– Да, они, – с тяжким вздохом подтвердила бабушка. – Единственное пока действительно работающее средство. Научно доказанное. Но есть нюанс. Эти препараты ни в коем случае не должны приниматься без строгого контроля врача и постоянных анализов! Потому что они влияют на внутренние органы, особенно на печень.
– Из-за этих ретиноидов Кирэн и впала в кому?
– Согласно исследованию, они стали тем камнем, что сломал стену. Ведь, кроме них, Кирэн пила еще и множество средств для похудения. А самое главное, ушлая девица, помимо того, что тащила из Кирэн деньги, постоянно внушала ей, что та страшная, жирная и прыщавая уродина, от которой шарахаются даже собственные родственники. Что никто никогда ее не полюбит. Что даже общаться с ней может только эта Фу Ниянь, потому что добрая и родственная душа. Говорю же, тварь редкостная.
– И вы не оградили ребенка от такого человека? – снова вспыхнул Линьяо.
– Серьезно? Вы можете как-то оградить нынешнюю молодежь от интернета? Поделитесь, как вам это удается, не замуровав ее в бункер без связи с внешним миром! – живо развернулась к нему ба.
– Кхм… – закашлялся не только шкаф, но почти все в комнате. Даже лебедь. Даже я.
– Смысл еще в том, что мы, к своему стыду, узнали обо всем постфактум, – со вздохом сказал папочка. И посмотрел на меня почему-то виновато. – Когда начали детальное расследование причин, приведших мою дочь к коме. А до этого считали девицу пусть не особо приятной, но относительно безобидной прилипалой. Мало ли у всех у нас прихлебателей, которым важны лишь деньги. А у Кирэн было не так уж много живых школьных друзей. Кроме всего прочего, моя дочь слишком много училась…
––
* Шу-шу – дядя по отцу
Глава 6
– То есть эта сумасшедшая не первый раз вредит моей невесте? – Голос Вейшенга в разговоре звучал редко, но вот уж сказал так сказал. Словно все точки над i расставил. И посмотрел на всех спокойно, даже холодновато.
Я это заметила потому, что после первых слов извернулась и заглянула ему в лицо. А он еще крепче стиснул и явно не собирался меня никуда отпускать.
– Больше не навредит, – так же спокойно и холодно отозвался господин У, глядя на сына. – Можете не беспокоиться. Наша семья умеет защищать своих.
Вот старый хрыч, это он моих подъе… подколол?! Мол, мы-то умеем, а вы… Чья бы корова мычала! Защитники! А лебедя у кого подстрелили?!
– Кхм! – Папочка предсказуемо вскинулся, но бабушка положила тонкие сухие пальцы ему на сгиб локтя и так выразительно посмотрела на господина У, а потом куда-то в плечо Вейшенгу, что закашлялись разом все.
– Думаю, нам действительно стоит объединить усилия, – сказала она пару мгновений спустя. – Верно, госпожа У? Две серьезные женщины за своих детей любого одолеют. Мужчины в обоих случаях не справились. – Еще один строгий взгляд, причем разом всем мужчинам в комнате. – Пора выводить тяжелую артиллерию.
– Конечно. А еще можно сходить к одной моей знакомой шаманке, – ответила ей понимающим взглядом будущая… свекровь? – Заодно и астральную карту молодым рассчитаем.
– Астральную карту? А вдруг шаманка скажет, что они несовместимы? – тут же испугалась мачеха.
Да уж, пусть я и не особо верила во всякую мистику (при том, что сама вон сплошная мистика! Как тут не поверить, да? Но скепсис никуда не делся), но вот выкачивающих деньги «астролухов» видела не раз. У меня один из шефов был любителем в каждой стране к «народной мудрости» приобщиться. Такая что угодно может ляпнуть, если почует выгоду.
– Значит, шарлатанка, – отрезал господин У и саркастично посмотрел на нас.
– Я имею в виду, рассчитает им дату свадьбы и прочие подробности, – спокойно уточнила мадам У. – На совместимость их давно проверили. И с вашей, и с нашей стороны, верно, госпожа Сюэ?
– Кхм, ну да. В брачном агентстве такие услуги тоже предоставляют, – слегка смутилась мачеха.
– Хорошо, с этим разобрались. Теперь надо решить, что делать с тем цунами, что прямо сейчас сносит все новостные ленты. Происшествие снимали минимум с семи точек, и видео, конечно, уже вирусится по всему азиатскому сегменту. Еще пара часов – и западные догонят. У Вейшенга после той истории с машиной слишком много поклонников. У Кирэн… сами понимаете. Эти двое на данный момент – любимые куклы фандома. Особенно после того, как закрывали друг друга от нападения и целовались по пояс в воде у всех на виду.
