Перейти к содержанию

Истинная декана. Дочь врага. Академия Лоренхейта — книга №4 серии «Академия Лоренхейта»

Автор:

4,9 260+ оценок читателей Рунета
Категория
магические академии
Серия
Академия Лоренхейта · книга №4
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Я дочь предателя. Меня презирают все. Моим куратором назначили декана боевого факультета. Таинственного и опасного Мортена Ругро, чью семью уничтожил мой отец. Каждый раз, когда Ругро смотрит на меня, хочется сбежать. Но он единственная возможность для меня овладеть магией и... узнать о себе гораздо больше. Но что, если отношения между нами окажутся гораздо сложнее? * властный,опасный и мрачный дракон * дочь предателя с опасной тайной в прошлом * сложные отношения * счастливый конец

Читать «Истинная декана. Дочь врага. Академия Лоренхейта» — Адриана Дари онлайн

Страница 2 из 9

– Студент Филис, почему я не удивлена, что вы участник этого безобразия? Как думаете, если я посмотрю ваше расписание, мне придется сообщать, что вы прогуливаете без уважительной причины?

Адреас и его дружки недовольно переглядываются, а я пользуюсь заминкой, чтобы собрать свои вещи. Проходя мимо, этот наглый сноб не упускает возможности остановиться около меня. Его дыхание обжигает мое ухо:

– Не думай, Ройден, что мы закончили наш разговор.

Стараюсь двигаться ровно и плавно, делая вид, что меня это никак не цепляет, но внутренне вся напрягаюсь: еще его мне для счастливой студенческой жизни не хватало! А если еще Риделия снова прицепится с тем, что я имею виды на Адреаса… Можно мне другой факультет?

Дождавшись, пока парни уйдут, госпожа Вудворт поворачивается ко мне:

– А ты что устроила? Только поступила в академию, а уже успела раскидать казенное имущество! – она неодобрительно качает головой, глядя на рассыпанные вещи. – В приличных учебных заведениях принято ответственно относиться к тому, чем тебе позволили пользоваться. Или ты думала, что раз взяли в середине года, то можно пренебрегать правилами?

– Простите, госпожа Вудворт, – опускаю глаза и стараюсь побыстрее собирать вещи, но, как назло, все снова и снова рассыпается. – Я просто не рассчитала силы…

– В академии Лоренхейта все должны рассчитывать свои силы, – строго произносит Вудворт. – Иначе никакой боевой маг из тебя не получится. Иди за мной.

Вслед за комендантшей я поднимаюсь на третий этаж.

Она ведет меня по лестнице, продолжая отчитывать за неопрятность, неумение правильно распределять нагрузку и пренебрежение к форме. В ее голосе звучит профессиональное недовольство, но нет той брезгливости, к которой я привыкла в доме тетки.

– Твоя комната на третьем этаже, пятая по левую руку от входа. Ходить в мужскую часть с девяти вечера до девяти утра строго запрещено. В обратную правило тоже действует! – комендантша останавливается у дубовой двери с чугунной ручкой. – Будешь жить с близняшками с пятого курса. Я буду лично следить за порядком у тебя.

На этом она уходит, а я открываю дверь и оказываюсь в просторной, но очень строго обставленной комнатке. Внутри я вижу двух девушек: блондинку и рыжую. Они удивительно похожи и при этом совершенно разные.

Девушки одновременно поворачиваются при виде меня и прищуриваются:

– Это ты та, что стала главной новостью академии? – спрашивает блондинка.

– Если бы я знала вообще про новости, наверное, я смогла бы рассказать, – старательно удерживая всю свою поклажу, говорю я. – Но я успела увидеть в академии только кабинет ректора, несколько административных зданий и… своего жуткого куратора.

Рыжая подходит и забирает часть вещей.

– Ну вот теперь еще и нас, – с улыбкой отвечает она. – Я Эмма, а это, – девушка указывает на блондинку, – моя сестра Элла.

