– Так если он у тебя строгих правил, то пусть лучше и не знает, правда?
Анна поняла, что ничего не знает о взглядах отца на молодёжь, которая напивается на студенческих вечеринках.
– Я… я не знаю.
– В любом случае удачи тебе!
– Спасибо.
– Завтра увидимся.
– Да.
– Тогда до завтра.
– До завтра…
Анна опустила руку с телефоном. Просто поговорили, ничего особенного. Он вроде бы не считает, что с ней что-то не так. И Леон Шеню не считает. Ладно, нужно сделать ещё одну вещь, хоть и не хочется.
Она оделась, подобрала в хвост волосы и спустилась вниз. В столовой негромко разговаривали, прислушалась – госпожа Шеню и Жозина. И говорили вовсе не о ней, а о каком-то фильме, который, кажется, смотрели обе.
Маме никогда в жизни не пришло бы в голову смотреть вместе с Жозиной фильм и потом его обсуждать. А госпожа Шеню – обсуждает.
Анна вошла, обе они тут же глянули на неё.
– Деточка, ты в порядке? Голодная? – спросила Жозина.
– Анна, как ты себя чувствуешь? – спросила госпожа Шеню.
– Всё в порядке, спасибо, – кивнула Анна. – И… спасибо вам, госпожа Шеню, за помощь, – смотреть на неё не вышло, и сказать получилось только тихо-тихо.
– Ничего страшного, дело житейское, – отмахнулась та. – Главное, парни сообразили и притащили тебя домой, дальше уже проще.
Проще ли? Узнаем завтра.
А завтра поджидали новые проблемы.
15. Тот, кто одарён
Первая пара – лекция по специальности, там всё хорошо. Финнея в начале подошла, осмотрела Анну и удостоверилась, что та в порядке. Да и всё.
Затем на лекции профессора Роша все, решительно все обменивались записочками и переписывались в мессенджерах – про посвящение. И всю перемену проболтали. Анной интересовались брат и сестра де ла Мотты, и потом ещё подошёл Саваж. Подмигнул, улыбнулся, сказал – рад, что с ней всё в порядке.
– А что твой отец?
– Ничего, – выдохнула Анна. – Я не рассказала ему. Просто промолчала. Всё уже в порядке, и ладно.
– Вот и славно.
– А тебе бы что сказали дома в такой ситуации?
– Да вряд ли что-то ужасное, – усмехнулся Саваж. – Я, знаешь, почти не пил, так вышло, других дел хватило. И восполнил недостаток алкоголя в организме уже дома, в компании деда. Ты думаешь, он стал бы меня ругать? Нет, стал бы – за подлость или глупость. За такую глупость, которая оказалась опасной, или вредной, или с далеко идущими последствиями. Вроде бы я пока ничего такого не делал.
Анна бы спросила ещё про того деда, но пришёл профессор де ла Мотт. И с ходу напомнил, что сегодня у них проверочная работа по теории, как он и обещал.
Тьфу ты. Анна совершенно забыла об этой работе, а ведь профессор в самом деле предупреждал. И она собиралась в воскресенье готовиться, хотя бы почитать лекции и учебник. И совершенно забыла! Потому что, ну, вот вообще не до того было.
И что же делать?
Профессор позвал нескольких человек помочь раздать бланки, из их части большой аудитории вызвалась Марианна. Анна взяла у неё лист и стала смотреть – так, первая часть – это тест. Нужно выбрать правильные ответы. Может быть, это не сложно? А вот вторая – там нужно описать своими словами, что происходит, если ты начал магическое действие, характерное для твоей преобладающей силы, и не завершил его. Тема последней лекции с прошлой недели. Анна задумалась – что будет? Лужа будет, да и всё. Если она напишет про лужу – это будет правильно? Или нужно что-то другое?
А вот с тестом оказалось как-то сложно. Почему-то формулировки вопросов не вызывали у Анны вообще никакого чувства узнавания. Поэтому она часть ответов списала у Марианны, а часть – у сидевшей с другой стороны Финнеи. И понадеялась, что они разобрались в предмете лучше неё.
Но она хотя бы сдала работу, а были такие, кто ничего не сдал вообще! Кто-то из воздушников ответил только на вопрос о магическом действии, кто-то принёс только тест, а когда все они вышли из аудитории, то увидели там Флинна с боевого, огромного и рыжего, и с ним была девушка из земляных. И на парах с утра их не было – ни у профессора Роша, ни вот сейчас. Флинн увидел Клодетт де ла Мотт и завопил:
– Малявка! Малявочка! Стой!
