Тальяна Орлова "Исагон-3. Настя захватывает мир"

– Тетенька, ну как же ты иногда раздражаешь – особенно если несешь подобную несусветную чушь! Разумеется, ноги моей не было в Пустыне! У нас же негласный договор о ненападении. Поэтому если ты вдруг придумала, что я пойду туда и добуду освобождение для твоего Сережи, то здорово просчиталась. Я после прошлого раза лет пятьдесят раны залечивал, ни одного живого места не осталось: поломанные кости и мясо на них кусочками. За какую-то потрепанную полуистлевшую брошюру – вот уж в ком нет ничего человеческого, так это в Розе Хорш. Хотя в те годы я был совсем юнцом, а эта дрянная старуха еще не так уж и стара…

Я хмыкнула и тотчас сжала губы, чтобы не расхохотаться в голос. Правда, любопытство этим не удержала:

– Странно, что Пустынная Роза в отместку не наведалась к тебе на Тахарион – ну, тоже какую-нибудь брошюрку прихватить и окончательно обглодать косточки воришке.

– В те годы не было еще никакого Тахариона. Вернее, гора-то была, но называлась как-то по-другому – всем давно плевать, как именно. А я только-только получил титул и возомнил, что все на свете могу. В качестве благодарности не стал наведываться в ее архив снова, когда оброс настоящей силой. Хотя вряд ли Роза Хорш вообще поняла, кто это был, – в те годы обо мне мир еще не гремел. Кстати, по этой причине огласка твоего происхождения грозит мне уже настоящими последствиями. Вдруг эта развалина на самом деле не спит и только ждет, на ком бы отыграться? Похититель истрепанных брошюрок наверняка ей не очень симпатичен.

Я и без этого аргумента осознала всю серьезность, а заодно получила еще один факт из долгой биографии моего приятеля. Покачав головой, я предложила:

– Вернемся в таверну, а то наши заинтересуются, о чем мы так долго шепчемся.

– Нет, постой! – Юта вскинул руку и глянул на меня серьезнее. – Настя, что именно сделал призрак с твоим разумом? Это может оказаться важным для моих поисков.

Я невольно смутилась, не желая пересказывать дословно, и объяснила в общих чертах:

– Ничего ужасного. Вот только он будто за мгновение пробрался на самое дно моих мыслей и раскопал в них то, о чем я и сама еще не успела подумать. Вытащил это наверх, чем и вынудил меня замереть от неожиданности. Хорошо, что Сережа среагировал молниеносно.

– Вытащил мысли со дна? – Юта заинтересовался. – Что же там было такое – какие-нибудь извращения?

Пришлось посмотреть прямо ему в глаза и решительно подтвердить:

– Да, абсолютные извращения. Настолько стыдные, что я и тебе о них не расскажу!

– Понял, больше не лезу, – легкомысленно отмахнулся он. – Люди так ограничены этим самым стыдом, что даже смешно. Тем не менее это не совсем то, что мы ищем. Призрак точечно отыскал то, что уже в тебе было, а не навязал новое.

Навязал или не навязал? Это во мне было? Сожаление о том, что между мною и Ютой вечная пропасть. Запрятанная надежда. Подавленная эмоция. Поскольку я не могла ответить с полной уверенностью, промолчала. Однако не посчитала это препятствием – у каждого в подсознании хватает обрывков мыслей, воспоминаний и идей, Сережа не может быть исключением. Значит, если не получится стереть участок памяти, то достаточно просто отыскать зацепку, после которой он и сам не захочет сообщать ничего в Ису. Я старалась не задумываться о том, что это такое же вмешательство в личный выбор, как и любовный приворот.

Добрались до столицы Гонты мы без происшествий. Остатки каникул я провела в тренировках, Сережа обычно крутился где-то поблизости – ну да, я же теперь основной предмет его интересов. Декан Эллес уехал – скорее всего, в свой настоящий замок, а Юта… нет, я даже знать не хочу, куда он делся.

Но вернулись оба почти одновременно – за пару дней до начала семестра, когда уже академия наводнялась студентами. Пообщаться нам пока не удалось, но Сергей уже строил общие планы – ему казалось, что он останется в гуще событий, раз уж все равно вовлечен. Или он просто собирался проводить со мной как можно больше времени. В любом случае он всегда находил повод для беседы:

– Настя, Катрины и Варгата еще нет – должно быть, они приедут завтра. И как мы поступим? Если вновь понадобится приманка, то я отказываться не стану. До меня только теперь доходит, насколько все сложно! Мало вычислить князя, его еще надо как-то нейтрализовать – и для того нужно непременно выманить его из людного места. А если он или она в отместку уничтожит сотни невинных людей, как только заподозрит раскрытие?

