– Что? – хмурюсь, не понимая, о чем он. При чем тут счет в клубе и мой пульс? Как это связано вообще?!
– У тебя пульс зашкаливает, – ругается Илья. – Я заметил еще в прошлый раз в машине, когда держал тебя за руку. Но тогда списал на стресс, а сейчас что? У тебя всегда так?
– А сколько надо? – спрашивает Олеся.
– Ну, шестьдесят, семьдесят, – пожимает он плечами. Девочки тут же достают телефоны и начинают гуглить.
– А мне посчитаешь? – Галя протягивает ему руку.
– Как ты нашел меня? – Я растерянно оглядываюсь, возвращая внимание к своей персоне. Аккуратно и почти незаметно ударяю по Галкиной ладони, чтобы та убрала ее и не позорилась.
Отмечаю, как жадно девочки рассматривают каждый сантиметр моего врача. Все же он в шикарной физической форме. Высокий, широкоплечий. Крепкий. И взрослый. Взрослый мужчина – совсем не такой, как парни из нашей группы.
– Оставите нас наедине? Ненадолго, – обращается он к девочкам, игнорируя мои слова.
Те вопросительно смотрят на меня, и я неуверенно киваю.
– Ты извини, что так вышло, – бросает напоследок Галка и трусливо юркает в клуб.
Он ей вслед только прищуривается.
Мы остаемся практически наедине. Выступление Limebridge в самом разгаре – все гости зашли в здание, чтобы потанцевать и от души покричать.
– Прогуляемся? – не то спрашивает, не то приказывает мне Ветров. Улыбки на его лице больше нет.
– Не-ет! – тяну я. – Говори здесь. Зачем ты приехал? Все же понятно.
– До моей машины тридцать метров. Давай там спокойно поговорим, давление тебе померим. Сто четырнадцать ударов. Куда так спешишь? Тебе восемнадцать, все успеешь.
– Под таким предлогом меня еще ни разу не пытались в тачку затащить! – Я округляю глаза и борюсь с улыбкой.
Несколько секунд мы играем в гляделки, после чего Илья усмехается. Не по-доброму, скажу сразу. Но после этого мне становится легче. Кажется, хирург ненадолго убрал скальпель. Живем!
– Я и шага с тобой никуда не сделаю, – скрещиваю руки на груди.
– А если понесу? – спрашивает он, шаря глазами по моему лицу.
У меня сердце, которое и правда что-то разогналось не на шутку, вдруг замирает и обрывается. Потом вновь оказывается на месте и устремляется вскачь. Я действительно спешу, сама не зная куда! Внезапно вспоминаю, что мне дурно! Голова до сих пор кружится. И ухватиться за чью-нибудь шею было бы неплохо.
– Понеси, – беру его на понт. Выгибаю одну бровь.
Я не слишком-то пушинка, если уж на то пошло. Выше и крупнее подруг, из-за чего нередко комплексую.
Он делает движение плечами, дескать, не вопрос. Подходит вплотную и… подхватывает меня на руки! Прижимает к груди, будто я не вешу шестьдесят три килограмма!
Тащит куда-то в темноту. Сейчас к реке подойдет и скинет!
От возмущения и паники я готова его покусать! Начинаю вырываться, тогда он перехватывает поудобнее и закидывает себе на плечо, как мешок с картошкой. Не забывая при этом ощутимо шлепнуть по бедру.
– Ай! Вообще-то, я в платье! – Пытаюсь поправить подол. Светить трусами совершенно не хочется. – Да что ты себе позволяешь!
Задираю его футболку и больно щипаю.
– Маньяк! – кричу, правда, не слишком громко. Чтобы не привлекать лишнего внимания.
Глава 9
– Ты теперь наш семейный доктор? – Моему раздражению нет предела. Все собираюсь съязвить про заманчивые вознаграждения, которые ему сулят за заботу о нашей семье, но язык не поворачивается. Вот не могу я обидеть его, и все! Хочу. Очень. Знаю как. Но зубы стиснула и сижу.
Этот мужик из Тиндера дотащил меня до машины. Мужественно терпел, пока я его щипала за поясницу. У него гладкая горячая кожа – трогать ее было сплошным удовольствием.
– Можно побольше уважения? – прошипела я в какой-то момент.
