Перейти к содержанию

Шея ломается со звуком Хрясь — книга №3 серии «Становление героя»

Автор:

4,5 110+ оценок читателей Рунета
Категория
Крутой детектив
Серия
Становление героя · книга №3
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ В жизни есть лишь одна гарантия — смерть. Но что если смерть не твоя, а от твоих рук? Станешь ли ты убийцей или продолжишь играть роль жертвы, пока не поймёшь, что все «случайности» не случайны? В этой абсолютно выдуманной истории неожиданно оголяются совершенно не выдуманные человеческие пороки. Зло кажется субъективным, а грань человечности отодвигается всё сильнее, пока не становится слишком поздно. В этом триллере ты окажешься и жертвой, и следователем, которым суждено поменяться местами. ...Итак: ты в комнате допросов, на столе — круг от кофейного пятна, в воздухе вьётся сигаретный дым, а подозреваемый говорит знакомую для этих стен фразу: «Я не виновен…»

Читать «Шея ломается со звуком Хрясь» — Алексей Корнелюк онлайн

Страница 2 из 7

– Скажите, где вы?

Я назвал адрес. Своё имя, фамилию… облокотился на кирпичную стену и сполз на асфальт.

Нос парнишки был вывернут, и по щеке к шее сползала багровая струйка крови.

К горлу подступила тошнота… прижав кулак к губам, я смотрел, как пёс, поскуливая, лёг возле хозяина и положил на грудь морду.

Не знаю, сколько прошло времени, но вдалеке послышалась сирена, и гул всё нарастал… На повороте, сбив мусорный бак, резво въехала скорая и, забравшись двумя колёсами на бордюр, осветила стену позади меня.

Вытащили носилки, парня аккуратно погрузили в кабину, и когда фельдшер захлопнул дверь, пёс встал на задние лапы и стал скрести когтями.

– Это ваш?

Кручу головой.

Лая на задние двери, пёс побежал ко мне и, скуля, принялся биться мне в ноги.

– Он, видимо, хочет с хозяином.

– Не полу… АЙ!!! – Пёс вцепился фельдшеру в штанину и стал дёргать из стороны в сторону. Потеряв равновесие, тот грохнулся на асфальт. Выбежал водитель и принялся оттаскивать. Тащил за холку, перехватывал за шею… пришлось идти на подмогу. Рыча и лая, она снова принялась прыгать на задние двери скорой.

– Залезайте, – рявкнул водитель.

– Вы это мне?

– А ты ещё кого-то здесь видишь? Эта псина перегрызёт тут всех, если мы её не возьмём.

– А причём тут я? Я просто помог.

– Вот и помогай до конца. Как парнишка придёт в себя – узнаем, кому из родственников сможете передать пса.

Глава 4

– И родственникам вы не передали? – спросил я, когда подозреваемый закончил свой рассказ.

Тот лишь покачал головой:

– Мутная история, у парнишки осталась одна тётка в другом городе, и та ничего не захотела слушать. И к тому же этот пёс… – он опустил голову, разглядывая колени. – Преданный. Видно было, что он любил парнишку.

Я сделал пометку в журнале, обведя слово «Бруно» в кружок. Если история о том, как к подозреваемому попала собака, прояснилась, то как она оставила разодранный ошейник в доме убийства, оставалось загадкой.

В деле значилась фотография ошейника Бруно и телефон, написанный на внутреннем обороте кожаного подклада, по которому следовало звонить, если пёс потеряется. Мы успели пробить телефон – он совпадал с номером парня, неделю назад попавшего в неотложку.

– Тогда, – говорю я, закончив вести заметки, – почему вы не отдали пса, когда парнишка пошёл на поправку? Судя по записям… – я сверил показания его лечащего врача, – его должны выписать со дня на день. И вы навещали его три раза?

– Два раза.

Я сделал ещё одну пометку – не соврал. Конечно, нам известно, сколько раз он навещал мальчишку, даже точное время. Всё отражается в журнале посещений.

