Тёмный кирпич, провалившаяся крыша, пустые глазницы окон. Плющ обвивал колонны у входа – когда-то, видимо, парадного. Здание выглядело так, будто его бросили лет сто пятьдесят назад, и с тех пор сюда не ступала нога человека.
– Ну, деревенские рассказывали. Мол, лучше сюда не соваться… По ночам особенно… Знаете, барин, много в ваших землях таких мест… Опасных, – промямлил Степан, и тут я понял, что врать слуга совсем не умеет.
Пугало его это место, вот и не хотел идти, а признаться не мог. Да и устал человек от долгого хождения по лесу, прекрасно его понимаю. И в этот раз даже не стану осуждать.
– Что ж, пойдём посмотрим, что тебе там рассказывали. В очередной раз, – улыбнулся я и направился прямиком к колоннам, где когда-то был вход.
Повезло, что тень от деревьев не затмевала лунный свет и он хорошо освещал именно переднюю часть здания.
– Кажется там надпись какая-то была, – Степан указал туда, где рос плющ – прямо над колоннами.
– А ты глазастый, – похвалил я его.
Но отсюда было не рассмотреть. Поэтому я залез на одну из полуразрушенных колонн, и мой взгляд оказался на уровне старой надписи.
Местами буквы покрыты растительностью, но общий смысл я понять смог.
– Лечебница “Тихие дубравы”, – прочитал я. – А почему закрылась?
Ответа не последовало. Я обернулся, но не увидел Степана. Вот это чудеса! И кто его на этот раз забрал?
– Степан! – громко позвал я, спускаясь с колонны.
Тишина. Сперва я осмотрелся и прислушался. Но вокруг был сплошной лес и звуки его жизни. Ничего постороннего.
– Степан! Ты где? – повторил я и, кажется, спугнул с дерева какую-то птицу.
– Здесь я, барин! – раздалось от одного из провалов окон. – Я тут что-то интересное нашел.
Вот интриган. А ведь сперва ещё идти не хотел.
Я подошёл к большому проёму от окна, из которого выглядывал довольный Степан.
– Ну, рассказывай, – сказал я, поскольку своим взглядом не видел совершенно ничего интересного. Сплошной грязный пол и камни. Ну и растения меж них росли.
– Валериана, – определил Степан. – Только больно уж здоровая. Обычно она по колено, а тут – в рост человека.
Сперва я не понял, почему Степана так удивило это растение. Пробрался к нему прямо через оконный проём, здесь было невысоко.
Запах ударил в нос раньше, чем я увидел растение. Сладковатый, терпкий.
Кусты заполонили весь угол помещения. Выпирающие наверх корни были толщиной в руку.
– Нервы лечит, сон даёт, – добавил слуга. – В лечебнице такое добро очень даже пригодилось бы. Может, им и продать можно.
– И сколько выручим?
– Ну, за пучок сушёного корня в аптеке копеек сорок дают. Может, полтинник, если поторговаться. Только тут же сперва выкопать надо, потом высушить, почистить… А в аптеку это в город ехать надо, – почесал затылок слуга.
И тут я понял, что от этого куста будет больше мороки, чем выгоды, если его и правда продавать.
– Можно деревенских попросить продать. Раз в месяц в город телегу запрягают, – сказал Степан и зевнул. Он уже явно не боялся этого места.
Я начал кое-что подозревать. И чтобы проверить свои догадки, приблизился к кусту. Положил на него руку.
По пальцам разлилось тепло. Знакомое ощущение: как тогда, с дубом. Только в этот раз я почувствовал кое-что ещё.
Спокойствие. Глубокое, обволакивающее. Будто все тревоги последних дней – налоги, долги, незнакомый мир – отступили куда-то на задний план. Мышцы расслабились, дыхание замедлилось. Захотелось сесть прямо здесь, прислониться к стене и закрыть глаза.
Я отдёрнул руку.
– Степан, выйди-ка на свежий воздух, – велел я.
Степан не стал спорить. Вылез через оконный проём, и через минуту я у него спросил:
– Ну что, больше спать не хочется?
– Нет. Барин, может уже к поместью пойдём? Что-то не нравится мне в этом месте…
Поразительный эффект! Валериана не просто росла здесь, а распространяла свои свойства вокруг себя. Где-то на десять метров вокруг. Даже я зевать начал.
