Страница 3 из 4
– Я предупреждал… – процедил Юта.
Эллес попытался его вразумить:
– Сейчас точно не время для твоих припадков ревности. Соберись!
– Никакой ревности, – Тахарион злорадно ухмыльнулся. – Я просто прямо сейчас сдеру с него шкуру, потом начну отрезать то-о-оненькими ломтиками…
Пришлось и мне вмешаться, иначе проблема выйдет из-под контроля:
– Юта, давай ты все это сделаешь после того, как мы встретимся с Катриной? У нас тут засада на самого грозного твоего врага, если ты не заметил!
Он покосился вдаль, прищурился и вдруг потребовал:
– Илар, будь душкой, сними приворот, иначе я буду заниматься не Катриной, а этим ловеласом. Сам знаю, что мыслю неразумно, но сейчас мне нельзя ни на что отвлекаться.
– С ума сошел? – воскликнули мы с Эллесом.
– Какой приворот? – удивился Сережа.
Но почему-то дракон после недолгих размышлений кивнул и что-то зашептал себе под нос. Это было его колдовство – наверное, поэтому для его отмены не потребовались сложные маневры. Затем декан призвал нас всех внимательно следить за происходящим и больше не произносить ни слова, ведь мы охотимся не на безобидного зайца, а на князя зла! Вот только уже минут через пять Сергей неожиданно прошептал:
– Я вот тут подумал… все это напоминает какой-то артхаусный фильм. Мы охотимся на князя зла в компании другого князя зла, который притворяется учителем, который учит студентов побеждать князей зла. До этого момента все, в общем-то, понятно. Но почему я даже в Ису об этом не написал? Пусть бы тоже поржали…
– Не сейчас, Сергей, все потом. Началось, – судорожно распорядился декан.
Сердце остановилось, когда на изгибе дороги показалась повозка. Из нее вышел Варгат и недоуменно огляделся в поисках преподавателя. Прошел до кромки леса, вернулся и остановился в центре песчаной поляны. Громко выкрикнул:
– Милорд Эллес, вы тут?
Тогда Юта вскинул руки, прикрыл глаза и сложил пальцы в сложном знаке, накладывая на парня смертельное проклятие.
Я до рези в глазах вглядывалась в фигуру старосты. Варгат не выглядел напряженным. И он явно не подозревал, что здесь его поджидает ловушка, – просто остановился, решив, что профессор задерживается и стоит немного подождать.
Сережа рядом со мной прошептал:
– Мне казалось, что проклятие свалит его с ног.
Я нашла единственное разумное объяснение:
– Катрина заметила подмену артефакта и снова защитила его. Юмин такие вещи распознает с одного взгляда, вряд ли она в этом вопросе слабее.
– Выходит, вся наша задумка провалилась, и…
Сережа не закончил мысль, поскольку как раз в этот момент староста остановился и с жутким стоном схватился за живот. А потом упал на песок, крича от боли. Его страдания были неподдельными, и меня хватило буквально на несколько секунд. Я вскочила и выдохнула:
– Что происходит? Зачем так сильно его мучить?!
Сергей тоже приподнялся и нервно дернул меня за рукав, возвращая на место. А Юта терпеливо объяснил:
– Так надо, Настя. Я пока не собираюсь его убивать, но страдания необходимы, чтобы выманить Катрину.
– Ее здесь нет! – заверещала я.
– Вон она, – Эллес указал на повозку. – Сработало. Держите себя в руках. На войне нельзя быть слишком щепетильным – если мы ее сегодня не раскроем, то уже завтра она может вырезать нас по одному, включая и твоего обожаемого Юмина.
Действительно, из той же кареты бежала девушка. В этот момент Варгат перестал кричать – он замер в одной позе. Лицо белее снега, а глаза страшно распахнуты.
– А вот сейчас я снял его боль, – прокомментировал Юта происходящее. – Теперь он в самом деле умирает. И умрет, если подружка начнет мешкать.
Вот только Катрина вела себя странно – она бегала кругами и кричала громче, чем недавно Варгат:
– Что с тобой? Тебе плохо? Варгат, боги, что случилось?! Помогите! Кто-нибудь помогите! – на последнем звуке она едва не сорвала голос, но даже с хрипом продолжила: – Помогите! Милорд Эллес, кто-нибудь!
Не дождавшись ответа, упала на колени, закусила губу и начала делать пассы руками – что-то похожее на то, как лечил декана Сережа.