Разумеется, я уже думала об этом. И даже о том, что не просто так самая высшая нечисть облюбовала эту академию – тут же у всех врагов руки связаны. Однако терпеливо попросила:

– Сереж, умоляю, не тараторь. Вряд ли наше с тобой мнение вообще будут спрашивать. Тахарион и Эллес определенно умнее нас с тобой, сами разберутся.

– Так а нам что делать в это время? Сидеть на пятой точке ровно?

– Не высовываться, – дала я ему тот совет, который сто раз слышала от Юты в свой адрес. – Мы в этой компании самые уязвимые звенья, и лучшее, что можем сделать, – не помешать сильным участникам. И, конечно же, самим не попасться в заложники. Если враг тут давно, то он мог заметить мою связь с Тахарионом. Увидишь, как меня зверски уничтожают, – ты знаешь, кого звать на помощь.

– Уничтожают? – парень заметно побледнел, испугавшись за меня. – Да, я понял и ни за что этого не допущу! Маша уехала, ее комната свободна, переберусь туда и буду прислушиваться к каждому шороху за стенкой. Или притащить кровать прямо сюда?

Я устало покачала головой. Даже если этот замечательный человек будет на расстоянии вытянутой руки, то все равно с князем зла ничего поделать не сможет – и меня не отобьет, и сам погибнет. Но это не он такой дурак – это мы его дураком сделали, подменив все его цели на заботу о навязанной любимой.

Утром следующего дня Сережа снова находился в моей комнате и мешал медитации, и в какой-то момент предупредил:

– Враги на подходе.

Я тоже подбежала к окну, чтобы рассмотреть возле ворот фигуры Катрины и Варгата. Полудраконица вряд ли умела себе в чем-то отказывать, поэтому привезла с собой из дома несколько чемоданов вещей. Их, конечно, нес наш староста. Ничего необычного, самый банальный образ друзей детства, которые во всем друг друга поддерживают, если не знать подноготной.

Сергей тихо прошептал:

– Наверняка она передала ему каплю черной магии до нашей дуэли. Я сильный противник, они могли просто перестраховаться.

Я задумчиво добавила:

– Скорее всего. Но знаешь, что во всей этой сцене меня смущает? Юмин тоже собирался так поступить, чтобы я точно сдала экзамен, но Эллес предупредил, что ректор может заметить. Катрина не знала, что ректор будет присутствовать?

– Тахарион же не знал, раз собирался… – неуверенно парировал Сергей и нахмурился еще сильнее: – Не могу припомнить, где Варгат стоял до нашего выхода. А, ну да, как обычно, около местных, которые все еще сторонятся попаданцев. Кстати говоря, все гонтовцы его бесконечно уважают и прислушиваются к его словам. Перед дуэлью буквально каждый хлопнул старосту по плечу и пожелал быстрой победы, даже зазнавшиеся драконы принимают его за равного. Его авторитет тоже руками Катрины создан?

Я молчала, не имея ни малейшего представления, какие поступки эти двое совершали, для каких целей, в чем притворялись, а когда были искренними. И даже теперь я не могла всерьез разозлиться на Варгата – он ведь точно так же, как я, прикрывает близкую душу, в которой не видит настоящего зла. Просто умный, начитанный, дипломатичный потомок варваров оказался по другую сторону баррикад – и из-за этого мы его тоже называем врагом, хотя у него может оказаться самая чистая совесть на свете.

Глава 3

Общий сбор противокняжеской партии во главе с другим князем состоялся той же ночью. Меня разбудила блестящая пылинка – эта тварюшка цапнула меня за щеку! Я подпрыгнула на кровати, но возмутиться не успела – мелкий пожиратель закрутился передо мной, затем рванул в сторону двери. Он так и продолжал метаться ко мне и обратно, пока я не осознала, что меня куда-то зовут. Быстро накинула тренировочный костюм и поспешила на выход.

Вот только из комнаты Маши выглянул заспанный Сережа в одних трусах и взволнованно спросил:

– Настя, что-то случилось? Ты куда? Не иди одна!

