Катя Водянова
Последняя ведьма. Младшая сестра
Глава 1
За двенадцать лет до знакомства Гаспара и Мег
После того, как бандитская пуля прошла рядом с его сердцем, Джефу Саммерсу предложили два варианта: уйти на почетную пенсию или переехать из столицы в тихое местечко на севере.
Пенсия показалась ему слишком позорным исходом, пусть возраст уже и поджимал. Да и что делать на ней, этой пенсии? Семьей он так и не обзавелся, к рыбалке не пристрастился, как и к садоводству, а просиживать штаны в охране какого-нибудь магазинчика – так себе завершение карьеры. Поэтому Джеф выбрал переезд.
Впрочем, уже на месте понял свою ошибку. Должность шерифа в Черном Ручье мало чем отличалась от того же сторожа на складе. Жителей в городке было мало, почти все друг друга знали, последнее зафиксированное преступление произошло три года назад: соседи подрались из-за неправильно припаркованной машины.
Тишина, благодать и бесконечная тоска.
Первые дни Джеф радовался здешней размеренной жизни и радушным жителям, потом начал подозревать неладное, а после месяца жизни в Черном Ручье хотел лезть на стену. Здесь не происходило ровным счетом ничего, дни не отличались друг от друга, а должность шерифа была чистой формальностью. Да, с ним по-прежнему приветливо здоровались, наведывались в гости с угощениями, интересовались делами и здоровьем, но все это уже вязло на зубах и казалось фальшивым. Весь этот городок казался ненастоящим, как одна большая декорация к театральной постановке. Впрочем, рационально объяснить свои чувства Джеф не мог.
Его помощник, Тимоти Гриффин, вовсе не пытался изображать работу. Просто сидел целыми днями в офисе и бубнил фразы на галлийском. Хвастался, что купил себе аудио курс и совсем скоро разучит язык, чтобы покорять иностранных красоток. Пока же галлийский ему не давался. Даже Джеф успел разучить добрый десяток фраз, а Тимми не мог повторить ни одной.
Джеф как раз собирался пошутить на эту тему, как в дверь в офис распахнулась, и в нее ворвалась безумного вида женщина. Ее длинные светлые волосы растрепались, клетчатая рубашка перекосилась на бок, а глаза метали молнии. Хуже того, на руках она держала ревущего малыша. В детях Джеф не разбирался, но этот казался не совсем младенцем. По крайней мере голову он держал, да и голосил будь здоров.
– Вы должны мне помочь! – рявкнула на него женщина. – Моя дочь пропала!
– А это кто у вас на руках? – сочувствующе поинтересовался Гриффин.
– Вы идиот? – еще больше разозлилась она. – Это мой внук!
Джеф мысленно присвистнул. На бабушку женщина никак не тянула, разве что у них в семье принято рожать лет в шестнадцать. Впрочем, это не его дело обсуждать чужие привычки.
– Оскорбление помощника шерифа при исполнении – до пяти суток ареста, – продолжил Тимми.
– Гриффин, проверьте, все ли в порядке с машиной, – резковато ответил шериф. Хороши же защитники закона, если отправляют за решетку женщину, пришедшую за помощью. – Мне кажется, там сработала сигнализация.
– Я ничего не слышу, – обиженно произнес он и почесал конопатый нос. – Этот мелкий так орет, будто его неделю не кормили.
Замолчавший было малыш в самом деле зашелся в новом приступе крика, а женщина снова затрясла его в попытках успокоить. Казалось, она и сама готова была разрыдаться от отчаяния.
– Присаживайтесь, – пригласил Джеф, – и расскажите все по порядку.
Женщина послушалась его и устроилась на стуле. А малыш внезапно уставился на карандаши, стоявшие в стакане, и ненадолго замолчал.
– Меня зовут Флоренс Элмор, я живу в Блэрсингтоне, в ста милях отсюда. Три дня назад ко мне заехала моя дочь, оставила своего сына, то есть Макса, – малыш напрягся, услышав свое имя, но от карандашей не отвлекся, старательно таскал их из стакана и бросал на стол, – попросила приглядеть за ним пару часов и исчезла.
– Вы не общались до этого? – поинтересовался Джеф.
