Анна Апрельская
Я (не) буду твоей женой
© Апрельская Анна
© ИДДК
Содержание цикла "Будь моим мужем":
Будь моим мужем, босс
Двойняшки для мужа. Беременна не по плану
Я (не) буду твоей женой
Жена на выбор
Глава 1
– Мирослава, ты слышала, что сегодня возвращается из командировки самый сногсшибательный мужчина «СтройТехноХауса»? – с придыханием поинтересовалась Карина Лиховская.
– Если ты о заместителе генерального по строительству, то да. Знаю, что он должен сегодня вернуться из командировки, – ответила я, с трудом сдерживая улыбку. Карина за эти годы нисколько не изменилась, все так же бегает за мужиками. – И что, он и правда так хорош? – все же улыбнулась я.
– Да по нему почти весь женский коллектив с ума сходит, – заверила меня институтская подруга.
– Что, и даже баба Клава? – хихикнула я.
– Смейся-смейся, Росковская. Это ты пока еще не видела нашего красавчика. Евгений Ульянов – мечта, а не мужчина.
Знакомые имя и фамилия больно резанули по сердцу, и я с трудом удержала улыбку на лице. Нельзя показывать, насколько мне плохо. И почему я никак не забуду его?..
– Девочки, я сейчас такого мужика видела! – заскочила в мой кабинет Любочка Шаткевич, дочка генерального и одна из моих подчиненных.
– Любовь Артуровна, и кого же вы видели? – поинтересовалась я и вновь улыбнулась. Люба была тем энерджайзером, который своим энтузиазмом мог зарядить всех окружающих.
– Ой, прости, Мира… Мирослава Артуровна, – быстро исправилась блондинка, но тут же махнула рукой. – Да какие тут пиететы, когда такой красавчик появился в офисе? Карина, ты же все про всех знаешь, кто он? Расскажи! – потребовала она.
– Скорее всего, ты про Евгения Петровича Ульянова, по нему вздыхает половина женского коллектива, – охарактеризовала мужчину Карина.
Уже половина, а не все, и то хорошо… Но в сердце все еще кололо от имени некогда любимого мужчины.
Нет. Нельзя думать о прошлом. Нельзя.
– Мира, что с тобой? – не сразу услышала я голос Карины.
– Задумалась. Простите, девочки, – улыбнулась я подругам. – Так что там с секс-символом всея холдинга? Так хорош собой? – решила поддержать я разговор.
– Дело не во внешности, такой харизмы я давно не видела. Так бы и съела. Этот мужчина будет моим, – уверенно произнесла Любовь, давая понять, что неизвестный мне Евгений точно у нее в кармане. – Надо будет напрячь отца, пусть познакомит нас, – с улыбкой придумала дочка главного.
– И действительно, кому, как не генеральному знакомить дочку со своим замом? – хихикнула Карина.
– Девочки, время перерыва заканчивается, пора по рабочим местам, – посмотрела я на часы, висевшие на стене.
– Ну что ты, Мирослава Артуровна, опять начальницу включила? – скривила губы Люба. – Работа… Работа… Она и в Африке – работа, – тяжело вздохнула девушка.
Вскоре у меня в кабинете зависла уже знакомая для меня тишина. Через стеклянную перегородку я видела, как в поте лица работает мой отдел. Ну, или делали вид, что работали. А кое-кто все еще недовольно поглядывал в мою сторону.
Устроилась я в «СтройТехноХаус» три месяца назад, с моим опытом работы меня сразу поставили начальником отдела по надзору и строительству. Большая часть подчиненных была недовольна этим назначением. Им было все равно, что в Тюмени я занимала пост заместителя генерального.
Почти все успокоились за три месяца, с кем-то даже получилось подружиться. Тут мне помогла Карина, неожиданно оказавшаяся среди работников моего отдела. На сегодня у меня оставалась лишь пара недоброжелателей, но и те старались сильно не высовываться.
В два сорок мне позвонила секретарь генерального и сообщила, что меня вызывает Шаткевич. Я тяжело вздохнула, настроение после разговора с подругами опустилось еще ниже.
Около лифтов опять столпился народ, видимо, продолжается плановый ремонт лифтового оборудования. Подняться на пять этажей для меня было несложно, и я направилась на лестницу.
Я уже преодолела пару этажей, когда мне под ноги почти что упал маленький мальчик. Я с трудом удержалась на ногах, схватившись за перила.
– Ой, Мирослава Артуровна, простите, – запричитала баба Клава, одна из уборщиц наших этажей. – Не уследила за внуком, – схватила она проворного паренька за шиворот и притянула к себе.
– Клавдия Павловна, вы опять привели с собой Семена? – покачала я головой.
– В садике карантин, родители на работе. Не с кем оставить паршивца. Но мы уже уходим. Я свою смену отработала. Завтра с Сеней мать останется, – заверила уборщица.
– Вы же помните, что?.. – начала я говорить, но меня остановил резкий мужской голос:
– И чем вам, Мирослава Артуровна, помешал ребенок?
