– Эй! Эй, ты! Огнева…
Начала было оборачиваться, но не успела рассмотреть того, кто меня звал: чей-то кулак впечатался мне в челюсть. От удара я не устояла на ногах и рухнула навзничь, под ноги растерянным однокурсникам и завизжавшей Элене.
От боли перед глазами заплясали цветные пятна, а в ушах зашумело.
Кажется, на секунду-другую у меня отключилось сознание. Перед глазами заплясали цветные всполохи, а лицо горело от боли. Кто-то кинулся помогать мне подняться, но большинство – это я увидела, кое-как сфокусировавшись на нападавшем – разошлись в стороны.
Нападавшим оказалась девушка. Высокая, симпатичная русоволосая девушка, взиравшая на меня с такой яростью, что казалось, едва я поднимусь – она кинется снова.
– Еще добавить? – мрачно поинтересовалась она. – Или сообразила, почему не стоило записывать меня на игры?
– Она понятия не имеет, кто ты, Аронов заставил наугад тыкать в листок! – возмутилась Элена.
– Заткнись, корова! Тыкать в мою фамилию было плохой идеей, понятно? И это только цветочки, крыса. Если доживешь до первого тура – радуйся, потому что лично я собираюсь придушить тебя раньше.
Боль немного утихла, хотя удар обещал еще долго напоминать о себе синяком и отеком.
– В следующем году непременно пропущу твою фамилию, если вдруг мне снова доверят отбор. А в этом придется как-то жить с нанесенным оскорблением, – процедила я.
Девица – кажется, ее фамилия была Морозова – скривилась.
– За меня не переживай, крыса, я-то выживу. А вот у тебя теперь большие проблемы. Рекомендую срочно искать того, кто будет вытирать тебе слюни, когда ты начнешь их пускать.
Полагаю, перепалка бы переросла в драку (и я бы в ней бессовестно продула – рядом с мощной девицей я казалась нахохлившимся воробушком), но, к моей удаче и всеобщему разочарованию, кто-то сказал:
– Расслабься, Лидия. Ты не поедешь на игры.
Потом я увидела самую красивую девушку из всех существующих. Шатенку с блестящими густыми кудрями и пушистыми (вряд ли здесь существовало наращивание, но клянусь, я подумала, что она нарощенные) ресницами. С идеальной фигурой, которую она не стеснялась демонстрировать в разрезе длинной юбки и вырезе блузки, подчеркнутом черным корсетом. В глазах плясали озорные огоньки, а на губах застыла усмешка. Девушка помахала перед лицом Лидии какой-то карточкой и ослепительно улыбнулась.
– Я только что сходила в деканат и записалась на игры. Волевым решением Аронов решил, что будет справедливо заменить девушкой девушку, хотя…
Она смерила Лидию презрительным взглядом.
– Это спорное мнение.
Идти в атаку на нее Лидия не решилась, поэтому просто смерила меня напоследок мрачным взглядом – и удалилась, отпихнув с дороги парочку испуганных первокурсниц. А красотка повернулась ко мне.
– Идем, – фыркнула она, – капитан. Покажу, где кабинет лекаря. Надо приложить лед, иначе к вечеру у тебя останется только один глаз. Упустишь момент триумфа на играх.
Несмотря на явный сарказм в голосе, я не чувствовала исходящей от девушки агрессии. Она быстро увела меня из сада, строго цыкнув на собравшуюся было с нами Элену:
– А ты куда? Иди, учись, мелочь! Без тебя разберусь!
И соседка, стушевавшись, понеслась в класс. Ее примеру последовали и остальные. Когда мы остались в пустом коридоре одни, я решилась спросить:
– Ты сама попросилась на игры? Почему?
– Кейт Вишневская, рада представиться, – в шутку поклонилась девушка, и я тут же ее вспомнила.
«Вишневский, Александр» – я выбрала его участником игр. Тогда еще, при виде имени Кейт рядом, мелькнула мысль «не выбирать больше Вишневских, чтобы не отправить на соревнования родственников». Выходит, она сама изъявила желание быть с братом. Даже не знаю, круто это или жутко.
– Мы близнецы, – пояснила Кейт. – Родились с разницей в одну минуту. Куда он, туда и я. Так что тебе повезло: Лидия – та еще стерва. Уверена, она сдала бы нас водникам при первой же возможности.
– Сдала? Это как?