– Кассандра, – представляюсь я, стараясь не выдать своего волнения.

– Располагайся, – кивает Элла на свободную кровать, пока рыжая сестра опускает мои вещи на комод. – Только учти: терпеть не можем сплетни. Поэтому нам плевать, кто и что там про тебя болтает. Важно, что ты сама из себя представляешь.

Честно говоря, учитывая мои обстоятельства, я безумно этому рада, поэтому благодарно улыбаюсь и пожимаю плечами:

– Скорее всего, большинство из того, что вы обо мне слышали – правда. Про мою семью в первую очередь, – вздыхаю я.

– Но ты же не твой отец и не твоя мать? – многозначительно замечает Эмма.

Качаю головой и начинаю раскладывать вещи. Если бы все это понимали, но, похоже, мне впервые повезло, и достались соседки, которые будут присматриваться, прежде чем решить, стоит ли иметь со мной дело.

– А что ты там говорила про куратора? – спрашивает Элла, забирая волосы в высокий хвост.

– Да, тебя же к кому-то уже определили? Так делают со всеми, кто переводится как минимум с факультета на факультет.

– К профессору… Ругро, – по телу пробегает холодок.

Кажется, что даже упоминание его имени вслух уже пугает.

Сестры синхронно поворачивают ко мне головы и переглядываются.

– К Ругро? – Элла присвистывает. – Да у тебя везение высшего уровня.

– Почему? – напрягаюсь я, хотя и так догадываюсь.

– Он… никого не берет к себе. А с теми, кто все же навязывается, очень… строг, – уклончиво отвечает Эмма.

– Это мягко сказано, – фыркает Элла. – Обычно все студенты быстро сдаются и вообще переводятся на другие факультеты, не выдерживая и месяца.

Какая прелесть. Везет им – у них есть выбор. Сжимаю кулаки: я не сдамся, пусть даже не надеется.

– А вторая половина?

– Становится лучшими боевыми магами выпуска, – пожимает плечами Эмма. – Если выживает.

– Спасибо, обнадежили, – бормочу я, направляясь к двери в ванную с вещами для переодевания.

Облачаюсь в форму, которая садится как влитая, напоминая мне о том, что я все же девушка, у меня есть тонкая талия и даже грудь. Что я девушка, а не предмет для изучения и испытаний.

Со всем остальным решаю разобраться позже. Сначала все дела. И следующее по списку как раз то, что я хотела бы отложить, желательно насовсем. Визит к куратору.

С помощью собственной чуйки и подсказки тех студентов, кто все же снисходит до ответа мне, я добираюсь до корпуса боевого факультета и, заметно запыхавшаяся, стучусь в дверь декана.

Мне не отвечают. Мелькает мысль развернуться и отложить все на “попозже”, но Ругро из тех, кто увидит в этом повод придраться. Поэтому я стучу еще раз. И теперь вместо ответа дверь открывается…

Четко осознаю одно: не хочу заходить. Мне дико страшно, поэтому приходится приложить усилия, чтобы толкнуть дверь и перешагнуть порог.

Под грохот пульса делаю еще два шага внутрь. А потом дверь громко захлопывается, а над ухом звучит знакомый, пробирающий до самых глубин души голос:

– Вы шли слишком долго, студентка Ройден.

Глава 4

Долго? Да я вообще нигде не задерживалась! И он не назначал мне время, чтобы возмущаться.

Но больше всего беспокоит то, что Ругро стоит прямо за моей спиной, так близко, что чуть ли не касается, от чего внутри все замирает. От куратора пахнет грозой и чем-то терпким, древесным. У меня кружится голова, и я теряюсь и краснею, как будто мне не двадцать с хвостиком, а лет тринадцать.

– Прошу прощения, я просто… – еле выдавливаю из себя я.

– Неинтересно, – обрывает Ругро, обходит меня и останавливается около стола, занимающего центральное место в кабинете.

