– Не паникуем. Не кричим. Не деремся. Топить не буду. Отпускать в свободное плаванье – тоже. Но тебе действительно нужно хотя бы пару раз окунуться с головой, чтобы полностью восстановиться. И под полностью я имею в виду не только магическое истощение, но и изуродованную ауру. Не знаю, что с тобой делали в институте…
– Они ни при чем, – вставила поспешно, обмякнув в мужских руках.
– А кто при чем?
Я промолчала. О таком не рассказывают первому встречному. Да и нечего рассказывать, если честно. В приюте для ведьмочек я очнулась уже такой. Наставницы пытались выяснить причину, но детский разум – интересная штука. Он хранит лишь безопасные фрагменты прошлого, и не всегда они настоящие. Сны, смешанные с реальностью. Мечты, наложенные на повседневность. Я не помнила себя до приюта, и это, наверное, к лучшему. Не хочу знать, откуда эти травмы на ауре.
Поняв, что не получит ответ на свой вопрос, василиск перехватил меня поудобнее и зашагал к центру озера. Вцепившись в могучую шею руками и попытавшись поджать ноги, я с ужасом смотрела на подступающую воду. Выше и выше, пока не достигла мужской груди. Мне пока еще было по пояс, поскольку я цеплялась за голову этого экспериментатора, пытаясь забраться на самую макушку.
– Раньше я думал, что фраза «Посадить девушку на шею» имеет фигуральное значение. А нет, некоторые действительно пытаются на ней обосноваться.
– Это целиком и полностью ваша вина!
– Так, ведьмочка, отставить панику.
Меня встряхнули и, уложив на ручки, крепко перехватили, а затем очень медленно и аккуратно погрузили в горячую воду. Пока не с головой.
– Набери в грудь воздуха и зажми носик. Я опущу тебя под воду на секунду и сразу же вытащу.
– Не надо! Я боюсь!
– Ведьмочка, страшно, когда ты не умеешь плавать и лезешь одна. Но я же с тобой!
– От этого еще страшнее! Вдруг все-таки передумаете и притопите нежеланного свидетеля?
– Максимум, что тебе грозит, быть слегка покусанной. Так, все, закрывай носик и вперед. Быстрее начнем, быстрее вернемся к ужину. Там еще торт. Ягодный.
Тортик…
Этот искуситель определенно знал, как переключить внимание девушки. Но на ведьмочек его грязные приемы не действовали! Я все еще отказывалась нырять, даже если этого требовало здоровье. Нет уж, лучше как-нибудь своими силами!
Буль!
Испугаться в моменте не успела, поскольку уже была перепугана ранее. Вода накрыла с головой и тут же отступила, заливая глаза, нос и рот. Зафыркав, я начала судорожно тереть лицо, избавляясь от щекотного пощипывания магических частиц. Только открыла глаза и рот для возмущения, как меня окунули снова. Да он издевается!
Булькнулась. Отфыркалась и…
– Василий! – крикнула возмущенно после третьего раза.
– Вот и все, а ты боялась.
– Угу, только нерва оборвалась, – раздалось с берега недовольное. – Бывший хозяин, сейчас сделаешь мне из нормальной ведьмы – неврастеничку. Мы с ней на мозгоправа не заработаем!
– Йопт, не нагнетай. Все хорошо. Теперь ведьмочка здорова, а аура восстановится за ночь.
– Но нервы-то, нервы… – продолжал негодовать фамильяр, пока я, сложив руки на груди, сверлила василиска недовольным взглядом.
– Да-да, я злой и ужасный антигерой, который обижает маленьких девочек. Зато ты больше не соплюшка. Плавать будешь?
– Нет!
– Ну и ладно, – пожал могучими плечами мужчина и понес на берег, постепенно высушивая нас обоих.
Выскочив на сушу, я поспешно прикрылась полотенцем и отбежала на безопасное расстояние. А то кто знает, как этот зеленоволосый полуголый индивид еще придумает причинить добро. Спасибо, на сегодня хватит приключений. Да и на всю оставшуюся жизнь – тоже.
С учетом посещения южной башни и сердца замка, эта самая жизнь долго не продлится.
– Хозяйка, будешь тортик? – осторожно поинтересовался фамильяр и… извлек из своей безразмерной корзины шедевр.
Нечто воздушное, с горой разноцветных ягод и забавными кругляшками. Красивый-красивый и наверняка вкусный. Приманка! Приманка, как она есть. Но как же хотелось попробовать это кулинарное чудо. Хотя бы раз в жизни узнать, какое оно на вкус. Недостойно благовоспитанной ведьмочки, но за сегодня я нарушила уже такое количество правил…
В общем, да, я сдалась и пошла на поводу у желудка. Заметив слабину, Йоптель расплылся в проказливой улыбке и принялся за нарезку торта. Сначала пополам, а затем одну из половинок еще на две части. Одна из четвертинок была передана на тарелочке Васе, а вторая – мне. Половина же осталась… фамильяру. Плюхнувшись на попу рядом, он схватил торт лапками и утонул мордочкой в начинке.
