– Да? – удивился я, – а чего же вы тогда все по парочкам ходите?
– Тебе не понять! – также злобно сказала лысая.
– Ладно, не понять, так не понять, – вздохнул я, – так что там с Пауком?
– Не ищи Паука, он сам тебя найдёт! – сказал мужик.
– Угу, – сказал я, вставая, – если все, не сговариваясь, говорят одно и то же, то либо они заучили эту версию заранее, либо это правда. Что ж, будем считать, что это так и есть. Поздравляю, лысые уродцы, вы мне больше не нужны! Много хороших людей из-за вас погибло, их души требуют отмщения!
– Ты сдохнешь! – заголосила баба.
– Когда-нибудь непременно, – сказал я, – но ты-то сделаешь это прямо сейчас!
Упокоив их мощным разрядом молнии, я пошёл к первой паре. Этих хитрожопых на месте не оказалось, я обнаружил их на полпути к лесу. Пока вторая пара меня отвлекала, эти недолго думая решили смыться. Но поскольку оставались частично парализованными после разряда молнии, встать на ноги не смогли и потому стремительно ползли подальше от места событий.
– Ай-яй-яй, как некрасиво! – сказал я, догоняя их, – бросили своих товарищей и текать?
– Не убивай! – стараясь быть как можно более проникновенным, сказал мужик, – мы уже отработанный материал! Паук нас всё равно не простит за провал операции. Отпусти нас, и мы просто исчезнем. Убежим далеко и навсегда! Не бери лишний грех на душу!
– Думаю, что лишний грех на душу я возьму, если отпущу беспринципных подонков вроде вас. Вы же ведь не перекуётесь как по волшебству в честных и порядочных людей. Даже если смоетесь далеко отсюда, то и там наверняка устроите проблемы каким-нибудь хорошим людям. Нет, вас надо списывать. Я не верю ни единому вашему слову! – сказал я.
– Будь ты проклят! – процедила баба.
– Ну да, ну да! – кивнул я, поднял руку, чтобы дать разряд, но слегка замешкался, – впрочем, даю вам последний шанс! – сказал я, – если скажете мне что-то такое, что я посчитаю важным и ценным, сохраню вам жизнь, с условием, что никогда больше не увижу ваших рож.
– А как мы узнаем, что ты посчитаешь ценным, а что нет? – удивился мужик, – спроси более конкретно!
– Я конкретно уже спросил, вы мне не ответили. Теперь проявите фантазию, чтобы меня заинтересовать. Подсказываю, это должно мне помочь найти Паука, – сказал я.
– Он сам тебя найдёт, – сказал мужик, – поверь, это не пустые слова. Ты ему интересен и если выживешь, то ваша встреча неизбежна. Так что не напрягайся, вы обязательно увидитесь. Эта информация стоит нашей жизни?
– Нет, – сказал я, – ты же не сказал ничего нового, а в очередной раз повторил мантру, которую я уже слышал несколько раз за последние десять минут. Подумай ещё! У Паука же ведь есть дом или база?
– Не надо! – резко взглянула на мужика баба, – ты знаешь, что будет, если скажешь!
– А что нам терять? – огрызнулся мужик, после чего повернулся ко мне, – бу… – начал говорить он, потом вдруг захрипел, у него изо рта пошла пена, он задёргался в конвульсиях и через несколько секунд умер.
– Мы не можем сказать тебе ничего важного! – с досадой сказала баба, – даже если захотим!
– Это проклятие? – задумчиво сказал я, глядя на откинувшегося мужика.
– Да, и оно наложено на всех, кто знает что-то важное! Так что, от нас ты этого никогда не узнаешь! – сказала баба.
– Ну, тогда можешь сама себя упокоить, – пожал я плечами, – попробуй сказать мне что-то важное. Что там начало говорить твой друг? Что за «бу»? Что это значит?
– Это значит бу… – баба захрипела, начала захлёбываться пеной, задёргалась в судорогах…
В общем, произошло плюс-минус то же самое, что и с её мужиком. Я так и не понял, это она с собой покончила таким образом, или в самом деле нечаянно что-то хотела ляпнуть… но умерла и ладно! Избавила меня от необходимости её убивать.
Я с облегчением вздохнул. Здесь всё было закончено и можно было возвращаться к Барбинизатору. Но не успел я сделать и пары шагов, как до меня донёсся приглушённый голос:
– Братка, помоги!
Я прислушался.
– Помоги, будь человеком! – раздалось откуда-то поблизости, но говоривший был, как будто чем-то перекрыт или завален… голос звучал очень глухо.