– Непременно, – пообещал он и устроил меня на плече поудобнее. Для себя поудобнее. По-свойски натянул мое платье пониже.
– Так нельзя с принцессами. – Я выписывала пальцем узоры на его спине, вспоминая, как он пару раз называл меня в телефонных разговорах.
– Нельзя, конечно. Хорошо, что ты не принцесса.
И пока до меня доходил смысл этих слов, он опустил меня на ноги, галантно распахнул дверь машины, а сам сел в водительское кресло.
Ну, я помялась пару мгновений на месте. Потерла плечи. Хо-о-олодно. И устроилась в машине рядом с ним.
Илья действительно достал прибор для измерения давления, надел мне на руку эту штуку, как ее там, и сейчас с совершенно серьезной физиономией смотрит на экран. А я смотрю на него.
– Ш-ш-ш, молчи и расслабься, – говорит он мне нетерпеливо.
Как же тут расслабишься!
В его машине очень чисто. Скромно, конечно, но мне нравится. Хочется думать, что он сам на нее заработал. А вещи, которые ты покупаешь самостоятельно… они будто особенные. Мне машину папа подарил на день рождения. Не спрашивал, какую я хочу. Просто подарил, и все. Я проверила, чтобы она стоила дороже той, что он купил Насте, и на этом успокоилась.
– У тебя совсем не получается расслабиться? Смотри, – ругается он.
Показывает мне экранчик. Пульс и правда сто четырнадцать.
– С таким не живут?
– Живут, но недолго. Кофе сильно любишь? – спрашивает.
– Пару чашек утром выпила, – отвечаю, пожимая плечами.
– Энергетики?
– Ну-у-у, – тяну я. – Всего-то один. Пол-литровый. И сейчас пару коктейлей с «Ред Буллом». Ладно, три коктейля с «Ред Буллом», четвертый только пригубила. Кстати, тогда мне и захотелось на воздух… Да ладно тебе, все нормально. Подумаешь, бьется. Главное, чтобы не остановилось, – улыбаюсь ему, пытаясь флиртовать.
Мы вдвоем в машине. Кончик моего языка быстро скользит по нижней губе, смачивая ее. Илья не ведется.
Смотрит на меня, и от этого становится как-то не по себе.
– У тебя по глазам видно, что ты не в порядке, Поль. Ты ничего больше не принимаешь? Трава, опиаты?
Я быстро смотрю вниз, понимая, что он считает меня наркоманкой. От обиды едва не плачу, хватаюсь за ручку двери, собираясь выйти на воздух, но он берет меня за руку.
– Погоди. Я же не ругаюсь, а просто спрашиваю. Я не стану тебя судить или осуждать, – его голос очень мягкий и участливый.
Он действует на меня ошеломляюще, и я остаюсь в машине.
– Нет, клянусь. Ни разу. Только алкоголь и обычные сигареты. – Мне очень хочется, чтобы он поверил мне. Очень-очень!
Отец не верил.
– Хорошо. Тогда скажи, у тебя есть страх перед белыми халатами? Мы уже пять минут просто сидим, отдыхаем, а сердечко твое все колотится.
Илья продолжает держать меня за руку. На моем запястье снова браслет из его теплых пальцев.
Считает удары.
Я слегка смущаюсь. Страха у меня перед белыми халатами нет. А вот перед ним… Это даже не страх, это очень сильное смущение. Но не признаешься же.
– Поехали покатаемся, – говорит он и заводит двигатель. – Твоя задача – дышать и отдыхать. Как тогда, помнишь?
– Моя куртка осталась в клубе. Хотя черт с ней. Поехали! – слышу я свой голос.
Пристегиваю ремень и откидываюсь на сиденье.
Машина трогается с места. Он выруливает с парковки и везет меня куда-то – понятия не имею куда. А я смотрю в окно на черноту плохо освещенных безлюдных улиц и улыбаюсь. Тихонько так, но широко.
Глава 10
Час пролетает незаметно. И нет, Илья не везет меня к себе домой или на пустырь убивать. Он знает, кто мой отец. Все знают, что я ушла с ним. На данный момент именно Ветров больше всех в этом мире заинтересован в моей безопасности.
Снова рискует. Лицо серьезное, спокойное. Машину ведет аккуратно, не слишком быстро, но скоростной режим нарушает. Я делаю вид, что увлечена видом из окна или ладонями, которые то и дело зябко потираю. Сама на него поглядываю. На крепкие руки, плоский живот, сильные ноги.
