Мои родители были насторожены, но кто их слушал? Друзья и знакомые перестали существовать для меня. В моей жизни не осталось места ни для кого, кроме Давида. Он был моим всем – солнцем, воздухом и водой.
Мы поженились всего через три месяца после нашего первого поцелуя. Расписались в районном загсе без свидетелей и торжества, и для меня до сих пор загадка, как такой человек, как Росс, решился на это.
Мои родители приняли его сразу. Еще бы – серьезный молодой человек из приличной семьи с собственной квартирой, машиной и прекрасной должностью.
С матерью Давида дело обстояло несколько сложнее. Она не сразу смиралась с его расставанием с Викторией и скоропостижной женитьбой сына. Однако отношение ко мне свекрови стало вызовом – я была одержима идеей проникнуть во все сферы его жизни. Мои звонки, подарки и внимание постепенно растопили сердце Светланы Николаевны. Мы подружились и до сих пор, даже спустя пять лет, поздравляем друг друга с праздниками.
Первые ссоры начались, когда Давиду предложили новую должность в другой компании. Она предполагала ненормированный рабочий день и частые командировки.
Я сходила с ума, когда он был вне зоны действия сети и подолгу не отвечал на мои сообщения. Накручивала, ревновала и едва не выла на Луну.
Сейчас я понимаю, как давила на него и душила своей любовью. Не оставляла ни миллиметра личного пространства. Ни единой возможности для маневра.
Я сама разрушила доверие между нами.
А Давид…
Однажды он просто устал. Не вернулся домой один раз, потом второй. Я закатывала скандалы, а он становился все холоднее. Пока однажды не заявил, что хочет развода.
Я ненавижу вспоминать тот вечер. Боль и стыд разрывают сердце на куски.
Я стояла на коленях, умоляя не делать этого. Я несла бред, угрожала и оскорбляла, чем, кажется, окончательно убила в нем все чувства ко мне. И тогда он признался, что изменил. С Викторией.
Мне потребовалась помощь медиков, чтобы принять эту новость, но даже после этого я еще пыталась бороться. Зачем-то звонила, писала ему, той девушке и его матери. Ждала его у офиса и у подъезда дома. Окончательно сдалась, когда получила уведомление из загса.
Развод почти не помню – я не спала перед ним несколько суток. Плотный туман и серые тени в нем. Рубленные фразы, как выстрелы в воспаленный мозг.
Наш брак продлился всего шесть месяцев.
– Ты еще будешь счастлива, Ксения, – отпечатались в памяти его слова.
Это было последнее, что он сказал мне.
Кажется, я засмеялась тогда.
Глава 4
Ксения
Я долго не могла сомкнуть глаз и уснула только под утро, но несмотря на это, приехала на работу вовремя.
– Привет, – хмуро буркает Никита из финансового отдела, равняясь со мной на подходе к зданию, четыре этажа которого занимает наша компания.
Он выглядит невыспавшимся и немного помятым. Волосы на затылке стоят торчком. Это нормальные для него состояние и вид. Все давно привыкли.
– Доброе утро.
– Говорят, с сегодняшнего дня нас будут штрафовать за опоздания. Слышала что-нибудь об этом?
– Нет.
Если это решение лично Росса, то никто на него повлиять не сможет. Он любит порядок во всем.
– Думаю, пора сваливать…
– Куда? – спрашиваю с усмешкой, – Туда, где будут разрешать опаздывать?
– Да, ну тебя!.. – отмахивается Никита, шагая к стеклянным вращающимся дверям.
А я поворачиваю к кофейне и покупаю себе стакан эспрессо. То, что нужно, чтобы вернуть себя в рабочее состояние, потому что дел у меня сегодня как никогда много. Продлить договоры с «Минье Труа», нудеть Савве, чтобы он установил на мой ноут программное обеспечение и забросать все фирмы нашего города своими резюме. Я тоже не собираюсь здесь задерживаться.
– Ты рано сегодня, – замечает Александра, входя в кабинет.
– У меня не было необходимости тратить время на свой внешний вид, – отвечаю с улыбкой.
На ней узкая белая блузка и еще более узкая юбка до колен. Макияж ярче обычного, распущенные, отполированные маслом до блеска, волосы. Я не собираюсь ломать голову, по какому поводу она сегодня так нарядилась, потому что мне давно не интересно, какое впечатление Росс производит на других женщин.
– Посмотри, пожалуйста, договор на ламинат, – прошу Сашу, когда она усаживается в кресло и достает из сумки косметичку, – Я его тебе на стол положила.
– Что с ним?
– Они не хотят его продлевать.
Распахнув глаза и чуть приподняв брови, она внимательно осматривает свое лицо и собирает губы в бантик.
Александра довольно симпатичная, но вряд ли Росс обратит на нее внимание. Не его уровень и не его вкус, и это не значит, что я девушка более высокого, чем моя начальница, уровня и абсолютно в его вкусе. Нет. Я была его временным помешательством. Он избавился от меня, как только пришел в себя.
И потом, Давид не станет смешивать работу и личное, и, выбирая между ними, всегда предпочтет первое.
Захлопнув зеркальце и бросив его в косметичку, Саша берет договор с заканчивающимся сроком действия в руки.
– Продажи ламината продолжают падать, – поясняю я, – Они собираются вернуть нереализованное.
