– Клинок и предплечье в момент укола должны составлять одну прямую линию.
Сама знаю. Но клинок слишком лёгкий. Если меч должен сначала качнуться через центр тяжести и только потом создать с рукой одну прямую линию, то здесь…
– А теперь переносим вес на переднюю ногу. Выпад!
Рука графа стекла с поясницы ниже, и, прежде чем я поняла, что меня откровенно лапают и что пора возмутиться и осадить нахала, сквозь моё тело прошёл обжигающий разряд, который крутанулся крохотным смерчем в солнечном сплетении и в момент укола передался в острие. Шпага на миг срослась с рукой, став её продолжением. В несчастном балдахине появилось новое отверстие, на этот раз с оплавленными краями.
– А вы полны сюрпризов, донна Анна.
Мои пальцы разжались, и граф перехватил шпагу, не дав ей упасть.
Я вывернулась из его полуобъятий и инстинктивно встала так, чтобы видеть и его, и дверь. Страха не было. Во-первых, я ещё не знала, чего бояться, а во-вторых, все эмоции заглушал всплеск радости: хотя бы одна моя стихия дала о себе знать. А значит, я теперь не так уж и беспомощна. Чуть сощурив глаза, я настороженно следила за графом.
Он небрежно бросил шпагу поверх остальных.
– Вы ведь знаете, донна Анна, – повернувшись ко мне, спросил граф, – как инквизиция относится к любым проявлениям колдовского искусства?
Инквизиция? Колдовское? Слова были мне незнакомы, но последнее наверняка относилось к магии. И, судя по интонациям графа, магия в этом мире не приветствовалась.
– Если кто-нибудь узнает…
– Вы мне угрожаете? – прямо спросила я.
– Я давал повод? – Левая бровь мужчины приподнялась.
Я молча пожала плечами, ожидая продолжения. Любой мой вопрос мог выдать меня ещё больше.
– У вас раньше проявлялись эти способности?
– Н-нет, – солгала я.
Хотя почему солгала? В этом мире у меня ничего подобного не проявлялось, а о том мы пока умолчим. И, главное, его вопрос дал мне понять, что магия, по крайней мере огненная, в этом мире возможна.
– В таком случае вам повезло, что это увидел только я.
Взгляд графа скользнул по моим губам, затем он снова пристально посмотрел мне в глаза и сделал шаг ко мне. Я отступила.
Вспыхнула, вспомнив, что по-прежнему стою перед ним простоволосая да ещё, по словам Бетины, в слишком коротком платье… до щиколоток. И, наверное, выгляжу как лёгкая добыча.
– Не рассчитывайте, – вырвалось у меня довольно грубо.
– Вы всё время меня в чём-то подозреваете, – уголком рта усмехнулся граф Адриан. – Откуда такое недоверие?
У меня были ответы. Я на мгновение задумалась, подбирая слова. Прежде всего, меня возмущали вторжения его сиятельства в мою комнату без предупреждения. Затем… А что затем? Все мои остальные претензии заключались в моей ненормальной реакции на этого мужчину. А этого ему не выскажешь. Обойдётся. И так самомнение на высоте.
Поэтому я просто сменила тему:
– Что мне угрожает?
– Разве в пансионе при монастыре вам ни разу не говорили о ведьмах?
– Говорили, – поспешила ответить я.
– Тогда вы должны знать, что инквизиторы охотятся за девушками с любыми проявлениями необычных способностей и часть из них показательно отправляют на костёр?
– В каком смысле?
– Сжигают на костре.
Я содрогнулась.
– Сейчас это реже и больше для острастки. Но участь тех, кого пощадили, не лучше.
– А с остальными что делают?
– Садят на цепь, фигурально выражаясь. Они принимают постриг в монахини и становятся пленницами храмов. Святые матери используют их дар для разных божественных чудес.
– Мне это не подходит.
У графа вырвался смешок.
– Вы удивительная, Анна.
Ласковый взгляд огладил меня столь бесцеремонно, что я отступила ещё на крохотный шаг назад. Дальше было попросту некуда. Спиной я уже ощущала злосчастный балдахин.
Граф опёрся рукой о деревянную стойку.
– Значит, получается, это ваш первый раз?
Он ведь сейчас о проявлении магии?
– Н-ну да.
Я облизнула пересохшие губы, и синева в глазах графа стала насыщеннее.
– Однако вы не выглядите испуганной. А ведь вам следует научиться контролировать эту способность.
Вообще-то, я это отлично умею с детства. Просто не ожидала, что огонь вдруг прорвётся. И я ответила, глядя на мужчину исподлобья:
– Я справлюсь.
Граф неожиданно с силой оттолкнулся от стойки балдахина и в мгновение ока переместился к своим шпагам.
И только через мгновение я услышала тихие торопливые шаги в коридоре.
Дверь открылась, и на пороге появилась Бети.
– Госпожа, ой, ваше сиятельство?.. – Служанка замерла на пороге.
Я тихонько выдохнула.
Граф тем временем заботливо укутывал шпаги тканью.
– Прошу прощения, донна Анна, что побеспокоил. – Он церемонно поклонился, а затем обратился к Бети: – Вижу, капитан уже свободен? Пойду выясню насчёт вашей кареты и того, когда вы сможете завтра утром отправиться дальше. Я сопровожу вас до Римини.
Лицо Бети просияло, она принялась благодарить графа. А когда он вышел, сцепила пальцы перед грудью.
– Это просто удача, донна Анна. Конечно, последний участок безопасен, и Марко уже пришёл в себя, но после сегодняшнего нападения… – Она помялась. – Только… только вам не следовало пускать в комнату постороннего, пока меня не было. Граф всё-таки молодой мужчина, а вы юная незамужняя барышня. Достаточно одной сплетни, чтобы пострадала ваша репутация.
