Я глубоко вздохнула, готовясь к разговору. Приняла вызов, прижимая телефон плечом к уху, и как раз в этот момент, с особым цинизмом, метнула дротик. Он с сочным «чпок» впивается аккурат в центр распечатанной на паршивом Анькином принтере голой задницы Давида Романова.
Идеально.
– Слушаю, – бросаю я в трубку, стараясь, чтобы голос звучал как можно более ледяным. Хотя внутри у меня бушует такой вулкан, что Везувий на его фоне – безобидный прыщик.
– Ну что-о-о? – голос Аньки в трубке звенел от возбуждения и плохо скрываемого любопытства. – Рассказывай! Не томи! Ты же уже должна была вернуться! Как прошло? Место же просто огонь, да? Я когда там была, челюсть до пола отвисла! Представляю, как круто там работать!
Я молча смотрю на мишень. На две половинки одного целого, которые я еще месяц назад имела неосторожность «жмякнуть». И которые сегодня стали причиной моего самого громкого фиаско за всю карьеру.
– Оль, ты чего молчишь? – не унимается Анька. – Тебя что, взяли, и ты от счастья дар речи потеряла?
Я прикрыла глаза, делая глубокий вдох, чтобы не заорать прямо в трубку.
– Почти. Только с точностью до наоборот. Королева, – процедила я сквозь зубы, выдергивая дротики из фотографии его задницы. – Скажи мне, пожалуйста, почему ты не сочла нужным упомянуть одну ма-а-аленькую деталь? Например, то, что босс того бомбического ресторана – это Давид Романов?
На том конце провода повисает недоуменная тишина.
– А это… важно? – в ее голосе сквозит искреннее удивление. – Ну да, это его новый ресторан. Я думала, это будет… приятный сюрприз!
«Приятный сюрприз». Ну да, конечно. Сюрприз из разряда «получи кирпичом по голове».
– Важно? Ань, это не просто важно! Это, блин, ключевой момент всей этой авантюры! Ты подставила меня по полной программе!
– Да ладно тебе, не кипятись! – затараторила она. – Я же из лучших побуждений! Помнила, как он тебе понравился, когда ты на его фотки слюни пускала. Думала, убью двух зайцев сразу: и тебе работа крутая, и личная жизнь, может, наладится. Ну, встретились бы, поговорили, искра, буря, безумие…
– Искра, буря, отказ! – рявкнула я. – Вот что было! Он даже мое резюме не открыл, понимаешь? Просто посмотрел на меня, как на таракана, и сказал, что я не подхожу. Без объяснения причин!
Я ходила по комнате из угла в угол, жестикулируя так, будто подруга стоит прямо передо мной.
– Что-о-о?! – в голосе подруги звенят стальные нотки. – Да он охренел?! Как это «не подходишь»? У тебя опыт – закачаешься, резюме хоть в рамку и на стену! Что за бред? Ты спросила, в чем причина?
– Еще чего, – фыркаю я, гордо вскидывая подбородок, хоть она этого и не видит. – Не хватало мне еще унижаться и выпытывать, чем моя кандидатура не устроила его величество. Не подхожу, значит, не подхожу. Скатертью дорога. Пусть ищет себе другую дуру.
– Так, спокойно, – пытается взять ситуацию под контроль Аня. – Это какая-то ошибка. Руслан мне говорил, что Дава уже несколько месяцев не может найти толкового управляющего. Все ему не такие. Он ищет кого-то с железным характером, профессионала. А тут ты, идеальный кандидат!
– Вот и я о том же! – Я плюхнулась на кровать, зарываясь пальцами в волосы. – Он просто не захотел меня брать. Это было личное, Ань. Я это кожей почувствовала. Он меня ненавидит!
– Да с чего бы ему тебя ненавидеть? – голос Аньки стал серьезнее. – Вы же вроде нормально в клубе потусили тогда, в июле… Ты потом еще в отель поехала отсыпаться. А после мне все уши прожужжала от восторга. Что-то случилось, о чем я не знаю?
Сердце ухнуло куда-то в пятки.
– Нет, ничего не случилось, – соврала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Просто… знаешь, бывают такие люди, которые с первого взгляда вызывают антипатию. Видимо, я попала в эту категорию. Он просто… мудак. Самовлюбленный, бородатый мудак.
– Странно все это, – задумчиво протянула Анька. – Может, стоит позвонить ему? Спросить, в чем дело? Или хочешь, я Руса попрошу? Он быстро ему мозги вправит…
– Только посмей! – рычу я в трубку. – Аня, я серьезно! Не смей никого ни о чем просить, слышишь? Я слишком себя уважаю, чтобы навязываться или выяснять причины. И уж тем более не нуждаюсь в подачках и одолжениях. Если этот ваш Романов-старший решил, что я недостойна этой должности, это его право. И его проблемы. Я не собираюсь из-за этого устраивать разборки. Гордость дороже.