– Последние снимки вообще шикарны, – вдруг хохотнул дядя. – Кто-то с другой стороны озера снимал местных птиц профессиональной камерой. Получился один ошарашенный черный лебедь крупным планом и двое лобызающихся на фоне мостика, похожих на городских сумасшедших. Один слишком смелый журнал предложил выкупить этот шедевр для обложки.
– Моя вторая внучка мониторит ситуацию и уже отказала двум крупным студиям в праве на экранизацию. И одному известному издательству маньхуа. Пока под предлогом того, что история не закончена. Издательство, правда, уверяет, что так даже лучше и онгоинг всегда быстрее продается.
– Постойте? Какая экранизация? Какая история не закончена? – ожил вдруг шкаф с антресолями.
– Ну, история двух влюбленных отпрысков семей чеболей, – впервые вмешалась в разговор сестра. – Обычной дурнушки-толстушки, переродившейся в красавицу, но забывшей прошлую жизнь, и прекрасного трудоголика, пережившего покушение и оттого печального, но не сломленного. Сказка, в которой есть враги, интриги и настоящая любовь. И можно с чистой совестью постоянно приписывать фразу «история основана на реальных событиях», намекая зрителю, мол, мы-то знаем, о ком она, и поспешим увидеть подробности хотя бы в исполнении актеров. Вы же понимаете, это будет бомба! Вот и студии это понимают.
– Нет!
– Ни в коем случае!
Кхм… как мы с Веем дружно-то взвыли!
– Вот поэтому я всем отказала, – вздохнула Мейрен, гася фанатичный блеск в глазах. Вот же ж, истинная специалистка в деле рекламы, но сестра хорошая. Правильная и умная. И вообще. – Но совместный стрим вы обязаны провести и объяснить людям, что произошло! А то в интернете настоящая паника. Я уже молчу о тысяче и одном предположении о том, что именно случилось и куда вы пропали после инцидента. Там дошло до такого абсурда, что всерьез рассматривают даже похищение инопланетянами. И не только ими.
Вейшенг стиснул меня еще крепче, так, что я невольно ахнула, и о чем-то крепко задумался. А потом резко кивнул:
– Ладно. Один раз. Просто чтобы завершить ситуацию.
– Ди-ди? – отчего-то больше всех удивился шкаф с антресолями. Даже миндалевидные глаза стали почти круглыми. И смотрел он этими круглыми глазами даже не на брата, а на меня. Смотрел-смотрел, а потом подозрительно прищурился.
– Меня беспокоит другое, – вдруг снова вмешался дядя. И такое у него было выражение лица при этом странное… задумчиво-меланхоличное. У меня от такого зрелища между лопаток зачесалось. Словно по старой памяти, которой, по идее, и быть не должно.
А еще бабушка, папа, Мейрен и даже мачеха тоже напряглись, будто знали, что это выражение лица означает.
– Эта маленькая гадюка выдала все при первом же допросе, не пришлось применять даже банального приема с плохим и хорошим копом. Жаль, конечно, – это дядя произнес почти шепотом, так мило и нежно улыбнувшись, что я сама плотнее вжалась в своего лебедя. – Но мелькнуло в ее признаниях нечто странное, как по мне. Обида, зависть, страх потерять деньги – все понятно, все ее родное. А вот идея с кислотой и общий информационный фон, в котором мелкую душонку раскрутили до нападения… это откуда-то со стороны. Такое впечатление, что девку нашли путем долгого перебора вариантов, оценили крючок, на который ее можно подсадить, и дальше очень умело вывели на взрыв.
– То есть организовала все это не мелкая сумасшедшая пигалица?
– Именно. Мало того, ее целенаправленно натравили именно на молодого У, капая на мозги тем, что он стал причиной отстраненности и игнорирования подруги. И это возвращает нас к первому нападению на Вейшенга. Уважаемые будущие родственники, в связи с этим у меня к вам серьезный вопрос как у главы службы безопасности семьи Сюэ.
Ой ты мяу мое… точно! Я же вроде это знала, а всерьез никогда не принимала. Наш гуляка и раздолбай-дядюшка, которого бабуля через день так точно гоняет по дому своей тростью, в семейной иерархии далеко не на последнем месте, и совсем не из-за любви грандма к младшенькому. Глава службы безопасности. Очень хороший глава. Потому хотя бы сужу, что Мейрен как-то проболталась: на отца было четыре покушения, и все их он предотвратил в зародыше.