– Чего тебе, прогульщик несчастный? – спросила та.
– Слушай, ты ведь можешь поговорить с профессором, чтобы он пока не писал нам прогул? Мы придём и всё отработаем! И всё напишем, правда-правда!
– А чего вдруг я? Идите сами да и договаривайтесь, пока он не ушёл.
– Ну он же тебе не чужой и послушает, – Флинн смотрел умильно, на такие взгляды все всегда поддаются.
– Да иди ты, послушает! Ага, три раза. Я за себя-то не прошу, а тут ты!
– Флинн, ты где это был? – за плечом Клодетт возник Саваж.
– Да проспали мы, – вздохнул рыжий верзила. – Так получилось, понимаешь?
И переглянулись с девушкой, у неё какое-то странное имя и хищное выражение лица. Девушка глянула на рыжего и рассмеялась. Чего смеяться-то?
– Ну, прокосячили – выгребайте теперь, – пожал плечами Саваж. – Иди с повинной, говори, что придёте оба и пересдадите, когда он скажет.
– Ладно, – вздохнул Флинн и потянул девушку к дверям. – Лои, пошли каяться. Тьфу ты, не успели, он уже куда-то исчез.
– У него портал, дурья твоя голова, – рассмеялся Саваж.
Профессор де ла Мотт сказал в начале, что результаты будут сегодня вечером на странице в приложении. Да, в приложении есть такая страница, где должны быть результаты всего начиная от вступительных экзаменов, дальше всякий промежуточный контроль и потом сессия. Анна обновляла ту страницу до посинения, весь вечер дома, пока не увидела отметку – «неудовлетворительно». И приписку – явиться к профессору завтра после всех пар.
Ну вот, ещё только не хватало. Ничего-то она не может – ни выпить, ни тест написать. Может быть, уже пора переводиться в колледж? Или ехать к маме в Другой Свет?
Мама звонила редко, Анна тоже не навязывалась. Они разговаривали раз в неделю или две, и вроде бы обеим было нормально. И Анна не находила в себе сил говорить о том, что её волнует, больше говорила мама. О том, как живёт, где бывает, что покупает. Анна же не понимала, как рассказывать об учёбе и о трудностях той учёбы человеку, который не маг. Поэтому – мама, наверное, будет рада, если Анна приедет, но… Нет.
В чатике их водной группы все уже радостно делились результатами, «отлично» получили только двое – зазнайка Джемма и толстый флегматичный Тома. Остальные делились ожиданиями и результатами. Впрочем, неуд, кроме Анны, получила ещё и Финнея. Выходит, списывать у неё было гиблым делом.
Анна написала Марианне – у той вышло «достаточно». Минимальный проходной балл. Эх, тоже не тот вариант, чтоб списать. Но Марианна не расстраивалась – подумаешь, говорила она, это ж не конец света. Эту работу, по её словам, заваливали многие, потому что ещё не въехали. Ничего страшного, въедем же когда-нибудь – так она сказала.
И пришлось Анне на следующий день пойти после пар не домой, а в кабинет к профессору. То есть прямо в приёмную ректора. Там ей кивнула сестра Марианны и показала на дверь без таблички. За дверью оказалась ещё одна приёмная, а уже оттуда, видимо, попадали в нужный кабинет.
Анну бурно приветствовали – в приёмной уже набралось человек десять. Кроме них с Финнеей, ещё Флинн и Лои, и ещё двое парней с боевого, и парень с воздушного, сын Луи де Рогана, и девушки с прикладного. Интересно, а что получил Леон Шеню? Спросить, что ли?
Профессор показался из кабинета и оглядел их компанию.
– Собрались, отлично. О’Флай и Лю, начнём с вас. Не желаете сказать, какая важная причина помешала вам прибыть на занятие?
Громадный Флинн поднялся.
– Ну мы… простите нас, профессор. Мы больше не будем, – он притом честно смотрел на профессора сверху вниз.
– Простите нас, профессор, мы случайно забыли про будильник, – Лои Лю встала рядом с Флинном, поглядывая на профессора из-под пушистых ресниц.
А волосы у неё… ох, у Анны никогда таких не вырастало. До колен. И с разноцветными прядями – с одной стороны ярко-красные, с другой – серебро. И что, ей нравится диковатый Флинн? Видимо, нравится, раз стоят и за руки держатся.