– Мы созванивались, но последние два года все реже, Конни ссылалась на то, что слишком занята в колледже. Потом рассказывала о своей летней практике на раскопках. Она у меня историк, еще в школе выигрывала олимпиады.
В ее голос на мгновения прорезались нотки гордости и умиления, так что Джеф даже не стал задавать наводящих вопросов. Почему не виделись? Наверняка Флоренс так радовалась за дочь, что не хотела мешать ей чрезмерной опекой.
– Я даже не знала, что у нее ребенок. Она всегда была такой тихой и милой, думала, у нее и парня-то нет. А тут…
– А вы уверены, что это ее ребенок?
Флоренс кивнула.
– Макс – маленькая копия Конни, только темненькая. Возможно, с возрастом он и станет похож на отца… Знать бы еще, кто он.
– Миссис, давайте ближе к делу, – Тимми шмыгнул носом и подался ближе к женщине. – У меня сейчас кровь из ушей потечет от крика. Какими ветрами вас занесло в Черный Ручей?
Она обожгла его взглядом, затем вытащила из сумки кружку-непроливайку, сняла с нее крышку и дала малышу. Тот с энтузиазмом ухватился за пластиковые ручки и начал пить, а Фло вернулась к рассказу.
– Конни пришла ко мне поздним вечером, с одной сумкой в руках. Уже потом я поняла, что в той лежали только вещи Макса. Она рассказала, что хочет немного перевести дух перед началом учебы. Говорила, что влюбилась без памяти, и теперь должна кое-что сделать для их отношений, обещала позвать на свадьбу. Я была в шоке и не стала наседать с расспросами. Конни попросила приглядеть недолго за Максом, а сама просто исчезла, оставив мне записку с просьбой позаботиться о нем.
– Все же почему вы думаете, что ваша дочь здесь? – Джеф повторил вопрос Тимми.
– Нашла вот это, – Фло зарылась в сумку и вытащила оттуда помятый чек.
В том действительно был адрес одного из магазинчиков Черного Ручья. Но непутевая девчонка могла случайно в тот завернуть, а то и вовсе прихватить вместе с чужими вещами. Джеф очень долго работал в полиции и успел навидаться всякого.
– Еще Конни всегда интересовалась историей магии, – продолжила Фло. – Я уверена, что сейчас она у Мункаслов, но со мной ведьмы отказались общаться. Вас не пошлют так просто. Прошу, помогите мне, просто дайте разок поговорить с Конни, уверена, что смогу убедить ее уйти от них. Ведь нельзя же взять и бросить своего ребенка.
– Но она типо так и сделала, – снова влез Тимми.
Флоренс вздрогнула, но не разрыдалась, только до крови прикусила нижнюю губу.
– Ее заставили.
– А мы что сможем сделать? Это же Мункаслы!
Последнее слово он произнес трагическим шепотом, отчего Джеф едва подавил желание прикрыть глаза рукой, но внезапно его опередила Фло:
– А вы же представители закона, – она с такой точностью спародировала интонации Тимми, что Джеф с трудом сдержал ухмылку. – Юноша, мне сорок семь…
Ого! А казалось, что не многим больше тридцати. Все же она отлично выглядела для своих лет, и энергией искрилась, как молодая девчонка.
– … в которые я рассчитывала тихо работать и копить на пенсию. Развела неплохой сад и вырастила отличный урожай тыкв. И вот мне на голову свалился неожиданный внук, с которым я понятия не имею, что делать, моя дочь пропала в ведьмовском ковене, а вся жизнь пошла кувырком. Если вы думаете, что я это просто так оставлю – вы глубоко ошибаетесь!
– Никто в Черном Ручье не связывается с Мункаслами! Их даже инквизиция не трогает! – Тимми побледнел и отшатнулся от нее, а Джеф сделал пометки в блокнот и размял шею.
Что ж, он сам жаловался на скуку, вот и дело нашлось. Пусть и мутное, все же ведьмы те еще твари, но все же дело.
– Мы разберемся, – произнес Джеф. – Где вы остановились?
– В вашем единственном отеле, не ошибетесь.
Она коротко кивнула ему, подхватила малыша и встала.