– Не волнуйся, я к Юмину, – заверила я и побежала вперед, поскольку пылинка и не думала меня дожидаться.

Однако Сергей сорвался вслед за мной. Вот в таком виде и сорвался. Я боялась упустить из виду пожирателя, поэтому просто порадовалась извечному теплому климату в сих местах: одноклассник не простынет. А то, что выглядит не вполне презентабельно, – так кто заметит в третьем часу ночи? Разве что я сама. Ну так мы недавно декана Эллеса после обращения в боевую форму вообще голым видели – в этом нет проблемы, если специально не акцентировать внимание.

К удивлению, блестяшка полетела не в сторону преподавательского общежития, а куда-то дальше – явно направлялась к административному корпусу. Значит, встреча состоится не в личной комнате, хотя это и понятно: если бы можно было обсудить в подобном месте – Юта сам бы ко мне и наведался. Правда, перед живой изгородью мы остановились: микроскопическая нечисть исчезла, а куда шагать дальше, не было понятно. Не в центральный же вход.

– Ребята, сюда, – я расслышала шепот Эллеса и сразу повернула на звук.

Он махнул рукой и сам прошел вперед – к совсем низенькой дверце, ведущей в подвал здания. Мы спустились по лестнице в темноту, затем дракон зажег свет на кончиках пальцев и провел нас по коридору до комнаты. Там уже ждал Юта в истинном облике – не то чтобы ждал, сладко сопел, пристроившись компактной загогулинкой на миниатюрной софе. Прикрыв дверь, декан заговорил уже громче и без опасений:

– Мой дед создал эту комнату во время ремонта – для тайных совещаний. Конечно, у меня есть ключ. Тут самая надежная защита от магии и от прослушивания. Полностью безопасно для обсуждения секретных тем. Даже сам ректор не узнает, что здесь происходит, ведь сигнал к нему – это уже прореха в защите. Поэтому если нужно будет собраться, то это наилучшее место.

Здесь был круглый столик и немного мебели: диванчики и несколько стульев. Негусто, если ректору придет в голову собрать много народу, однако смысл и не в комфорте. Я обратила внимание на стены – они до потолка были испещрены знаками: от крупных и четких до совсем крошечных, в миллиметр величиной. Некоторые из символов давали слабые золотистые отблески.

Я заинтересовалась одним из таких знаков и спросила:

– А это свечение что означает? Точно не взорвется?

– Это из-за меня, – лениво пояснил Юта, нехотя принимая сидячую позу.

– Именно, – подтвердил Эллес. – Разумеется, защита болезненно реагирует на такую жуткую концентрацию нечистой силы. Просто не обращайте внимания – как я уже сказал, никто извне все равно не догадается, что здесь случалось в их отсутствие.

– Как это не обращать внимания? – весело прокомментировал Юмин. – Чистокровный дракон ради меня предал не только своего деда, но и все свое драконье общество. Теперь уже пригласил и в тайник, созданный специально от таких, как я. Илар, я и раньше себя считал особенным, но твои негласные комплименты так и летят в мою сторону. Я бы сейчас зазнался, если бы не успел этого сделать задолго до нашего знакомства.

Вряд ли декан сам был в восторге от текущей ситуации, поэтому недовольно высказался:

– Я иду на это ради необходимости, а не ради тебя. Разве я еще не говорил свое условие? После того, как мы найдем и обезвредим другого князя зла, ты должен будешь убраться отсюда на Тахарион! В благодарность за твою помощь мирному населению Гонты я не буду раскрывать, что ты вообще здесь был. И когда все окажутся на своих местах, я заново перестрою все знаки в академии – это место нуждается в чистке. А если у тебя другие планы, то я уж найду на тебя управу. Никакая репутация меня не удержит от благой цели, я даже на плаху пойду с гордо поднятой головой, если таковой будет цена.

В последнем никто из присутствующих не сомневался – выходец из семьи героев вряд ли мог оказаться слабаком, пекущимся лишь о своем добром имени. Но смеху Юты это не помешало:

– Тогда в моих интересах, чтобы мы второго князя никогда не нашли. Так получается?

