– Благодарю за уделенное время, княжна, – киваю я. – Речь пойдет о системе, которую я обнаружил, изучая дела об исчезновениях людей.
Ее лицо не дрогнуло ни единым мускулом, но между бровей легла легкая, почти невидимая складочка.
– Продолжайте. – Ее взгляд становится еще холоднее, если это вообще возможно.
– Я выявил определенную закономерность. Уже годы кто-то ведет охоту – на обычных людей, плебеев, проявляющих необъяснимые качества. Люди исчезают, в их делах появляются странные пометки, меняются даты смерти. И при анализе этих случаев постоянно всплывают связи с домом Морозовых.
Я делаю паузу, давая ей осознать масштаб.
– Первое, что приходит в голову, – поддержание существующего порядка. Магия – удел топовых родов, элиты, реже – плебеев, но природа магии вполне понятна и предсказуема. Здесь – нечто иное. Резистентность к ментальному воздействию. Или, скажем, способность чувствовать и использовать скрытые социальные связи. – Я чуть заметно делаю ударение на последнем. – Неизученные формы влияния. Но если бы Морозовы просто устраняли угрозу – зачем такая сложность? Зачем скрывать, подделывать документы, создавать целую систему? В архивах я находил следы – повторяющиеся паттерны в делах, странные совпадения.
Я смотрю на нее прямо, вкладывая в слова всю возможную убедительность.
– Я к тому – что, если Морозовы годами ведут масштабную, тщательно скрытую операцию? Без ведома вас и других родов. Похищают или валят граждан империи. Готовый политический скандал. Нужно лишь получить больше доказательств, и вы можете публично обвинить их, подрывая позиции в Совете. Или использовать информацию тихо, чтобы выторговать уступки.
– Ваш источник? – В ее глазах вспыхивает опасный огонек, а голос становится тише.
– Архив, – отвечаю невозмутимо. – Ваши люди наверняка отмечали отдельные случаи. Но видели в этом фоновый шум. А я сложил разрозненные факты в схему.
Я смотрю на нее и вижу, что нужны еще аргументы.
– Я – не теоретик. Я сам доказательство. Первый, кто вырвался из их сети живым и сохранил способность говорить. Я видел их агентуру, их методы. Они уже пытались меня устранить. Значит, я опасен для них. А все, что опасно для Морозовых, потенциально полезно для Волковых.
Глава 4
Она молчит и медленно барабанит пальцами по столешнице. Маникюр, кстати, насколько я могу его оценить, тупо шикарен.
– Допустим, это правда, – наконец говорит она. – Почему я должна тебе верить?
– Мне нужен покровитель. Я, к примеру, незаметно добуду доказательства, найду слабые места в этой системе. Проверьте меня. Дам вам одно имя из тех дел. Сергей Воронов. Мастер по ремонту аппаратуры. Умер при странных обстоятельствах в октябре две тысячи пятого. Дата смерти в отчете изменена. Перепроверьте эту информацию. И если я не вру, у вас появится уникальный специалист по решению щекотливых проблем, в лице меня, разумеется.
Она не отвечает, рассматривает меня. Да в целом-то смотри, конечно, я не возражаю. Пусть видит тощего парня в потрепанной куртке, но чувствует нечто большее.
– Переплавка… – произносит она задумчиво. – Ты говоришь обрывками, Серпов, но бьешь близко к цели. Та система, которую ты описал… И то, что ты смог выйти на нее, имея лишь кучку мусора из архива… это интересно. Хорошо. Я проверю дело Воронова. Если информация подтвердится… мы продолжим этот разговор.
– Конечно, – киваю я.
Она встает, вся такая плавная, но уверенная. Накидывает платок на голову.
– Жди моего звонка.
Уходит, не оглянувшись, оставив после себя лишь легкий шлейф дорогих духов.
Допиваю остывший кофе, кстати, за триста его здесь брал. Теперь все зависит от того, что она найдет. И от того, захочет ли она видеть во мне инструмент или же вовсе по каким-нибудь своим княжьим причинам предпочтет меня устранить.
Черт, а номер телефона спросить забыл. Опять сидеть у смартфона, как школьник у окна, в ожидании, когда принцесса соизволит написать? Великий маг, блин. В следующий раз буду умнее – сначала контакты выбиваю, потом государственные тайны вбрасываю.
Но что сделано, то сделано. Буду ждать.
Оплачиваю счет, при мне остается три четыреста, и выхожу на улицу. Вечерний воздух прохладен и свеж. Включаю «Чтение связей» на полную мощность, сканирую окружение. Ничего подозрительного.