– Буду ждать новостей. Вы моя последняя надежда.
Глава 2
Мункаслы жили уединенно, на самой окраине городка. Раньше у Джефа не было повода наведаться к ним, все же богатая, благополучная семья. А что поговаривают, будто ведьмы, так о ком же не сплетничают?
На островах Сен-Гринда, где ему довелось служить, колдовства хватало. Но легкого, ненавязчиво, прочно вплетенного в жизнь. Половина его сослуживцев носили с собой амулеты, другая – читала заговоры на удачу перед выездом. Еще при их подразделении числилась своя собственная ведьма, призванная защитить бойцов от злых чар. Плохо, что и у бандитов ведьмы имелись тоже. Так что с тех пор их сестринство Джеф недолюбливал, но и не особенно опасался. Хороший амулет защитит от магии, вот с пулями все куда сложнее.
И все равно к особняку Мункаслов он подъезжал, снедаемый тревогой. Хотя на первый взгляд – отличное местечко. Район тихий, рядом – лес и горы, а еще перед особняком рос прекрасный сад. Джеф и отсюда видел налитые темные яблоки, которые уродили так щедро, что оттягивали ветки несчастных деревьев.
Кованная ограда позволяла рассмотреть все это великолепие, а еще – почувствовать странный сладковатый запах. Совсем не такой, который источали обычные прелые яблоки. По правде сказать, никаких испорченных плодов в траве и не было, только красивые и налитые, висевшие на ветвях.
Джеф не удержался, сошел с дорожки и направился к ближайшему дереву, чтобы сорвать с него яблоко. Уже протянул руку, затем остановился и перевел взгляд. Определенно у дороги росли только блеклые и маленькие плоды, вот глубже в саду…
Он шел и шел, рассматривая яблони, чтобы выбрать самую-самую, пока не услышал чей-то смешок прямо над ухом. Джеф замер и почувствовал, как развеивается морок. Что он в самом деле? Яблоки все одинаковы, а он не мальчишка, чтобы резвиться в чужом саду. Вначале дело.
Но тревога все равно грызла, поэтому Джеф поднял глаза и заметил девочку, сидящую на ветке. На ней было надето нелепое черное платье, порванное по шву, а волосы ей собрали в кривой, съехавший на бок хвост. Из-за всего этого она казалась оборванцем, да и глядела тяжело, совсем не как обычные, обласканные родительской любовью девочки.
– Привет, – поздоровался Джеф. – Ты не потерялась?
– Это мой сад, – ответила она и поболтала ногами.
– Да ну? Насколько знаю, он принадлежит Мункаслам.
– Ага, – легко согласилась девочка, затем вдруг отклонилась назад, повисла на коленях и спрыгнула на землю. Настолько легко и непринужденно, будто проделывала этот трюк множество раз.
Но Джеф все равно успел дернуться к ней, чтобы поймать, чем развеселил девчонку еще больше. Теперь она стояла в стороне и ухмылялась.
– И чего приперся? – бесцеремонно спросила она.
– Хочу поговорить с кем-то из хозяев, – ответил Джеф.
– Паршивая идея, – девчонка сорвала травинку и запихнула ее в рот, не иначе как для солидности. – Матушка и тетки терпеть не могут незваных гостей. Лучше убирайся отсюда куда подальше, пока можешь.
– Я вообще-то шериф.
На это девчонка выразительно закатила глаза и скрестила руки на груди. Заметно было, как она пытается казаться взрослой, ради того и выжимает из себя все эти жесты. Наверное, не стоило тратить на нее время, но Джеф почему-то стоял и не уходил.
Особняк, конечно, шикарный, но ничто не намекало, что здесь живут дети. Нет дома на дереве, нигде не стоят велосипед или ролики, даже простенькие качели не привязаны к толстой ветке. Да и выглядела девчонка не слишком ухоженной. Она и умывалась-то в последний раз, кажется, не на этой неделе.
– Жетоном теток не остановить, – вздохнула она.
– Так говоришь, будто там банда.
– Хуже – ковен.
– А ты как там выживаешь? – с иронией спросил Джеф, на что девчонка тяжело вздохнула.
– Я там самая сильная.