Нет, этот куст выкапывать нельзя. Он ещё пригодится для моего глобального плана по превращению этого места в одно из самых популярных во всей Российской империи!
Конечно, путь этот будет нелёгким и небыстрым. Но учитывая всё, что сегодня увидел, был полностью уверен в своей идее. Не просто так здесь раньше располагалась лечебница. Только вот её я восстанавливать не собираюсь, не совсем мой профиль. Вместо неё я построю на этих землях кое-что более интересное.
Уже не терпится начать составлять смету. Правда, для этого придётся хорошо разобраться в расценках этого мира. Но ничего, задача сложная, но интересная.
– Пойдём, Степан, – вылез я из заброшенного здания.
На моём лице сияла такая широкая улыбка, что слуга даже смутился.
Отсюда Степан уже знал, как добраться до поместья: здесь было недалеко. А я всю дорогу размышлял, как реализовать свою идею.
По приходу домой слуга отправился спать. Хотя он ещё порывался приготовить мне ужин, но я наотрез отказался. Человек и так устал.
Прилёг на кровать, но сон не шёл. В голове продолжали вертеться идеи, и постепенно формировался бизнес-план. Мысленно уже представлял, что смогу отстроить то разрушенное здание. Рассказать о его пользе миру через газеты…
Но это всё было не так важно, как полное отсутствие денег на реализацию идеи. В моём прошлом мире в таких случаях составляли красивую презентацию и шли искать инвесторов.
Этот вариант здесь крайне… спорный. Я в этом мире пока никого не знаю, и никакой репутации у бастарда захудалого рода тоже нет. Как и знатных поручителей, которые могли бы гарантировать мою добросовестность.
А когда обрасту связями, поздно уж будет. Долг надо максимум через год отдавать.
Значит, стоит рассмотреть альтернативный вариант. Восстановление здания своими средствами. Крестьян подрядить? Не выйдет, они же вольные люди, и им тоже нужно что-то взамен. Обещать освобождение от налогов – слишком малая цена за такую работу, а больше я ничего предложить не могу.
Что ещё остаётся? Казалось бы, ничего… Если бы у меня не было магии.
Мысль о том, что силы друида могут мне помочь реализовать бизнес-план, зарядили таким энтузиазмом, что я аж поднялся с кровати. И отправился к библиотеке, о которой говорил Валерьян.
Она располагалась на втором этаже. Я еле-еле нашёл, как здесь включается свет.
Передо мной открылось просторное, пыльное помещение. У стен стояли стеллажи, заставленные книгами. Большинство корешков выцвели настолько, что названий было не разобрать. Пахло старой бумагой.
Я провёл пальцем по полке – на коже остался толстый слой пыли. Сюда явно не заглядывали годами. Может, даже десятилетиями.
Начал с ближайшего стеллажа. «Земледелие в северных губерниях», «Охота на пернатую дичь», «Домострой»… Ничего полезного. Обычная дворянская библиотека, собранная для вида.
Второй стеллаж оказался интереснее. «Травник Поволжья», «Лечебные свойства минеральных вод», «О природе аномальных явлений». Уже теплее.
Но того, что мне нужно – книг о друидах, о родовой магии – не было. Странно. Валерьян говорил, что здесь найду всё необходимое. Неужели соврал? Хотя, зная его, вполне себе мог.
Однако, с другой стороны, ему же самому нужно, чтобы я набрался сил и смог защитить этот лес.
Я уже собирался уходить, когда взгляд зацепился за странность. На одной из полок книги стояли слишком плотно, а не вразнобой и криво-косо, как на остальных.
Отодвинул тяжёлые тома «Истории Государства Российского» – и обнаружил за ними тонкую книжицу в потёртом кожаном переплёте. Без названия на корешке.
Открыл первую страницу.
«Наставления для юных друидов рода Дубровских. Составлено Валерьяном Николаевичем Дубровским».
Вот это удача! Я аккуратно перелистнул пожелтевшие страницы. Почерк был старинный, с завитушками, но разборчивый.
«Первое, что должен усвоить друид – это дыхание леса. Сядь на землю, прислонись спиной к дереву и закрой глаза. Почувствуй, как сок течёт по стволу. Как корни тянут воду из земли. Как листья ловят солнечный свет…»
Дальше шли подробные описания упражнений. Как ощущать деревья на расстоянии. Как направлять в них силу. Как черпать энергию из леса, не причиняя ему вреда.