Я подняла взгляд и в шоке застыла. Выше меня на несколько ступеней стоял Женя… Вернее, не так. Сейчас-то я поняла, как ошибалась. Передо мной был тот самый пресловутый секс-символ «СтройТехноХауса» – Евгений Ульянов.
– Ой, мы пошли, – еще больше испугалась баба Клава, схватила внука и потащила его вниз по ступеням.
– Это не мне помешал ребенок, а генеральному, – сухо объяснила я, глядя в холодные глаза мужчины.
– Что за чушь. Артур Иннокентьевич сам давно дед, и обожает внуков, – не поверил мне Ульянов.
– Может быть, для него не все дети одинаковы? – язвительно поинтересовалась я, выплескивая накопившуюся боль на Евгения.
– Не стоит говорить того, чего не знаешь, – зло припечатал собеседник.
– А ты, значит, знаешь? – взорвалась я в крике. – Это ты ничего не знаешь, Ульянов!
– Не смей на меня орать, Слава, – наступал на меня мужчина.
Я мгновенно успокоилась. Получается, Женя узнал меня?
– Да. Я узнал тебя, Мирослава Артуровна, – почти выплюнул фразу Ульянов. – Что ты забыла в «СтройТехноХаусе»? Решила найти меня? Не поздновато ли? Или что-то изменилось за этот год? Я оказался перспективнее того, к кому ты сбежала? – с презрением в голосе поинтересовался Евгений.
– Что за чушь ты несешь? – с недоумением спросила я.
– Скажешь, я не прав? Ты же не знала год назад, насколько я хорошо зарабатываю. Не знала, что я заместитель генерального в крупном строительном холдинге. Поэтому и бросила меня, сбежав из Сочи, – еще больше запутал меня Ульянов. – Решила найти рыбку покрупнее.
– Я же оставила тебе письмо на ресепшене и объяснила, почему была вынуждена улететь домой. Почему сейчас ты обвиняешь меня во всех смертных грехах? Все было совсем не так, как думаешь ты, – попыталась я объяснить, но мужчина не слушал меня.
– И ты считаешь, что сейчас удачно солжешь, и я поверю в твой бред? – не унимался Евгений. – Нет, дорогая. Я не идиот, чтобы верить такой, как ты.
– Какой еще такой, как я? – опять разозлилась я. – Я никогда тебя не обманывала!
– Не верю, Мирослава. Не верю, – Ульянов еще раз окинул меня презрительным взглядом, развернулся и начал подниматься по ступеням вверх.
Я в шоке смотрела в спину уходящему мужчине. Чувства зашкаливали. В голове был бардак. С одной стороны, я была безумно рада, что наконец-то нашла Женю. Год назад он стал глотком свежего воздуха в той беспросветной мгле, в какой я жила тогда.
Но с другой, я не понимала, почему Ульянов так зол на меня. Что я такого сделала, чтобы меня смешали с грязью? Я же оставила сообщение для Ульянова. Только, видимо, ему ничего не передали. Но почему он сам не позвонил мне? Почему не искал? Ведь Женя прекрасно знал мои имя с фамилией, знал, что я жила в Тюмени. Так почему же он меня не нашел?
Мои размышления прервал сигнал сообщения. Личная помощница генерального недоумевала, куда я пропала.
Я постаралась успокоиться и поднялась на президентский этаж. Валентина Игнатьевна посмотрела на меня из-под очков, покачала головой и показала рукой на висевшие на стене часы.
– Вы долго, Росковская. Нужно быть пунктуальной, если хотите удержаться на своем месте. Артур Иннокентьевич не любит, когда к нему опаздывают, – поучительно выдала женщина.
Я решила промолчать, что толку говорить, что никто не оговаривал точное время встречи на ковре у владельца холдинга.
– Проходите, вас давно ждут, – кивнула Петрова в сторону закрытой двери в святая-святых.
Неожиданно кроме генерального в кабинете оказались Ульянов и Любочка. Моего же появления, кажется, никто не заметил.
– Люба, представляю тебе мою правую руку в «СтройТехноХаусе». Самого перспективного работника высшего звена – Евгения Ульянова, – слишком пафосно проговорил Артур Иннокентьевич Шаткевич. – Надеюсь, когда-нибудь Женя заменит меня на посту генерального… – неожиданно добавил он.
Стало не по себе. Это так представляют начальника подчиненной? Или все же перспективного молодого человека собственной любимой дочурке?
– Мне очень приятно, – пропела Люба, мило потупив глазки. Просто няшка, а не фурия, какой я знаю ее.
– Как ты знаешь, Евгений, Люба у нас недавно окончила университет в Великобритании и теперь работает в отделе по надзору и строительству. Надеюсь, ты обратишь на мою девочку усиленное внимание, – произнес владелец холдинга, а для меня прозвучало, как приказ ухаживать за дочкой генерального.
На душе стало мерзко. Что же, Евгений, меня обвинял черт-те в чем, а сам за дочкой босса будешь ухлестывать? Странные выверты судьбы.
– Мирослава Артуровна, – наконец, генеральный увидел меня и окинул недовольным взглядом. – Я вызывал вас, – тем же тоном отметил мужчина.