– Похоже, она и не собирается снимать проклятие, – выдавила я.
– Похоже, пока не сообразила, – высказался Юта. – Не думал, что князя зла можно застать врасплох. За тысячи лет растеряла навыки?
– Похоже, она к нему привязана совсем не так, как ты к Насте, – задумчиво проговорил Эллес.
– Похоже, он сейчас действительно кони двинет, – закончил Сергей главным. – И тогда она найдет всех причастных и уничтожит вместе с родней до седьмого колена. Я бы так поступил, а я даже не князь.
У меня в ушах от тревоги стоял невероятный шум – я почти оглохла и не могла сосредоточиться. Мы облажались! У Катрины щеки от страха стали серыми – точно такими же, какими сделались бы у любого человека, когда он до смерти испугался за лучшего друга. Никакая она не княгиня… Три хладнокровных мужчины спокойно наблюдают за ней, потому что это и есть план, но у меня шум в ушах стал таким, что барабанные перепонки грозили лопнуть.
Я бросилась вперед, вообще не понимая, что делаю. Драконица заметила движение и тотчас завопила:
– Настя, сюда! Я не понимаю, что происходит! Если умеешь лечить, помоги, умоляю! Может, у него какие-то внутренние травмы? О, декан Эллес! Вы где были?! – она грязно выругалась. – Быстрее сюда, Варгату плохо!
Конечно, остальные последовали за мной, раз уж все равно раскрыты. Или до них запоздало дошло, как сильно наша компания сконфузилась. Учитель Тант грубо отодвинул девушку и двумя щелчками пальцев снял проклятие. Варгат еще не пришел в себя, но его лицо уже стало розоветь. Катрина вначале осела на песок, пытаясь отдышаться. Когда Юта закончил, она подползла к Варгату, улеглась рядом, чтобы обнять, и разревелась от облегчения.
А мы столпились самой идиотской во всех мирах компанией.
– Похоже, мы ошиблись, – прохрипела я. – Случилось самое невероятное, что мы сразу отмели: Катрина просто хорошая. Ко мне плохая, конечно, но к Варгату хорошая.
– Похоже, круг посвященных теперь расширится, – вздохнул Юта. – Девчонка слишком умна, ее вокруг пальца долго не поводишь. Этих свидетелей тоже нельзя убивать? А когда их накопится сотня, то начнем?
– Похоже, сейчас будет самый сложный разговор в моей жизни. Дайте сосредоточиться и подумать, – попросил Эллес.
– Подумайте, подумайте, милорд, – разрешил Сережа. – И не забудьте в этот разговор включить меня – у меня тоже возникли вопросики.
Глава 5
– Подождите, вы проверяли его на черную магию? Варгата?!
Худшие опасения подтвердились: Катрина в самом деле очень умна и внимательна. Не зря даже Юта от нее был в восторге. И, разумеется, от такой натуры детали не укрылись – драконица уже осознала, что все мы прятались в каком-то укрытии и ставили страшные эксперименты над ее лучшим другом. Тот сейчас лежал без сознания, весь его организм нуждался в отдыхе и восстановлении, и этот сон был целительным.
Поэтому Эллесу пришлось объясняться – мы дружно предоставили декану слово. Просто очень его уважали, ничего личного. И, надо отдать ему должное, он плел что-то более или менее вразумительное:
– Катрина, ну я ведь уже все объяснил. На последнем экзамене первого курса произошел странный всплеск – именно поэтому Сергей тоже здесь, ведь в дуэли они сражались друг с другом.
Сережа закатил глаза и саркастично выдохнул:
– Да-да, я здесь именно поэтому.
К счастью, девушка пока не заметила, насколько странно мы все себя вели. Она размышляла вслух, с каждой фразой говоря все увереннее:
– Это какой-то бред… У меня ощущение, что мне на уши вешают лапшу. Наличие темной магии можно проверить иначе – достаточно было отвести Варгата к ректору. Он любого раскусит! Разве что князь зла собственной персоной могущественнее ректора Эллеса! Постойте-ка, вы подозревали, что Варгат – князь зла?! Мне одной здесь кажется, что вы все с ума посходили?!
