– Миланка Николич, она год назад приехала из Сербии, – объяснил Пряников.
– Адрес, – нетерпеливо прорычал Зотов.
– Госпожа Николич живет на Васильевском острове. Я вам запишу.
Пряников опрометью бросился к своему столу и торопливо набросал несколько строк на первом попавшемся листе, затем протянул листок Зотову.
– Вот.
– Едем, Александр Васильевич, – кивнул мне Зотов и первым направился к выходу из кабинета.
Я пошел за ним. Закрывая за собой дверь, я обернулся.
Лицо Пряникова светилось счастьем.
***
– Пряников нас обманул, – сказал я Зотову, когда мы ехали на Васильевский остров.
– В чем именно? – поинтересовался Никита Михайлович, не отрывая взгляд от дороги.
– Не знаю, – усмехнулся я, – но он врал, это совершенно точно.
– Разберемся, – решительно кивнул Никита Михайлович. – Никуда этот Пряников от нас не денется. Я уверен, что про любовницу Аладушкина он не соврал, и мы в любом случае должны ее допросить. Надо же, чиновник Министерства иностранных дел крутит романы с иностранной гражданкой!
– Ну и что? – удивился я. – Аладушкин занимался связями с Пруссией, а Миланка Николич приехала из Сербии. Какая тут связь?
Зотов снисходительно покосился на меня.
– В политике вы совершенно не разбираетесь, господин Тайновидец. Вы хоть представляете себе, что такое Балканы? Это самая настоящая каша. Там переплетаются наши интересы, немцев, османов и еще десятка государств. И все мечтают подгадить друг другу. А теперь прибавьте к этому отсутствие сильной власти. Если вы не знали, там в каждой долине свой князь, и никто никому не подчиняется. Да что я вам рассказываю? Расспросите лучше Леонида Францевича, он вам многое расскажет про Балканы.
Никита Михайлович покачал головой и снова уставился на дорогу.
***
Миланка Николич жила в доходном доме на Седьмой линии. Дворник, лениво шаркавший метлой по утоптанному снегу, кинулся было к нам, грозно выставив бороду, но наткнулся на суровый взгляд Зотова и отступил.
– Третий этаж, – сказал Никита Михайлович, задирая голову. – Вот ее окна.
Мы поднялись на третий этаж и позвонили в дверь. Почти сразу в глубине квартиры раздались легкие шаги, а затем дверь открылась.
Хозяйка квартиры вопросительно смотрела на нас, как будто ожидала увидеть кого-то другого. Её русые волосы были распущены и подвязаны белой шелковой лентой, а в зеленых глазах светилось удивление.
– Что вам угодно, господа? – спросила она.
Госпожа Николич хорошо говорила по-русски, ее акцент совсем не резал слух. Голос у нее был глубокий, но не грубый.
– Вы Миланка Николич? – спросил Никита Михайлович, сурово глядя на женщину. – Я начальник Имперской Тайной службы полковник Зотов. А это граф Воронцов. Вы разрешите нам войти?
Его просьба прозвучала как приказ, и Миланка Николич испуганно шагнула назад.
– В чем дело?
– Мы разыскиваем Тимофея Аладушкина, – объяснил я. – Вы знаете, что он пропал?
Я вежливо улыбнулся, и это как будто успокоило женщину. Она открыла дверь и кивнула.
– Входите.
Мы вошли, и в маленькой прихожей сразу стало тесно. Судя по всему, Миланка Николич жила скромно, квартира была совсем небольшой. На вешалке висело женское пальто с меховым воротником и белый шерстяной шарф. Рядом с вешалкой стоял узкий комод с выдвижными ящиками. Над комодом висело овальное зеркало.
На крышке комода я увидел зеленый лист какого-то растения – кажется, розы. Хозяйка тоже заметила его, подобрала и сунула в карман домашнего платья.
– Вы не станете отрицать, что знакомы с Тимофеем Аладушкиным? – спросил Никита Михайлович.
Секунду помедлив, женщина кивнула.
– Если вы здесь, значит, вам все известно. Да, мы с Тимофеем близки.
– Когда вы видели его в последний раз?
– Мы встречались четыре дня тому назад. Погуляли в парке, потом зашли в кафе выпить чая. После этого вернулись ко мне…
Миланка замолчала.
– Понимаю, – кивнул Зотов. – Во сколько Аладушкин ушел от вас?
