Нет, не найдут. Но стоит подождать и посмотреть. Руи работал разносчиком, в том числе и газет. Наверняка о таком случае напишут, если начнутся поиски.
Только кого им искать?
А может, тот маг решит, что ошибся? Мало ли что ему привиделось?
Было бы здорово…
С такими мыслями я, окончательно продрогшая, и дошла до аптеки.
— Отнесла заказ? — прозвучал первый вопрос от мэтра Стефанио.
— Доброе утро, да, — подтвердила я и шмыгнула носом.
Аптекарь неодобрительно поглядел на меня исподлобья.
— Иди в подсобку, завари себе сбор от простуды, — велел он.
— Спасибо, — я кивнула, едва удержавшись, чтобы не шмыгнуть снова.
Из носа основательно текло.
— Вычту из жалованья, — предупредил аптекарь.
— Все равно спасибо, — я была рада и небольшой передышке с горячим питьем.
Впереди целый рабочий день за прилавком. Придирки вредного старикашки. И тщательная уборка, чтобы не пропустить ни единой соринки.
Не разболеться бы. Я вообще редко болела, простуды обходили меня стороной даже когда в лежку лежал весь приют, включая наставников. Заболевала я, когда тратила много сил во снах, если приходилось задерживаться до получаса — дольше все равно не выдерживала. И потом непременно страдала от жара, иногда даже бредила.
В детстве я не умела рассчитывать силы, не чувствовала время, поэтому подобное случалось регулярно. Но методом проб и ошибок я выяснила свой предел.
И иногда остро сожалела, что снохождению меня никто не учил, возможно, я бы умела куда больше.
*
Неделя пронеслась, как и всегда, мгновенно. Я тщательно прислушивалась ко всем разговорам на улицах. Просматривала газеты, что притаскивал Руи с работы. Общалась больше обычного с покупателями в лавке — про сноходца не было ни слова.
И это обнадеживало.
Следующего человека предложил Руи.
— Какой-то толстосум, — описывал его рыжий. — Я ему письмо лично в руки доставлял, поэтому меня пустили в дом — там все в золоте, аж глаза режет, представляешь!
— Мы стараемся не связываться с вещами, — напомнила ему.
Продавать краденое, особенно что-то приметное — значит подставляться. Привлекать внимание.
— У него и деньги повсюду лежат! На столе среди бумаг валялись золотые! — не то восторженно, не то возмущенно продолжил друг.
— Как я к нему попаду?
— Он вскрывал письмо и порезался, приложил платок к пальцу. А когда кровь остановилась — взял и выкинул в мусорку! — тут Руи точно возмутился.
Нам, приютским, никогда не понять такой расточительности.
— А пока он ответ строчил, я шнурок завязывал, ну и вытащил незаметно, — друг показал мне белоснежный платок с небольшой каплей крови.
Мне хватит, чтобы попасть в чужой сон. Правда, я предпочитала иметь дело с женщинами, но все время брать клиенток модного ателье Керри чревато. Если пойдут какие-то слухи, что после его посещения леди внезапно начинают ходить во сне — это опять же ненужное внимание.
Чем меньше люди связаны между собой, тем ниже вероятность, что их смогут связать с нами.
— Давай, — решилась я. — Завтра посмотрю на дом, прогуляюсь после работы. А ты пока нарисуй план, как идти по коридору.
— Не вопрос, — Руи схватил карандаш и газетный лист, который я рассматривала на предмет новостей о себе, и начал карябать план.
— Хейл, как и всегда, ждете от меня условный знак, без него не высовывайтесь, — я перевела взгляд на нашего белобрысого здоровяка.
Они забавно смотрелись с Руи. Мало того, что совершенно разные по комплекции, так еще и разные по масти. Такое чувство, будто природа истратила все краски на Руи, дав ему огненную шевелюру, рыжие ресницы и брови с янтарно-карими глазами. Хейл же был белесый, почти бесцветный.
Очень светлые волосы, такие же ресницы и брови, почти не видимые на коже. И небольшие серые глаза, совсем терявшиеся на лице с крупными, словно вырубленными топором чертами.