Некоторое время я наблюдала за процессом поедания с нескрываемым умилением, а затем решилась тоже снять пробу. Зря! Очень-очень зря!
После первого же кусочка поняла, что больше никогда не смогу сидеть на диете. Есть паровую недосоленную пищу и радоваться редким фруктовым пюрешкам в овсянке. Мир разделился на «до» и «после».
Клубника. Малина. Смородина. Ежевика. Голубика.
Я видела эти ягоды только на картинках и на преподавательском столе. Теперь же пробовала сама, мыча от удовольствия. И все равно, что подумает василиск! Мне было просто очень-очень хорошо.
– Вкусненько, – блаженно протянул Йоптель, измазанный кремом.
Я согласно закивала, чувствуя, что сейчас лопну от обжорства. Потом вспомнила, что нам еще подниматься в комнату по многочисленным лестницам и не сдержала отчаянного стона.
– Объелась, хозяйка?
– Это тоже, но в данный момент представила обратный путь. Знаете что, а оставьте меня здесь. Однажды я переварю все съеденное и обязательно выберусь. Но это будет нескоро.
– Хозяйка, у нас завтра практика! Моя первая, между прочим! Соберись!
– Не могу – пузико мешает.
– Ну, хозяйка-а-а.
– Прости, Йоптель, но тебе придется искать новую ведьмочку.
Фамильяр задумчиво почесал в голове, размазывая крем. С ужасом представила, что мне придется его купать, промывая густую шерсть. Затем сушить. Ой, божечки, я так до утра не управлюсь!
– Есть еще вариант. В твоем обжорстве виноват бывший хозяин. Поэтому он, как честный василиск, отнесет тебя в комнату на ручках. Опыт есть. Силы тоже.
Ручки – это хорошо. Замечательно, я бы сказала! И бирюзовый прав, Василий уже носил меня по всему институту. Так чего стоит донести погибающую ведьмочку до комнаты? О том, что погибает эта самая особа исключительно из-за своей жадности, мы тактично промолчим.
– Я бы понес, но кое-кто теперь боится подходить.
– Я не боюсь, а закономерно опасаюсь!
– Трусишка.
– Думайте, как хотите, но жизнь в институте научила осторожности и осмотрительности.
– Здесь так страшно?
– Не страшно, но есть своя специфика. Ведьмы обожают проказничать. Делать всякие гадости друг другу и окружающему миру. Не со зла, а из любви к искусству. Со временем привыкаешь к подобному существованию и стараешься не попасть в очередную ловушку.
– Слушай, меня даже в академии стражей так не мучили, как вас в институте благородных ведьмочек. Уже не говорю про питание, ледяные стены в студенческих башнях и отвратительное поведение старших ведьм.
– Мы привычные. Главное, чтобы не стало хуже.
– Занимательный подход, – покачал головой Василий.
Это он просто не знал, что хуже действительно может быть. Например, за самые большие провинности ведьмочек закрывали в темном подвале. Оттуда они выходили словно постаревшими на несколько лет. За год, конечно, восстанавливались – природная магия брала свое, замедляя процесс увядания. Но все равно – выглядело жутко, очень жутко. Я там не бывала, но после сегодняшних проказ имела все шансы оказаться. Или быть отчисленной. Или побитой. Даже не знаю, что хуже.
– Так, все поели? Отлично. Йоптель, приберись здесь. А мы пошли за портальной бусинкой.
В этот момент я состроила самую несчастную моську, на которую только была способна.
– Ясно. Я пойду, а кое-кто поедет. Только сначала оденется.
Ой…
Платье натягивали в четыре руки. Голову и грудь оно миновало без проблем, а вот в районе животика забуксовало. С чулками и туфлями вышло быстрее, так что десять минут спустя меня уже несли по безлюдным коридорам института, постепенно приближаясь к святая святых – моей комнате.
Удивительно, но пока шли, я даже не замерзла. Обычно в этой части замка продувало сильнее всего. Пару раз, во время непогоды, самых легких ведьмочек даже сдувало. А сейчас – ничего. Я бы даже сказала – тепленько.
Ровный ряд одинаковых дверей, и зловещий шепот в ночи:
– Я стена. Я кирпич. Я плинтус.