Я пододвинула стул ближе к центру комнаты, уселась и с притворным вздохом заметила:

– Ох, Тахариошечка, твоему оптимизму можно позавидовать. Получается именно так, если он только здесь не по твою душу. Мы будем друг друга подзуживать или перейдем к делу? Не то чтобы мне не нравился твой характер, но время позднее, а твой закадычный союзник утром уже на первом уроке с меня будет три шкуры драть за то, что я туплю от недосыпа. Без обид, декан Эллес, но вы действительно самый требовательный преподаватель, за что я и обожаю ваши занятия больше всего. Хорошо, что учителя Танта здесь нет, а то обиделся бы.

Юмин приставил ладонь с одной стороны от рта и громко прошептал:

– Потом прикончим твоего строгого декана вместе, тетенька, как и собирались. За каждую твою шкуру из трех отомстим.

Дракон тоже занял место, не желая развивать шутливые разговоры, а вот Сережа засуетился:

– Настя, может, я сбегаю и принесу тебе плед, чтобы ноги не замерзли?

Юта будто только что его заметил:

– А этот замечательный и полезный смертник тут зачем? Особенно зачем он тут почти без одежды? Интересно, чем вы занимались, когда я выслал приглашение?

– Спали, – пояснила я. – В разных комнатах, если тебе интересно. – Посмотрела на парня, содрогнулась от его блестящего взгляда и произнесла четко: – Не нужно, Сереж, спасибо большое. Если ты сам замерз, то мы сейчас стащим одежду с одного негодяя и отдадим ее тебе.

Негодяй широко улыбнулся – дескать, замучаетесь раздевать. А вот Сережу такая вероятность испугала до паники:

– А вдруг он под одеждой не хуже, чем в ней?! Мне ничего не нужно, я в порядке! – И спешно присел на стул за моей спиной.

Эллес с улыбкой произнес:

– За вашим забавным треугольником наблюдать все любопытнее, но давайте действительно перейдем к делу. Итак, все доказательства указывают на Катрину.

Мы кивнули, а Сережа бегло рассказал:

– Я пытался что-то узнать. Местные не очень нас любят, но я стал вторым после Насти, кто выбрал нейтральную сторону, поэтому ко мне относятся лояльнее. Поболтал с тем, с другим – и вот что выяснил. У Катрины богатая семья – драконы нечистокровные, но в своих землях пользуются уважением. Как я понял, Варгат был сыном слуги, – тут изредка нанимают варваров. В отдаленных местах им еще и достается за происхождение. И внезапно дочь господина с ним сдружилась, освободила от работ по дому, разглядев талант уникала воздуха, звала его на собственные уроки по магии. А потом потащила его с собой в академию, хотя по происхождению ему было мало шансов сюда попасть – да банально даже на дорогу денег не нашел бы. И я вот о чем подумал – был ли вообще его талант столь силен? Или он получил его извне, как мы тогда возле Красного Леса?

– Хорошо, что ты пришел, умник, – серьезно заявил Юта. – Есть о чем подумать.

– Сама ситуация странная, – согласился Эллес. – Я в этом обществе с рождения вращался и с подобными отношениями не сталкивался. Высмеивайте сколько угодно, но многие носители драконьей крови действительно высокомерны. Лично мне легче представить, что условная Роза Хорш приняла облик хозяйской дочери, за годы «взросления» получила там нужные навыки для конспирации, а заодно и обзавелась вернейшим помощником – он необходим для будущих планов. Или… она просто очень хорошая.

Юта тоже крепко задумался:

– Поскольку я привык выискивать в людях только плохое, мне последнее объяснение не кажется исчерпывающим. Ладно, полностью исключать не будем, но насколько идеален план! Я раскрыл себя как раз потому, что не готовился к визиту в академию десятилетиями, но проживи я в каком-то доме столько лет – меня уже никто бы не поймал на осечках. Не зря она все-таки древнейшая из всей нечисти, с ее стратегическим умом и терпением придется считаться.

Я высказала и собственное мнение:

– Звучит очень логично, будто сразу все пробелы закрываются. Но зачем она тогда меня спасла? Проверяла Юмина? Следовала своему образу? Собиралась как-то использовать мою благодарность, уже догадываясь о нашей дружбе с ее противником?

– Одно из трех либо что-то четвертое, – вздохнул Эллес. – Причем для нашего расследования не важно. Итак, что мы будем делать с этим знанием, если прямо на нее напасть не можем? Выманим в безлюдное место? А мы точно с ней справимся, как с Оуденом? Это все-таки другой уровень.

