– Можно покороче.
– Ага… да-да… если с начала года…
– Не нужно с начала года, только за последний месяц.
– Тогда разрешите по порядку. – Марцин упрятал цифровую панель персоника в формат очков, нацепил их на нос как материальное тело. – Э-э, самые стратегически глобальные объекты на сегодняшний день – галактические сверхскопления. Первое из них только что проанализировано Стратегом.
Лингвист имел в виду искусственный интеллект Службы безопасности.
– Это Очень Большая Арка в созвездии Щита, Великая Северная Стена, Великая Стена Слоуна, Великий Аттрактор, Стена Покинутых Миров в Большом Псе и другие, увенчанные словом «великие». Считалось, что все они являются волнами гравитационной плотности, раздутыми инфляцией, ставшими впоследствии зонами рождения первых звёзд. Но гигантская Арка выбивается из них, так как уходит краем за пределы горизонта Вселенной. Её видимый хвост начинается на расстоянии двенадцати миллиардов световых лет и до горизонта имеет длину в один миллиард восемьсот миллионов эсве.
– Зачем вы завели разговор о Стенах? – проговорил Рубин, поджав губы. – Какое отношение они имеют к Реестру?
– Самое непосредственное, – смутился Марцин. – В каждой из них есть по крайней мере около десятка баз, где когда-то были созданы боевые роботы. Об этом в Реестре Копуна мы отыскали много свидетельств. Другое дело, что скопления находятся далеко и практически недоступны для исследований.
– Разве мы не посылали экспедиций?
– Только беспилотные аппараты, ни один пока не вернулся.
– Хорошо бы связать открытия Реестра с практической точки зрения…
– Дмитрий Александрович, – посмотрел на командора Шаргин, – идём по порядку. Продолжайте, Марцин.
– Закончу про Арку. В Реестре указано, что именно в том направлении был осуществлён исход мощной цивилизации Маб из скопления М11 в Щите. Оно имеет название Дикая Утка, и до него всего шесть тысяч пятьсот эсве.
На сей раз зашевелились и мужчины.
– По-моему, вы уже докладывали о Дикой Утке, – вежливо сказал Важа Ркацители, ведущий ксенопсихолог ЦЭОК.
– Докладывал, потом появились дополнительные данные. Могу с уверенностью сказать, что в апертуре Щита мы имеем настоящий векторный след исхода Разума. Второй след, если быть точным и вспомнить Великий Аттрактор, посещённый Копуном.
– И вы сделали вывод об исходе всего по двум фактам? – осведомился Головин, командующий силами спецназначения Центра экстремального оперирования в космосе.
– Нет, я просто не успел договорить. Вот что мы имеем на сегодняшний день. В Щите существовала цивилизация, которая приняла участие в Галактической войне пятьдесят миллионов лет назад наравне с цивилизацией земных Драконов Смерти. По утверждению Реестра, она каким-то образом смогла уцелеть, в отличие от наших Драконов, и сбежать из нашей Вселенной по направлению к Очень Большой Арке. Там же, в Щите, находятся две самые большие звезды Млечного Пути, что, кстати, весьма симптоматично: Стивенсон 2–18 и UY Щита.
– Интересное совпадение, – задумчиво проговорила симпатичная блондинка средних лет по фамилии Паливода. Марцин знал женщину: она работала в Лунном астроцентре и была астрофизиком со стажем.
– Возможно, это вовсе не совпадение. Диаметр Стивенсон 2–18 больше солнечного в две тысяч двести раз, а UY Щита – в десять миллиардов.
– Супер! – покачал головой Номгон Фарниев, возглавляющий департамент гостайны Правительства.
– И при этом плотность последней не превышает плотности воздуха, – добавила астрофизик. – Между прочим, законы физики нашей Вселенной позволяют существовать звёздам диаметром больше Солнечной системы в несколько раз.
Присутствующие отозвались весёлым шумом.
– Если и плотность таких монстров тоже меньше атмосферной, – сказал Рубин, – там можно жить?
