Я хотел уйти отсюда и узнать, злится ли она на меня. Однако для этого нужно было войти в комнату Талии, из которой меня бы заставили выйти через окно. Я знаю свою сестру.
Совсем немного, но знаю.
В ярости она напоминала мне Кристиана.
– Будет что-то более не явное? – проворчал брат.
Доминик откинулся на спинку стула и прихватил с собой тарелку, принявшись за еду. Мне же кусок в горло не лез, в отличие от него.
– Конечно, – пробубнил он с полным ртом. – Если говорить о Талии, то давать ей время для того, чтобы остыть – то же самое, что ждать, пока пламя остановится само по себе. Вы готовы понести убытки за всё, что оно уничтожит на своём пути?
Мы с Кристианом переглянулись.
Раньше нам было нечего терять. У нас была только она. Теперь ситуация изменилась.
– Что ты подразумеваешь под убытками? – спросил я.
– Ваши отношения с жёнами как минимум.
Кристиан уже начал нести потери. И я, возможно, тоже.
Мне срочно нужно было увидеть Джулию. Немедленно.
– Я молчу о том, что нам следует быть готовыми к действиям со стороны Ардженто, который рано или поздно попытается вернуть её. Если она не сбежит к тому времени.
Брат сжал ладони, лежащие на столе, в кулаки.
Одно упоминание Чистильщика Каморры пробуждало в нём Исполнителя. Боюсь представить, что будет, если Дэниел осмелится появиться на территории Калифорнии.
– Талия не станет бежать к нему, – прозвучал ответ Кристиана. – Это главное.
Значит, мы рассматривали этот вариант? Отлично, это именно то, что мне нужно знать, чтобы спать спокойно.
– Думаешь? Кажется, рассказ Авроры ясно дал понять, что никто не удерживал Талию в Каморре силой. Она уже выбрала его однажды, так почему бы ей не сделать это снова?
– Она не знала, кто он.
– Но она и не убила его, когда узнала.
Как Босс Ндрангеты Доминик сожалел, что Талия не избавилась от Главы «другой стороны», когда у неё имелась такая возможность. Но как человек, который долгие годы приглядывал за ней вместо нас, он радовался, что она не стала убивать одного из её и без того небольшого списка важных людей.
Важный для неё человек.
Я отказывался верить в это и надеялся, что романтическая натура Авроры приукрасила информацию, полученную от Талии.
Она ведь не могла влюбиться в него, правда?
Доминик поставил пустую тарелку на стол и поднялся, чтобы оставить нас подумать о дальнейших действиях наедине. Однако напоследок решил выдать:
– Твоя жена права, Кристиан. Признаться в своей глупости не так страшно, как потерять её навсегда. Уж поверьте.
Хорошо, он знал, о чём говорил, но…
Его история с Авророй и наша с Талией отличались. Как минимум потому, что его жена и наша младшая сестра были кардинально разными. Небо и земля.
Талии «мне-не-нужны-оправдания» Нери не станет так быстро нас прощать. Если вообще когда-то сделает это.
Но кое в чём Доминик не ошибся:
Мы в полной заднице.
Глава 5
Я собирался убить Дэниела Ардженто.
У нас уже давно не было своих людей на территории Каморры, но до сегодняшнего дня это не так сильно волновало меня, поскольку я не нуждался в точном местоположении их Чистильщика.
Если бы я знал, где он, то уже выехал бы туда, по-быстрому убил его и вернулся домой, чтобы как можно скорее заняться примирительным сексом со своей женой.
Примирительный секс. Я не знал, что это.
Мы никогда не ругались, но любили спорить. Хотя в большинстве своём наши мнения совпадали, а спор становился лишь причиной для того, чтобы заняться сексом, после которого нам было легче прийти к заранее готовому компромиссу.
Я облокотился на перила, стоя на балконе своей комнаты. Все, кто когда-то жил в этом особняке, остановились в спальнях, а Доминику и Авроре выделили гостевую.
Возможно, моя идея пожить вместе делала всё только хуже, однако мы не могли позволить Талии быть одной. Когда-то Дэниел уже охотился за одной из Наследниц прямо на территории Ндрангеты. Моя сестра не станет его следующей целью.
Свежий воздух глубоко проникал в мои лёгкие.
Только это не помогало.
Единственное, что могло успокоить меня прямо сейчас – жена, которая злилась на меня и, кажется, отказывалась даже разговаривать со мной. Я сделал этот вывод, когда Кая скрылась в ванной сразу после того, как я нашёл её в спальне в компании Авроры. Я слышал, как они смеялись, болтая о чём-то, прежде чем я разрушил их идиллию. Моё присутствие изменило повисшее в комнате настроение.
Блядь.
Кая всегда принимала мою сторону. Ей было известно, как сильно я винил себя за произошедшее с Талией и что не мог простить себя за то, как обращался с ней в прошлом. Она думала, будь у меня шанс, я бы всё изменил. Извинился и объяснился бы перед ней.
Но я бездействовал.
Она разочарована мной.
Я раздумывал над тем, чтобы ещё ненадолго оставить её одну и обратиться за помощью к лучшему другу, который мог вправить мне мозги своими кулаками.
Может, тогда я бы собрался и сделал хоть что-нибудь.
Себастьян и Джулия, закурившие на крыльце, привлекли моё внимание. Они составляли друг другу молчаливую компанию, однако девушка обнимала моего брата, подсказывая, что не злится на него.