– Ведьма?
– Не веришь? Давай погадаю.
Девчонка требовательно протянула руку, а Джеф, чувствуя себя полным идиотом, протянул ей свою ладонью вверх. Его рука по сравнению с крохотной ручкой девочки казалась просто огромной и грубой, но та держала ее и беззвучно шевелила губами, и Джеф мог поклясться, что от ее пальцев расползаются лиловые искры.
– Вижу дом, – ответила она с интонациями ярмарочной гадалки. – И гортензии, будут расти прямо перед ним, и еще какие-то цветы оплетут веранду.
Джеф едва удержался от того, чтобы хмыкнуть. Вокруг его дома пока что росла только крапива, и та на редкость чахлая. Но на гортензиях девчонка не успокоилась и продолжила рассказ.
– У тебя будет сын, и дочь… Или нет, с ней как-то не понятно. Она старше, и то появляется, то исчезает. Зато с женой вы будете жить долго, душа в душу.
– В домике с гортензиями?
Малявка серьезно кивнула, а Джеф постарался не рассмеяться. Еще бы наследство и принцессу ему нагадала!
В душе он, конечно, еще ого-го, но надо признать, что годы берут свое и семья у него вряд ли появится. Джеф даже не представлял себя в роли отца и мужа. Который приходит домой прямо к накрытому ужину, расспрашивает всех о самочувствии, целует жену, а потом идет играть с детьми в мяч или проверять уроки.
– А веселого лабрадора там нет? – с иронией спросил он, на что девчонка поджала губы.
– Я не ошибаюсь в предсказаниях. Никаких собак и кошек. Только ты, жена и сын. С девочкой как-то непонятно, будто она живет с вами не все время. Но это уже сам разберешься.
– Хорошо, – легко согласился Джеф.
Затем постучал по карманам, разыскивая в них мелочь, услышал звон, запустил руку в карман и вытащил оттуда плеер. Тот он непрофессионально отобрал у Тимми, когда от галийских завываний этого придурка начало закладывать уши. А еще бесило то, что Джеф искал информацию о Мункаслах, обзванивал знакомых жителей городка, а помощничек все тянул гласные.
Зато сейчас Джеф понял свой просчет. Девчонка так жадно всматривалась в плеер, что убрать его обратно в карман казалось жутко неправильным. Вместе с тем отдавать чужую вещь незнакомому ребенку – такой себе поступок.
– Это моего помощника, – заметил Джеф, хотя и не должен был оправдываться перед девчонкой. – Учит с его помощью галийский.
– Не выучит.
Вот здесь она попала в точку. Успехов Тимми не делал, на следующий день забывая все, что вызубрил за прошлый. Похоже, языки ему не давались, впрочем, как и все остальное. Его и на место помощника шерифа определили как на самое тихое и безопасное во всем Черном Ручье.
– Ему вообще… – начала она, затем замолчала и поежилась. – Ладно, не будем. Осторожнее там, в доме. Мункаслы – те еще монстры.
– Это же твоя семья, – удивился Джеф.
– Потому и предупреждаю. Кстати, я Мег, – произнесла она и протянула ему руку, как взрослая.
– Джеф Саммерс, – он не удержался и пожал маленькую ладошку.
Яблоко он так и не сорвал. После разговора с Мег их почему-то расхотелось, поэтому Джеф отправился прямиком в особняк.
Дверь отворилась прямо перед его носом. За ней никого не оказалось. Только пустой холл, заставленный десятками, а то и сотнями свечей.
– Пожарной охраны на вас нет, – пробурчал Джеф и уже громче добавил: – Шериф Саммерс. Мне нужно поговорить с хозяевами дома!
За его спиной раздался явственный смешок, затем захлопнулась дверь, отрезая его от сада и солнечного света. Здесь, за стенами особняка, было куда холоднее и темнее, чем снаружи. Казалось, тьма сама собиралась внутри и клубилась, точно в фильмах ужасов.
Ведьмы любили такие фокусы. Чуть сгустить тени, надавить на чувство тревоги, добавить потусторонних шепотков. Еще бы запах какой не помешал, сырой земли или прелых яблок. Почему-то именно эти они любили больше всего.