– Когда найдём – узнаем, – смеясь, сказал Ркацители.
– Но где они прячутся? Если до сих пор не обнаружены.
– Во-первых, их температура вряд ли больше двух тысяч градусов, это, по сути, гипергигантские коричневые звёзды на пути к коллапсу. Во-вторых, они, скорее всего, прячутся от астрономов за пылевыми облаками галактики либо в их ядрах.
– Продолжайте, Марцин, – сказал Шаргин, которому надоело дисциплинировать разговорчивых учёных.
– Действительно, Роскосмос отправил много экспедиций к наиболее перспективным по наличию РСД объектам. – Марцин посмотрел на молчавшую до сих пор женщину в строгом сером унике. Чёрные волосы у неё были собраны в тяжёлый узел на затылке.
– Одиннадцать, – низким голосом проговорила женщина, директор Роскосмоса Ангелика Колышкова. Не знавший её человек дал бы ей около сорока лет, на самом деле ей исполнилось семьдесят шесть. – Готовится ещё одна.
– Куда? – не утерпел кванконик Рогоз, сухопарый, с длинным лошадиным лицом и гривой седеющих волос. – Или это тайна?
Марцин посмотрел на него с удивлением. По его мнению, главный спец ЦЭОК «по цифре» должен был знать планы Центра и Роскосмоса.
– К Альфе Щита, – сказала Колышкова.
– Об этом поговорим чуть позже, – сказал Шаргин.
– В нашем портфеле по крайней мере ещё полсотни подозрительных объектов, – продолжил Марцин. – Как правило, это экзоты, используемые когда-то цивилизациями, принимавшими участие в Галактической войне: нейтронные звёзды, чёрные дыры, коричневые и чёрные карлики, кладбища мёртвых звёзд, а также супермагические объекты, которые не должны существовать с точки зрения науки.
– Закапсулированные войды? – хмыкнул Рогоз.
– В том числе. Вот недавно мы расшифровали целый куст таких объектов, имеющих весьма серьёзные сфинктуры. Это кварковая звезда в Кассиопее, там же фермионная, и у самого горизонта, в тринадцати миллиардах световых лет от Земли, прогоревшая бозонная звезда. Кстати, такие порождали первичные чёрные дыры.
– Избавьте нас от лекций по астрофизике, – проворчал Рубин.
– Простите, – бледно улыбнулся лингвист. – На очереди звёзды из тёмной материи, обнаруженные в шаровых скоплениях, объекты То́рна-Житков…
– Стивенсон 2–18 как раз и подозревается в том, – вмешался в речь Марцина директор института астрофизических проблем Жислин, – что она принадлежит к этому классу экзотов.
– Да, она полая внутри…
– Заканчивайте, – сказал Шаргин.
– Остальные четыре десятка объектов расположены слишком далеко, в гигантских структурах, о которых я уже говорил. А в Ланиакее вообще, как вы знаете, обнаружен портал, построенный земными Драгон Дэс, открытый в Тьмир, то есть Вселенную тёмной материи, которая, в свою очередь, является вселенной из антиматерии.
– Всё?
– В общем… да.
– Почему вы ничего не сказали о Тёмной Спирали? – поинтересовался Фарниев. – И об Источнике Невозможных Вещей?
Марцин улыбнулся.
Тёмной Спиралью в астрофизических кругах назывался объект LL Пегаса, хвост углеродной сажи длиной в три тысячи световых лет. Источник как раз находился в созвездии Щита и был известен тем, что первыми к нему приблизились чёрные археологи и привезли на Землю сотни необычных скульптурок непонятного назначения, которые нередко появлялись в продаже на чёрных интернет-рынках.
– Тёмная Спираль не имеет никакого отношения к галактической войне, это след взрыва углеродной звезды, от которой остался инфракрасный огарок – чёрный карлик.
– Разве звезда не была взорвана враждующими сторонами?