– Ты где? – спросил я.
– В багажнике! – раздался голос.
Я наконец-то понял, откуда он идёт. Рядом была легковая машина, сильно покорёженная, которая, похоже, несколько раз кувыркнулась. И вот из её-то багажника, похоже, кто-то и взывал о помощи.
Я подошёл и подёргал багажник. Его основательно так заклинило, и открыть голыми руками не получалось. Я с сомнением посмотрел на свою клюшку, но использовать её как рычаг, не стал. Жалко было, вдруг сломается?
Я прошёлся вокруг машины, в поисках чего-то подходящего и вскоре нашёл острый металлический прут, с одной стороны обмотанный верёвкой. Как будто кто-то сделал себе такое примитивное оружие.
Вот этим-то прутом я и воспользовался. Просунув его в щель, я навалился всем телом, там что-то хрустнуло, и крышка резко откинулась вверх. Из темноты багажника, как болванчик, выскочил мужичок со взъерошенными волосами.
– Свобода! – радостно вскинул он руки вверх.
Я тут же его узнал. Это был усач, с которым мы совсем недавно встретились в лесу.
– Братка! – не переставал радоваться усатый, – снова ты? Да ты просто мой ангел-хранитель! Я бы сдох в этом багажнике! Спасибо, ты мой спаситель!
И прежде чем я успел что-то сделать или сказать, он бросился мне на шею и крепко обнял. Потом раздался лёгкий щелчок, мужик отстранился, слегка оттолкнул меня в сторону ладонью и сказал:
– Ну, вот и всё, Алик, вот и всё! – пробормотав это, он запустил пятерню в свою шевелюру и снял её как шапку, обнажив лысый череп.
– Ты кто такой? – понимая, что происходит какая-то хрень, спросил я.
– Скажи, Алик, ты готов побриться наголо? – проигнорировав мой вопрос, спросил мужик и расплылся в улыбке, – это обязательное условие для всех членов ордена!
2. Паук
– Паук? – спросил я, несколько ошарашено. В голове не укладывалось, что этот странный мужичок, которого я недавно встретил в лесу, и есть могущественный Паук, глава ордена.
Мужик взялся двумя пальцами за левый ус, слегка сморщился в предвкушении боли и резко дёрнул. Усы оторвались, потому что это была точно такая же часть маскарада, как и парик.
– Парик нормально, но вот приклеенные усы, это жесть, конечно! – потирая верхнюю губу, сказал мужик.
– Ты Паук? – повторил я свой вопрос, потому что внешность этого человека никак не сходилась с моими ожиданиями.
– Паук, Паук, – слегка нервно дёрнул подбородком мужик, – не тупи!
– И ты сидел запертым в багажнике, надеясь, что именно я тебя вытащу? Сложный план, – сказал я, пока что опасаясь предпринимать резкие действия. Если он так в себе уверен, возможно, имеет кое-то ультимативное про запас, не зря же он возглавляет орден. Так что бросаться в драку с бухты-барахты я не спешил, пытаясь понять расклад.
– Алик, я был о твоём уме лучшего мнения! – сказал Паук, – столько разговоров о тебе, столько проблем от тебя… а ты задаёшь такие идиотские вопросы. Всё просто, я залез в багажник через салон, там сиденья оторвало. И сделал это прямо перед тем, как ты меня вытащил. Нужно было сократить с тобой дистанцию. Всё сработало! Это же элементарно!
– Выходит, ты был рядом и наблюдал, как я допрашиваю и убиваю твоих людей? – удивился я.
– Это их расплата за поражение. Они оказались слабы и некомпетентны. Трудно найти хороших сотрудников, ох как трудно! Как сказал один человек: «кадры решают всё»! И поверь, у меня очень большой кадровый голод. Людей полно, толковых мало. Так что я очень рад, что ты теперь с нами! – сказал Паук.
– С вами? – удивился я, – с чего ты взял?
– Это просто факт, – сказал Паук, – мы будем с тобой строить отношения на открытости и доверии, поэтому я расскажу тебе всё! У меня на тебя большие планы, хочу, чтобы ты стал моей правой рукой.
– Ты пьяный, что ли? – усмехнулся я.
– Нет, – спокойно и ничуть не обидевшись, сказал Паук, – на первом этапе тебе, конечно, придётся работать на меня по принуждению. Но это только до тех пор, пока ты не разберёшься, что к чему и не проникнешься нашими идеями. Через некоторое время от принуждения можно будет отказаться, когда ты будешь следовать за мной по собственной воле.
– Этого не будет никогда! – сказал я.