Хорошее заклинание. Действенное. Но, как выяснилось, оно работало только на невидимость, а не на звук. Узнала я это, когда не сдержалась и чихнула. Вроде негромко, но эхо отразилось от серых пустых стен и унеслось вдаль. Тут же чья-то любопытная моська высунулась в коридор, завидела шагающие во тьме страусиные ножки и с тихим писком ушла в обморок. Я виновато посмотрела на василиска, а тот лишь тяжело вздохнул, но промолчал. Сгрузил меня рядышком, перенес бессознательное тело на кроватку и прикрыл дверь. Попытался снова взять меня на руки, но я отрицательно покачала головой и указала на ближайшую комнату. Пришли уже как бы.
Шагнув внутрь, зеленоволосый с интересом огляделся. Изначально здесь, как и в коридорах, царила унылая серость. Но подработка позволила немного приукрасить ее пусть дешевыми, но милыми вещами, создавая домашний уют.
По стенам вился растительный узор: на него я убила несколько выходных, но была очень довольна результатом. На окнах висели бежевые занавески с веселыми фиолетовыми цветочками. Из этой же ткани пошила себе наволочки, украсив скучные серые подушки. Но главная моя гордость: полки с книгами. Много-много книг по алхимии, зельям и лекарственным отварам, собранные за десять лет.
Хорошо, что у ведьм было не принято ходить друг к другу в гости. Да и наставницы к нам не заглядывали, пока в башнях царила тишина. А я очень старалась, чтобы у меня всегда было тихо. Ну вот что, скажите, может сделать серая мышка? Ничего опасного! За исключением разных зелий, заготовок и кремов. Все нужное я хранила за одним из книжных стеллажей, где случайно обнаружила подходящую для работы нишу.
– Уютно.
– Спасибо, – отозвалась смущенно и заметалась по комнате, пытаясь вспомнить, куда спрятала портальную бусину.
Я ведь точно носила с собой, в переднике. Куда могла переложить?
– Я чувствую источник портальной магии вон на том стеллаже, – кивнул василиск в нужную сторону, а я еле сдержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу.
Точно! Я же рассматривала плетение. Была у меня дикая мысль создать нечто похожее, но не в виде артефакта, а как зелье. Вот и изучала.
Нырнув в нишу, забрала свое сокровище и попятилась, чтобы вылезти из узкого пространства. Но тут же наткнулась на преграду. Кажется, стенку. Чуть сдвинулась, но ничего не изменилось. Вдобавок на плечи легли руки, а тихий голос поинтересовался:
– Ведьмочка, а это – что?
– Моя лаборатория.
– Алхимическая?
– Ой, а вы разбираетесь?
– Немного. Так ты что, занимаешься алхимией?
– Иногда бывает. Это мое увлечение.
– Забавный выбор для ведьмы, – хмыкнул мужчина и аккуратно вернул меня в комнату.
Я тут же развернулась в его руках, протягивая на раскрытой ладошке заветный артефакт. И уже даже не жалко было его отдавать. После всего-то, что сделал Василий!
– Ну, все, ведьмочка, бывай. Не забудь про условия нашего договора и больше никого не вызывай.
– Не буду. У меня уже есть замечательный фамильяр. И торт.
– Да-да, главное – торт, – улыбнулся мужчина и потрепал меня по макушке. – Береги себя, соплюшка.
– А вы берегите свои лапки, – фыркнула в ответ и покосилась на эти замечательные во всех смыслах чулконожки.
– Обещаю! – торжественно ответил василиск и, забрав бусинку, отошел на безопасное расстояние.
Шепнул нужные координаты и, раскрошив артефакт, растворился в радужном сиянии портала. Минуту спустя о мужчине напоминал лишь легкий фруктовый аромат. Вот и все, приключение закончилось. Здравствуй привычная серая жизнь!
Грустно улыбнувшись, я поплелась купаться, а после упала на подушку и почти мгновенно заснула. Кажется, впервые мне снились цветные сны.
Глава 5
– Хозяйка! Хозя-а-айка-а-а!
Кто-то завывал над головой дурниной, мешая спать. Будь я правильной ведьмочкой, то запустила бы в наглеца проклятием и продолжила приятное дело. Но пришлось ограничиться подушкой, которой я накрыла голову в попытке доспать.
Не вышло.
– Хозяйка-а-а! – проорали мне прямо в ухо, отодвинув спасительный спальный атрибут. – Вставай, иначе мы проспим распределение на практику!
При упоминании практики я подорвалась на месте, случайно скинув Йоптеля. Выругавшись, бирюзовый приземлился на попу и бросил на меня полный осуждения взгляд.
– Прости, – покаялась виновато, а затем глянула на часы. – Йоптель, а чего ты разбудил меня так рано? До начала занятий еще полтора часа.
– А покушать? Нарядиться? Сделать прическу?