– Если и была, я об этом ничего не знаю. В Реестре о ней нет ни одного упоминания, а параметры взрыва вполне объяснимы известными законами.
– А Источник? – не сдавался Рогоз.
– Он расположен у звезды Эпсилон Щита…
– Достаточно, Марцин! – прервал лингвиста Шаргин. – Всё, что касается созвездия Щита, и есть главная тема сегодняшнего заседания. Складывается интересный трек длиной в тринадцать с лишним миллиардов эсве. Номгон Номгоевич, пожалуйста.
Фарниев пересел так, чтобы его видели все остальные. Он был темнолик, морщинист (категорически не пользовался процедурами ухода), и главным достоинством начальника департамента гостайны были прозрачные как хрусталь хищные глаза.
– Самая неприятная новость, коллеги, состоит в том, что к звезде Стивенсон 2–18 стартовала экспедиция астрономического Союза ЮЖАСА. Точнее, направился к ней один корабль Перуанского Центра освоения космоса – «Инка».
– Не чёрные копатели? – поднял брови Ркацители.
– На борту перуанский экипаж под командованием кос-полковника Рокиты Ахаа. По нашим данным, хакеры ЮЖАСА каким-то невероятным образом, либо им слили инфу, – Фарниев прицельно посмотрел на Марцина, – взломали сервер Центра и узнали, что в Реестре упоминается звезда Стивенсон 2–18 как схрон базы РСД.
– К Стивенсону летали чёрные археологи? – поинтересовался Рубин.
– Нет, летали к ТТ Щита, этот коричневый карлик располагается совсем близко от нас, в полутора тысячах световых лет, и привезли сотню странных фигурок, напоминающих японские нэцкэ. В системе мало планет, зато одна представляет собой остывшую звезду – чёрный карлик. На ней копатели нашли воронку, попытались спуститься, но закончилось это плохо. На Землю смогла вернуться только половина экипажа и группы. Если брать ситуацию в целом, мы проанализировали все имеющиеся данные о Щите, как астрофизические, так и космологические, плюс добавили ксенологические расчёты. В самом деле вырисовывается удивительный вектор Щита: звезда ТТ, UY Щита, Стивенсон 2–18, кварковая звезда, гигант RX Set, и на конце – Очень большая Арка. Разве это не след?
– След чего? – хмыкнул Рогоз.
– Как уже заметил Владислав Михайлович, это след Большого Исхода древней могущественной цивилизации. Возможно, какая-то система из звёзд Стивенсона была населена, там осталась база боевых роботов или тюрьма типа тех, которые мы уже встречали.
– Джинны? Или моллюскоры?
– А вот это предстоит срочно выяснить.
Взгляды присутствующих потянулись к главе кабинета.
Шаргин снова покосился на виом, в глубине которого сформировался зализанный посадочной формулой космический корабль.
– Как вы слышали, готовится экспедиция. Поскольку сфинктура Щита после всех аналитических процедур превышает коэффициенты угроз других направлений, а уровень враждебности отмеченных объектов близок к десяти «гитлерам», предлагается направить корвет даль-разведки «Поиск» по этому маршруту. Предлагайте конкретные объекты из тех, что мы имеем.
– Но если к Стивенсону полетели перуанцы… – начал Рубин.
– Экспедицией это назвать трудно, по сути, полетел секретный пробник ЮЖАСА.
– Ужаса! – пошутил Ркацители.
На него посмотрели с недоумением, и ксенопсихолог поторопился оправдаться:
– Просто интересная тавтология: «ЮЖАСА» – «ужаса».
– Если к Стивенсону помчались даже южные американцы, – повторил Рубин, – надо срочно лететь вдогон!
– Ну не стоит суетиться, – пожал плечами Фарниев. – Изучение таких сложных и опасных объектов, как система Стивенсон Щита, займёт много времени. Южане могут потратить на изучение не один месяц.
– А вдруг им повезёт?
– Везение – фактор непредсказуемый.
– Что вы предлагаете лично, Номгон Номгоевич? – спросил Шаргин.