Кабинет просторный, но какой-то… мрачный. Темное дерево, тяжелые шторы, массивная мебель. И повсюду книги: на полках, на столе, даже на подоконнике. А еще оружие на стенах явно не декоративное.

Ругро опирается бедром на столешницу и скрещивает руки на груди. В свете заходящего солнца, лучи которого просачиваются через большие окна, его шрам становится особенно заметен.

– С завтрашнего дня начнутся тренировки. В шесть утра жду вас на полигоне, – равнодушно произносит он.

– Каждый день? – выдыхаю я.

Нет, не потому, что мне тяжело вставать ежедневно рано утром. Просто… Во мне еще теплилась надежда на то, что мне не придется каждый день видеться с Ругро. Но мой куратор, похоже, расценивает мою реакцию по-своему.

– А вы думали, что поступили сюда просто отсидеться? Либо вы работаете, либо я отказываюсь от вас. А сами знаете, тогда ректор Ферст не оставит вас тут, – мрачнеет Ругро.

Знаю, но это не прибавляет мне жажды видеть своего куратора чаще. Особенно когда он смотрит на меня… так.

Так, словно я воплощение всего того, что он ненавидит. В черных глазах вспыхивает что-то обжигающее, прежде чем смениться еще большей яростью. Ругро стискивает челюсти так, что на скулах играют желваки.

– Опоздание на минуту – и вы отрабатываете в два раза дольше, – добивает он.

Я растерянно отступаю, упираясь спиной в дверь. Конечно же, он это замечает, и, кажется, ему это нравится. Ругро делает шаг ко мне, в его глазах плещется такая буря эмоций, что у меня подкашиваются ноги.

– Вам что-то не нравится? – от его тона по коже бегут мурашки.

– Нет, профессор Ругро. Я вас… поняла. Я буду стараться.

Я облизываю пересохшие губы, и взгляд Ругро на мгновение опускается к моему рту. Тут же он отворачивается, возвращаясь к столу и начиная что-то искать на нем.

– Нужно не стараться, студентка Ройден, а делать, – жестко говорит он. – Старания не помогут вам справиться с силой.

Он перекладывает еще несколько документов, словно потерял что-то. Его фигура кажется высеченной из камня: широкие плечи, узкие бедра, длинные ноги. Я по-прежнему не могу двинуться с места, чувствуя, как перехватывает дыхание. Это злит меня – я не должна так реагировать на человека, который меня ненавидит.

– Это ваш студенческий кристалл, – он протягивает мне артефакт со светящимся красным камнем. – Он нужен для всего: чтобы попасть самостоятельно в комнату, чтобы питаться в столовой, чтобы пользоваться библиотекой.

– Но… Я же сейчас ходила без него… – произношу вслух свои размышления.

– Вы были с распоряжением ректора. А с вашим кристаллом мне нужно было поработать, – отвечает он.

Надо же… Даже снизошел до объяснений.

Забираю кристалл и чувствую, как он едва заметно вибрирует в ладони. Но оказывается, что это не все, что Ругро собирался мне отдать.

– Вот список литературы, с которой вам нужно ознакомиться до конца недели, – в мою руку ложится свиток, он едва не выпадает, но при этом разворачивается, а у меня пальцы немеют от шока.

Да там около тридцати книг! Да, штук пять из них я читала, но это не сильно облегчает мою участь.

– Но это…

– Подумайте, хотите ли высказать то, что собираетесь?

– Я справлюсь, – сжав челюсти, бормочу я.

Хочет сломать сразу же? Меня прошлое не сломало. А уж тут… Посмотрим.

– Идите, Ройден, ужин в академии по расписанию. Постарайтесь не остаться голодной, – он взмахивает рукой, и дверь распахивается, пихая меня в спину так, что я чуть не падаю.

Намек понят, профессор. Я сжимаю в руке кристалл, запихиваю свиток во внутренний карман пиджака и, стараясь не переходить на бег, покидаю кабинет.