Мне стало ее до слез жаль – она и так перепугалась, а теперь еще и получает какую-то чушь вместо внятных объяснений. Я выступила вперед, тоже уселась на песок рядом с Варгатом и заговорила тихо:
– Да, мы действительно это подозревали. Вернее, не так. Мы думали, что ты – княгиня зла, а Варгат – лишь носитель капли твоей силы. Сейчас мне это тоже начало слышаться дуростью, но наше заблуждение возникло не на ровном месте. Тогда, во время экзамена, князь зла абсолютно точно был где-то неподалеку. Он прямо в академии, у ректора и у всех под носом! И у нас закончились версии, под чьим лицом он скрывается.
Взгляд Катрины стал более осмысленным. Она нахмурилась, обдумывая мои слова и больше не желая кричать, но потом вскинула голову и довольно спокойно произнесла:
– Версии закончились? А я прямо сейчас разгадаю эту грандиозную интригу! – На этих словах мы застыли, всерьез рассчитывая получить ответ. Катрина посмотрела прямо на Юту и процедила со змеиным хладнокровием: – Вокруг себя оглядеться не додумались? Учитель Тант только что на моих глазах снял смертельно проклятие, которое наверняка сам и наложил. Если это не черная магия, то я не драконица, а какая-нибудь танцовщица в дешевой забегаловке! Как вам? Нетрудно было найти злодея?
Эллес поперхнулся и закашлялся. Юмин же переплел пальцы и будто бы решил просто повеселиться:
– Понимаешь ли, девочка, злодеи делятся на злых злодеев и добрых злодеев…
Декан перебил, пока разговор не перерос в фарс:
– Катрина, ты права насчет учителя Танта. И он тоже в некотором смысле прав. Если некий злодей на нашей стороне, то его компанию можно терпеть, хотя это иногда невыносимо. – Он покосился на Тахариона. – И мы ищем вовсе не его, князь зла что-то сделал с твоим другом – и только поэтому мы все оказались в этой жуткой ситуации. Он обвел нас вокруг пальца, указав в точности на Варгата. Возможно, чтобы отвести подозрения от себя, хотя у нас и не было подозрений.
Она перевела взгляд черных глаз на него и после паузы заговорила сухо:
– Я понимаю, любой может ошибиться. Но я будто сегодня впервые вас встретила, милорд Эллес. Стыдно признаться, я так сильно была в вас влюблена. Знала, что у нас слишком разное положение, поэтому счастье невозможно, однако все равно надеялась, грезила, ревновала к каждой девчонке, которая оказывалась к вам ближе, чем я… Вы мне казались идеальным – самым благородным и справедливым мужчиной в этом мире. И вдруг выяснилось, что вы вовсе не такой: готовы мучить и убивать невинных, руки нечистые, совесть под сомнением, водитесь с какими-то проходимцами, – она на секунду скосила взгляд на Юту.
Тот не преминул отреагировать:
– Я-то проходимец? Да я здесь был до вас и буду после. Вы все для меня проходимцы, а не наоборот.
От подобного признания глаза Катрины расширились – она буквально зависла. Но Эллес перехватил инициативу:
– Ты права, я не святой. И мой отец, признанный герой Гонты, тоже святым не был. Когда враг хитер и опасен, ты обязан быть еще хитрее и опаснее, чтобы его победить. И тем не менее мне очень жаль, что я тебя разочаровал.
– Какую невесту упустил, а, дружище? – поддел его Тахарион. – То она тебя недостойна была, то ты стал ее недостоин. Вы когда на одном уровне окажетесь, не упустите момент.
– Да заткнись ты уже! – декан выругался. – Без тебя тошно! Я все пытаюсь помочь людям и родной стране, из кожи вон лезу для этой цели, но по факту уже почти ничем не отличаюсь от тебя!
Перепалка не разгорелась, поскольку Варгат наконец-то открыл глаза. Мы с Катриной помогли парню сесть. Он выглядел вполне здоровым, просто растерянно оглядывался и вопрошал:
– А что произошло? Это у меня так сильно живот, что ли, прихватило? Не зря утром пирожки в столовой показались мне подозрительными…
Ну хоть с ним все в порядке, захотелось облегченно улыбнуться, однако последствия мы пока не разгребли. Декан Эллес уже собрался и решительно взял эту задачу на себя:
– Ребята, это важно для всей Гонты. Пустынная Роза или Лашми-паук в академии. И он прикоснулся к Варгату до начала дуэли, то есть был прямо там. А учитель Тант – не учитель Тант, зато без него вся миссия обречена на провал. Об этом никому нельзя рассказывать, понимаете? От сохранения тайны зависят не только жизни учеников и сотрудников, но и благополучие Гонты. Я не преувеличиваю! Раз уж вы все равно оказались посвященными в этот секрет, то я открою детали, но вы должны поклясться, что никто за пределами этого круга не узнает раньше времени!
