожие на кувшинки. На черных стебельках, они распускали свои полукруглые лепестки и источали волшебный аромат. Он немного пьянил мое сознание, но я сразу ощутил прилив сил. Место решило помочь мне? Как необычно. Но ведь за испытаниями обычно следует награда, разве нет?

– И следующее испытание, – сказал Рагни, – на твоем месте я бы не расслаблялся слишком сильно. Кажется, у нас гости.

Я перевел взгляд от цветов на линию горизонта. К нам неслось несколько всадников в блестящих кольчугах, крылатых шлемах и верхом на шестиногих конях. В руках они держали копья и мечи.

– Викинги, валькирии, – прошептал я и раскинул руки. Молнии пронзили все мое тело, и в ладонях появились дрожащие от энергии ауры. Я был готов к бою с кем угодно. Хоть с Тором, хоть с Одином.

Глава 6. Цугцванг

Волк стоял рядом со мной, и я буквально впитывал его напряжение. Оно передавалось мне, пульсировало и стучало прямо в мозг. Рагни чувствовал серьезную опасность. Редкое для него чувство, как ни крути. Обычно он так ведет себя, когда видит древних, полных первобытной алой энергии. Неужели эти всадники являются ее носителями?

Они приближались, и я заметил, как с них слетает маскировка. Лошади покрывались стальными пластинами, из их ноздрей вылетало синее пламя. Ноги исчезли и превратились в низко гудящие двигатели. Сами всадники тоже капитально изменились. Из древних воинов они превратились в каких-то киборгов. Жутких и устрашающих. Эдакие всадники апокалипсиса, только в современной обработке, верхом на летающих мотоциклах.

Маскировка была нужна им, чтобы вписаться в описание данного места силы. Это гости извне. И они нашли меня, а значит, прятаться им смысла больше нет.

Обычно все мои противники любят поговорить перед боем или хотя бы представиться, но всадникам это было не нужно. В мою сторону полетели горящие шары, молнии и целое облако пуль. Я мгновенно создал щит из молний.

– Не высовывайся, – попросил я Рагни, – их слишком много, чтобы мы вдвоем с ними справились. Разделимся – получим вдвойне. Не забывай, что мы связаны.

– Это очень сильные противники, – согласился волк.

Первые молнии ударили в мой щит, и я сразу ощутил их силу. Пули застучали по прозрачной стене, некоторые из них застыли прямо в воздухе, а две умудрились пробить поле и просвистели у меня над головой. Я начал расширять щит, одновременно усиливая его. Всадники носились вокруг меня, осыпая градом снарядов. И делали они это абсолютно молча. Они прощупывали мою защиту и если находили тонкое место, то тут же наносили туда удар.

Земля горела под моими ногами, в ушах гудело от разрывов молний и свиста пуль. Меня брали измором. Нужно было срочно действовать. Я решил придерживаться старой и проверенной тактики – ударил, убежал. Но для этого нужно было сконцентрироваться хоть на одном противнике, а это проблематично. Они вьются вокруг, как назойливые жалящие шершни. И вроде бы все одинаковые, но один из них жирнее. Даже не различить его лица. Просто здоровенный мужик в красном плаще, из-под которого блестят то ли доспехи, то ли механизмы.

– Сейчас! – Я раскрыл щит, и из моей спины вылетели костяные крючья. Я высоко прыгнул и схватил ими седока джетбайка. Дернул на себя, и грузный киборг вылетел из седла. Я тянул его к себе, но мне не дали реализовать свою идею. Мимо нас пролетела девица с длинными белыми косами и одним взмахом двуручного меча отсекла крючья.

– Плохо, – сказал Рагни, – твой щит почти уничтожен, а на земле всего один урод.

Упавший всадник странно изогнулся и встал с земли, без какого-либо рывка. В его руках засветились голубые пламенные клинки.

Неужели мы будем драться один на один? Так бывало часто. Маги любят подобные соревнования и понты. Громкие слова и длинные тирады. Сейчас и этот начнет свое шоу.

Киборг разрезал мой щит, словно бумагу, и вошел внутрь купола. Теперь я мог рассмотреть его получше. Это оказался человек, но под маскировкой. Светимости у него было столько, что хоть отбавляй. Нет, это не древний, но и не обычный маг. Не ведьмак, но и не агент. Я знал только одного человека, обладавшего таким же запасом сил.

Щит лопнул, словно мыльный пузырь, и началась такая заварушка, что не описать словами. Я уклонялся от атак и не успевал отвечать на них. Здоровенный мужик пер на меня, как танк, а его клинки умели удлиняться, превращаясь в копья. Девица с косичками явно забавлялась и просто хотела снести мне голову своим мечом. Она с визгом пролетала надо мной, и ее клинок, словно гильотина, мелькал перед моим лицом.