Сердце колотится как ненормальное. Как будто побывала в клетке опасного хищника. Хотя, наверное, так оно и есть. Стоит мне допустить хоть малейшую ошибку – и Ругро меня съест.

Я выхожу к тому самому фонтану, у которого куратор рассказывал мне о расположении корпусов, и стараюсь вспомнить его указания. Впрочем, это оказывается и не нужно, потому что со всех сторон по дорожкам, словно ручейки, студенты стекаются в одну сторону. Если применить логику и сложить два и два, то понятно, что идут они на ужин. Значит, и мне туда надо!

Столовая представляет собой длинное одноэтажное здание с большими окнами и широкими распашными дверями. Оно служит как бы “соединяющим” между двумя корпусами, и в него, похоже, можно как-то попасть не с улицы.

Но сейчас весна, и такая шикарная погода, что просто хочется прогуляться и подышать свежим воздухом. А в моем случае – еще и отдышаться после встречи с куратором.

– Ты где это недоразумение нашла-то? – слышу я знакомый голос, и тут же возникает желание поморщиться.

Подхожу ближе и понимаю, что не ошиблась: Риделия собственной персоной. Со своим фамильяром совой, сидящей на плече.

– На что вообще твоя мелочь может быть способна? Разве что подкормить моего Клауса, – кузина с чувством собственного превосходства стоит над девчонкой, которая сидит на земле и прижимает что-то к груди.

То, что это не “что-то”, а “кто-то”, я понимаю, когда маленький мышонок вырывается из ее рук и прыгает в траву. Сова тут же взмахивает крыльями и срывается к малышу.

В голове словно загорается, да так ярко, что затмевает мысли о том, что мне не стоит ввязываться ни в какие стычки. Я кидаю обездвиживающее плетение в птицу, а сама бросаюсь вперед, чтобы закрыть мышонка.

Глава 5

Сова падает камнем на землю, Риделия визжит, а я аккуратно сжимаю в руках трясущегося мышонка, который крошечными глазками-бусинками смотрит на меня. Ну что за прелесть? Как его можно обижать?

Как можно вообще не ценить фамильяров, хоть своих, хоть чужих? Эти создания Эфира такие замечательные! Каждое – уникально. И маги должны радоваться, что их кто-то из фамильяров выбирает, кем бы он ни был.

– Мой Клаус! – верещит Риделия. – Ты убила моего Клауса!

Я хмуро смотрю на нее, качая головой:

– Он всего лишь обездвижен, Риделия, перестань визжать, – огрызаюсь на нее. – Просто сними с него плетение.

В глазах моей кузины мелькает растерянность. Неужели… не знает? Это же простейшее из того, что применяют для самозащиты! Оно даже не боевое!

Не хочется с ней связываться, поэтому, закатив глаза, небрежно снимаю с совы плетение, и она тут же, встрепенувшись, взлетает и, сделав небольшой круг, возвращается к Риделии.

– Ты… Ты покушалась на моего фамильяра! – делает театрально несчастный вид кузина и хватается за сердце. – Я знала… Знала, что ты такая же злодейка, как твой отец!

Вижу, как Риделия выжимает слезы, чтобы найти сочувствующих в толпе. Только вот почему-то все забывают, что мое плетение сове навредить бы не смогло, а вот она мышонку – запросто. Сражения фамильяров почти всегда жестокие и претят самой их природе.

– Мне стыдно и… страшно, что ты моя сестра, – Риделия громко всхлипывает и под сочувствующие перешептывания студентов уходит в столовую.

Я провожаю всех взглядом, так и не поднявшись с земли. Потому что бедный мышонок только-только перестал дрожать.

– Отдай мне Пики, – раздается рядом голосок.

Поворачиваюсь и вижу, как девчонка, над которой издевалась Риделия, теперь, поджав губы, смотрит на меня.

– Отдай мне Пики, – повторяет она и поправляет очки на носу.