Про характер и говорить нечего. Здоровяк был спокойный как скала, а рыжий — вертлявый непоседа, до сих пор и пяти минут спокойно просидеть не мог.
Воистину противоположности притягиваются.
— За нас не переживай, — отмахнулся Хейл. — Главное, чтобы у тебя все получилось.
Я сосредоточенно кивнула.
Этот раз должен пройти без накладок, а то оплата квартиры на носу. Не хотелось залезать в отложенные деньги, а без них мы текущие расходы не покроем.
Керри оставалась во время подобных разговоров в стороне. Подруге не нравилось наше занятие, и дело не столько в его незаконности, сколько в риске. Уверена, завтра, перед тем, как я пойду в чужой сон, она опять попытается меня отговорить.
В столице на днях выпал первый снег и отчего-то не поспешил растаять, а лег ровным слоем на дома и тротуары. И ветер стал еще злее, начав бросать колкие снежинки в лицо.
Мы были не готовы к такой погоде. Мой насморк прошел в тот же день, зато друзья принялись хлюпать носами. И купленные в аптечной лавке сборы от простуды что-то не особо помогали. Нам позарез требовалась теплая одежда. Всем.
И отопление еще подорожало в холода, как и горячая вода.
Из-за всего этого я не имела права на вторую промашку. Сделаю все четко, как и всегда. Заплатим за квартиру, купим теплые вещи и отложим на обязательные платежи. Если что-то останется сверху — пойдет на счет в банке, где копились деньги на будущий переезд и собственное дело.
На еду и бытовые мелочи мы зарабатываем и так, но без дополнительных средств хорошую квартиру и вещи просто не потянем.
Так что медлить с походом в чужой сон дальше нельзя.
На следующий день я, как и планировала, после работы пошла по названному Руи адресу, чтобы осмотреться заранее хотя бы снаружи.
Большой богатый дом окружал кованый забор, увитый плющом. Значит, мне предстоит не просто выглянуть на крыльцо и оставить там деньги для парней, подав условный знак. Придется выходить из дома, идти шагов двадцать до ворот. А на освещении состоятельные граждане не экономят. Еще и охрана может иметься или собаки, хотя на хозяина они кинуться не должны. Надеюсь.
Во снах я всегда осторожничала, чтобы не навредить людям. Почему-то невольно чувствовала ответственность за чужое, позаимствованное на время тело.
Ладно, буду действовать по ситуации.
Дома меня уже ждали — из-за прогулки-разведки я вернулась позже всех.
Керри готовила ужин, поэтому пахло особенно вкусно. Парни легко и весело болтали, по-доброму подшучивая над нашей боязливой тихоней.
За столом мы сразу начали обсуждать детали предстоящего дела. Руи, оббегав с посылками все закоулки, приглядел, где они с Хейлом будут меня ждать.
— Не ходи. — Керри коснулась моей ладони. — Пожалуйста, Фрея!
— Не переживай, — я привычно приобняла ее за плечо, — в этот раз точно никаких магов.
— У меня плохое предчувствие!
— Оно у тебя каждый раз плохое, — терпеливо ответила ей.
— Сегодня — особенно!
— Керри, мы не можем не ходить, пойми! Иначе нам нечем будет платить за квартиру, — напомнила я о насущном.
— Значит, нам нужно жилье попроще!
— Как в приюте? Одна комната на двадцать человек и душевая с холодной водой на сто? — не сдержалась я.
— Не настолько, — потупилась подруга. — Но мы могли бы жить скромнее, тогда тебе не пришлось бы ходить в чужие сны и воровать.
— Когда-нибудь это все закончится, — я осторожно убрала локон ей за ухо и погладила поникшее плечо. — Мы постепенно движемся к своей мечте. Мы осторожны, ты же знаешь.
— Знаю, — Керри всхлипнула. — Но если ты опять встретишь мага?
— Очень сомневаюсь. Ты же знаешь, магов мало даже в столице. Они не могут быть в каждом доме.