Я сделала все, чтобы никогда больше его не увидеть, но он решил иначе. Мне нравится, что у него на все собственное мнение. А еще мне кажется, что в мыслях он где-то далеко, забылся.
– Долго мы будем ездить туда-сюда? – спрашиваю, убавляя громкость музыки.
– Пока твой пульс мне не понравится. – Стреляет глазами на мои колени.
– Звучит как угроза. – Закидываю ногу на ногу так, чтобы подол задрался повыше.
– Возможно, – отвечает он, усмехнувшись. – Ты подумай о чем-нибудь приятном. Как только насчитаю ударов меньше сотни, доставлю тебя к родителям. В целости и сохранности. Раз уж у нас сегодня свидание, домой ты попадешь не через БСМП. – Илья делает паузу и добавляет, покосившись на меня: – Пусть даже некоторые это свидание пытались по-тупому сорвать. – Затем возвращается глазами к дороге.
«Некоторые». Вау.
– Ты тоже думай о чем-нибудь приятном.
– Я так и делаю, – кивает он.
Его рука касается моего запястья. Теплая, большая, надежная.
– Завтра утром вызови на дом лабораторию, – между тем продолжает он наше свидание. – Я знаю, вы можете себе это позволить. Сдай общий анализ крови. Тысяча рублей делов. Тахикардия может быть вызвана анемией. Ну и запишись к терапевту, как раз с результатами придешь. Дальше по обстоятельствам.
– Спасибо за советы.
– Да пожалуйста.
Мы действительно довольно долго катаемся по городу, слушаем музыку по радио, расслабляемся. Мне бы хотелось, чтобы он включил что-то из своего любимого. Хочу получше его узнать.
Периодически он берет меня за руку, ищет пальцами венку, зажимает ее. Я ловлю себя на мысли, что уже жду этого прикосновения.
Любопытно, сколько должно пройти времени, прежде чем до моего врача дойдет, что именно он причина моей тахикардии?
Как мы вообще умудрились с ним познакомиться? Разные. Что-то ведь нашли друг в друге? Зацепились. Слово за слово, бывает же!
Около трех недель назад я умирала от скуки на философии, зашла в Тиндер и тупо свайпала всех парней в радиусе двадцати километров, кто более-менее на фейс. У Ильи мне понравились глаза – серьезные такие на молодом лице. В его глазах читался жизненный опыт.
«Был женат – стопудово», – расстроилась я. Разочарован, на женщин обижен, и все в таком духе. На хер, на хер. Но симпатичный, зараза. Есть у меня некоторая слабость к умным симпатичным мужчинам. Это у нас с Настей, наверное, единственная общая черта, ничего не поделаешь.
Свайпнула я его, в общем, и забыла. Через три дня он меня свайпнул в ответ и прислал в чат: «Ты очень красивая. Привет! Покажешь еще фото?»
Здрасьте, проснулся он! Я за эти дни могла четыре раза замуж выйти.
Впрочем, в его анкете было четко сказано, что серьезных отношений мужчина не ищет, – это меня вполне устраивало. Почему бы и не пофлиртовать? Исключительно от безделья.
«Ну привет, – написала я ему тут же. – Ты во всем такой тормоз? Я уж и забыла о тебе, три дня прошло».
«А к чему нам спешка?»
«Пока ты думал, мне пять свиданий назначили».
«Сходила?»
«Сходила».
«Зря».
Странный был диалог – будто мы знакомы уже лет сто и сейчас препираемся по старой дружбе.
Философия все никак не заканчивалась. Уже рот болел зевать – так интересно было слушать лектора. Я повернулась к Олесе, чтобы поделиться и обсудить наглого парня. По привычке повернулась, но подруги в тот день на учебе не было.
Вместо нее рядом со мной сидел Пашка Гурьев, тот самый сын друга моего отца, который не теряет надежды. Он приветливо улыбнулся, всегда готовый к диалогу, но я поморщилась и вернулась к переписке.
Отправила Илье три точки, дескать, не знаю, что и сказать.
«Предполагаю, что не очень успешно все прошло, раз так быстро мне ответила», – написал он мне снова. И затаился.
Я хотела его забанить навсегда, а потом вдруг… рассмеялась!