– Можно договориться с Дашковым. Ты подставишь команду, а взамен тебя не тронут и даже защитят от других.
– Зачем Дашкову заключать такие сделки, если они все равно нас сделают, мы же самые слабые маги на свете?
– Аспер любит играть с мышкой прежде, чем ее съесть. А еще ему нравится видеть, как предатель оказывается на самом дне после игр.
– Приятный юноша.
Кейт хмыкнула.
– А то.
Мы спустились в подвал, где в полумраке, среди каких-то коробок и тюков, располагался кабинет лекаря. Я сильно сомневалась, что здешний врач хоть чем-то мне поможет, кроме холодного компресса на челюсть, но это не слишком волновало. Гораздо интереснее было украдкой пялиться на красотку Кейт. И размышлять, как так получилось, что в этой реальности у всех такие странные имена.
Аспер, Элена, Кейт – что не так с нашими привычными Ленами и Катями?
– Итак, ты уже придумала, как мы победим на играх? – поинтересовалась Кейт прежде, чем дернула дверь лекарского кабинета на себя.
Не успев придумать ответ, я вошла в кабинет и из головы вылетели все мысли. В большом, но темном и неуютном помещении на кушетке лежал парень. Я сразу поняла, что это брат Кейт, Александр. И не только по схожести, но и по энергетике которая исходила от парня. Почему-то при виде него хотелось глупо хихикать и постоянно поправлять волосы.
Как и сестра, он был высоким, красивым и обаятельным. Лежал, залихватски закинув руки за голову и будто ждал нас.
– А вот и дорогая сестричка. Ну что я говорил? Стоит младшему братику попасть в беду – Кейти тут как тут.
– А может, младший братик будет более осмотрителен и перестанет попадать в беды? – холодно поинтересовалась моя новая знакомая.
Но Вишневский только фыркнул и обратил все внимание ко мне.
– Представишь подругу, детка?
– Ярина Огнева. Наш капитан.
Александр расхохотался с таким удовольствием, что я даже нахмурилась. Какой-то он слишком позитивный для того кто только что получил путевку на смертельные соревнования.
– Александр Вишневский, рад знакомству. Честно говоря, я представлял тебя более… впечатляющей. Обычно желающие участвовать в играх не похожи на хрупких очаровательных девушек.
Я слегка покраснела.
– Я не знала что такое игры.
От удивления он даже приподнялся но Кейт силой уложила брата обратно.
– Где Аннет? Эй, Аннет! Нам тут нужна помощь.
Вскоре стало ясно, ради кого Александр так старательно изображал болезного: откуда-то из подсобки вынырнула симпатичная молодая девушка, зарделась от подаренной парнем улыбки и повернулась ко мне.
– Что у вас случилось?
Челюсть уже наливалась краснотой, так что можно было не объяснять. Мне вручили пакет со льдом, какой-то подозрительного вида зеленоватый леденец и уложили на соседнюю с Вишневским койку. Я попыталась было запротестовать и сбежать обратно на занятия, но Аннет строго цыкнула и велела лежать, пока не кончится леденец. Удивительно, но хоть на вкус он оказался похожим на мерзкую лакрицу, уже через пару минут боль утихла.
Кейт же наглядно проиллюстрировала слова, сказанные мне когда мы шли к целителю. Она явно не собиралась оставлять брата наедине с объектом воздыхания. По-хозяйски усевшись на стул возле его койки, Вишневская достала из сумки книгу и погрузилась в чтение.
Аннет снова ушла, и внимание Александра переключилось на меня. Он ничего не говорил, просто меня рассматривал, но под этим изучающим взглядом мне сделалось неуютно. Это странно: гнев Лидии был понятнее интереса и веселости Вишневских. Кейт и Александр словно не видели в играх ничего страшного, ну или просто обладали завидным хладнокровием.
Однако вопрос Кейт и впрямь меня волновал. Выиграть игры вряд ли возможно, с нашей-то магией и капитаном-идиоткой, но хотя бы выйти из переделки живыми – это же нам под силу!
Осталось понять, как. Нужно больше информации об играх. И Вишневские выглядели как отличный ее источник.
Но я не успела сформулировать и задать волнующие вопросы. Кабинет лекаря оказался довольно популярным местом. Я уже догрызала леденец, когда вошел Аронов и смерил меня таким мрачным взглядом что стало ясно: он по поводу моей челюсти.