– Все так говорят! – со знанием дела кивнул головой Паук, – вот прям без исключения. Но проходит время, и они становятся верными адептами. И ты станешь.
– Мне всё-таки кажется, что ты что-то употребляешь, – сказал я.
– Я противник всяких расширяющих сознание препаратов, даже самых безобидных! – серьёзно сказал Паук, – моё сознание и так расширено до предела! – и он широко улыбнулся, – ну что, поедем домой! Ты же так хотел увидеть моё логово!
– Спасибо, но не в этот раз, – сказал я, – сегодня у меня другие планы.
– Это было не предложение и не вопрос. Я поставил тебя перед фактом. Мы едем домой и это не обсуждается! – сказал Паук.
– Интересно, а что будет, если я не поеду? – усмехнулся я.
– Ты, кажется, забыл, что на первой стадии ты подчиняешься мне по принуждению. Так что, ты будешь вынужден поехать, хочешь ты того или нет! – пожал плечами Паук.
– И ты вот так бросишь здесь остатки своей армии, не решив вопрос с Барбинизатором? – удивился я.
– Плевать на этих дур! – отмахнулся рукой Паук, – и то, что ты называешь моей армией. Ты просто не вполне понимаешь, как у нас всё устроено.
– Так расскажи! – сказал я.
– Люди получили задание. Это задание, оно же и тест. Если они хорошо справляются, уровень доверия к ним повышается и всем хорошо. Задание выполнено, они продвигаются в рейтинге. Если провалили то, что им поручено, то за это следует наказание. Но они сами себя наказали, умерев. Что ж, хоть в этом не подвели. Я не фанатик. Барбинизатор можно захватить, можно разрушить… но зачем? Это вопрос даже не второстепенный… это вообще неважно! Суть этой операции была в том, чтобы вскрыть тебя и забрать в свой Орден. Так что, как видишь, всё получилось на сто процентов, – Паук широко и искренне улыбнулся.
– И ради меня ты положил столько людей? – моему удивлению не было предела.
– Ты меня вообще слушал? Они поплатились за свою некомпетентность, – сказал Паук, – справились бы с задачей, были бы живы.
– Но зачем я тебе так нужен? – не переставал удивляться я.
– Как я уже тебе говорил, «кадры решают всё». Не может любая кухарка управлять государством. Просто не может, и всё! Везде нужны компетентные люди. Но это только одна сторона. Помимо того, что человек знает и умеет, есть ещё личностный потенциал. Именно он лежит в основе того, чего человек сможет добиться, – сказал Паук, – людей с хорошим потенциалом очень мало. Это ведь тоже своего рода дар, который не выражен ни в чём конкретно, но, с другой стороны, даёт возможность носителю развиться в любом деле до невероятных высот.
– И ты считаешь, что я такой? – усмехнулся я, – должен тебя разочаровать! Похоже, что все ресурсы ты спалил впустую. Ты ошибся!
– Нет! – уверенно сказал Паук, – вовсе нет. И неважно, понимаешь ты сам это или не понимаешь. У тебя очень мощный потенциал, и я помогу тебе его раскрыть. Мы с тобой горы свернём! Ну и кристаллы тоже придётся вернуть. Они мне очень нужны!
– Ага! – ухватился я за его слова, – так значит дело не во мне, а в каких-то кристаллах! Что за кристаллы, кстати?
Я решил не раскрывать ему, что мы вскрыли груз и нашли то, за чем охотился Паук.
– Ты же врёшь! – прищурился Паук, – ты должен знать, что за кристаллы! Впрочем, это неважно. Отдай нам конвой, а там мы уже сами разберёмся. Кстати, как жест доброй воли я предлагаю работу не только тебе, но и всем твоим людям тоже! Не вижу смысла разрушать слаженную и эффективную команду… хотя, даже оставшись один, ты тут же начинаешь формировать новую, ничуть не хуже. Говорю же, у тебя дар!
– Должен тебя разочаровать. Ты ошибаешься, нет у меня никакого дара. За всё время я так ничего и не добился. У меня ничего нет! Вообще! – сказал я.
– Всегда! Слышишь, всегда дар раскрывается не сразу! Видимо, просто ты дозрел… или произошло событие, которое заставило этот дар проснуться. А, скорее всего, цепочка событий. Но ты вдруг начал жить другой жизнью. События вокруг тебя сильно уплотнились, и как будто понеслись галопом… скажи, было же такое некоторое время назад? Я уверен, что было! К сожалению, даром прозрения я не обладаю и не могу увидеть то, чему не был свидетелем, но я уверен, что твоя жизнь недавно изменилась! – сказал Паук.