— Если что — сразу возвращайся, ладно? — Керри заглянула мне в глаза.
И от этого преданного щенячьего взгляда у меня защемило сердце.
Я не имею права их подвести.
— Конечно, — пообещала я. — Я не собираюсь геройствовать, не переживай.
Керри только грустно улыбнулась и отошла к раковине мыть посуду.
— Горячую воду не экономь, — я подошла и подкрутила вентили. — И так чихаешь! Не хватало еще заболеть из-за ерунды.
Спорить с этим подруга не стала.
Я пришла в свою комнату, небольшую с односпальной кроватью, шкафом и тумбочкой. Необходимый минимум без изысков, зато свой. После приюта и жизни в Норвиле, где мы еще не могли позволить себе нормальную квартиру, — настоящая роскошь.
На полу ковер с приятным пушистым ворсом — как вспомню приютские ледяные полы, по которым вечно сквозило, сразу пальцы на ногах поджимаются.
Из окна не сифонит.
Мебель пусть и простая, но достаточно новая и добротная. Дверца шкафа не слетает, стоит ее коснуться.
Хороший матрас на кровати, удобная подушка без комков, теплое мягкое одеяло, свежее белье, его мы сдавали в местную прачечную, а не возились с едким порошком сами.
Я не готова ото всего этого отказаться!
Раздеваться не стала, легла прямо в одежде поверх покрывала. Подумав, свернулась на боку калачиком. В этот раз я волновалась больше обычного, но в чужой сон можно пройти лишь с холодным разумом. Постепенно волнение отступило, дыхание выровнялось. В руках я сжимала платок с каплей крови, которая должна привести к нужному человеку.
И в какой-то момент чужой сон меня затянул.
*
Я открыла глаза в темноте и как обычно начала потихоньку двигать руками и ногами, заодно ощупывая пространство. Постель, где спал мужчина, была огромной, но, к счастью, никого больше на ней не обнаружилось.
На прикроватной тумбочке нашелся светильник, в его свете все стало проще, и я решилась осторожно встать.
Пол оказался непривычно далеко. Я не жаловалась на рост и была почти на полголовы вышей той же Керри. Даже чуть выше Руи, хотя он как раз мелкий, а тут мужчина попался действительно высокий.
Узкие ладони с красивыми музыкальными пальцами, длинные ноги в свободных спальных штанах, подтянутое тело — человек не чурался тренировок или просто вел активный образ жизни.
Я оглядела спальню, не заметив в ней ничего примечательного. Лаконично, изысканно, дорого.
Мне нужно было попасть в кабинет, ориентируясь по схеме рыжего. Наш мелкий друг — тот еще проныра, успел как следует осмотреться и все запомнить.
Я выглянула за дверь — никого. На стенах горели светильники, так что можно спокойно идти, не боясь заплутать в темноте.
Судя по деревьям за большими незашторенными окнами в холле, я уже на втором этаже. Кабинет располагался справа от лестницы.
Лестница…
Она оказалась совсем в другом месте, не посередине, как на схеме Руи, а в самом конце холла. Рано я рыжего похвалила.
Длинный палас на полу глушил шаги, так что я передвигалась почти бесшумно, нашла лестницу и остановилась, думая, что делать дальше?
Заглядывать в каждую комнату — чревато нарваться на кого-то из обитателей дома. Но как найти кабинет? Все двери плотно закрыты, никаких обозначений или подсказок, разумеется, на них не висело.
Вот же рыжий подставщик!
На долгие блуждания времени нет — полчаса, дальше меня выкинет обратно, а это тело останется в том месте, в котором я его покинула. Человек не проснется — проверено, но мне от этого не легче: деньги сами себя не найдут и не вынесут парням.
А значит — возвращаюсь в спальню и смотрю, что есть там.
Уже увереннее я пересекла холл в обратном направлении, зашла в спальню и огляделась получше.
В просторной комнате нашлись еще две неприметные двери. Я заглянула за одну — ванная, почти как спальня по размеру. За второй обнаружилась гардеробная, тоже весьма нескромная. Посмотреть в карманах? Поискать тайник?