Наши жёны сильно отличались.
И это было тому доказательством.
Если Кая откажется говорить со мной, я всё-таки попрошу Доминика навалять мне. Он не откажет.
Перестав прятаться, я повернулся и выбрался из своего убежища. В этот же момент Кая вышла из ванной. Её шоколадные волосы казались на несколько тонов темнее из-за побледневшего лица, а взгляд, который она так и не подняла на меня, хотя видела, что я стою всего в нескольких метрах, заволокла пелена.
Моя жена выглядела неважно. Это было не похоже на неё. Обычно, даже в самые тяжелые времена, она всегда встречалась лицом к лицу с тем, что уготовила ей судьба. Мой боец. Сейчас же казалось, будто что-то действительно удивило её. Поразило. Сбило с ног.
– Что случилось? – Я нахмурился, наклонив голову.
Это из-за меня? Если я довёл её до такого состояния, то Домиником дело не обойдётся. Кто-то должен будет убить меня и воскресить обратно, потому что я провёл слишком мало времени с этой женщиной.
Она проигнорировала меня, словно не услышала, находясь глубоко в своих мыслях. Я напрягся и приблизился к ней.
– Что случилось, Кая?
Она моргнула, немного придя в себя, и медленно покачала головой, продолжая не смотреть на меня. Я взял её за подбородок и потянул к себе, чтобы всё-таки встретиться с голубыми глазами, которые никогда не обманывали меня, даже если их обладательница пыталась что-то скрыть. Когда-то пыталась.
Пока мы не поняли, что являемся продолжением друг друга и лгать одному из нас равносильно тому, чтобы лгать самому себе.
– Что…
– Я знаю, мы хотели подождать, пока не разрешим большую часть проблем, – перебила меня Кая, не дав повторить один и тот же вопрос в третий раз. – Но, кажется, с нашей семьей это невозможно. – Совершенно точно. – С нами постоянно что-то приключается!
Она улыбнулась и дёрнула головой, вырываясь из моей хватки. На её глаза навернулись слёзы.
Я опустил руку, больше не удерживая Каю, и стал следить за ней. За тем, как часто приподнималась её грудь, будто она задыхалась. За губами, которые изгибались в улыбке и возвращались в прежнее положение, как это случалось, когда человек находился на грани истерики.
В конце концов она выдохнула, выпрямилась и подняла голову, взглянув на меня.
– Детям будет весело с нами.
Детям?
Что?
Мир замер в то мгновение, когда она протянула мне руку, которую всё это время держала за спиной. Я опустил голову, и Кая разжала кулак, чтобы я смог увидеть тест на беременность.
Две полоски.
– Ты беременна, – понял я.
Икнув, она кивнула.
– Похоже на то.
Беременна.
Беременна.
– Я сделала только один тест. Это может быть ошибка. Мне…
Я заткнул свою жену до того, как она успела договорить, обхватив её лицо ладонями. Мои губы столкнулись с её в жадном поцелуе. Она стала отходить назад из-за напора, с которым наши рты врезались друг в друга, пока не ударилась спиной о стену. К тому времени одна из моих рук уже лежала у неё на затылке, чтобы смягчить удар.
– Надеюсь, это не так.
– Что именно? – прижавшись своим лбом к моему, выдохнула она.
– Это не может быть ошибка. Не хочу, чтобы это было так.
Из её глаз пролились первые слёзы.
– И я, – прошептала Кая. – До сегодняшнего дня я не думала, что так сильно этого хочу.
Я тоже.
– Я тоже, – произнёс вслух, чтобы она знала и не сомневалась на мой счёт.
Я определённо чувствовал страх, но ещё больше — счастье. По-другому и быть не могло. Как иначе? Женщина, ставшая моим домом, собиралась подарить нам ребёнка. Это больше, чем я заслуживал.
Она – больше, чем я должен был получить.
Справедливости не существовало, иначе такая, как она, никогда бы не полюбила такого, как я.
Просыпаться и видеть её рядом до сих пор казалось мне не до конца правильным. Я смотрел на свою спящую жену и спрашивал: «За что?». У неё был шанс уйти, однако она выбрала остаться. Выбрала меня. Нас. Ребёнка, который теперь у нас будет.
Мы снова поцеловались.
Многие считали Себастьяна безэмоциональным существом, но, как выяснилось, внутри него жил ураган из чувств, который он просто тщательно скрывал от общества.
В отличие от меня.
Я знал, как чувствовать только злость. Больше ничего. Она сидела глубоко во мне, медленно уничтожая изнутри.
Пока одна храбрая женщина не вдохнула в меня жизнь.
До Каи я знал, как чувствовать только злость.
Она стала открытием для меня. С ней я впервые ощутил счастье, благодарность и спокойствие.
Когда кислород в наших лёгких закончился, мы оторвались друг от друга, но на моих губах остался солоноватый привкус её слёз.
– Моя жена беременна, – посмотрев на её пока что плоский живот, произнёс я.
– Да. – Она улыбнулась мне. – Да!
Кая уткнулась лицом в мою шею. Её горячее дыхание опалило кожу. Я весь горел от эмоций, что она вызвала во мне своим заявлением.
– Извини, что вспылила, – прошептала будущая мать моих детей. Детей? Ребенка. Ну пока что. – Я уже могу оправдывать своё поведение разбушевавшимися гормонами?