– Так как вектор обозначен вполне конкретно – в глубины Щита, стоит отправить разведрейдер сразу ко всем тамошним объектам. Первым по расстоянию от Солнца посетить ТТ Щита, где обнаружены следы цивилизации и откуда чёрные копатели вывезли кучу артефактов. Потом следует дойти до Стивенсона, посмотреть, спрятан ли там Вестник или база роботов, и, если нет, лететь дальше к UY Щита и к Арке. Так мы одним выстрелом убьём сразу всех зайцев.
– Вы охотник, Номгон? – поднял бровь Рубин.
– Я нет, – озадаченно ответил Фарниев, – но в роду у меня были охотники, да.
– Вы явно не в них, потому что охотник сказал бы вам, что одним выстрелом убить много зайцев не получится.
Присутствующие обменялись улыбками и смешками.
– Я имел в виду…
– Не обращайте внимания, Номгон Номгоевич, – сказал Шаргин, пряча улыбку. Мы вас поняли, и я согласен с предложением.
– Кого вы планируете направить к Щиту? – поинтересовался Рогоз.
– Майора Антона Лихова. Он очень хорошо зарекомендовал себя в последнем рейде к Стене Геркулеса и способен принимать правильные решения в экстремальных ситуациях. Корвет «Поиск» прошёл полную технодоработку, получил дополнительные защитные комплексы и ИИ-системы обработки данных. Кстати, за тот рейд Лихов награждён орденом «Звезда» с мечами.
– Прошли слухи, – Ркацители изобразил лукавую ухмылку, – что Лихов живёт с изменённой по имени Олеандра.
– Совершенно верно, – кивнул молчаливый и замкнутый для не знающих его людей Головин, кос-полковник Коскона, командир спецподразделения «Барс», в котором служил и Лихов. – Это Олеандра Перес, испанка, генетически модифицированный человек, которую он спас во время рейда от посягательств Алилайи Гюлербея, чёрного археолога, охотника за боевыми роботами.
По лицам служащих России на высоких постах людей промелькнули скрытые и не очень улыбки. Все помнили историю со спасением пленников Гюлербея, которому помогал полковник Погранслужбы Владизем Долгий, но не все знали продолжение истории.
– И как они… живут? – поинтересовался Рогоз, внезапно проявив интерес к этой скользкой теме и отвлёкшись от переговоров со своим терафимом.
– Насколько мне известно, нормально живут, – ответил Головин под смех коллег. – Она может иметь детей, как, впрочем, и все изменённые, и, по-моему, даже планирует ребёнка. Не из колбы.
Последняя реплика снова вызвала смех.
В двадцать втором веке впервые после кризиса с падением рождаемости в середине двадцать первого столетия (из-за повсеместного внедрения идеи чайлдфри, то есть нежелания иметь детей, численность населения Земли уменьшилась до рекордных восьми миллиардов), индекс рождаемости пошёл вверх, а иметь детей стало модно, тем более что служб по уходу за ними было предостаточно. К воспитанию подключились ИИ-системы, внедряемые во все сферы жизни человечества. Хотя не всегда этот опыт был позитивен. Смеялись же руководители тревожных служб по причине скользкого характера: интимные отношения с роботами давно стали нормой жизни, особенно для тех, кто не мог найти себе «живого» партнёра.
– Кто назначен начальником научной группы? – спросил Рогоз.
– Бартош Сталик. Лихов ходил с ним дважды, и никаких трений у них не возникало.
– Капитан корвета Голенев?
– Виктор Голенев перешёл на фрегат «Енисей», на его место назначен Артур Войсковый. Он входил в состав экипажа «Поиска» в роли бортинжа, но до этого командовал солнцеходом и СПАС-платформой.
– Полёт очень важен и рискован, – сказал Рубин. – Нужен очень опытный командир корвета. Боюсь, ваш протеже не справится.
– Остальные супера в походах, – сухо сказал Головин. – И Войсковый справится!
– А где Бугров?