«Как будто я его пускала, – подумала я. – Графу приглашение не требуется».
– Граф просто принёс ещё одну шпагу, – придумала я на ходу. – У нас тут всё-таки такие обстоятельства, что часть церемоний можно пропустить.
И Бети согласно закивала. А я задумалась.
Больше всего меня теперь тревожило то, что мой огонь проявился в присутствии этого постороннего. Судя по его словам, выдавать местным властям граф меня не собирался, но то, что магия тут под запретом, а уже появился один человек, который знал обо мне лишнее, было не очень хорошо. Кто знает, какую плату потребуют с меня за молчание? Оставалось надеяться только на то, что граф просто случайный путешественник и, когда мы доберёмся до места, исчезнет из моей жизни.
Я вспомнила взгляд графа –мужской, заинтересованный, и у меня снова сладко сжалось внизу живота. Ох, что-то мне слабо верилось, что он вот так просто возьмёт и исчезнет.
– И вид у вас не очень приличный, – ворвался в мои мысли голос Бети. – Не дай бог, узнает ваш отец, что я такое допустила, меня просто выкинут работать на виноградники.
– Мы никому не скажем, – отмахнулась я от служанки.
Но, надо сказать, я порадовалась, что есть то, чего она опасается, а значит, можно будет ею управлять.
Ворча себе под нос, Бети продолжила возиться с моими волосами. Простая причёска для путешествий представляла из себя обычную косу с вплетёнными в неё лентами, и меня это устроило. Правда, Бети этим не ограничилась и накрутила мне на висках локоны.
В зеркале отразилась привлекательная девушка с жёстким пронизывающим взглядом. Я бы даже сказала, свирепым. Нет, так не годится. Неудивительно, что Бети меня боится.
Я постаралась смягчить взгляд и улыбнуться.
Служанка, стоявшая чуть сбоку, выдохнула с облегчением.
– А ваше платье, госпожа, я приведу в порядок, когда вы ляжете спать, – проворковала Бети. – И, наверное, вам уже пора ложиться. День был тяжёлый. И снаружи уже совсем темно.
Я бросила взгляд на окно, выходившее во двор, чтобы убедиться в словах Бети, и застыла. Что-то было не так. Я не могла вспомнить то, что стояло на узком подоконнике.
Нет, я помнила, что, когда отшатывалась от окна, застигнутая врасплох умывающимся у колодца полуобнажённым графом, едва не сбросила на пол горшок с полудохлым растением. Но оно было именно полудохлым. А вот этого зелёного куста там точно не было.
Глава 5. Инквизитор
Рианна
Будь у меня привычный арсенал плетений и заклятий, я бы попыталась определить, не остался ли на растении магический след. Но едва пробившимся огнём я могла разве что подпалить роскошную крону.
Я осторожно прикоснулась к одному из листиков и убедилась только в том, что на нём не было ни пылинки. Провела пальцем по подоконнику для сравнения – вроде чисто. Но, когда я потёрла большой палец об указательный, между ними почувствовался небольшой катышек. Едва ли служанки, готовившие для меня эту комнату, протёрли бы каждый листочек тщательнее, чем поверхности мебели. Поднеся поближе канделябр и вглядевшись, я обнаружила между листьями ещё и крохотные бутончики.
– Бети… – начала я и споткнулась.
Чуть было не спросила: «Какое растение способно за полчаса-час отрастить листву?» Вовремя опомнилась.
– Да, госпожа? – Служанка выглянула из-за ширмы, где она наводила порядок.
– Не знаешь, как называется этот цветок?
– Как не знать?! – удивилась Бети. – Это же ваш любимый. Вы и в пансионе, и дома в своей комнате никогда не разрешали завести других цветов, только этот. У него запаха почти нет, а от остальных цветов у вас сразу же голова начинает болеть.
Вот и ещё одна промашка. Оказывается, я это растение люблю. И как же оно называется?
– А бальзамин почти не пахнет, – продолжила Бети и добавила: – Но этот немного другого вида.
– Вот поэтому я его и не узнала, – моментально ухватилась я за подсказку.
– Его недавно принесли? Вроде на окне что-то другое было.
– Угу, принесли, пока ты с капитаном беседовала, – поспешно соврала я.
Уж я-то комнату не покидала и знала, что никто посторонний сюда не входил. Однако после рассказа графа о службе, отлавливающей магов, я решила, что лучше перестраховаться.
Книги! Мне срочно нужны книги по этому миру. Иначе я так и буду напоминать себе канатоходца с завязанными глазами.
– Бети. А скажи мне, ты ведь упаковала книги?
– Конечно. Все ваши любимые романы. Один, который вы не дочитали, прихватила из кареты с собой.
Я с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Хотя в романах наверняка тоже можно почерпнуть сведения о мире, но сейчас мне нужно было кое-что другое.
– Я имею в виду книги, по которым я училась в пансионе.
– Ах, те?
В глазах Бети появилось удивление.
– Вы ведь сказали, что не притронетесь к ним, по крайней мере, в течение лета. С этикетом у вас всё в порядке. Ну и со всем остальным, что положено знать донне.
– И ты их оставила?
– Нет, конечно. Ваш отец бы меня прибил: на них столько денег потрачено. Но я их на самое дно сундука уложила. А сундук остался в карете.
Я вздохнула.
– Ладно, давай роман. Только свечей побольше зажги.
Было лёгкое опасение, что письменность этого мира может отличаться от письменности моего. Но Асхар проявил милость. Буквы, действительно, отличались, однако текст я понимала. Правда, после первого же прочитанного абзаца мне захотелось захлопнуть книгу – пришлось себя пересилить.