За танком стоял невысокий и худой человек в стальной маске с шипами. В его глазах горело пламя, а сам он держал в руках два шестиствольных пистолета. Палил он знатно. Лишь ловкость Рагни позволяла мне уклоняться от этих пуль, да широкая спина нападающего танка. Еще двое летали на джейтбайках и старались подловить меня, прицельно бросаясь то молниями, то пылающими шарами, но скоро им это надоело, и они приземлились.

Танк попер в атаку. Я понял, что нужно действовать прямо сейчас. Я распахнул плащ. Черное солнце на моей груди запылало, и шипящий луч вырвался наружу. Это было мое самое сильное оружие, не считая того, что я мог попытаться утащить всех в Погасший мир, но противников слишком много, да они и не тупы. Они знают, кто я такой и что умею. Пришли по наводке. Охотники за сновиденными головами.

Луч ударил точно в громадного мужика. Аж только пятки засверкали. Он отлетел на несколько метров, но тут же встал. Какой крепкий. Я начал наводить луч на других охотников, но они бросились врассыпную. Окружить хотят. Этого допустить нельзя! Я был готов выпустить Рагни, чтобы обезопасить хотя бы один фланг, но этого не потребовалось. Мои противники выбрали совсем иную тактику. Все произошло мгновенно. Девица с косичками создала зеркальный щит и смело бросилась на мой луч. Он отразился в сторону стрелка, в руках которого уже тоже появился подобный щит. Еще одно отражение, только в этот раз луч ударил уже в меня самого!

Такого я не ожидал. Меня отбросило назад, а светящийся луч вспорол небо, которое тут же отозвалось дождем.

Я начал подниматься. Нехорошо вышло, конечно. Меня схватила могучая железная рука и несколько раз припечатала об землю.

– И это и есть страх всей Москвы? – Здоровяк приблизил ко мне свое лицо. Маска киборга спала, и я увидел рыжую бороду и голубые веселые глаза.

– Ведьмак Московского ковена к вашим услугам, – представился я, – но вы и так это знаете.

Я вцепился в руку и тут же начал иссушать этого болвана. От удивления он аж глаза выпучил и стал стремительно бледнеть.

– Ах ты, плесень седая! – воскликнул он. По всему его телу прошла молния, а затем я отлетел с громким хлопком. Я упал и обнаружил, что держу отстреленную руку. Вот так номер! Она стремительно таяла.

– Я тебе покажу, – мужик уже защелкивал новую руку – здоровенную клешню, как у краба, – сейчас мы проверим, на что ты способен по-настоящему!

– Замри! – приказал я, и татуировка сработала. Здоровяк застыл, но почему-то не полностью. Клешня зловеще щелкала. Ну и света в этом охотнике! Он даже умудряется сопротивляться!

– И на скольких из нас хватит этого фокуса? – спросил стрелок. – Дай угадаю, только на одного?

И они набросились на меня все вчетвером. Мой валькнут отозвался несколько раз от пропущенных ударов, а затем меня буквально втоптали в землю. Били хорошо. У одного из магов оказался огненный хлыст, которым он ловко подсекал меня. Я падал, затем меня рубили мечом, подбрасывали в воздух, расстреливали и долбили молниями. Но длилось это недолго. Два подхода, не больше. Я упал и понял, что проиграл. Нужно отступать. Но как уйти из чужой куколки? Никак. Меня поймали в чужом сне. Идеальное место, чтобы разобраться с врагом.

Охотники успокоились, и я отпустил громилу. Тяжелый пистолет приставили к моему лбу, но я не чувствовал страха.

– Чего ждешь, Улан? – недовольно спросил здоровяк. – Добей его.

– Нет, Механик, – пистолет был убран, – Совет не давал такого приказа. Ирида, напомни нам, что сказал Совет.

Девица с косичками опустила двуручник на землю.

– Найти цель в месте силы по координатам, данным осведомителем. Провести анализ, выяснить потенциал. Определить уровень силы. О ликвидации не было и речи.

– И что, – рыжий мужик недовольно покачал головой, – мы просто так уйдем? Что за идиотский приказ? Я…

– Успокойся, Механик, – холодно пресек его мужчина-маг, – ты здесь не главный. У нас свободная команда. Скажи, ведьмак, у тебя есть еще какие-нибудь фишки? Или ты уже показал нам все, на что способен?

Я медленно поднялся с колен.

– Потенциал проверить хотите, значит, – я сунул руку в карман, – не знаю, кто вы такие и кто вас послал, но сейчас вам будет «потанцевал».

Пальцы нащупали мундштук волшебной флейты. Я быстро вынул его и сунул в рот. Он буквально прилип к моим губам.