«Связь друида с лесом подобна связи сердца с телом. Чем крепче связь, тем сильнее друид. Начинающий чувствует лишь ближайшие деревья. Мастер ощущает каждый куст, каждую травинку на своей земле».
Я листал страницу за страницей, впитывая информацию. Здесь было всё: от простейших техник до сложных ритуалов. Исцеление растений, ускорение роста, защитные барьеры, даже – я присвистнул – управление погодой в пределах своей территории.
Но больше всего меня заинтересовал раздел «О развитии внутреннего источника».
Дальше описывалась методика. Простая, в общем-то. Сесть удобно, закрыть глаза, сосредоточиться на ощущении тепла внутри груди. Там, где бьётся «второе сердце» – магическое. И медленно, осторожно расширять это тепло. Как мышцу качаешь, понемногу, но регулярно.
Я отложил книгу и сел на пыльный диван у окна. Закрыл глаза.
Сперва ничего не почувствовал. Только собственное дыхание и стук сердца. Обычного, не магического.
Но потом… Что-то шевельнулось в груди. Слабое, едва ощутимое тепло. То самое, что я чувствовал, когда успокоил волка.
Сосредоточился на нём. Попытался представить, как тепло расширяется, заполняет грудную клетку…
И ничего.
Попробовал ещё раз. И ещё. Но тоже безрезультатно.
Однако сдаваться я не собирался, и на следующий раз тепло отозвалось в груди. Будто внутри меня что-то дрогнуло. Затем начало разгораться ярче…
Но продолжить я не успел. За окном раздался странный звук, похожий на треск.
Поэтому я встал и подошёл к нему. Стекло всё было в пыли и разводах – настолько, что не разглядеть, что творится снаружи. Пришлось его открывать – защёлка поддалась не без усилий.
Во дворе всё было спокойно, а вот за ограждением слышалось шуршание кустов и чьи-то стоны. Похоже, что там человек.
Я выскочил из библиотеки и забежал в свою спальню за ружьём, которое мне уже за эти дни родным стало. Несмотря на то, что я его пока не использовал.
Стоны доносились из-за старого орешника, что рос у самой кромки леса, совсем неподалёку от моего поместья. Я раздвинул ветви и увидел источник звука.
На земле лежала девушка. Молодая, лет двадцати на вид. Русые волосы растрепались, довольно дорогое платье перепачкано землёй и кровью.
Её нога была зажата в капкане – том самом, с железными зубьями, что ставят на крупного зверя.
Откуда он тут взялся? Я же запретил охотиться! Хотя, возможно, охотники просто забыли убрать.
– Тихо-тихо, – я подошёл и опустился рядом с ней на колени. – Сейчас вытащу.
Девушка подняла на меня испуганные глаза. Хотела что-то сказать, но вместо слов из горла вырвался только хрип. Она была очень напугана.
– Молчи, – велел я, осматривая капкан. Зубья вошли глубоко, кровь уже пропитала ткань платья. – Будет больно.
Уже доводилось видеть такое, когда ходил на охоту с нашим губернатором. Да, после того случая с рабочими мы с ним всё-таки подружились.
Тогда на охоте один из новичков – у парня всего год как был свой бизнес, хоть и довольно успешный – угодил в такой же старый капкан. Мы тогда в Сибирь ездили на охоту, и там до сих пор такие использовали. Там и насмотрелся, как спасатели этого дуралея из капкана вытаскивают.
Я нажал на пружину. Старый механизм поддавался с трудом. Ржавый, зараза.
Девушка застонала сквозь стиснутые зубы, но не закричала.
Наконец капкан раскрылся. Я осторожно высвободил её ногу. Рана выглядела скверно, но кость вроде цела.
И тут я услышал громкие мужские голоса:
– Сюда побежала! Я видел!
– Далеко не уйдёт!
Так, дело плохо. Не знаю, кто это, но ничего хорошего ждать точно не стоит.
– Идти можешь? – быстро спросил я.
Она попыталась встать и тут же осела обратно. Нога не держала.
Времени на раздумья не было. Я сунул ружьё под куст, чтобы забрать потом, подхватил девушку на руки и рванул к поместью.
– Вон там кто-то! – раздалось совсем близко.
Я прибавил ходу. Тело было слабым, дыхание сбивалось уже через десяток шагов, но я заставлял себя бежать. Со всех ног вбежал во двор.