Глава 7
Почему тогда с Кирэн просчитался? Так на нее не было покушения. Она сама справилась, увы. А вот теперь, когда случилось, дядя в момент сбросил маску легкомысленного идиота и с ходу выцепил главную нестыковку.
– Вы получили доказательства? – нахмурился отец Вейшенга.
– В процессе, – ответил ему дядя. – Сразу выпытывать из идиотки такие подробности не стали, чтобы не спугнуть. И даже возвратили ей мобильный телефон, естественно обработанный нашими специалистами. Якобы повелись на слезы и крики об адвокате и звонки родителям.
– Что приводит нас к однозначному выводу, – вступил в разговор отец. И он сейчас тоже не был похож на слегка тюфяковатого, доброго, мягкого и вечно занятого папочку, к которому я успела привыкнуть. Откуда-то взялось и железо во взгляде, и спокойная грация уверенного в своей силе хищника. – Кому настолько невыгодно объединение семьи Сюэ и старшей ветви семьи У? Нашим или вашим?
Объединение? Хм, но на Вея напали еще до нашего знакомства… так, нет, стоп! На Вея напали после свидания с Мейрен! Мало того, свидания, якобы прошедшего успешно! И сестренка тут же начала трезвонить всем о своей помолвке!
Кажется, об этом подумала не только я. Все так многозначительно переглянулись. И нахмурились.
– Но… не слишком ли это жестоко? – вмешалась мачеха. – Убить юношу только из-за помолвки. Намного безболезненнее было бы просто расстроить саму свадьбу. Молодых людей рассорить или пустить слухи об измене. Помолвки в нашей среде и по более мелким поводам расторгались. А тут наемный убийца, огнестрельное орудие, попытка убийства. Понятно же, что создаст слишком много шума, да и копать начнут тщательнее – не только сами семьи, но и власти. Перестрелка в черте города – это щелчок и по их репутации.
Все с интересом посмотрели на женщину, отчего она даже слегка смутилась:
– Я просто люблю смотреть криминальные дорамы.
– А это другой вопрос, – усмехнулся дядя, отвечая мачехе, – который логично вытекает из недавних событий: многолетней вражды наследников старшей ветви, первого ложного покушения, которым эту вражду пытались разжечь с новой силой, и самого факта того, что в семье У есть младшая ветвь, многочисленная и очень активная, претендующая на захват власти.
– То есть ваши шалят, – хмыкнул отец с презрением.
– Ну или кто-то очень активно этих «наших» подставляет. – Господин У задумчиво кивнул, но взгляд у него был… С таким взглядом обычно врагов на кусочки режут. – И пора разобраться, кто на самом деле.
– Значит, нечего тянуть, – перебила его вдруг бабушка. – Здесь и сейчас подписываем не только брачный контракт и договор о намерениях. Но и допуски к службам безопасности обеих семей. А еще набросаем предварительный план слияния тех подразделений, которые будут выделены как отдельная корпорация под управлением моей внучки и младшего У. Я звоню семейному юристу.
– А еще я бы придержала эту… как ее? – Слова вырвались сами. – Ну, эту ненормальную с кислотой. Не отпускала бы ее просто так по улицам бегать.
– Не беспокойся, булочка, она к тебе больше на сто шагов не подойдет, – поспешил утешить папа Сюэ. Даже вспомнил детское прозвище Кирэн, так хотел поддержать.
– Я не об этом, пап. Если с ней сейчас что-то случится, мы не только потеряем ниточку к кукловоду, но и получим негласное обвинение в том, что это месть с нашей стороны. Да, многие поймут и решат, что так и надо. Зато другие точно начнут болтать, мол, этим чеболям опять закон не писан, слишком много они себе позволяют и все в таком роде. Вот увидите, еще и выставят эту дуру жертвой, которую мы сами довели.
На меня уставились все. Словно впервые увидели. И страшно удивились наличию мозга между моих ушей. Потом дядя согласно кивнул:
– Расследование в любом случае будет идти минимум пару недель. Все это время можно продержать ее в психиатрическом изоляторе, якобы с подозрением на шизофрению и прочие веселые болезни.
Вейшенг почему-то вздрогнул. Не стой я в его объятиях, так и не заметила бы.
– Пока ее адвокаты не докажут обратного, никто ее оттуда не выпустит. С учетом того, что наши адвокаты явно лучше, мы ее там можем и до конца жизни закрыть. Но я бы все-таки предпочел для твари тюремную камеру строгого режима…
– Кстати, нашим голубкам надо официально задокументировать повреждения. Даже несмотря на то, что на них не попала кислота. Не попала же? В смысле, вода ее вовремя смыла? – снова забеспокоилась мачеха, вспомнив детали нападения. – Только синяки и риск простуды, верно же?