Как ни странно, но он был прав! Чертовски прав! Только вот сознаваться мне в этом не хотелось, поэтому я постарался увести разговор в другую сторону. И обострять ситуацию я тоже не спешил. Раз уж Паук сам со мной делится информацией, глупо было бы его не выслушать, а потом пытаться узнать то же самое из каких-то других, зачастую сомнительных источников. Поэтому я сказал:
– Мой дар давно проснулся, я шаман!
– Это я знаю, – кивнул Паук, – но это обычный дар. Полезный, очень хороший дар, но обычный. А есть другие дары. Они обычно более скрыты, есть не у всех, просыпаются не всегда… они встречались и до магопокалипсиса. Бывают же люди с ярко выраженными лидерскими качествами, или хорошие организаторы. Много разных и полезных талантов. Но с приходом магии это всё стало ещё более полезно и эффективно, если такой дар найти, вытащить наружу и развить. Вот тогда перед человеком могут открыться очень многие дороги!
– Перед тобой открылись? – скептически спросил я.
– Да! – искренне сказал Паук, – у меня тоже есть свои таланты, и я ими активно пользуюсь, развиваю их, прокачиваю.
– И как, успешно? – спросил я.
– Да, – кивнул Паук, – я всегда добиваюсь своего.
– Но с Барбинизатором-то не вышло! – усмехнулся я.
– Да ты задрал со своим Барбинизатором! – вдруг возмутился Паук, – чего он тебе дался? Я же сказал тебе, что это просто операция прикрытия. Как только стали поступать косвенные данные, что ты проявился в этом районе, мы стали обострять ситуацию вокруг девок, чтобы ты полез за них впрягаться. Я тебя просчитал, сам руководил операцией и поверь, всё прошло отлично. Потому что я получил именно тот результат, который мне был нужен. Если ты сейчас вспомнишь про конвой, так и с ним история не закончена. А подвисла она как раз потому, что появился одарённый человек, который может сильно влиять на ситуацию и менять ход событий. Речь о тебе, если ты не понял. Так что нам это простительно, потому что появился неучтённый фактор. «Чёрный лебедь», как это раньше называли в экономике. Но так даже лучше! Мы сбросили балласт неэффективных наёмников и адептов ордена, которые жрали ресурсы, но приносили мало пользы. Если бы ты нам не устроил все эти проблемы, клянусь, мне самому нужно было бы организовать что-то вроде этого! Какую-нибудь большую провокацию, чтобы пройтись по нашим людям очистительным огнём. Любая организация, какой бы эффективной ни была, со временем начинает дряхлеть и разлагаться. Все хотят жрать и ничего не делать. И если какое-то время это получается, они начинают считать это нормой. А когда пытаешься заставить их работать, выполнять то, за что им, собственно, и платят, они всячески пытаются соскочить с темы и переложить ответственность на кого-то другого. Так что, Алик, ты оказал нам большую услугу!
– Нам? – ухватился я за его слова.
– Конечно! Я же не один! Я вообще не одиночка. Те, кого ты грохнул сегодня, это дальний круг адептов. Те, кто ещё не заслужил достаточно авторитета, чтобы на что-то влиять в ордене. Да, внешне они такие же, как и ближний круг… поэтому никто не знает, кто и насколько важен в нашей организации! Ты вот на мой маскарад тоже купился!
– Поэтому все одинаково выглядят и ходят парочками? – спросил я.
– Не только! – сказал Паук, – в парной работе есть свои тонкости. К тому же сочетание гендеров хорошо аккумулирует энергию. Пара из мужчины и женщины потенциально гораздо более эффективна, чем из двух мужиков или двух женщин.
– Это давно уже придумали, семья называется! – сказал я.
– Нет, это не то, – махнул рукой Паук, – хотя, где-то в глубине, может быть, и есть общие корни. Но здесь именно магические предпосылки… в общем, давай не будем сейчас закапываться. Потом всё это обсудим, ты можешь даже со мной поспорить! У нас ведь не диктатура… для ближнего круга адептов. Так что, когда ты в него войдёшь, сможешь сам влиять на решения Ордена!
– Звучит заманчиво! – сказал я серьёзно, – теоретически, я могу его даже возглавить и распустить?
– Теоретически да, но когда ты в него войдёшь на полных правах, ты поймёшь, что ликвидировать такой инструмент глупо! Им нужно пользоваться, раз уж он есть! А вот для чего его использовать, какие цели ставить, это уже другой вопрос. На это ты вполне сможешь влиять.