Староста, еще толком не услышавший никаких объяснений, сразу же кивнул:
– Благополучие Гонты? Уговоры излишни, декан Эллес, ради такого я хоть на пыточном столе погибну, но рта не открою.
Катрина, которая успела понять чуть больше, кусала губы и размышляла. Но в итоге тоже согласилась:
– Мне не нравятся ваши методы, но в благих намерениях я не сомневаюсь. Кажется, на этот раз вы не врете. В таком случае я не посмею помешать. Но неужели не нужно сообщить тем, кто способен помочь? Вашему дедушке или вообще сразу королю!
– Нельзя, – декан покачал головой. – Пока мы не выясним точно, кто именно князь. Он может уже десятилетиями занимать какую-то высокую должность – быть хоть в администрации академии, хоть советником короля…
– Хоть самим королем, – смешливо подхватил Юта. – Кстати об этом. Князь зла – это кто-то наименее подозрительный. Не ректор ли, случаем?
Эллес нервно воскликнул:
– Мой дед?! Нет, этого не может быть!
Я задумчиво вставила:
– Типичное отрицание. Он тоже не хотел верить, что вы князь зла, а оно вон как оказалось… а, ну да.
Я стушевалась. И хоть от разгадки мы были все так же далеки, но с Катриной и Варгатом вопрос уладили довольно быстро. Единственной их просьбой стала ожидаемая:
– Мы хотим помочь. Сейчас в стороне все равно уже не останемся, будем рады принести пользу Гонте.
К дороге отправились уже в хорошем настроении и с явным облегчением – кризис миновал, мы не только обошлись без жертв, но и обзавелись еще двумя помощниками. Как минимум, еще четырьмя глазами для поиска странностей, что не помешает. Варгат и Катрина махнули на прощание и пошли к своей повозке, а наша карета была оставлена вдали за поворотом, куда мы и пошагали, обдумывая произошедшее.
Сережа, о котором мы временно позабыли, напомнил о себе:
– Прикольно вышло. То есть меня собирались на месте прикончить, а эти двое просто укатили даже без присмотра?
Я остановилась и удрученно вздохнула. Думаю, он и сам догадывается, в чем разница. Но несмотря на нее, несправедливость очевидна – она в прямом смысле режет глаза. Декан Эллес произнес как можно нейтральнее:
– Они родились в Гонте, любят Гонту, поступили в академию, чтобы защищать Гонту. Катрина когда-то разглядела в мальчике-слуге талант и принялась всячески его поддерживать – это многое о ней говорит. У Варгата вообще повышенное чувство ответственности. Возможно, он тоже хорошо понимает, что такой долг нужно вернуть – не Катрине, она ничего взамен не попросит, а всему нашему обществу. Если бы Тахарион начал настаивать на их убийстве – я бы сам встал перед ними, чтобы защищать, потому что у меня нет ни капли сомнения в их верности нашей общей цели.
– И погиб бы в тот же миг, – заметил Юта. – Но мне настаивать и не хотелось – я тоже не усомнился, что эти будут держать язык за зубами. По крайней мере до тех пор, пока не рассмотрят в наших действиях какой-то вред. А нам теперь снова придется решать, что делать с таким замечательным героем под именем Сережа. К первому варианту все еще не возвращаемся?
– Нет, никаких убийств! – рявкнула я. – Давайте просто восстановим ту же схему!
– Запросто, – декан Эллес сложил пальцы в знакомом жесте для кастования любовного приворота. – Если уважаемый Юмин успокоил внутренних бесов, то так и поступим.
Юта резко махнул рукой, темная волна ударила дракона по рукам с такой силой, что тот отшатнулся и едва не упал.
– Ни за что, хватит! – рявкнул князь. – Чтобы этот мальчуган снова раздражал Настю своими приставаниями?
– Он меня не раздражал… – промямлила я удивленно.
– Я сказал – раздражал, – надавил он, пронзая меня внезапно позеленевшими глазами, которые на лице учителя Танта выглядели неуместно. – Больше никаких приворотов, они мне… наскучили!
– Простите, а что сейчас происходит? – поинтересовался тот, кого это в первую очередь касалось.