– Эм… – Мы с Веем синхронно отвели взгляд. Ожог на плече предательски заныл, отчего его дико захотелось почесать.
– Пара мелких капелек. Ничего страшного. Ерунда сплошная, даже не чувствуется. В скорой пластырь налепили, да и все.
– Аналогично, – коротко подтвердил лебедь.
– Что?!
Мама моя мяу, почему они все так громко и хором заорали? И зачем теперь-то кидаться нас раздевать и щупать?!
– Вы почему не поехали в больницу? Да вы, мелкие дурни, даже не вызвали семейного врача! Но при этом искупались в грязном пруду с птицами, нажрались, как последние свиньи, и…
– Мам, хватит! – возмутился лебедь и попытался вырвать крыло, чтобы снова вцепиться им в меня. Куда там…
– Что «хватит»! Что «хватит», идиота ты кусок! А вдруг заражение?! А про мою будущую невестку ты подумал?! Воспаление! Гной! Гангрена! Тебе-то ладно, здоровый вон как дракон, ничего не отвалится. А ей еще детей твоих рожать! И платье носить с открытыми плечами! Шрамы украшают только мужчин!
– Где он здоровый? – возмутилась я, снова прижимаясь к Вейшенгу. Ей-богу, хоть вставай спина к спине и обороняйся на пару от родни, которой приспичило нас щупать. – Его еще кормить и кормить!
– Это уже твоя задача, – вмешалась бабушка, которая, первой дорвавшись до моего пострадавшего плеча, оценила размер пластыря, не дала никому его отодрать, спокойно отошла и уже набирала на своем смартфоне сообщение, зуб даю, что семейному доктору. – Твой жених, вот и корми хоть с утра до вечера. Но ночевать пока будешь дома!
– Все-таки решили устроить мне целибат до свадьбы? – хмыкнула я, старательно цепляясь за лебедя. Захочешь – не отдерешь. Особенно потому, что он тоже в меня вцепился, как обезьяна в родную пальму. – А как же решение о нашем совместном проживании, чтобы охранять было легче?
– Какое тебе еще совместное проживание, у тебя работы отсюда и до Австралии! – возмутилась Мейрен, которую с самого начала катавасии оттеснили в дальний угол, не давая меня потискать. Зато теперь, когда взрослые немного успокоились, эта маленькая мегера дорвалась, схватила меня за руку и так рванула, что, вопреки моей уверенности, взяла и выдернула из теплых лебединых объятий. – Сейчас к врачу, а потом бегом к микрофону! Взялась за дело, так нечего теперь отлынивать и на всякие любови с покушениями ссылаться! Обязательства надо выполнять! Мы «Зоопарку» обещали!
А, так вот откуда лапки растут. Из бревна.
Глава 8
Вейшенг
Единственное, что я сейчас мог сделать, – это поехать вместе с Кирэн в дом семьи Сюэ. Все равно уже дал согласие на совместный стрим. Гуй бы побрал это блогерство и прочие рекламные кампании Сюэ Мейрен.
Она мне не то чтобы не нравилась. Скорее, немного… раздражала. Целеустремленность, талант и любовь к выбранному делу – хорошие качества для любого человека. И для обычного нетизена, и для того, кто готовится перенимать бизнес семьи чеболей.
Но конкретно эта девушка – оживший кошмар любого нормального мужчины. Таран, который уже летит в запертые ворота крепости, и то легче сбить с прицела. Впрочем, наверное, именно такая и требовалась Санти: бревно просто так никто с места не сдвинет. Иностранец в упор не замечал ни робкого флирта, ни аккуратных предложений от противоположного пола, полностью оправдывая свое прозвище. А эта красотка пришла и взяла то, что посчитала нужным. Если верить Рю Рому, буквально с порога встала на колени с предложением… хм, делового сотрудничества. Настолько яркий намек Санти проигнорировать не смог. Его творческая натура интуитивно поддержала этот «перформанс», сразу поставив Мейрен в выгодное положение. А уж когда выяснилось, что влюбленная девчонка умудряется при всем наплыве гормонов сохранять трезвые мозги и виртуозно торговаться… составлять договоры, продумывать стратегию, выдвигать смелые работающие идеи. Тут-то наш прирожденный администратор и поплыл. Как бревно в половодье. Прямиком в море любви. Тьфу, о чем я вообще думаю?