Потом куратор перевел взгляд на Александра, Кейт и хмыкнул.
– Команда мечты. Ничего не скажешь. Игры еще не начались, а вы все уже в лазарете.
– Я – нет, – флегматично отозвалась Кейт. – Я просто пару прогуливаю.
– А, то есть я должен испытать невероятное восхищение и благодарность, Вишневская?
Она равнодушно пожала плечами.
– Как хотите.
– Быстро на занятия!
Со вздохом Кейт неторопливо убрала книгу обратно в сумку, откинулась на спинку стула и подняла голову, посмотрев Аронову прямо в глаза. Мы с Александром даже забыли, как дышать. Между этими двумя определенно интересные отношения. Я бы не рискнула так говорить с преподом, особенно – с нашим куратором. Он меня слегка пугал.
– Мы с вами это уже обсуждали. Я пойду на занятия, когда Аннет отпустит брата. Можете унести меня туда на плече, но тогда мы точно не дойдем до аудитории.
Я мысленно сжалась, готовая к взрыву. После такого, сказанного с ехидной ухмылочкой, Кейт просто обязана была занять третью койку в лазарете.
Но Аронов, к моему удивлению, несколько секунд помолчал, смерил Вишневских мрачным взглядом и лишь покачал головой.
Вот это да! Я определенно должна узнать сокомандников получше.
– Огнева – домой.
– Но…
– Домой, я сказал! На сегодня ваши приключения в школе закончены. Приведите лицо в порядок до завтра, если не хотите стать всеобщим посмешищем. Вишневские – как получите вольную от Аннет, оба в лекторий. Будем проводить воспитательную работу. На этом все.
Когда Аронов вышел, я растерянно перевела взгляд на ребят.
– Что за воспитательная работа и почему меня выгоняют домой?
– Будет вкладывать в головы подрастающего поколения мудрость о том, что если оно убьет капитана команды, на игры придется идти кому-то еще.
Очень интересная школа.
***
Родителей не было, когда я пришла. Наспех соорудив бутерброд, я вылезла на любимую крышу, чтобы в тишине обдумать все случившееся. Но поинтровертить не дали.
– Угадай, что я принес? – раздался голос, в котором я узнала Светлова.
– Наверняка что-то очень дефицитное, – вздохнула я.
Не бежать же, прикрывая побитую челюсть. Еще перед родителями вечером объясняться придется.
Заметив наливающийся краснотой синяк, Михаил присвистнул.
– Где это ты так? Точнее, кто это тебя так?
– Впала в немилость у одной несдержанной дамы. Обычные школьные разборки.
Парень так на меня посмотрел, словно впервые видел. До сих пор я, видимо, была пай-девочкой, от которой точно никто не ожидал драки в первый учебный день. Да и в другие тоже.
– Парня не поделили, что ли?
Светлов произнес это в шутку, но я уловила в его голосе легкую ревность. И вздохнула. Меньше всего мне сейчас хотелось думать о парнях и свиданиях. Выжить бы в новом мире.
– Не поделили теплое место капитана на Играх Стихий.
Повисла гнетущая тишина. Где-то вдали закаркала ворона, и мне почти наяву почудилось в ее вопле «дурррррааааа».
– Первокурсники же не участвуют в лотерее…
– Я записалась сама.
– ЧТО?! ЯРИНА!
– Эй, не кричи! Не хватало, чтобы все узнали.
– Все и так узнают. Игры – популярные соревнования. На них билеты разлетаются в первые часы продажи!
– Так на мой позор еще и вход по билетам?! Ну класс!
– Ярина, позор – это в твоем случае почти победа. Зачем, ну зачем ты записалась?! Дашков обоссытся от счастья, когда узнает, что ты играешь! Он не даст тебе дожить до финала.
Светлов задумался.
– Хотя, полагаю, первые пару раундов поддастся, ведь съесть мышку сразу слишком скучно, гораздо интереснее…
– Так! – Я его оборвала. – Хватит нагнетать. Во-первых, я не знала, что такое игры. Думала, это просто веселые старты для магов. Мне нужны были деньги, и я увидела способ их заработать, и я уже объясняла, почему я не знаю ничего об этом мире, не надо спрашивать снова. Во-вторых, я не собираюсь сдаваться и умолять о пощаде. И уж точно не планирую писать завещание. Ваш Дашков не бог. Что-нибудь придумаю.