– Около десяти часов вечера, точнее я не помню.
– И куда он отправился?
– Домой, конечно, – ответила Миланка. – Вы же знаете, что Тимофей женат. Он никогда не оставался у меня на ночь.
Ее спокойствие меня удивило. Миланка Николич наверняка знала, что Тимофей Аладушкин пропал. Но, кажется, нисколько не беспокоилась о нем. Этому могло быть только одно объяснение – женщина знала, куда исчез чиновник. Видимо, Никита Михайлович тоже подумал об этом.
– Вы знаете, где сейчас Тимофей Аладушкин? – прямо спросил он.
– Нет, – покачала головой Миланка Николич. – Я надеялась, что он придет сегодня.
Она лгала. Я был в этом уверен, и решил, что пора вмешаться в разговор.
– Госпожа Николич нас обманывает, – вслух сказал я Зотову. – Думаю, она знает больше, чем говорит.
Миланка Николич удивленно посмотрела на меня.
– Теперь я вас вспомнила, – сказала она. – Граф Воронцов, ну конечно! Вы – господин Тайновидец?
– Да, – просто ответил я, слегка наклонив голову.
– Мы с Тимофеем как-то были в Старом Театре и смотрели пьесу о вас. Мне даже удалось познакомиться с вашей женой.
Миланка весело улыбнулась.
– Вам повезло друг с другом, ваше сиятельство.
Никита Михайлович нетерпеливо откашлялся.
– Вернемся к нашему разговору, – сухо сказал он. – Вы можете сказать, где сейчас Тимофей Аладушкин?
– Нет, – сразу же ответила Миланка.
– Напрасно, – равнодушно заметил Зотов. – Ложью вы осложняете своё положение. Еще один вопрос – передавал ли вам Тимофей Аладушкин какие-нибудь служебные документы?
На этот раз Миланка Николич удивилась по-настоящему.
– Нет, – ответила она. – Никогда!
– И если мы обыщем вашу квартиру, то ничего не найдем?
– У вас есть право устраивать здесь обыск?
– Разумеется, – кивнул Никита Михайлович.
Миланка Николич гордо выпрямилась.
– Что ж, ищите! Здесь ничего нет.
– Я вызову своих ребят, – сказал мне Зотов. – А пока они едут, осмотримся сами.
Он выдвинул верхний ящик комода, бесцеремонно достал из него пачку бумаг и принялся их просматривать.
– Счета за квартиру и покупки, – сказал он мне. – А это что?
В руках Зотова оказался узкий белый конверт. Он не был подписан, и почтового штемпеля на нём не было.
– Госпожа Николич, что в этом конверте? – спросил Зотов.
– Я впервые вижу его, – удивленно ответила женщина.
– Отлично, – кивнул Никита Михайлович. – Значит, посмотрим вместе.
Он надорвал конверт и достал из него сложенный вдвое документ.
– А вот и пропавшая ведомость, – усмехнулся он. – Очень неразумно хранить такие бумаги в ящике комода, госпожа Николич.
Миланка Николич побледнела.
– Я не знаю, откуда взялся этот конверт! – воскликнула она. – И понятия не имею, что в нём.
– Разберемся, – кивнул Зотов. – Обязательно разберемся.
Он положил конверт и ведомость на крышку комода и тяжело посмотрел на Миланку.
– Я же говорил вам, что вы сами осложняете свое положение. Тимофей Аладушкин мёртв, и я думаю, что его убили из-за этого документа.
Миланка Николич отшатнулась, как будто увидела призрака.
– Тимофей мёртв? – осипшим голосом переспросила она. – Но цветы… Кто тогда их прислал?
– Какие цветы? – насторожился Зотов.
Миланка Николич не ответила. Она медленно обвела взглядом прихожую, будто перестала понимать, где находится.
– Вижу, вы ничего не знали о смерти Аладушкина, – усмехнулся Зотов. – Сегодня утром мы нашли его останки. Думаю, его убил ваш сообщник – тот самый, который увез Аладушкина на сером мобиле от Министерства иностранных дел. Кстати, кто он?
Но Миланка Николич его не слушала. Она прислонилась к стене и схватилась рукой за горло, тяжело дыша.
– Вызову целителя, – сказал я Зотову.
Глава 10
Сотрудн
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=73247413&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