В общем, из моего снова необъяснимо уютного дома мы с Кирэн добровольно отправились в клинику с перспективой оказаться перед микрофоном сразу после осмотра. А то ведь если не захочешь – на цепи притащат.
– Хм, сами повреждения небольшие, но кислота, увы, беспощадна. – Всего через час мы сидели в большом кабинете главврача дорогой частной клиники, пили чай с женьшенем и слушали, что нам рассказывает господин Хирохито. – Даже после использования специальных кремов останутся небольшие шрамы. И загар на рубцы тоже никогда больше не ляжет. Впрочем, если молодых людей это будет сильно беспокоить, можно сделать пересадку кожи.
– Ага, чтобы еще один шрам был в другом месте, – хмыкнула Кирэн. – И по контуру пересадки.
– Тогда советую носить закрывающие плечи платья и обязательно использовать SPF, даже если солнце спрятано за тучами, – покачал головой доктор. – Есть еще терапия…
– Разберемся. – Кирэн отмахнулась с поразительно беспечным видом.
– Тебя совсем не волнует шрам? – Лишних людей из кабинета выставили. Остались только мы с моей невестой, моя мать и ее бабушка. Выбор странный, но спорить никто на удивление не стал.
– А почему он меня должен волновать? Там четыре сантиметра от силы, ну пять. Без очков и не разглядеть.
– Шрамы на теле девушки считаются ужасным недостатком. Не всякий мужчина согласится… – начала было моя мать.
– Серьезно? Из-за вот этой мелочи? Тогда он не мужчина вовсе, а фетишист какой-то. Пусть купит себе резиновую куклу, она по определению во всех местах гладкая, – фыркнула нахалка и прищурилась в мою сторону. – А мне беспокоиться не о чем. Мой мужчина резиной не увлекается.
Странно даже, почему все закашлялись и смутились после такого заявления? М-да. Кирэн – на редкость… непосредственное в своих реакциях существо. Чем иногда сильно напоминает Ян Риту. Но ощущения от ее подколок все равно более, хм, теплые? Резиной я не увлекаюсь. Ну-ну. Ей-то откуда об этом знать, а? Угадала? Женская интуиция? Просто непревзойденное великолепное нахальство? Или… все-таки…
– Не увлекается ничем таким этот мужчина. Особенно когда у него самого шрамов достаточно, – хмыкнул я, поправляя воротник рубашки. Ожог на левом плече смазали какой-то медицинской мазью с лидокаином. Потому он медленно переставал гореть и зудеть, а значит, и волновать. В одном я с Кирэн был согласен полностью: как может такая мелочь что-то решать в отношениях мужчины и женщины?
Как только все родственники убедились, что температуры у нас нет, уши не отваливаются и хвост не отрос, нас отправили на очередную неприятную, но нужную каторгу. То есть на стрим.
Жаль, что не к Мяо в кафе, там было бы легче, но… увы. Коллаборация с пушистыми актерами была назначена только на послезавтра. И пройдет она уже без моего участия, достаточно будет ажиотажа от парней из «Зоопарка».
Когда я об этом заикнулся, Сюэ Мейрен очень нездорово оживилась. А Кирэн начала хихикать, уткнувшись мне в рубашку. Я почувствовал, что чего-то совершенно не понимаю. Но ладно, не сказать, чтобы мне было обидно. Тем более меня еще крепче обняли в качестве компенсации за будущие «страдания».
Думаю, вытерплю. И глупые разговоры, и трансляцию. В дороге Кирэн меня успокоила тем, что даже говорить ничего особенно не надо. Достаточно сидеть в кадре, а весь огонь и болтовню она берет на себя.
Правда, я согласился не без выгоды для себя. Буду сидеть в качестве красивой вазы. Молча. Но чертовка будет сидеть у меня на коленях. В конце концов, должен же я поиметь с этого непотребства хоть что-то приятное?! Заодно безоговорочно обозначить: это мое. Полностью мое. Навсегда мое. Однозначно мое!
Что ж, я знал, что Кирэн популярный блогер. Но не ожидал такого ажиотажа сразу с первых же кадров. Даже потирающая ладони Сюэ Мейрен, кажется, не ожидала, что этот стрим начнется сразу с трех миллионов подключившихся нетизенов. И их число будет расти в геометрической прогрессии с каждой минутой эфира.
У меня в ушах зазвенело от уведомлений. Впрочем, звук девушки тут же отключили. Но недоуменные всплывающие сообщения на экране не заканчивались.
«О боже, кто это?!»
«Ни фига себе декорации. О_о!»