– Нет, не справимся, – уверенно ответил Юмин. – Вернее, шанс есть, но риск слишком велик. В первую очередь, для меня. А смысл ставить все на карту, если она сама пока не напала?

Декан логично объяснил:

– Так она не напала по той же причине – риск слишком велик. Вы уже все, что было можно, между собой разделили, тогда ради чего подвергать себя смертельной опасности? Оставшиеся три князя сильно отличаются от тех психованных монстров, какими вы были прежде. Навоевались, натряслись оружием и талантами, заработали себе имена – и начали искать другие развлечения. Некоторые вообще до недавнего времени предпочитали уходить в полугодовые спячки… На прямой конфликт вы пойдете лишь в одном случае – если появится ценный ресурс, который важнее вашего устоявшегося уклада.

Юта покосился на меня и с явным трудом признал:

– Обидно, но в целом ты прав. Даже массовые убийства со временем становятся рутиной и уже не вызывают того же восторга. И единственный ресурс, за который мы еще друг от друга отмахиваемся, – высокоранговая нечисть. Хоть что-то пока поддерживает нашу вражду – вернее, вкус к жизни. Ты слишком умен для дракона, прямо раздражаешь.

– Кажется, ты просто недооцениваешь драконов, – парировал Эллес и сразу продолжил: – Выходит, нам нужно просто выяснить ее цель. Если в той цели нет ничего зазорного, то опять сделаем вид, что ее не замечаем, пока она не замечает нас. Но для этого нам придется заставить ее себя обозначить. А то мы как на ладони, а она в тени. Как же это сделать?

Юмин с усмешкой предложил:

– Точно так же, как ты выманил на свет меня. Зачем придумывать новое, если предыдущий маневр отлично работает? Для начала воруем у Варгата его артефакт защиты от скрытых проклятий. Сергей, возьмешь эту часть на себя? – Он глянул в сторону, напрягся и прикрикнул: – Убери от Насти свои руки, иначе я тебе их вырву!

Я вздрогнула и обернулась. Смутившийся парень тотчас объяснился:

– Просто хотел потрогать ее волосы… простите. Да, конечно, я придумаю, как выкрасть у старосты артефакт!

Глаза Юты полыхали зеленым огнем, а слова буквально застревали у него в зубах – он выталкивал их силой:

– Еще раз увижу, что ты переходишь границу, то плюну на нашу сделку. Наглядно покажу тебе ритуал посвящения в князья зла – князем ты, конечно, не станешь, но повеселимся мы знатно. Интересно?

В этой угрозе Сергей уловил суть:

– Какую еще сделку?

Ему никто отвечать не собирался. Один только Эллес выдохнул куда-то в стену:

– Да, все любопытнее и любопытнее…

Я просто поморщилась. Юта перегибал, как обычно. Сережа ни словом, ни действием меня не обидел. Если мы будем дергать его при малейших проявлениях нежности и заботы – просто сломаем человека. Да и в конце концов, до сих пор иного решения так и не найдено, а это означает, что надо готовиться к наихудшему варианту, при котором я выйду за парня замуж и постараюсь сделать нас обоих счастливыми, как бы ужасно это ни звучало.

– Итак, мы делаем то же самое, как поступил со мной Эллес? И тем самым провоцируем Катрину выдать себя? – раздраженно вернула я всеобщее внимание в правильное русло.

Юмин наконец-то смог отлепить взгляд от Сергея и поправил:

– Не совсем то же самое. Вам не кажется, что приворотов стало слишком много в нашей жизни? Да и время проверки можно сократить – я наложу на Варгата смертельное проклятие. Такое, чтобы у его зловредной княжеподружки даже минуты не осталось на размышления.

– Жестоко… – выдохнула я.

– Но эффективно, – добавил Эллес. – К тому же мы будем поблизости и не допустим непоправимого. Вообще-то, снять такое проклятие быстрее и проще, никаких тонких плетений и последствий, поэтому вопрос о жестокости спорный.

Поскольку мы с Сережей в этом не разбирались, возразить решению старших не могли. Нам осталось теперь просто продумать детали: в какой обстановке и в каком месте все это устроить, чтобы ни единого лишнего свидетеля не присутствовало, зато все участники оказались в сборе. Раз уж все равно выбор сделан в пользу снятия всех масок, то в конце нашей задумки два князя и должны оказаться лицом к лицу. Если никому из них всерьез не хочется драться насмерть, то наконец-то появится надежда просто поговорить.