Я тяжело вздохнула, чувствуя, как злость сменяется вселенской усталостью.
– Оль, прости меня, а? – виновато прошептала подруга. – Я правда хотела как лучше.
– Знаю, – смягчилась я. На нее невозможно было долго злиться. – Просто… Я так устала, Ань. Устала от этих бесконечных собеседований, от отказов. Я начинаю думать, что переезд сюда был огромной ошибкой. Может, мне и правда стоит вернуться домой?
– Даже не думай! – тут же взбодрилась она, и я услышала в ее голосе стальные нотки. Это была уже не просто подруга, а Королева Хаоса в действии, готовая защищать свою территорию, то есть меня. – Никуда ты не поедешь! Мы что-нибудь придумаем! Обязательно!
Мы попрощались. Но я знала Аньку. О, я ее слишком хорошо знала. «Мы что-нибудь придумаем» означало, что она уже перешла в режим боевой готовности.
Сейчас она повесила трубку и, сверкая своими разноцветными глазами, развернулась к своему ничего не подозревающему будущему мужу. Я могла практически дословно представить их диалог. Бедный Капитан. Кажется, его ждет шторм. Она же ему весь мозг вынесет, пока он не заставит своего брата-самодура взять меня на работу. Эта сумасшедшая была способна на все, лишь бы я осталась рядом. Только мне не нужна эта работа, где в качестве босса этот «видный мужик», ведущий себя как последняя скотина! Пусть он со своим тяжелым характером и отбитыми шуточками катится обратно в свой Дубай!
Глава 3. Дава
Дверь с грохотом влетает в косяк.
Уходит.
Соискательница хренова!
Я отшвыриваю поломанную пополам шариковую ручку и дергано подлетаю с кресла. Прохаживаюсь по кабинету, сжимая и разжимая кулаки. Все во мне кипит и клокочет. Вот этой подставы, братец, я тебе никогда не забуду!
Как еще не взорвался прямо в момент этого, так называемого, собеседования – вопрос. А хотелось ее сразу же с порога к черту выставить. Чтобы место знала и нос свой гордо не задирала. Но я же не совсем псих! Я уважаемый, мать его, бизнесмен. Маску достоинства держать надо. Хотя оно, после единственной ночи с ней, уже в унижено и растоптано.
Выслушать пришлось с каменным лицом, через слово мимо пропуская. Она что-то там про гранты-хуянты свои рассказывала. Про рестораны мне какие-то втирала. Про успехи на прошлом месте работы. А я? Едва косоглазие не заработал, пока старательно пытался не утонуть взглядом в ее декольте. Разжигал в себе все сильнее злость на эту заразу, только чтобы не вспоминать, какая нежная и мягкая кожа на шее за ее ушком и как охуенно красиво смотрелись ее острые лопатки, пока я брал ее сзади. И пахло от нее так… так раздражающе знакомо, в общем.
Бесишь! Ольга-чтоб-тебя-Лебедева.
В дверь раздается стук.
– Что еще надо? – гаркаю я.
– Давид Игоревич, – просовывает свой нос в приоткрытую дверь администратор Олеся, – извините. Но там еще одна девушка на собеседование пришла. Пригласить?
– Резюме ее смотрела?
– Смотрела.
– Подходит?
– Молоденькая, но послужной список неплохой…
Знаем мы послужные списки таких «молоденьких» и как они их себе организуют.
Я растираю ладонью лицо, садясь обратно в кресло.
– Приглашай, – говорю уже спокойней. Хотя до полного дзена мне, как пешему путнику до Аляски. Вот, что за женщина, а? Второй раз в жизни столкнулись, и снова размотала меня своим появлением в хлам!
В дверь вновь стучат.
– Войдите, – бросаю я.
На пороге вырисовывается малолетняя профурсетка лет так двадцати… двух. Максимум.
– Добрый день, я на собеседование, – улыбается девчонка, – меня интересует должность управляющего вашего ресторана. Меня зовут Анжелика, рада с вами познакомиться, Давид!
– Игоревич.
– Точно. Простите.
– Резюме на стол. И присаживайтесь.
Заискивающе улыбаясь, эта барби в нежно-розовом платишьке проходит в кабинет. Приземляет свою задницу на стул, элегантно как принцесска, и, откровенно заигрывая, закидывает ногу на ногу, двигая ко мне резюме. Эта коза всего четыре года как совершеннолетняя, но определенно уже изучила эту жизнь и знает, как надо подкупать больших дяденек. Проблема только в том, что во всем, что касается работы, я не подкупный.