– Слушаю вас, Артур Иннокентьевич, – немного прохладно произнесла я, стараясь не смотреть на парочку Ульянов энд Любочка.
– Во-первых, я хотел познакомить вас с непосредственным начальником, раз уж вы оба оказались в моем кабинете, – сухим тоном начал Шаткевич. – Евгений Петрович, перед вами начальник отдела по надзору и строительству – Мирослава Артуровна Росковская. Пока еще начальник, – неожиданно мрачно закончил он.
Что за намеки? Меня, что, собираются уволить? Не доченьке ли генеральный хочет отдать мой пост?
Я молча продолжала смотреть на начальника, пытаясь взять себя в руки. Нельзя показывать, насколько меня задевают слова и тон Шаткевича.
– И во-вторых, Мирослава Артуровна, – мужчина выделил мое отчество, – почему от вас до сих пор нет отчета по Петричевскому? Я же приказывал сделать все к пятнице. Сегодня уже вторник. Где, черт побери, отчет? – гневно пророкотал начальник.
Я удивленно посмотрела на Шаткевича, заставила себя успокоиться, что получалось непросто в такой нервозной обстановке.
– И вот с такими кадрами приходится работать, Евгений, – со вздохом пожаловался Артур Иннокентьевич, переводя взгляд на зама. – И зачем только принял протеже старого друга. А как красочно расписывали мне Росковскую. Говорили, что она занимала пару лет должность заместителя генерального по строительству. Но, видимо, требования в глубинке и в столице разные. Но сейчас уже вам, Евгений Петрович, решать, сохранит ли должность ваша подчиненная.
– Я считаю, что нужно просто уволить нерадивого работника, – резко припечатал Ульянов, с неприязнью смотря на меня.
– Но я сделала тот пресловутый отчет и отправила вам в бумажном виде, как вы и приказывали, – наконец вспомнила я события пятницы и перевела взгляд на Любовь.
– Папа, но я же в пятницу принесла тебе отчет по Петричевскому, – очнулась и Люба.
– Не стоит, дочь, оправдывать ошибки собственной начальницы, – недовольно помотал головой генеральный. – Она должна была сама все принести.
– Что значит сама? – зацепилась я за слова.
– То и значит, это было поручено вам, вы и должны были принести мне отчет, – уперся рогами в стену Шаткевич.
– Разве вам не могла принести отчет моя подчиненная? Или я должна была поработать курьером сама? – начала заводиться я, пронзая самодура-начальника гневным взглядом.
– Мирослава Артуровна, вы переходите все мыслимые границы, – гневно проревел генеральный.
«Он прав. Нужно успокоиться», – мысленно заставляла себя я, но это мало помогало. Обида словно коршун клокотала во мне. Почему он со мной так? Почему превозносит Любу и унижает меня?
– Сегодня же подпишу приказ на ваше увольнение, – совсем убил меня Шаткевич.
Нет. Только не это. Я не планировала так сразу покинуть это место работы. Конечно, я могу вернуться в Тюмень, меня без вопросов примут обратно. Но… Но я еще не все сделала, что хотела в «СтройТехноХаусе». Хотя, черт с ним, с Артуром Иннокентьевичем Шаткевичем. Не видела я его тридцать лет, не увижу и дальше. Пора забыть о нем, как о страшном сне…
Я уже хотела уйти, громко хлопнув дверью, когда неожиданно услышала слова поддержки:
– Артур Иннокентьевич, если вы позволите, то я сам разберусь со своими подчиненными, – довольно прохладным тоном произнес Ульянов.
Я с удивлением посмотрела на него. Что это с Женей? С чего такие перемены?
– Евгений Петрович, вы уверены? – мрачно поинтересовался генеральный.
– Уверен, – жестко произнес Ульянов. – Вы прекрасно знаете, что я всегда был против подобного самодурства. Если у нас в холдинге плохо работает курьерская служба, то, значит, нужно поменять там начальника.
– Евгений… – гневно сверкнул глазами Шаткевич.
– И еще меня интересует вопрос, – сказал Женя, не обращая внимания на разбуянившегося шефа, – с каких пор у нас отправляют отчеты в бумажном виде? Не вы ли ратовали перевести все на электронку?
Генеральный изменился в лице, но все же недовольно поджал губы.
– Хорошо, даю Росковской последний шанс, – нехотя проговорил он. – Решайте сами судьбу своей подчиненной, – казалось бы, спокойно отмахнулся от нас Шаткевич, но что-то мне подсказывало, что это не первый его наезд в мою сторону.
– Дамы, прошу на выход. Жду вас в своем кабинете, – властно произнес Ульянов, прошел к двери и даже открыл ее для нас с Любой.
– Евгений, после зайдите ко мне. Я не все вам сказал, что хотел, – проговорил Артур Иннокентьевич, когда мы уже вышли в приемную.
– Непременно, шеф, – кивнул ему Евгений и перевел взгляд на нас. – Прошу за мной. Разговор предстоит серьезный, – предупредил он и направился по коридору к своему кабинету.
– Я не представляю, какая вожжа попала отцу под хвост, – выпалила Любовь, как только за нами закрылись двери.