Иду домой, не тороплюсь, обдумывая все моменты этой встречи. Она сто процентов знала о «Переплавке», но не ожидала, что об этом знаю я. Даже не пойму пока, хорошо это или плохо. Точнее сказать, так: я разузнал, что происходят вот такие вещи, но не знал этому «официального» названия, а она, оказывается, еще и название мне подсказала.
На полпути к дому замечаю нечто странное краем глаза. По другой стороне улицы, в одном темпе со мной, движется человек. Высокий, дорого одетый, с изящной тростью из темного дерева. И хотя между нами поток машин, я чувствую, как от него исходит ровная, уверенная серая нить – чистая уверенность в себе и своем статусе. Аристократ. И его нить тянется через дорогу, прямо ко мне.
Он резко меняет траекторию, переходит улицу и легко догоняет меня.
– Артем Серпов? – Его голос низкий, бархатный, но в нем слышны стальные нотки.
Я останавливаюсь, поворачиваюсь к нему. Его лицо – маска учтивости, но глаза холодные, оценивающие.
– Я вас не знаю, – говорю я нейтрально.
– Но я знаю вас, – улыбается он. Улыбка едва не дотягивается до глаз. – Меня зовут Глеб Орлов. Я представляю интересы дома Морозовых.
Опаньки! Какая прелесть. Морозовы. Уже здесь. Значит, моя встреча с Волковой не осталась незамеченной. Они следят либо за мной, либо за ней. Возможно, за обоими.
– Чем могу быть полезен? – спрашиваю я.
– Мы слышали, что вы проявили… определенный интерес к логистическим операциям нашего дома, – говорит он, играя тростью. – Операциям, о которых не следует говорить на улице. Наш дом всегда заинтересован в талантливых людях, которые умеют хранить секреты. Даже если они не самого знатного происхождения.
– Я всего лишь курьер, – пожимаю я плечами, делая вид, что не понимаю намека.
– Скромность – достоинство, но не тогда, когда она неуместна. – Его голос теряет бархатистость. – Мы предлагаем вам сотрудничество. Более выгодное, чем то, что могут предложить Волковы. Они используют вас и выбросят, это факт.
– Я вообще не в теме, – отвечаю я, сохраняя нейтралитет.
– Не играйте в глупые игры. – Он делает шаг вперед, и его уверенность буквально давит на меня. – Мы знаем о вашей встрече. Знаем, что вы что-то ищете в архивах. Наш дом может предоставить вам защиту и возможности, о которых вы не смеете мечтать. Или… – он делает паузу, – лишить вас всего. Всего – это значит всего, надеюсь на понимание. Выбор за вами.
Я смотрю на него – концовочка прям в моем стиле.
– Я ценю ваше предложение, – говорю я ровно. – Но пока я не ищу вообще никакого работодателя. Если что-то изменится – я дам знать.
Он морщится. Серая нить его уверенности на мгновение вспыхивает алым – ярость, быстро подавленная железной волей.
– Вы совершаете ошибку, мальчик. С такими, как Волковы, далеко не уедешь. Они сожрут вас без остатка.
– Возможно, – соглашаюсь я. – Я это учту.
Он смотрит на меня еще несколько секунд, затем резко разворачивается и уходит, его трость громко стучит по брусчатке.
Вот так вот. Началось. Морозовы вышли на меня напрямую.
Возвращаюсь домой, снова окольными путями, раза в два дольше, но так надежнее. Нужно укреплять защиту. И не только магическую. Орлов не случайно появился именно сейчас. Значит, за мной установили слежку, причем достаточно профессиональную, чтобы я не сразу ее заметил.
В своей каморке провожу тщательный осмотр. Ищу подслушивающие устройства, следы взлома, любые признаки присутствия посторонних. Ничего не нахожу, но расслабляться рано.
Следующие несколько дней проходят в напряженном ожидании. Я продолжаю работать курьером, но теперь постоянно оглядываюсь, проверяю, нет ли слежки. «Чтение связей» работает постоянно, добывая энергию. Постоянная практика дает результат: я научился удерживать «Чтение связей» активным почти непрерывно, без прежней головной боли. До чтения мыслей других людей мне, конечно, еще далеко, но к этому стоит стремиться. По крайней мере, теперь, глядя на клубок нитей между двумя людьми, я глубже улавливаю суть их взаимодействия: «сделка», «конфликт», «подчинение».
Параллельно усиливаю тренировки. Добавляю бег по утрам – начал с пары километров, постепенно увеличиваю дистанцию. Тело ноет и протестует, но я заставляю его подчиняться. Отжимания, работа с эспандером, который также сорвал по спецпредложению за 100 рублей, упражнения на пресс. Постепенно появляется мышечный рельеф, исчезает одышка. Щит тоже становится сильнее – теперь я могу удерживать его гораздо дольше и с наименьшими усилиями. Да, и на карте у меня теперь, ого-го, целых тридцать тысяч с небольшим!