– Идём со мной, сядете у Марты и будете писать, – профессор вышел с ними в приёмную. – Марта, дорогая, эти замечательные молодые люди сейчас будут писать тест, проследите, пожалуйста, чтобы не отвлекались. Напишут – пусть отдают вам и идут восвояси.
– Да, профессор, – ответила невидимая отсюда Марта.
Марианна рассказывала, что старшие сёстры у неё строгие и упорядоченные – настоящие менталисты.
Профессор дождался, пока прогульщики выйдут в приёмную и там усядутся, закрыл дверь и строго оглядел остальных.
– А теперь – ко мне по одному.
Первой пошла Финнея, хмыкнула – ей терять нечего. Вышла через четверть часа, рассказала – разбирали затруднения, и почему материал не отложился в голове настолько, чтоб ответить на вопросы легко и быстро. Из остальных кому-то был предложен другой вариант теста, кто-то отправлен учить – тот самый Медведь Долле из боевиков, и вот остались только Роган и она, Анна.
– Иди, – сказал ей парень, когда из кабинета профессора выскользнула Габи с прикладного.
– Нет, ты иди, – сказала ему Анна.
Он не стал спорить и пошёл. Не стал плотно закрывать за собой дверь, и Анна немного слышала, о чём спрашивал профессор. Совсем не о работе. А о том, где и как этот самый парень сейчас живёт, и всё ли в порядке. Тот сказал, что в полном порядке, а на тест не ответил, потому что не представляет, как все эти физические законы взять в голову. Как сделать – он понимает, а что, зачем и почему – нет.
– А нужно, чтобы понимал, ясно тебе? Сейчас ступай, а через неделю в это же время – на пересдачу. Сядешь и ответишь. А до того будешь учить. Талант – это хорошо, но теорию тоже знать нужно.
Жиль – профессор звал его так – что-то пробормотал, подхватил рюкзак и был таков. Анна же собралась с духом и вошла.
– Здравствуйте, профессор.
– Здравствуйте, госпожа де Котель, присаживайтесь, – кивнул ей профессор на стул, а в руках у него была её работа. – Скажите, про лужу – это вы сами придумали, или вам кто подсказал?
– Ну как… я видела, и мне самой доводилось.
– Доводилось, значит, – закивал профессор. – Значит, давайте смотреть, что там вам доводилось. Прикладывайте силу. Зовите воду.
– Прямо здесь? – не поняла Анна.
– Именно. Потом осушите, если что.
Анна начала призыв, потянулась… и услышала громкий хлопок. Испугалась, утратила концентрацию, и на полу получилась та самая лужа. И не только на полу – брызги разлетелись по всему кабинету.
– Вот теперь давайте разбираться, что это было. Где та сила, которую вы призвали, но упустили?
– Вокруг, наверное, – несмело произнесла Анна.
– И что она там делает? Вокруг?
– Не знаю. Наверное, или кто-то подберёт, или сама прицепится. Куда-то.
– Вот, – кивнул профессор. – Или сама, или подберёт. Куда сама может прицепиться?
– Да куда угодно, наверное. Где примут. Предмет, человек.
– Именно. К простецу может прицепиться, так, что он ничего не поймёт?
– Может.
– И что будет с тем простецом, то есть, с магически не одарённым?
– Может плохо стать. Он может что-нибудь сделать, сам не поймёт что.
– И это тоже, да. А если силы было не кот наплакал, как у тебя сейчас, а много?
– Может возникнуть магическая аномалия.
– Верно. И что с ней потом делать?
– Звать специалиста, чтобы перенаправил и перераспределил силу.
– Вот, всё ты знаешь. А пишешь – лужа. Значит, чем опасны незавершённые магические действия?
– Выплесками силы, оставшейся без контроля и угрожающей мировому равновесию, – Анна сама не ожидала, что выдаст формулировку из учебника так легко.
– Говорю же – всё знаешь, – вздохнул де ла Мотт. – Осушай свою лужу.
Когда она справилась с этим нехитрым делом, то села обратно, а профессор снова что-то искал в её тесте.
– Сдаётся мне, ты всё знаешь, но почему-то не можешь сформулировать. Ты сильная талантливая девочка, в чём беда?
– Я не понимаю, – прошептала Анна. – Ничего не понимаю.
– Так уж и ничего, – покачал головой профессор. – Если бы ничего, ты и сейчас не сказала бы ничего.
– Правда, не могу запомнить, – это так жалко прозвучало, что слёзы закапали всё равно что сами.