Постукивая колпачком ручки по столу, я ждал продолжения. Как же так оказалось, что он, да ещё и вместе с псом, оказался на месте преступления?

Экспертиза показала совпадение найденного клока шерсти, не говоря уже про порванный ошейник, застрявший между диваном и журнальным столиком. Но зачем брать собаку на убийство? Этот замкнутый мужчина не выглядит слабоумным маньяком… Здесь что-то другое. Совпадение или…

– Я привязался к Бруно, – нарушил молчание подозреваемый.

– Вот как?

– Знаете, я стал понимать собачников… Ведь их четвероногие друзья любят беззаветно. Меня так родная мать не любила. —ухмыльнулся он. – А тут – ты просто кормишь, выгуливаешь пса и получаешь такую связь.

Я написал в журнале пометку – проверить мать подозреваемого… Кончик ручки завис над страницей. Дописал ещё про отца и сестру. Возможно, они дадут зацепку. Без найденного орудия убийства мои руки связаны. Можно только надеяться на новые улики или же… признание. Мы встретились глазами, и мне сразу стало ясно: признания мне не видать. Однако у меня не осталось сомнений – он точно что-то скрывает.

Глава 5

Закон был на стороне невиновного, нет доказательств… что ж, свободен как ветер. А невиновен всяк, на кого нет вещественных доказательств.

Я расстегнул наручники, посмотрел на красные следы вокруг кистей и отошёл к углу допросной комнаты, сделав вид, что веду записи.

Этот приём я усвоил в самом начале службы. Если подозреваемый ухмыляется – это доходчивый голос ЭГО. Невиновный жаждет поскорее убраться на свежий воздух, ему не до ухмылок…

Стоя к нему спиной, я отсчитывал про себя до пяти…

1… купольная камера снимает, как он встаёт.

2… проводит пальцами по запястью.

3… не прощаясь, со скрежетом отодвигает стул.

4… берётся за ручку двери.

5… выходит.

Пять секунд дадут больше, чем тридцатиминутный допрос.

Этому трюку обучил меня отец, проработавший детективом до своего 63-летия.

Все эти ДОБРЫЙ и ЗЛОЙ коп – заезженный шаблон полицейских сериалов. Детали – вот ключ. Наблюдай, и тело подозреваемого скажет больше, чем отрепетированные слова.

Взяв со стола раздербаненную пачку сигарет, я вышел из допросной комнаты и в конце коридора увидел, как пёс, стоя на задних лапах, облизывает подозреваемому лицо.

– Я выставлю вам счёт за химчистку.

Брюки позади стоящего младшего лейтенанта напоминали собачий половик.

– Не пёс, а зараза.

Я хлопнул его по плечу и прошёл в свой кабинет.

Поднял жалюзи… взял за лапки дохлую муху и, приоткрыв окно, выбросил. Сев на подоконник, я взглянул на фотографию с отцом. На снимке мне около шести лет, и, сидя на батиных коленях, я был счастлив как никогда. Отец в идеально выглаженной форме, чисто выбрит, мощный подбородок, волосы зачёсаны по пробору и усы «щёткой», с которыми он никогда не расставался.

Мать всегда говорила, что он был рождён стать полицейским… я же просто стал преемником, так как по-другому быть не могло. Дисциплина и честность – вот два слова, которые вдолбили мне с самого детства. Два правила. Два постулата. Усвоил их с молоком матери.

Дыхание сквозняка всколыхнуло кипу бумаг на рабочем столе.

Утренний свет приятно прогревал спину.

Я поднял руку и понюхал подмышку.

Да… встаю с подоконника. Вызываю младшего лейтенанта.

Дверь открылась, и сквозняк сорвал два листа на пол. Поднимая их, лейтенант захлопнул дверь.

– Куда их?

– Брось на стол… мы должны организовать слежку. – он поднимает на меня взгляд. – Аккуратно, не привлекая к себе внимания.

– Сделаю.

– Хорошо… и ещё.

– М?