Как-то раз, возвращаясь с доставки, замечаю тот же силуэт с тростью вдалеке. Орлов. Он даже не пытается скрывать свое присутствие, просто наблюдает. Предупреждение. Я делаю вид, что не замечаю его, но в любом случае в его наличии неподалеку мало приятного. Он долго следует за мной, и мне приходится снова уводить след. Затем он растворяется в вечерних сумерках.
Через пять дней раздается звонок. Номер не определен, явно защищенный.
– Это Волкова. – Ее голос звучит холодно и официально. – Информация подтвердилась. Жду вас сегодня в 18:00 по адресу…
Она называет адрес в самом элитном районе города, том самом, куда такие, как я, могут попасть, только выполняя доставку. Я быстро записываю. Получилось. Первый этап пройден.
– Я буду.
– И, Серпов… – добавляет она перед тем, как положить трубку, – приходите с вещами. Вы больше не будете жить в той дыре.
Связь обрывается. Я стою с трубкой в руке, не веря своим ушам. Так быстро? Я ожидал проверок, допросов, испытаний. Но такое… Это либо ловушка, либо она действительно в меня поверила. Пока что склоняюсь к первому варианту.
Быстро собираю свои скудные пожитки – немного одежды, планшет, блокнот с записями, еще всякую хрень по мелочи. Все умещается в один рюкзак и рыночный баул среднего размера. Оглядываю свою каморку в последний раз. Здесь я был никем. Отсюда начинался мой путь в этом мире. Теперь у меня есть шанс стать кем-то. Другое пусть даже не предлагают.
На улице проверяю «Чтением связей» окружение. Ни одной подозрительной нити поблизости нет. Выезжаю из района на такси, указав вначале адрес на другом конце города, и лишь там меняю маршрут на нужный мне пункт назначения. Старые привычки Хранителя, бережливого к своей шкуре, еще не умерли.
Ровно в 18:00 я стою перед роскошным особняком в одном из самых престижных районов города. Высокий кованый забор, камеры наблюдения из-под каждого камешка, вооруженные охранники у ворот. Крепость, не иначе. Место, где принимаются решения, влияющие на судьбы тысяч людей.
Меня пропускают после тщательной проверки. Внутри еще более впечатляюще: мраморные полы, дорогая антикварная мебель, произведения искусства на стенах. Буквально пахнет деньгами и властью. Молчаливые слуги в безупречных ливреях провожают меня в кабинет.
Варвара Волкова сидит за массивным дубовым столом, заваленным бумагами и современными гаджетами. Одета в строгий деловой костюм, волосы убраны в тугой пучок. Выглядит уставшей, но собранной. На столе рядом лежит знакомый конверт – тот самый, что я доставил Зубову, кажется, теперь уже в другой жизни.
– Садитесь, – указывает она на стул напротив, даже не поднимая глаз от документов.
Я сажусь. Комната просторная, с высокими потолками и огромным окном, выходящим в частный сад. На полках – книги, на стенах – портреты суровых мужчин. Предки Волковых.
– Ваша информация оказалась точной, – наконец говорит она, откладывая бумаги. – Про Воронова. И это лишь один из многих. Вы были правы насчет масштабов. – Она смотрит на меня оценивающе. – Как вы это узнали?
– Я умею находить информацию, – уклончиво отвечаю я. – И соединять точки.
– Теперь вы работаете на меня. – Ее взгляд становится жестким, непроницаемым. – У вас будет новая квартира здесь, в комплексе, защита, доступ к определенным ресурсам. Но помните: одно неверное движение, одна ошибка, и все это исчезнет. Как, скорее всего, и вы сами. Я даю вам шанс. Не разочаровывайте меня.
– Я понимаю, – киваю я.
– Хорошо. – Она делает паузу, достает из стола еще одну папку. – Ваше первое задание – разобраться с одним мелким чиновником из городской администрации. Он создает проблемы нашим людям при согласовании строительства нового делового центра. Убедите его быть более… сговорчивым. Любыми средствами, кроме убийства. Мы не варвары.
Зато, Варвара, какая, однако, игра слов.
Она протягивает мне папку с документами. Я беру ее, чувствуя ее вес. Не только физический, но и символический.
– Все необходимое внутри, – добавляет она. – Финансовые документы, компромат, его распорядок дня. Отчитайтесь мне завтра в это же время. Успехов.
– Не подведу, – говорю я, вставая.
– Надеюсь. – Ее взгляд говорит о том, что сомнения еще остаются. – Вашу новую квартиру вам покажет охрана. И, Серпов…
– Да? – останавливаюсь у двери.