Резко дергаю бумажку к себе, показывая тем самым, что хлопанье ресниц на меня не действует, и приступаю к тому, для чего мы здесь и собрались:
– Два вопроса: откуда узнали о вакансии и почему решили, что именно вы подходите на эту должность?
Тупые вопросы для тупой малолетки.
Анжелика открывает рот и… поскакали в мир радужных единорогов.
После этой малышки, у меня начинается череда собеседований с ребятами на должность официантов и барменов. Штат еще не до конца укомплектован. Оказывается, адекватных работников, жаждущих реально зарабатывать, днем с огнем не сыщешь. Дальше – закупки продуктов и еще куча прочего дерьма, за разгребанием которого я все время вспоминаю Ольгу в своем кабинете. Ее острый взгляд. Пухлые губы. И гребаная родинка между грудей.
Ар-р-р!
К пяти часам вечера моя башка трещит, и мне приходится признать две вещи. Первая: я заебался решать все мелкие задачи жизнедеятельности ресторана сам. Семнадцать лет в бизнесе, и уже лет десять, как я научился такое делегировать. И сейчас мелкие задачи типа: разборки с поставщиками продуктов, вопросы по сервировке блюд для фото в меню и поиски мастера для починки не работающего кондея – меня дико выводят из себя. И вторая вопиюще ужасная вещь: из всего того навоза резюме, что я просмотрел за последние полтора месяца, Ольга – единственный реальный цветок. Как я не сопротивлялся, но глаза все равно пробежали по личным данным. Пробежали и впечатлились. Как профессионал я бы уже оборвал ей телефон. Как мужик, у которого с ней «было» – я прогоняю ее резюме через шредер и забываю о ее появлении, как о страшном сне.
Правда, ненадолго…
– Принеси мне крепкий черный кофе, – бросаю официантке Лизе, в шестом часу вечера подгребая к дальнему, уединенному столику в общем зале ресторана.
– Момент, Давид Игоревич, – бросает девчонка и убегает.
Телефон в моей руке отдает коротким вибро.
Новое сообщение.
Пробегаю глазами.
Роксана: «Смотри, что прикупила сегодня для тебя, Романов… Заезжай!»
Смотрю на селфи, сделанное явно в какой-то примерочной. Ничего так. Секасное бельишко с дырками в стратегически важных местах. Так сказать, чтобы вообще не париться.
Набиваю:
Давид: «Для меня? Боюсь, размерчик будет маловат. Сегодня занят»
Скидываю и только собираюсь убрать телефон, подтянув к себе чашку с принесенным для меня кофе, да не успеваю. Мобила начинает «тринькать» входящим. От имени вызываемого абонента у меня начинает подергиваться глаз.
– Алло? – отвечаю, бросая нехотя.
– Дав, скажи мне, ты совсем охренел, что раскидываешься такими специалистами как Лебедева?
– Я ее никуда не кидал, – говорю спокойно, – а вежливо сказал, что она нам не подходит.
– По каким, мать твою, критериям «она вам не подходит»? Ты ее резюме видел? – рычит мне в трубу братец, которого не так давно крепенько прихватила за яйца Королева Анна – подруга той самой Ольги.
И нет, это не шутка – его Анна реально Королева. Я паспорт ее видел.
И да, поэтому Русик так бесится. Ибо, чем круче я выкидываю финты в адрес подружки его будущей жены, тем крепче ее маленькая ладошка сжимается на его причиндалах. Эх, каблучара.
– По всем, – отхлебываю я кофе, мыча от удовольствия. – М, по всем критериям – мимо.
– Назови хоть один?
– Я предпочитаю принцип разделения: мухи отдельно, котлеты отдельно.
– Однако этот принцип тебе не мешает вести дела с миньонами.
– Кореша – это другое. Тут даже не обсуждается.
– Скажи мне, ты совсем ненормальный? Ты пошел на какой-то тупой принцип? Или тебе понравилось собеседовать всякий сброд, поэтому реальным спецам отказываешь?
– Что, настолько больно, да?
– Чего?
– Анька прижала, – ржу я.
– Ты идиот, Романов. Мы тебе реально хорошую девчонку подогнали. Дело вообще не в Аньке моей! – вспыхивает, судя по интонациям, Рус.
– Но… – давлю я интонациями, жопой чуя, что тут должно быть «но».
– Но она мне только что закатила в офисе такую истерику, что мы едва не развелись, – признается нехотя Руслан.
– Я тебя обрадую: вы еще даже не поженились.
– Смешно тебе?
– Грустно. Работы много.
– Ольгу на работу возьми – работы станет меньше!
– Исключено, – обрубаю я. – Она со мной работать не будет.