– Он наверняка захочет вернуться на место преступления.

Младший лейтенант переступил с ноги на ногу.

– Вряд ли нам поможет местный отдел полиции. Вы же помните, сколько раз пришлось им напоминать выслать отчёт?

– Именно поэтому я говорю лично тебе. Это дело навело шороху, и всё, что нам нужно, – это не привлекать внимание.

– Но, сэр, я не могу… к тому же Алтай не близкий путь…

Сажусь за стол.

– Оформим тебе отпуск.

– То есть я буду на отдыхе?

Поворачиваюсь к нему.

– Отдыхать будешь на настоящем отпуске. А теперь мне нужно поработать.

Придвинув стул, я взялся за бумаги.

Дверь за мной закрылась… краем уха я услышал про то, что его убьёт жена.

Я вытащил доклад местного отдела полиции и погрузился в дело, ставшее, по словам жителей Аската, «проклятьем». И на то были веские причины.

Глава 6

2009 год, 28 июня, село Аскат (Алтайский край).

… дело об исчезновении Вики Власенко.

4 дня поисковая группа из местной полиции и привлечённая из города Горно-Алтайск оперативная служба (уголовный розыск) прочёсывали леса и горы в поисках тела.

10 розыскных собак, взявших след по запаху девушки, разделили территорию на 4 зоны поиска.

Вертолёт за всё время совершил облёт в радиусе 500 километров от места, где последний раз видели Вику Власенко. Местные жители организовали штабы дружин. 688 километров сплава по Катуни и 241 километр Чулышмана не дали результатов.

На седьмой день поиски официально прекратились.

Девочку признали без вести пропавшей, так как ни просьб о выкупе, ни тела обнаружено не было.

…

К делу прилагаются показания свидетеля – лучшей подруги исчезнувшей. Прямая речь для достоверности сохранена.

Следователь: – Скажите, насколько вы были близки с Викой?

Подруга: – Довольно близко… я не знаю, мы вместе проводили время и…

Следователь: – ?

Подруга: – … вы думаете, она погибла?

Следователь: – Мы не можем исключать эту версию. Вы не замечали в последнее время что-то странное в поведении Вики?

Подруга: – Нет! Но…

Следователь: – Что?

Подруга: – Моя мать не хочет, чтобы я, ну… распространялась об этом… это не по-христиански, как говорит моя мама.

Следователь: – Вы очень поможете делу.

Подруга: – Простите, не могу… поговорите с её родителями, сестрой или учителем…

(пометка следователя: тут девушку резко прервали, и мать, схватив за руку, увела её в дом).

Комментарий родителей в деле отсутствовал.

Сам по себе куцый доклад вызывал подозрение. Слишком он уж никакой… именно это слово подобрал капитан, просматривая отчёт. Возможно, сказывался провинциальный подход или обычная безалаберность со стороны следователей, однако факт оставался фактом: девочка пропала, и дело постарались быстренько замять, а громким оно осталось только внутри Алтайского края.

Больше всего меня насторожило то, что когда младший лейтенант делал запрос в местный участок, там очень нехотя и задавая много (слишком много) вопросов выдали дело.

Мне не составило труда пробить местного майора, отвечавшего в 2009 за розыск. Он уже как 2 года в отставке и наслаждается пенсией в компании двух внуков. Всё бы хорошо… выслуга лет, ордена за заслуги, и тут на тебе – отношение к исчезновению девушки такое, словно дело крутилось вокруг воришки, утащившего сыр из бакалейной лавки.

Закрыв папку, я достал из пачки сигарету и два раза ударил фильтром о край бумаги. На третьем разе сигарета зависла в воздухе. «Поговорите с учителем…» – пронеслось в голове капитана, как на повторе. Убитого мужчину, обнаруженного убитым недалеко от яблони в собственном дворе, звали Вихров Николай Алексеевич, он был учителем литературы Чемальской средней школы. В том самом доме, где пару дней назад были найдены ошейник собаки и отпечатки подозреваемого.