– Суки… – выругивается грубовато, – Нашли дешевле?
– Мне кажется, это «Паритет трейд». У них новая линейка.
– А я давно говорю, что нам нужно менять поставщиков! – садится на любомого конька, – Но кто меня слушает?.. Так и будем торговать бумажными обоями и лепниной и пенопласта!
Массируя кончиком шариковой ручки точку на лбу между бровей, я жду, когда ее запал иссякнет.
Ассортимент, поставляемый наше компанией, и правда давно морально устарел. Мы уже три года не заключаем новых договоров на поставки, в то время, как фирмы, работающие с итальянскими и французскими производителями, появляются каждый день.
– Возможно, они согласятся на скидку… – проговаривает она наконец.
– Согласуй с руководством, – предлагаю я.
– Согласую, – бросив взгляд на часы, поднимает его к моему лицу, – Схожу к нему часов в десять. Как думаешь, примет?
– Не знаю.
– Вчера Давид Олегович сказал, что открыт для любых предложений и инициатив. У меня есть, что сказать ему.
– Сходи, – отвечаю глухо.
Я начинаю раздражаться. Росс для меня давно другая вселенная. Когда в теории ты знаешь, что она где-то существует, но при этом уверен, что никогда с ней не пересечешься. Тебя не волнует, какие процессы в ней происходят, и есть ли вообще в ней жизнь.
Я смогла разделить нас в своем сознании, и не собираюсь допустить, чтобы его присутствие хоть как-то повлияло на микроклимат МОЕЙ личной вселенной.
Отложив вопрос с договорами на время в сторону, занимаюсь рассылкой резюме и заполняю анкеты на всех сайтах для поиска работы. У меня высшее образование, я коммуникабельна, быстрообучаема и с опытом работы. Уверена, я смогу найти что-нибудь достойное.
– Пф-ф-ф… – выдыхает Александра, заходя в кабинет и бросая папку на свой стол, – Пить хочу.
Я быстро допечатываю примечание к анкете и отправляю заявку. А Саша, присев на угол стола, расстегивает верхнюю пуговицу блузки.
Ей тридцать один, и у нее за плечами не слишком удачные отношения, длившиеся семь лет. Это было странное сожительство практически равнодушных друг к другу людей. Он постоянно искал работу и надолго проваливался в компьютерные игры. Александра работала, строила карьеру и ждала от него кольца, пока год назад ее терпение не закончилось, и она не выгнала его из своего сердца и из своей однушки.
Сейчас она в активном поиске. По пятницам ходит на свидания с мужчинами с сайта знакомств, но пока безрезультатно.
Поэтому я прекрасно понимаю, что она думает и чувствует, глядя на Давида, и не могу ее за это осуждать.
Присосавшись к горлышку пластиковой бутылки, Саша делает несколько больших глотков и затем подушечкой большого пальца стирает с него помаду.
– Странный это Росс. Неприятный…
– Почему?
– Я себя дрессированной мартышкой перед ним чувствовала…
Догадываюсь, что она имеет в виду. Давид умеет заставить человека вывернуться наизнанку ради его одобрительного кивка.
– Ему не понравились твои предложения?
– Я вообще не поняла, Ксюш!.. Он ничего не сказал! Сидел как на заупокойной службе!
– Что, не сказал ни слова? – уточняю, отвлекшись на уведомление от одного из соискателей.
Меня приглашают на собеседование в известный автосалон.
Ого!.. Так быстро?!
– Слушал меня пятнадцать минут, а потом сухо поблагодарил и при мне ответил на входящий звонок!
– Саша, а можно мне уйти на час? Вместо обеда!..
– Куда?
– На собеседование.
– Какое еще собеседование, Ксюх?.. Зачем?
– Я давно собиралась, – говорю полуправду.
– Давно собиралась бросить меня? – надувает губы.
– Я уйду?..
– Иди!
Причесавшись и брызнув на себя духами, я бросаю телефон в сумку и выхожу из кабинета.
Чувствую забравшийся под воротник пиджака колючий озноб, когда нажимаю кнопку вызова лифта. Он дерет кожу осколками и заставляет дрожать.
Короткий мелодичный звонок. Я ступаю внутрь и слышу, как он заходит следом.
– Здравствуй, Ксения, – раздается совсем рядом.
Глава 5
Ксения
– Я не знал, что ты здесь работаешь, – говорит Давид, едва двери лифта закрываются.
Я гляжу в глянцевое отражение самой себя. Плевать вообще.
– Если бы знал, отказался бы от контракта.
– Откажись сейчас.
Вижу боковым зрением, как пытаясь поймать мой взгляд, он склоняет голову набок.
– Сейчас уже поздно. Сейчас мне проще уволить тебя.
– Я сама уволюсь, – выдавливаю через перехвативший горло спазм.
Нажав на стоп-кнопку, он останавливает лифт и переносит вес на одну ногу. Так, чтобы видеть мое лицо. Оно горит, как от пощечин, и мне приходится мобилизовать все свои силы, чтобы не выдать своих эмоций.
Я дышу ровно и глубоко. Радуюсь, не узнав аромат его парфюма. Чем меньше точек соприкосновения с прошлым, тем лучше.
– Как много сотрудников вашей компании знают о нас?