– Добро пожаловать в игру. – На ее губах появляется что-то похожее на улыбку, но в глазах нет ни тепла, ни дружелюбия.
Выхожу из кабинета с папкой в руках. Охранник – тот самый, что был у ворот усадьбы Волковых, – проводит меня к лифту.
Двери смыкаются, отрезая от меня провожатого. Металлическая кабина плавно идет вверх, и только тогда до меня окончательно доходит, что только что произошло.
Она поселила меня у себя. Под боком, в своем комплексе. Для человека моего статуса – плебея, курьера, вчерашнего обитателя каморки за фанерной стеной – это немыслимо.
Но, кажется, я начинаю понимать ее логику.
Волкова за столь короткое время успела увидеть во мне не просто исполнителя, который принес годный компромат. Таких у нее, наверное, десяток. А кого-то… более исключительного. Да-да, и очень скромного. А что. Мало кто из ее людей способен в одиночку вычислить сеть Морозовых, отбиться от ментальной атаки и при этом не сломаться, а прийти с готовым планом. Она хочет, чтобы я со своей исключительностью работал на нее добровольно.
А как заставить добровольно работать умного, самодостаточного человека, и, опять же, очень скромного, который только что доказал, что его не сломать? Предложить ему статус. Поселить рядом, дать почувствовать себя частью ее мира, а не просто приживалой. Сделать так, чтобы я сам был заинтересован в ее процветании, потому что оно теперь напрямую связано с моим комфортом и безопасностью.
Кроме того, она меня страхует. Пока я здесь, под присмотром ее охраны, Морозовы до меня не дотянутся. А если и дотянутся, это будет уже прямая атака на ее дом, что автоматически переведет конфликт на другой уровень. Она, по сути, умыкнула меня прямо из-под носа у конкурентов.
Усмехаюсь своим мыслям, охранник косится на меня. Ловко. Она же еще и сделала меня своим должником. И теперь любая моя победа – это и ее победа. Любой мой рост – это усиление ее лагеря.
Что ж, княжна, спасибо за аванс. Посмотрим, смогу ли я его отработать.
Лифт останавливается. За дверями длинный коридор с дорогими дверями и мягким светом.
Провожатый показывает мне просторную, роскошно обставленную квартиру с видом на город.
– Вам что-нибудь нужно? – спрашивает он нейтрально, но в его глазах читается презрение. Я для него плебей, допущенный в святая святых.
– Нет, – отвечаю кратко. – Спасибо.
Он уходит. Я захожу внутрь, закрываю дверь. Отсюда виден почти весь город. Мой город в каком-то смысле теперь.
На прихожем столе, рядом с ключами, лежит черный смартфон и записка: «Для связи. Только по делу. В. В. Номер во входящих».
Открываю папку. Первое задание. Первый тест. Сажусь за большой дубовый стол, включаю свет и начинаю внимательно изучать досье. Нужно найти идеальный момент для атаки. Его слабые места, распорядок дня, привычки. Работа кропотливая, погружаюсь с головой.
Через пару часов в желудке напоминает о себе голод – настойчиво, по-хозяйски. Открываю холодильник – и на секунду замираю. Он полон. Аккуратные упаковки с мясом, свежие овощи, сыр.
Достаю куриное филе. Холодное, упругое, настоящее. Нарезаю ровными ломтиками; интересно, откуда у меня такой навык, в прошлой жизни я не так часто стоял у плиты. Разогреваю сковороду, бросаю мясо. Шипение и аромат заполняют кухню. Не то что запах размокающей в кипятке лапши в моей бывшей каморке!
После еды подхожу к большому зеркалу в прихожей, смотрю на свое отражение. Все тот же Артем Серпов, но уже не тот. В глазах уже как будто поболее твердости, уверенности. Плечи расправлены, осанка прямее. Одежда все та же потрепанная, но пусть это продолжает служить маскировкой под неприметного парня.
Принимаю душ, затем ложусь на огромную кровать, которая кажется невероятно мягкой после моей старой койки. Но заснуть не могу. В голове все что-то крутится, вертится, планы, варианты.
Встаю, подхожу к окну. Огни, огни, огни, реклама, машины. А ведь так подумать, забегая вперед, что вон там прямо сейчас наверняка есть люди, жизни которых когда-то изменятся благодаря мне. Или из-за меня. Руки, всего несколько недель назад трясущиеся от слабости и похмелья, – без двух минут уже кулаки, готовые к бою. Почти руки воина. Да, почти. Или руки политика. А почему бы скоро и не политика?
Руки посредника.
И даже определенная защита появилась, с волчьим гербом. По крайней мере, пока что она есть.
