Иннокентий Белов
Хороший мир для Немага
Название: Хороший мир для Немага
Автор(-ы): Иннокентий Белов
Глава 1
Я всласть потянулся на кресле, потом встал и с заметным таким похрустыванием во всем организме сделал несколько наклонов.
Еще задумчиво погладил сильно уставшие от монитора глаза.
Потом растер ладони до максимально высокой температуры и пару раз надолго прижал их к закрытым векам, давая возможность глазам полностью ощутить жар.
Реально помогающая народная методика, чтобы подольше избегать обязательного ношения очков.
«Или у меня самого есть довольно сильная энергетика в теле, которая пока лечит и спасает глаза, – еще подумал про себя и усмехнулся. – Мог бы выступать Кашпировским на стадионах и в провинциальных Домах культуры! Заряжать бутылки и банки с водой путем наложения рук! Без всякой халтуры!»
– Поздно ты родился! Давно такие фокусы уже не в тему! Только в «Экстрасенсах» по телику выступать! В черном плаще с кровавым подбоем! – настроение хорошее, что радует.
И мысли о смысле жизни больше не лезут, как реально доставали последние несколько месяцев.
Я, такой себе сорокапятилетний мужчина, проживающий самую стандартную жизнь в культурной столице бывшей империи. Еще недавно разведенный, как оно положено по современным уложениям окружающей действительности.
Чтобы для полного счастья, когда уже вырастили в радостях и горестях вместе детей, но в итоге все-таки внезапно не сошлись характерами, как говорится в народе. Или просто дети выросли, а вы с бывшей любимой женой вдруг обнаружили, что вас больше особо ничего не связывает, кроме ее высоких материальных интересов…
«Пора передохнуть! – сигнализирует организм мозгу вполне так конкретно. – Всех денег не заработаешь! Тем более их теперь нужно гораздо меньше! Трудолюбивый ты наш холостяк!»
Или, наоборот, сообщает мозг – организму.
– Ага, еще жизнь невероятно стремительно проходит мимо, мог бы сейчас по летнему парку гулять, на девчонок в коротких платьишках и ленивое течение Охты любоваться. На турнике повисеть или на велике погонять, – напоминаю я себе давно обещанные эстетические радости для взора и полезные нагрузки для тела.
Решил дать себе передышку от сидячей работы перед монитором, не спеша прогуляться по хорошей погоде до супермаркета самого-самого такого эконом-класса. Он, как раз, самый ближайший к моему старому советскому дому, но с хорошо отремонтированной квартирой.
«Засиделся уже сегодня перед монитором, откровенно говоря, вредно оно для организму!» – напоминаю себе. – Срочно требуются какие-то эндорфины! В большом количестве! И глазам дать серьезную передышку!»
Если серьезную, то минимум на полчаса тогда, а лучше на час.
Где нужно прикупить, как всегда, быстро закончившегося белорусского молочка для кофе, который привык за последнее время пить пару-тройку раз за день.
«Вредная привычка, конечно, но в моей теперь достаточно одинокой жизни что-то должно постоянно приносить пусть совсем небольшое, но стабильное удовольствие», – напоминаю себе.
Ну и общая бодрость в голове будет совсем не лишней.
Тем более пришла на карту приличная денежка за мою удаленную работу, можно побаловать себя пивком, раз уже целую неделю воздерживаюсь и старательно вкалываю, рисуя срочное техзадание для заказчика…
«Посижу на набережной Охты, глядя на неспешное течение реки, выпью бутылочку-другую за часок, – решаю я устроить себе перерыв подольше, надевая любимые шорты. – Чего дома безвылазно сидеть?»
Вышел ведь за молоком и, возможно, еще пивом, если попадется что-то интересное на полках «Семиногова».
«Магазин-отпетый дискаунтер часто что-то такое выбрасывает и всегда внезапно», – вдруг вспомнил, когда зашел в лифт.
Скупает, по всей теперь почти недоступной Европе, реально уцененный дефицит, потом свозит к себе в магазины партии пенного с близким сроком реализации.
«Правда, не всегда получается просрочка, нормальные даты на банках и бутылках вполне часто попадаются!» – признаю я ради пущей справедливости, выйдя из лифта и спускаясь вниз по ступенькам подъезда.
Как сам довольно справедливый по жизни мужчина.
И радостным шагом походкой веселой направился не за комсомолом, а в направлении того самого дискаунтера.
Теперь жизненные приоритеты давно поменяны на удовлетворение своих личных потребностей, все же развитый капитализм на дворе стоит.
Только все-таки подвело меня прослушивание любимой музыки в наушниках при переходе дороги, пусть даже по пешеходному переходу. Потому что на красный свет пристрастился перебегать, когда машин в поле зрения нет.
До этого момента только выскакивающих из-за спины коварных убийц-самокатчиков все время опасался.
Но основная проблема оказалась все-таки не в них самих, бесшумно пролетающих мимо на большой скорости, а в своей личной глупости и махровом пофигизме.
Как вскоре пришлось однозначно признать одному расслабленному холостячку…
Что город – опасное место, а большой город – вдвойне и втройне опасен!
Только запустил одну из лучших песен «If You’re lonely» любимых Спутничков, притормозив перед горящим красным светофором на Заневском. Поставил в смартфоне песню, перескочив через пару предыдущих повторов «Little Man», потом бросил, вроде, очень внимательный взгляд влево.
Не увидел никаких силуэтов летящих и поднимающихся над Заневским мостом машин, поэтому, довольно не спеша, потрусил через первую часть дороги до разделительного островка…
Часто так поступаю, чтобы не ждать зеленого сигнала и не тормозить зазря поток автомобилей положенной кнопкой.
Как сам весьма опытный автомобилист по жизни. Ну, когда есть такая возможность проскочить без риска и ни одной машины на расстоянии в добрую сотню метров не видно.
Тут как раз от Заневского моста над Оккервилем примерно сотня метров с небольшим до самого перехода получается.
Но все такие мысли промелькнули еще до того, как оказался на переходе, а здесь уже просто ничего подумать не успел. Поэтому только краем зрения заметил что-то непонятное, внезапно возникшее с левой от меня стороны.
Как раз со стороны Заневского моста.
«Ах, черт!!!» – выдохнул я.
Какой-то невысокий силуэт стремительно влетел в поле бокового зрения, я даже испугаться не успел, как невероятно сильный удар выбил из меня душу и последнее дыхание.
Дыхание тут же вылетело из разбитого тела и сразу же развеялось над ко всему равнодушной дорогой, а вот душа так просто не сдалась и не исчезла бесследно в пространстве.
Воспарившая вверх, успела рассмотреть внизу, на раскаленном асфальте, мое безвольно катящееся тело, в слетевших на колени шортах, уже метрах в двадцати от самого перехода.
И ярко-зеленый спортбайк, все еще несущийся на боку с поступательным таким вращением против часовой стрелки, уже улетевший гораздо дальше, на целую полусотню метров.
«Надо же – как он разогнался!» – как-то слишком отстраненно для подобной ситуации подумал я.
«Хотя, чего уже переживать, когда смотришь на свое бывшее тело сверху? Только прощаться с ним навсегда остается!» – приходит правильное понимание случившегося.
Тело самого быстрого мотоциклиста никуда больше не летит, оно обвилось вокруг черной железной ограды, разделяющей два встречных потока. Даже снесло ее в сторону, перегородив одну полосу встречным машинам и уже кто-то в нее врезался, правда, не очень сильно.
Двое его немного отставших на свое счастье мотоприятелей тормозят такие же шумные спортбайки перед самим переходом, снимают шлемы с голов, заодно мысленно прощаясь с товарищем.
Который оказался сегодня самым быстрым среди своих и успел с законной гордостью во взгляде добраться сюда раньше всех с предыдущего светофора. От перекреста с проспектом Энергетиков.
«Да как-ля так-то! Не было же никакого пи…. са за сто метров от перехода-на!» – неверяще выругалось мое сознание, его азартная и пофигистическая половина, продолжая разглядывать конец своей земной, не особенно даже грешной жизни.
Неплохо вполне шедшей, но определенно не слишком удачно закончившейся…
«Чего ругаться? Поздно уже! Сам же знаешь, на этом прямике постоянно гоняют на спортах, потому что тут нет никаких камер! – ехидно ответила ему более рассудительная часть меня. – Вот очередной гонщик и разогнался до двух сотен километров с невероятно страшным грохотом! Долетел от моста до перехода за гребаную секунду! И дальше полетел, раз для него горит зеленый, а он в своем праве! Тебя он просто не увидел до самого столкновения из-за бликующего стекла на шлеме! А ты, дятел в наушниках, ничего не услышал! Как всегда! Теперь прощайся с единственной и неповторимой жизнью! Раз уже окончательно не прошел естественный отбор из-за своей непроходимой глупости!»
«Имеет вообще право так высказаться! Явно я конкретно так облажался! Подвел и себя, и мотоциклиста!» – быстро согласился я сам признать очевидное.
«Один – один тогда счет!» – произнесла азартная часть сознания и хотела еще что-то соответствующее печальному моменту сказать, но тут все померкло перед ней.
***
Очнулось мое сознание в каком-то странном месте, про которое оно никогда ничего не читало, не слышало и даже вещие сны мне про него ни разу не снились. Чтобы что-то знакомое вспомнить и удивиться предсказанному.
«Главное – ощущаю себя все той же личностью, самим собой! – успел еще понять сразу. – Даже о своей глупой смерти помню, что случилась совсем недавно!»
«Или уже давно?» – трудно теперь такое понять, часов или смартфона при себе все равно нет.
Какой-то светящийся-пузырящийся столб из плотного воздуха вместе с моей душой довольно быстро поднимается по широкому колодцу. Выложенному красивыми камнями темно-кремового цвета, все такой одинаковой формы, правильные ромбообразные шестиугольники здорово радуют глаз своим полным и законченным совершенством.
«Здорово похоже на какую-то компьютерную игру, только название не могу вспомнить», – признался я себе.
То есть такой шевелящийся вокруг внезапно очнувшейся души Поток, только вообще непонятно, из чего состоящий, сплошные полупрозрачные завихрения, пузырьки и рябь, как от бегущей воды.
«Какой-то прямо эфир струящийся!» – вспомнила душа что-то из имеющегося в багаже знаний.
Как будто в очень высоком и узком аквариуме принудительно прокачивается воздух под давлением – именно так здесь все выглядит на первый взгляд.
Несет меня, то есть только мое сознание, определенно куда-то вверх, поэтому я посмотрел сначала туда.
Зрение как-то можно передвигать, наводить и приближать неуклюжими рывками, с заметной такой инерцией во взгляде. Но быстро привык к такому положению дел, настроился на инерцию и теперь смотрю, куда хочу.
Где-то очень высоко надо мной виднеется невероятно яркий свет, который не дает ничего разглядеть перед собой.
Но я к нему довольно быстро приближаюсь, поднимаясь в потоке. Внизу виден тот же поток без всякого начала над безжизненной равниной крайне унылого серого цвета.
«Откуда такая местность вдруг тут появилась? Это где-то около Стикса, что ли?» – было заинтересовался я.
Но быстро махнул рукой, в переносном, конечно, смысле, теперь с высоты за завихрениями Потока ее все равно больше не видно.
«Вообще сильно быстро поднимаюсь, даже странно как-то, как на скоростном лифте», – осознал вдруг.
Еще хорошо различимы густые крапинки светящихся серебром пузырьков, которые тоже поднимаются вместе со мной на каком-то расстоянии сверху и снизу.
«И я сейчас именно таким пузырьком сам выгляжу», – приходит правильное понимание.
Прямо рядом никого не видно, спросить про очень интересное место решительно не у кого. Потому что как-то все сильно не похоже на то, что рассказывают батюшки в церкви!
«Ага, про то, кто последний в очереди и что сегодня дают?» – продолжает юморить совсем не в тему какая-то часть сознания.
– Так это тоже души людей, погибших одновременно со мной! Нигде про такой поток не слышал! – вдруг появляются понятные мысли, я даже могу проговорить их вслух.
Ну, только в своем сознании проговорить, конечно.
«Только странно вообще, народа многие тысячи каждую секунду в мире гибнет, плыли бы тут плечом к плечу в большой толпе, однозначно так должно все выглядеть. А здесь какие-то небольшие количества одиночек получают какой-то другой выбор, что ли?» – снова ничего не понимаю про странный колодец.
«Откуда ты мог про такое место вообще узнать? Отсюда в прежнюю жизнь не возвращаются! Жертва компьютерного аборта!» – так же вдруг доносится ворчание моей второй половины сущности.
«Мыслю, значит, существую!» – напоминаю себе изречение какого-то философа, чтобы ощутить себя снова личностью.
Которая на что-то там имеет право!
– Имеет право налево! – вспомнила личность что-то из прошлой жизни и тут же произнесла данную фразу вслух.
Но потом скромно замолчала, понимая, насколько такие залихватско-панибратские слова нелепо выглядят именно сейчас и здесь.
«И налево уже закончилось совсем, и прав у меня, наверно, теперь вообще никаких ни на что нет…»
– Недолго тебе осталось тут бодриться! Доходился уже за молочком, меломан хренов! – вдруг буркнуло сознание второй своей половиной. – Нечего теперь веселиться!
Явно как-то раздвоилось мое сознание после смерти, почему интересно такое случилось? От сильного удара спортбайком или из-за общего разочарования во мне самом?
– Там наверху все закончится? – насторожилась как-то отделившаяся от него личность.
Хотя откуда моя вторая половина может знать о Потоке хоть немного больше меня? Просто вредничает и делает вид, что в курсе происходящего, чтобы меня позлить? Как всегда делала раньше?
– У тебя и так уже все закончилось. Остывшее тело от горячего асфальта кое-как отшкрябали и в труповозку грузят! Только вперед ногами теперь! – на редкость противным голосом ответило сознание.
– Откуда знаешь? – тут же заинтересовался я, все так же проплывая мимо ровных стенок колодца. – Тебя же там сейчас нет!
Есть еще какая-то вторая моя личность в уже явно получившемся раздвоении сознания.
– А что с тобой еще могут сделать? Скорая уже зафиксировала или сейчас фиксирует смерть великовозрастного балбеса. Которого задавил мотоциклист на пешеходном переходе на красный свет, как полного и безнадежного придурка!
Про балбеса я не спорю, только такой взрослый детинушка может погибнуть подобным глупым образом.
– За придурка еще ответишь! – зачем-то угрожаю я, наверняка, бестелесной сущности.
«Ладно, хоть под любимую музыку улетел на тот свет! – вздыхаю тяжко. – В принципе, как всегда хотел! Даже ничего не почувствовав особенно!»
Но вторая половина все не унимается, все на мозги капает, зануда постоянная:
